waplog
waplog

Гриффиндорский Форум

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Гриффиндорский Форум » Размер макси » Гарри Поттер и восстание тьмы.


Гарри Поттер и восстание тьмы.

Сообщений 1 страница 43 из 43

1

Автор: Граф
Бета: (нет)
Рейтинг: пока R
Пейринг: ГП/??
Жанр: Ангст, Общий
Размер: Макси
Статус: в процессе
Саммари: Фанфик о становлении Тёмного Гарри Поттера. Изменения в характере героя, начиная с лета перед четвёртым курсом. События связанные с Турниром Трёх Волшебников, становятся толчком к окончательному падению Избранного на Тёмную сторону.
От себя: Пытался написать про Поттера постепенно превращающегося в Тома Риддла.
Предупреждение: ООС персонажей. Гарри в любом случае станет тёмным ( конечно же не сразу). Возможны убийства и пытки( в будущем... далёком) Секс между героями ( тоже не скоро)
Диклеймер: Все права принадлежат Роулинг. Я ни на что не претендую.

Разрешение на выкладывание: есть

0

2

Гарри Поттер и восстание тьмы.

Глава 1.

Гарри сидел в своей комнате и не знал чем заняться. Шла только первая неделя каникул, а он уже хотел в Хогвартс. Всю неделю Дурсли не трогали его, потому что он сказал им о Сириусе. Они просто его не замечали. Это лето должно было быть лучше его предыдущих, но не было. Плюс был в том, что его не чего не заставляли делать, не ругали, не кричали на него. А минус в том, что с ним вообще не разговаривали, за всю неделю ему сказали только пару фраз. Гарри и раньше не разговаривал со своими родственниками, но тогда они хотя бы обращали на него хоть какое-то внимание. Сейчас же Гарри был ещё более одинок, чем до этого. От нечего делать он сидел в своей комнате и думал. Он думал о своей судьбе и судьбе Сириуса. Он не мог понять, как Дамблдор поверил в его предательство. Ведь он знал Сириуса многие годы. Знал, что он был предан своим друзьям до самой смерти. Больше всего Гарри бесило то, что над Сириусом даже не было суда! Министерские крысы сэкономили зелье правды, а Дамблдор даже не настаивал. Если бы Сириуса не посадили, то он бы мог жить с ним!
"Из-за одной ошибки Дамблдора разрушилась жизнь Сириуса... и моя."- грустно подумал Гарри. Сравнивая судьбу Сириуса, и судьбу своих родителей он понял, что судьба Сириуса хуже. Его родители мгновенно умерли, а Сириус 12 лет просидел в Азкабане. Гарри не выходил на улицу уже пару дней, из-за этого на следующий день проснулся с ужасной головной болью. Проклиная свою голову, Гарри пополз в душ, пока не проснулось его свиноподобное семейство. Зайдя в душ, парень взглянул на себя в зеркало. Его взора предстала неприятная картина: бледное лицо, мешки под глазами, волосы торчащие во все стороны, прямо как у Сириуса после Азкабана. " Даже у Снейпа, по сравнению со мной, прекрасная шевелюра!" - подумал Поттер, с отвращением рассматривая своё отражение. " Зато у меня есть ярко-зелёные глаза! Пожалуй единственное, что мне нравится в своём отражении. Хотя нет, не в своём... всеназывают их "глаза Лили"". - скривился Поттер, понимая, что он, грубо говоря, состоит из "частей" своих покойных родителей: глаза от матери и всё остальное от отца. В общем, подросток выглядел довольно необычно, а если ещё взять в расчёт детские очки, перемотанные скотчем, то очень странно. Лицо, по сравнению с фигурой было великолепным, или наоборот, фигура была просто ужасной. А что ещё можно было сказать о маленьком росте, худющем теле с тонкими руками, и костями торчащими из под кожи? Если бы Гарри Поттер знал о фестралах, то непременно бы, сравнил себя с ними. Тяжело вздохнув, Гарри посмотрел на свою одежду и опять же, скривился, только уже от того, что ему предстояло одеть
- Сегодня что, День Откровений?! - недовольно буркнул Поттер. - Я и так знал, что не красавец, но после сегодня, моя самооценка упала ещё ниже.
Раньше он не переживал из-за того, что носит рванину Дадли. Сейчас же одна мысль о том, что ему придется одеть ЭТО, вызывала у него тошноту. - Даже Добби не в такой рванине ходил - тихо процедил Гарри. Дойдя до своей комнаты, Гарри задумался: "Мне надо избавится от очков и этой ужасной одежды. Но как? У меня полно галеонов, но нет ни одного фунта. " Тут у Гарри в голове как будто "зажглась лампочка: Можно написать в Гринготс! Пусть какой-нибудь гоблин перешлёт ему деньги из его сейфа, перед этим поменяв их на фунты. Счастливый Гарри быстро написал приблизительный план на лето.
1) сходить в парикмахерскую
2) купить себе нормальной одежды
Но этот план не мог осуществиться без денег. Накатав письмо в Гринготс, Гарри стал ждать. До вечера Гарри маялся в своей комнате. Гарри уже который день сидел без дела, что даже стал подумывать: не сделать бы ему Домашнее задание? Но конечно же не сделал, как обычно оставил всё на "потом".
Был уже вечер, а письма всё не было, на Гарри накатывалось отчаяние. Лежа но своей разбитой кровати, подросток бездумно смотрел на противоположную стену, на которой, как назло, висел кусок древнего зеркала. Мальчик в зеркале, казалось, издевается над своей реальной копией. "Чёртово зеркало, оно специально издевается надо мной! Показывает, что у меня не то что вещей, даже внешности своей нет!" - Поттер зло повернулся на другой бок. Мысленно он уже похоронил план по улучшению себя, но Букля всё-таки вернулась с ответом. Для этого пришлось подождать ещё пару часиков, показавшиеся вечностью (или особо длинным зельеварением) для хозяина совы. С нетерпением Гарри схватил письмо.
Мистер Поттер!
Я, как гоблин, ведущий дела Поттеров высылаю вам волшебный кошель. Он напрямую связан с вашим сейфом в Гринготсе. Только вы сможете доставать из него деньги, также его невозможно потерять.
Горбак Гордый.
Даааа...! - мысленно заорал Гарри и показал язык своему отражению. "Завтра посмотрим кто кого..." - Гарри решил изменить в себе всё что возможно. "Может на человека стану похож, а не на волосатогонеандертальца!" Счастливо улыбнувшись, Гарри прыгнул в постель. "Быстрее усну, быстрее проснусь!"
Проснувшись утром, Гарри проработал план для беседы с его родственниками. Сделав равнодушное лицо, он спустился на кухню. Там была только его тётя
- Тётя Петунья, - сказал Гарри - Можно я пойду погуляю?"
Тётя посмотрела на него как на мусор и скривившись сказала: - " Не придешь к ужину, будешь ночевать на улице."
Окрыленный успехом Гарри полетел на улицу. От многодневного сидения в комнате глаза Гарри отвыкли от яркого света. Проморгавшись, Гарри добежал до аптеке, но в нерешительности остановился перед ней.
"Зайти или не зайти" - нерешительно подумал он. Гарри с детства был стеснительным мальчиком. "Надо сделать первый шаг, я же не слабак.Наконец он решился. За кассой стояла женщина лет 50.
- А можно у вас купить линзы? - спросил Гарри.
- Конечно, мальчик, а тебе какие? - приветливо спросила аптекарь.
... Через полчаса Гарри вышел на улицу без очков. Он купил себе лучшие линзы и заказал себе на всякий случай новые очки. Наборов линз ему должно было хватить до Рождества.
"Как удобно! Всё видно! Сейчас можно не бояться потерять или разбить очки. Нужно всего-лишь вставить утром линзы инаслаждаться жизнью до вечера." Дойдя до остановки, он сел на автобус до Лондона. Через час Гарри был в центре Лондона. На этом его план обрывался. Он ни разу не был один в маггловской части Лондона. От нечего делать он полностью положился на свою интуицию. Гуляя по Лондону, Гарри пожирал все магазины глазами. Он до сих пор удивлялся своей тупости... "Я уже как два года мог жить нормальной жизнью. У меня был сейф от родителей, благодаря которому я мог покупать себе что хочу. Но вместо этого я как дурак, безвылазно сидел у Дурслей без копейки в кармане.Немного походя по улицам Лондона Гарри увидел парикмахерскую. "Менять, так менять всё! Надо сделать так, что бы во мне видели меня, а не родителей." Уверенно, Гарри зашёл в неё. Охранник окинул его презрительным взглядом и пробурчал " опять малой какой-то". Подойдя к дизайнеру, он спросил:
- Можете меня красиво подстричь?
- А как? - насмешливо сказала парикмахер, насмешливо смотря на его беспредел на голове. Гарри уже стали надоедать презрительные, насмешливые и жалостливые взгляды от всех, кого он встречал сегодня. Половина на него смотрела как на попрошайку, часть с насмешкой, и только пару старушек с жалостью.
- Вы же мастер, посмотрите, как мне будет лучше идти, цена неважна. Она посмотрела на него и сказала:
- Садись в кресло, если хочешь, можешь закрыть глаза. Только деньги вперёд. - добавила она.
После этих слов, лицо Гарри перекосило. " Неужели я так жалко выгляжу, что ей кажется, я не смогу заплатить за обычнуюстрижку?" Запихнув обиду в самое дальнее место, Поттер невозмутимо дал ей деньги, притворившись что совсем не обиделся.
Через минут сорок преобразованный Гарри вышел из парикмахерской. Сейчас его волосы не торчали, а были более или менее уложены в причёску. На выходе его внезапно окликнула парикмахер.
- Тебе больше пойдут волосы подлинней. - посоветовала она ему.
" Чтобы я был на девчонку похож?" - мысленно возмутился Гарри.
Потом Гарри просто так шарахался по Лондону, глазея по сторонам. Утром он планировал купить не дорогую одежду, но после насмешки насчёт его неплатёжеспособности, Гарри захотел всё самое лучшее: чтобы никто не принимал его за попрошайку или ребёнка из приюта, чтобы не пялились в его сторону. По пути ему попался магазин одежды. В магазине не было покупателей, потому что он был очень дорогой. В нем продавалась только очень дорогая и очень красивая одежда. К нему подошла продавщица.
- Мальчик, ты дверью не ошибся? - поинтересовалась она смотря в сторону Поттера. "Да достали вы меня все!" - захотел рявкнуть Гарри, но сдержался.
- Не ошибся. - прошипел он.
Видя, что сейчас вызовут охранника, Гарри поспешно достал деньги из кошелька. Продавец, недовольно смотря на него, стала его обслуживать. Через пару часов Гарри полностью обновил свой гардероб, начиная от нижнего белья кончая верхней одеждой. После каждой новой покупки, продавец спрашивала: хватит ли у покупателя денег? Может тебе вещь подешевле? Каждая такая фраза была как укол кинжала, ранящее душу Гарри К концу примерки, Поттер люто ненавидел девушку. Сумму за покупку ему назначили астрономическую. Он даже испугался, а хватит ли в его сейфе денег, но вспомнив кучу золота успокоился. Выходя из магазина, Гарри усмехнулся: пусть ещё хоть один засомневается в моём благосостоянии! Еле таща свои покупки, Гарри полз в сторону остановки. Ему пора было возвращаться домой. "Опять к этому дебильному семейству!" - рычал про себя Гарри. "Ненавижу их!"
Но делать было нечего. Стоя перед своим домом, Гарри пытался придумать, как протащить новые вещи. Подумав, он решил положиться на свою наглость, и смело вошёл в дом.
- Здравствуйте тётя Петунья - поприветствовал Гарри свою тётю. Тётя, стоя у плиты, как-то странно смотрела на него. Воспользовшись этой заминкой, Гарри юркнул в свою комнату.
Уже запихивая одежду под кровать, Гарри услышал. "Мальчишка!"
Гарри даже не успел ничего ответить, а его тётя уже была в его комнате.
- Где ты взял одежду? - рявкнула она. От этого обращения Гарри просто взбесился. " Она разговаривает со мной будто яеёдомовой эльф, которому кто-то дал одежду!" - Сдерживая себя чтобы не огрызнуться, он спокойно сказал:
- Мне её мой крестный отец купил.
Тётя хватала воздух ртом как выброшенная на берег рыба. Наконец она вымолвила.
- Ты пришёл слишком поздно. Сегодня весь оставшийся день будешь сидеть в своей комнате! С этими словами она покинула его комнату.
" Нечего сказать, тётя. По сравнению с Сириусом, ты - ничто." - усмехнулся Гарри. Подойдя к зеркалу он довольно осмотрел себя. " Хоть на человека стал похож. "

... У Петунье день начался как обычно. Муж ушёл на работу, Дадлик спал. Вдруг к ней подошёл Поттер и отпросился погулять. Терпеть этого ненормального урода она уже не могла, потому и отпустила. День пролетел в домашних делах. Когда Поттер вернулся, то она удивилась, увидев его. Поттер был без своих очков и в дорогой одежде. Впервые в жизни у него не торчали волосы! Потом он потряс её во второй раз, когда нечего не говоря, поднялся в свою комнату. В руках у него было пять огромных пакетов с покупками. Через пару минут она пришла в себя. В её голову закралась страшная мысль: он украл одежду!? Влетев к нему в комнату, она начала его допрашивать. Но паршивец спокойно сказал, что всё это ему подарил его крёстный. Из-за страха перед уголовником, она даже не смогла сильно наказать Поттера. Через полчаса, она сидела на кухне и пила сладкий кофе. Её мысли были полностью заняты Поттером.
" Без этих очков он не такой заморыш как раньше, и даже похож на Лили." Отца Поттера она видела только один раз. До этого момента мальчик был полной копией своего отца. Сейчас же его внешность была средней между внешностью отца и матери. " Кто-же думал, что если этого заморыша переодеть, то он станет похож на нормального человека?Но до Дадли ему конечно же далеко... Поттер как был ненормальным, так остался. " - думала она, вспоминая племянника. Скоро должен был приехать Вернон с Дадли, а Петунья не знала, как сказать им о новом имидже Поттера. "Вернон опять захочет выбить дурь из мальчишки, как бы нам не влетело от этого преступника." - переживала Петунья, на племянника ей было наплевать.

0

3

Глава 2.

Лето у Дурслей.

Утром Гарри с непривычки долго вставлял линзы. После продолжительной борьбы ему это удалось, и он спустился на кухню. Дадли видя "нового" Гарри даже перестал есть. От удивления у него даже вылезли глаза. Дядя увидя своего племянника тоже перестал есть. Тишину нарушил Дадли:
- " Поттер!?"
- "Где ты взял одежду мальчишка?" - прорычал Вернон.
Гарри понял, что дела плохи и быстро соврал:
- Мне её крестный купил.
- Тот самый уголовник?
- Да. - ответил Гарри улыбнувшись про себя. Вернон молчал. Было видно, что в нем борются ярость и страх перед Сириусом. Гарри видел все эмоции своего дяди. "Как же страх всё-таки положительно влияет на людей" - мысленно усмехнулся Гарри. Дядя опустил лицо в тарелку и стал доедать. Поняв, что его просто будут игнорировать, Гарри разом проглотил кусочек грейпфрута и ушёл к себе в комнату.
. . . Дни полетели. Почти весь день Гарри сидел в своей комнате и повторял школьный материал за 1-3 курс. В начале лета, он такое вообще не планировал, но делая домашние задание на 4 курс, внезапно обнаружил, что ему НРАВИТЬСЯ учиться и читать. Но на самом деле, причины его любви к учёбе была более простая: помимо учёбы делать было совсем нечего. После недельного сидения в комнате, без общения, в полном одиночестве, хотелось выть на луну. Книги заменили ему друзей. Он уже повторил заклинания, трансфигурацию и Зотс. В школе читая эти книги, Гарри понимал их по-другому. Сейчас же ему была понятна даже трансфигурация! Но наконец, настал этот ужасный момент... Из книг у него остались только прорицания, астрономия и зельеварение. Скрипя сердцем Гарри решил повторить зелья. Повторять свой нелюбимый предмет Гарри начал с первого курса, но очень скоро он обнаружил, что он не повторяет, а учит его. Учебник за первый курс он прошёл на "ура". На учебнике за второй курс Гарри был готов уже сдаться, но вспомнив Снегга, утроил усилия. До конца каникул осталось полмесяца, а Гарри только что осилил зелья за 2 курс. После полутора месяцев постоянной учёбы, комната Гарри была похожа на не понять что. Кровать и пол были засыпаны исписанными пергаментами. Везде валялись книги с разными пометками на полях. В общем, в комнате Гарри Поттера царил научный беспорядок. Дурсли ни разу не заходили к нему в комнату, поэтому тайник с едой можно было и не прятать. В тайнике лежала гора разной вкуснятины. Вначале лета Гарри хотел отправить письма друзьям с просьбой прислать еды, но после письма из Гринготтса, необходимость отпала. Пока Дурсли грызли свои фрукты (Дадли по рекомендации школьной медсестры сел на диету), Гарри питался нормальной едой. Благодаря правильному питанию, он намного вырос (ну ещё бы, организм впервые получив нормальную еду в доме Дурслей, растерялся и стал рости) Конечно, сходство с фестралом было заметно, но не настолько как раньше. Дурсли с удивлением смотрели на растущего племянника, они просто не понимали, как можно вырасти на такой крошечной порции! Четыре раза за все лето Гарри отпрашивался у родственников и уезжал в Лондон на весь день. Его дядя и тётя думали, что он встречается с Сириусом, а Гарри просто развлекался на аттракционах. Впервые за свою жизнь он пошёл в кинотеатр, и ему так понравилось, что он остался на второй сеанс. В середине лета у Гарри заболел шрам. Ему снился Волан-де-морт убивающий старика маггла. Поначалу хотелось написать единственному близкому человеку, но было нельзя... Человек как Сириус поднимет такую суету! В общем, не считая этого инцидента, Гарри впервые в жизни нормально проводил лето, как и положена ребёнку.
. . . "Опять бесполезный завтрак"- зло думал Гарри, проглатывая кусочек яблока. Следуя своему плану, он уже "нормально" позавтракал у себя в комнате. Сейчас же шёл показной завтрак для Дурслей. Внезапно в дверь позвонили. Дядя что-то бурча пошёл открывать дверь. Он замешкался в коридоре, а когда вернулся, то был в ярости.
- Мальчишка, что это? - ревел он, потрясывая письмом.
- Письмо. - вежливо подсказал Гарри, чувствую нарастающую бурю. Дядя и так зло смотрел на него,с момента смены имиджа. Сейчас же, казалось, он изобьёт его. как в детстве.
- Я сам знаю - рявкнул он. - Слушай!
После этого он вслух начал читать письмо. Письмо было от Миссис Уизли с приглашением на Чемпионат Мира по Квиддичу. Дочитав до конца, Вернон зло посмотрел на Гарри. Напоследок он показал ему конверт полностью обклеенный марками.
Гарри прикинул в уме: завтра он может уехать к Рону, а потом на чемпионат. Дурслям от этого было бы выгодно. Но они своими крошечными мозгами этого просто не поймут! Гарри начал намекать им, что может уехать от них раньше на две недели. Его тётя поняла, что может расстаться со своим "любимым" племянником пораньше. Но до дяди никак не доходило!
"Какой же он идиот ..." - мысленно стонал Гарри "Кретин, дегенерат, дебил..." Видя, что его тактика не работает, Поттер решил её поменять. Он решил давить на страх.
- Ладно, пойду, напишу Сириусу, что не смогу поехать на чемпионат мира. - опустив голову сказал Гарри, молясь, чтобы Дурсли не разгадали его хитрость.
- Ты напишешь Ему? - со страхом сказал дядя и стал теребить ус.
- Да, я пишу ему каждый день. Потому что он очень переживает за меня, он боится, что ко мне могут плохо относится. - тихо сказал маленький актер дрожащим голосом.
После этого аргумента Гарри просто залюбовался дядей. У него на лице боролось два чувства: страх и упрямство. Нечаянно Гарри посмотрел дяди в глаза. Перед его глазами пробежали какие то образы. Внезапно Гарри почувствовал, что дядя согласится. И правда, через мгновение он сказал:
- Ладно, мы отпускаем тебя, только напиши об этом своему крестному. - сдался дядя и от злости вырвал кусочек уса.
- Хорошо дядя. - сказал Гарри вставая из-за стола. Когда он повернулся спиной к своим родственникам, на его лице расплылась змеиная усмешка.
. . . Поднявшись в комнату, Гарри увидел странную картину. Что-то носилась по его комнате. Присмотревшись, он понял, что это Сычик - совенок Рона.
Забрав письмо у гиперактивного совенка Гарри начал читать. В письме было приглашение в Нору от лица Рона. Прочитав письмо лучшего друга, Гарри стало стыдно: о друзьях он вспоминал только в начале лета, ещё до того как у него появились деньги. Все оставшееся время Гарри потратил на уроки и развлечения.
Рон писал, что за ним приедут завтра в час дня... Гарри счастливо усмехнулся, у него ещё есть сутки на "прощание" с маггловским миром.
Дурсли ещё не отошли от его первого представления, а Гарри уже подготовил им второе. Быстро переодевшись и прихватив с собой кошелек, он спустился к доедающим Дурслям. " Или всё," - думал Гарри, имея в виду поездку в Лондон. " Или ничего" - перед глазами всплыл образ решёток на окне, как во-время перед вторым курсом.
- Дядя, тётя, у меня сегодня назначена встреча с Сириусом в Лондоне! - обрадовал он своих родственников. Дурсли от этих слов покраснели от ярости, даже до них стало доходить: Что-то здесь нечисто... Гарри скрестя пальцы в кармане, начал играть свою роль. Через пять минут запуганные Дурсли дали Гарри денег на автобус до Лондона. Дадли, видя, что его родители впервые дали Поттеру денег, стал похож на удивленного китёнка. Уходя из дома, Гарри отчетливо ощутил страх исходящий от Дурслей. Мысленно себе поаплодировав за прекрасный спектакль. Вместо автобуса. Гарри сел на такси.
Пока Гарри ехал в Лондон, он придумывал себе план на весь день. Его уже давно тянуло в серпентарий. После встречи с василиском, Гарри думал, что будет ненавидеть змей, но он ошибся... В змеях его привлекало многое: их гибкие тела, приятная кожа, прекрасный окрас и ... ядовитость. Ему было очень приятно, что он один на свете может управлять этими прекрасными созданиями, ну почти один, не считая Волан-де-морта. Ему подчинялись все змеи, даже самые ядовитые. От этого он чувствовал себя каким-то особенным. Он чувствовал, что он был... лучше других. Даже отличница Гермиона никогда не сможет получить такой дар, даже если она прочитает миллион книг...
Сидя на заднем сиденье Гарри чуть усмехнулся.
И Дамблдор так не может и Макгонагл, и Снегг... А он может. Он владеет этим даром... Именно даром, а не проклятием, как он думал на втором курсе. Внезапно Гарри понял, что он ХОЧЕТ себе змею. Змея будет его другом и слугой. Ведь змеи - слуги змееустов. Она никогда его не предаст, будет преданна ему до смерти.
- Отвезите меня в серпентарий. - приказал сказал Гарри. Водитель как-то странно посмотрел на пассажира, но возражать не стал - слово клиента - закон.
Входя в холодный и мрачный серпентарий, Гарри чувствовал небывалое возбуждение, как перед квиддичным матчем. Неторопясь он ходил от одного аквариума к другому. В серпентарии почти не было людей, но Гарри пока не осмеливался заговорить с какой-нибудь змеёй. У каждой змеи был какой-то недостаток, который не нравился юному змееусту. То длина, то окрас, то ещё что-нибудь. Кобры, конечно, были красивые, но Гарри искал что-то другое. Случайно он наткнулся на брошюру про самых ядовитых и опасных змей в мире. Его внимание привлекла одна картинка.
Тайпан.
Самая ядовитая и опасная змея в мире... Обитает в Австралии... Крайне агрессивна и непредсказуема... Не поддаётся дрессировке... Достигает в длину 3 - 3,5 метров... Очень редкая...

"То что нужно!"- радостно подумал Гарри. "По всем показателям самая лучшая, и длина 3,5 метра." В углу дремал работник серпентария. Гарри кинулся к нему.
- У вас здесь есть Тайпан? - поинтересовался змееуст. Старичок-консультант удивленно посмотрел на него.
- "Вы первые за многое время спрашиваете о этом виде. Других интересуют королевские кобры или гигантские питоны. Немногие знают, что Тайпан намного опаснее и агрессивнее их. К сожалению, этого вида змей у нас нет. Они очень редкие.
- Спасибо. - недовольно сказал Гарри и пошёл дальше изучать серпентарий. Но перед глазами стояла фотография Тайпана, поэтому другие змеи блекли по сравнению с ним.
"У меня будет такая змея." - пообещал себе Гарри. " Но где её взять?" Внезапно его осенило. Место, где есть практически всё: Косой переулок! Он приблизительно помнил где находится Дырявый котёл. Побродя по центру Лондона минут сорок, Гарри набрёл на него. Незаметно он прошёл через главный зал. Там сидело человек пять посетителей. К счастью палочку он всегда носил с собой, без неё он чувствовал себя беззащитным. Открыв дверь в стене, Гарри очутился на главной улице Косого переулка. В прошлом году, он прекрасно изучил всю улицу, поэтому сейчас сразу мог идти в магазин животных. К сожаление, из змей там был только полуживой уж и беззубая гадюка. Когда он спросил про Тайпана, на него посмотрели как на сумасшедшего и посоветовали сходить в Лютный переулок. Отступать от своей цели Гарри не собирался, поэтому решился сходить в Лютный переулок. Но перед этим надо было купить чёрную мантию с капюшоном, чтобы не облажаться, как в позапрошлом году. Мадам Малкин сразу не узнала его, а когда он сказал ей свою фамилию, то пообещала ни кому не говорить. Она сказала, что у неё в магазине не разглашают тайн их клиентов. Он купил себе великолепную черную мантию, с серебряными узорами. На ней был специальный глубокий капюшон. Необычность этого капюшона была в том, что когда его одевали, то вместо лица было видно только темное пятно.
Заодно он решил прикупить себе вещи к школе. У мадам Малкин он купил ещё штук пять "почти обычных" школьных мантий. Отличие их было только в том, что они были сделанные из шёлка акрамантула и украшенные серебряными пуговицами. Но была и проблема, они стоили раз в десять дороже обычных мантий. Ещё он купил себе туфли и зимние перчатки из кожи дракона и немного подумав, парочку чёрных шёлковых рубашек, конечно же, с серебряными запонками. Короче, вся его одежда кричала о его обеспеченности. Приобретя ещё пару классических брюк и даже к своему удивлению зелёную рубашку, Гарри пошёл в Лютный переулок. Покупки на время похода за змеёй он оставил в магазине. Подойдя ко входу в Лютный, Гарри натянул маскировочную мантию. Он ужасно нервничал, но твердой походкой пошёл по грязной мостовой. Оглянувшись по сторонам он скривился (к счастью этого никто не заметил), везде были обшарпанные здания и грязные волшебники. Подойдя к какому-то калеки, сидящему на тротуаре он спросил:
- Где здесь зоомагазин?
Нищий зло на него посмотрел и нагло сказал: - Не знаю, но за галеон может быть вспомню. Гарри с отвращением смотрел на это подобие человека.
- Вот. - в руку нищего упал галеон. - Но если ты меня обманешь, то потеряешь ещё и зрение - холодно добавил Гарри, при этом "нечаянно" демонстрируя палочку. " Это я сказал?" - удивился Гарри, поражаясь своей смелостью. Нищий усмехнулся, но в его глазах появился страх.
- Напротив "Горбина и Бэркс". - поспешно сказал он, пряча галеон в своих лохмотьях.
Недалеко весела вывеска "Горбина и Бэркса" - Гарри не дошёл совсем чуть-чуть. Со злости он пнул калеку, когда проходил рядом. От этого тот заскулил и уполз в какую-то подворотню.
" Что это было?" - лихорадочно думал Гарри. "Откуда этого жестокость? Я ведь раньше таким не был.
"Этот слабак всё заслужил," - прозвучал в его голове другой голос. " Как он посмел обманывать меня?!"
Но подходя к магазину, Гарри думал уже только о Тайпане. Совесть больше не мучила его...

0

4

Глава 3.

Друг и слуга.

В магазине стоял парень лет 20. Он поспешил встретить нового клиента, но видя наряд незнакомца, быстро вытащил палочку.
- Что вам надо? - крикнул он, подозрительно косясь на посетителя. По росту он походил на подростка, но в чёрной мантии выглядел эффектно.
- Всего лишь хочу купить себе питомца. - ответил силуэт в чёрном. Продавец убрал палочку, но продолжал смотреть на своего клиента, но уже с интересом.
- Я слышал, что у вас есть практические все животные, даже самые опасные. - сказал незнакомец.
- Да, за ваши деньги мы продадим вам кого угодно." - подтвердил продавец и хихикнул, вспоминая скольких опасных животных он незаконно продал за свою короткую, но интересную жизнь.
- Мне нужна змея. Тайпан. - так же спокойно сказал он.
- Чтооо...! - вытаращил глаза ошеломленный продавец. Такую тварь ещё никто не хотел приобрести." А пацан-то опасный и странный какой-то. Такая змея только для запрещенных зелий нужна. Ну, или ещё ядом можно кого-нибудь отравить."
- Я сказал, что мне нужен Тайпан, желательно маленький. - нетерпеливо повторил незнакомец.
- У нас есть маленький Тайпан, он сейчас в магической спячке. Ему около двух дней. Но он в нашем хранилище. Они не очень популярны. -- усмехнувшись, сказал продавец. "Конечно не популярны... этот вид змей даже под Империусом не слушается!"
- Сколько он стоит! - с металлом в голосе сказал покупатель.
- Понимаете, это очень редкий вид. Добыть их яйца практически невозможно. Поэтому они стоят... - попытался набить максимальную цену продавец.
- Сколько?
- 40 галеонов. - не моргнув глазом, соврал он.
- Возможно, вы забыли сказать, что этот вид змей крайне агрессивный и не поддаётся дрессировке. - мягко подсказал посетитель. " Откуда он узнал про Это! " - недоумевал продавец.
- Ааааа... конечно же нет. Но у них очень ценный яд! Поэтому 35 галеонов и не кнатом меньше!
- Яд, который вы никак не можете извлечь? 20 галеонов. Не думаю, что его ещё кто-то купит.
- Я не могу, давайте хоть 25! - с отчаянием воскликнул продавец. Он не хотел упускать возможность избавится от опасной и никому не нужной твари, ну и конечно же, хотел подзаработать.
- Согласен!
- Ещё я могу вам предложить аквариум или клетку. - радостно сказал продавец, прекрасно понимая, что тащиться с банкой, в которой продают змей, очень странно и неудобно.
- Не надо, только еды для змеёныша. - раздражённо прошипел незнакомец. От этого шипящего тона продавец почувствовал, как побежали мурашки по всему телу. Ощущение было такое, будто это сказала змея.
- К...конечно.
После этих слов продавец со всех ног побежал в хранилище. Что-то ему подсказывало, что незнакомец не любит ждать, да и избавится от змеи очень хотелось. Быстро достав баночку со спящим в ней змеёнышем он побежал к покупателю. Тот стоял, неторопливо постукивая пальцами по столу. Наложив на банку заклятие неразбиваемости, продавец протянул банку дрожащей отстраха рукой этому сумасшедшему магу. Что он сумасшедший он не сомневался, ведь только псих может купить такую ядовитую и злобную змею.
Гарри смотрел на свою змейку. Размером она была с палец. Потом он посмотрел на продавца. Тот дрожащей рукой протягивал ему банку с маленьким Тайпаном. Глаза его были расширены от страха и отвращения." Ещё один идиот не понимает всю прелесть змей." - закатил глаза змееуст и усмехнувшись, протянул ему 25 галеонов. Мизерную плату за того, кто будет тебе верен до смерти. Всучив ему банку и схватив деньги, продавец исчез в хранилище. Змеёныш ещё не пробудился, поэтому Гарри засунул банку в широченный карман и поспешил покинуть Лютный переулок.
Он без приключений добрался до ателье Мадам Малкин. Его новая одежда была уже сшита. За неё он заплатил 300 галеонов, больше чем он потратил за всё своё пребывание в волшебном мире. Сияя, хозяйка дала ему 10% скидку на последующие покупки. Когда он уходил, то она не переставала кланяться ему.
" Как же всё-таки она пресмыкается передо мной. Ну конечно же, деньги решают всё." - как-то грустно подумал он.
- Что касается вашей парадной мантии, то она будет сделана через пару дней. Вы её заберете или вам её выслать с совой? - спросила Мадам Малкин.
- С совой пожалуйста. - сразу же ответил Гарри.
Проходя мимо магазина, где продавали разнообразные чемоданы и сумки, Гарри ради интереса зашёл в него, и не прогадал. Там был просто огромный выбор! Нечаянно ему в голову пришла мысль:
" А ведь чемодан у меня старый и неудобный."
. . . Вскоре он вышел с новым чемоданом. Хотя это был не совсем чемодан: он мог трансформироваться в простой рюкзак. Так же, он был расширен с помощью магии и на нем было наложено заклятие невесомости. Благодаря этому, Гарри не пришлось тащить большие сумки и коробки, он просто нёс лёгкий рюкзак. Банка со змеёй лежала в кармане. Питомец ещё не пробудился.
Зайдя в книжный магазин, он купил себе книги на 4 курс, потом купил новый котел, новые весы, индигриенты для зелий, пергаменты и перья. В магазине перьев он был потрясён выбором. Раньше он покупал самые обычные перья, без всяких украшений. Сейчас же Гарри приобрел красивые орлиные перья, украшенные серебром и золотом. Гермионе и Джинни он купил такие же перья как себе, а Рону и близнецам новейшие разработки Зонко. Наконец, купив всё что надо и не надо Гарри сел на автобус, и поехал домой. Утром он планировал гулять до позднего вечера, но сейчас ему не терпелось поговорить со змеёй. Она лежала у него в кармане уже два часа, а Гарри не решался будить её, потому что везде были люди. Приехав в Литтл-Уинглет, он забежал в магазин и купил там пару вкусняшек.
Придя домой он сухо поздоровался с Дурслями и поднялся к себе в комнату. Небрежно кинув рюкзак на кровать, он аккуратно достал баночку со змеёй. Змеёныш уже яростно кидался на стенки банки и шипел:
- Глупые люди, укушу, убью всех. Они такие слабые, беззащитные перед моим ядом.
- Как тебя зовут? - тихо прошипел Гарри. Змеёныш остановился и с удивлением посмотрел на змееуста.
- Ты понимаешь нас?
- Да. Как тебя зовут?
- Незнаю. Мне всего пару дней. Я вылупился в этом ужасном магазине. - с отвращением сказал змеёныш. - Ты теперь мой хозяин? - поинтересовался он.
- Да, но ты можешь стать моим другом. - сказал Гарри затаив дыхание.
- Я согласен, для меня честь стать фамильяром такого сильного волшебника как вы.
- Называй меня на "ты" - попросил Гарри. - А почему ты думаешь, что я сильный волшебник? - взволнованно добавил он.
- Я чувствую вашу силу, все змеи так могут. Вы очень могущественный маг. - уважительно прошипел змеёныш.
- А что такое фамильяр? - спросил Гарри. За всё свою жизнь он впервые встречал такой термин.
После часа беседы, Гарри примерно понял, что это такое. Фамильяр может быть только один, у него с хозяином возникает магическая связь. Фамильяр настолько сильный, насколько силён его хозяин. Чтобы змеёныш стал его фамильяром, нужно дать ему попробовать свою кровь. Пожимая плечами, Гарри немного надрезал палец. Змеёныш подполз и попробовал кончиком языка кровь своего будущего хозяина. Их окружило синее свечение, Гарри почувствовал слабость. Змей в это время вырос раза в три. По размеру он стал сантиметров 15. После этого ритуала он счастливо зашипел.
- Чтобы закончит ритуал, я должен принести вам клятву верности, а вы её принять. Вы согласны, чтобы я стал вашим фамильяром?
- Да. - твёрдо сказал Гарри. Свечение преобразовалось в призрачную верёвку, тянувшеюся от змея до его хозяина.
Гарри удивлённо смотрел на это чудо, даже по меркам магического мира. О таком раньше он никогда не видел и даже не слышал. Постепенно призрачная верёвка растворилась, а слабость сильнее накатилась на Гарри.
- Вам сейчас лучше поспать.- посоветовал его питомец. Уставший змееуст прилёг на кровать и быстро уснул. Он даже не знал, что провёл очень древний и темный ритуал, который отбирает много сил.
. . . Гарри проснулся потому что ему в глаза светил какой-то ярко-красный свет. Зевнув, он открыл глаза. Первое, что он увидел - закат.
" Я проспал до вечера?!"[/font] - в ужасе подумал Гарри. -" Чёрт. Скоро начнётся ужин."
Идти ему не хотелось. После ритуала болела голова. Ощущение было, будто он пробежал десять раз вокруг школы.
На кухне раздался визгливый голос тёти.
- Как же меня бесит этот голос. - пробормотал Гарри. Этот голос у него ассоциировался с детством. С этим криком он просыпался у себя в чулане и плёлся прислуживать Дурслям. Фамильяр спокойно спавший на его кровати, проснулся от вспышки недовольства своего хозяина.
- Что случилось? - сонно прошипел он.- Эти люди вас бесят? Они ваши враги? Если хотите, я могу покусать их. - учтиво прошипел он.
- Не надо, - прошипел Гарри. Ему было приятно, что о нём хоть кто-то заботится. - Они не достойны твоего яда.
- У меня к вам просьба, вы можете дать мне имя?- попросил фамильяр.
- Я придумаю его, но чуть попозже, я себя плохо чувствую.
- Это последствие ритуала. - прошипел змеёныш.
- Откуда ты столько всего знаешь? Ты ведь недавно вылупился. - задал давно мучивший вопрос Поттер. Он не понимал, как только что вылупившийся змей, мог знать больше него.
- У змей наследственная память. Я знаю часть того, что знали мои предки. - как-то гордо прошипел фамильяр и растянулся на кровати во весь свой пятнадцати сантиметровый рост.
- Ого! Ладно я пойду к моим родственникам.
- Они ваши родственники? - прошипел фамильяр с отвращением.
- К сожалению, - как-то грустно ответил Гарри.
- Поттер! - завизжала его тётя и застучала ложкой по столу.
- Я скоро вернусь. - пообещал хозяин своему фамильяру.
- Нет. Я должен быть с вами. Это мой долг - защищать вас! - заупрямился фамильяр. Наверное, ещё надеясь, что хозяин даст ему наказать орущих людей.
- Ладно, лезь в карман. - сказал Гарри, тронутый преданностью.
Когда Дурсли увидели его, то сказали: -" Ты наркоман?"
- Что!
- Посмотри на себя в зеркало! - прорычал дядя, вставая со стула. Медленно подойдя к зеркалу, Гарри несмело взглянул на себя. Увидев себе, он удивился. Его лицо было очень бледное, под глазами залегли чёрные круги. Единственным ярким пятном на лице были глаза.
- Это последствие ритуала. - сказал фамильяр. - Простите хозяин, я не сказал вам про это. Я боялся, что вы не захотите, чтобы я стал вашим фамильяром. Но через пару часов всё пройдёт. - заверил он.
- Ты очень умный и хитрый. Я дам тебе имя Салазар. В честь Салазара Слизерина, только в следующий раз говори мне всю правду. - немного подумав сказал Гарри.
- Салазар - протянул змеёныш свое имя, как будто пробуя его на вкус. - Салазар. Мне нравится.
Вернувшись на кухню, он попытался убедить своих родственников в том, что он не наркоман. Они всё равно недоверчиво посмотрели на него, а дядя пробурчал:
- Такой же ненормальный, как и его родители. Выродок.
В кухни возникла нереальная тишина. Петунья с неодобрением посмотрела на своего племянника. В её глазах читалось согласие с мужем. Дадли же громко заржал.
В Гарри начала просыпаться жажда крови. Крови его родственников... Хотелось проклясть Дурслей, чтобы они долго мучились. Или хотя бы просто накинуться ни них с кулаками. Но вместо этого пришлось терпеть - он же не хотел получить наказание от дядя. Дадли продолжал ржать, как конь и постоянно повизгивая, как свинья, повторял: Ненормальный выродок! Ненормальный выродок. От ярости, Гарри казалось взорвётся изнутри, он чувствовал, как кровь приливает к лицу. Сейчас в нём бурлило столько энергии, что хватило бы на самое мощное заклятие. Дурсли продолжали издевательски смотреть на племянника. Весь вид дяди говорил: огрызнись, и получи наказание до конца лета. Гарри не понимал, почему у его относительно спокойных родственников, с которыми он расстался утром, случился такой припадок бешенства. Чувствуя неудержимую ярость своего хозяина, Салазар вылез из кармана и забравшись ему на плечо начал шипеть на Дурслей.
- Убью. Глупые магглы, растроили моего хозяина... Укушу! - громко шипел защитник.
- Убери змею, мальчишка! - рявкнул Вернон. - Или я расшибу тебе голову! - стал угрожать этот боров.
- Салазар, не трогай их. - прошипел змееуст. Эти слова ему дались очень трудно. Он был полностью готов к убийству Дурслей, но что-то удерживало его. Сквозь громко бившийся пульс в голове, призывающий к расправе, отчаянно кричал здравый смысл, который умолял оставить родственников в покое.
Дурсли в страхе сжались в углу комнаты. Они с ужасом смотрели на Поттера. Сам Гарри впервые за свою жизнь испугал Дурслей до полусмерти. От этого он чувствовал такой эмоциональный подъём... Видя испуганные лица родственников, он чувствовал счастье, граничащее с безумной радостью. Вдруг он понял, что издевки Дурслей были вызваны всего лишь страхом и завистью перед его способностями.
- Никогда не смейте так говорить! - сказал Гарри на английском, но с примесью шипящих и фыркающих звуков. В припадке бешенства он говорил на смеси змеиного и человеческого языка.
- Никогда, вы меня поняли? - повторил он, смотря на родственников безумным взглядом.
Дурсли закивали головами как китайские болванчики. Уходя к себе в комнату, он прихватил ярко красное яблоко. Всё время Салазар проклинал Дурслей, и клялся им отомстить. Зайдя к себе в комнату Гарри как в трансе сел на кровать. Перед его глазами стояли испуганные лица Дурслей, от этого он довольно улыбнулся. Поттер с какой-то сосредоточенностью рассматривал обычное яблоко. Хотя не, уже не обычное. Это яблоко стало его трофеем, доказательством сегоднейшего триумфа над своими мучителями. (помните трофеи Тома Реддла )
. . . Когда Дадли услышал, как его отец оскорбил Поттера, он глумливо засмеялся ( он ведь нормальный, это его долг опускать таких уродов как его двоюродный брат). Но его смех быстро стих, когда он увидел змею, сидящую на плече у Поттера и что-то шипящую. Потом стало происходить что-то совсем не понятное: Поттер заговорил со змеёй! Сам же Дадли почувствовал сильный страх и спрятался за мамой.
В это время Гарри сидел в своей комнате и болтал с Салазаром. Неугомонный змеёныш предлагал покусать Дурслей.
- Я им ещё отомщу. - пообещал Поттер.
- А я вам в этом помогу. - заявил Салазар.
Посмотря на своего фамильяра, Гарри решил рассказать ему про свою жизнь. Во время рассказа Салазар опять рвался убить Дурслей, но Гарри ему не давал.
- Такие люди заслуживают наказания! - упёрто прошипел фамильяр. - Даже змеи относятся лучше к своим родственникам.
-Наверно... - устало ответил Гарри, забираясь под одеяло. Разговор сильно вымотал его. Когда он вспоминал своё детство, он заново переживал все оскорбления и унижение. Тяжело вздохнув, Гарри вспомнил про своих друзей, они-то точно его никогда не предадут. Ни Рон, ни Гермиона. В них он был уверен на 100%. За них он не раздумывая умер бы, и они сделали бы тоже самое ради его. Впервые за вечер Поттер улыбнулся и, прижав к себе трофей, уснул.

0

5

Глава 4.

Клятва.

Утром Гарри проснулся свежим и весёлым. От вчерашнего плохого настроения не осталось и следа. Помня причину вчерашнего конфликта, Поттер посмотрел на себя в зеркало. Его лицо сильно изменилось с начала лета: приобрело загорелый цвет и стало чуть более красивым, глаза ярко сверкали без очков. В них даже появился живой блеск, а не то постоянное уныние и страх перед родственниками, как после школы.
" Нормально. " - ухмыльнулся Гарри, сравнивая себя "заморыша" в начале лета и "нового" себя. Покрутившись у зеркала с полминуты, Гарри пошёл навестить Буклю.
Это лето для Букли вышло тяжёлым. Она всё время курсировала от Гарри к Сириуса. Гарри писал Сириусу почти обо всём, что с ним происходило за лето. Он умолчал только о Салазаре. Сириус поддержал его "махинации" с Дурслями. К удивлению Гарри, он также поддержал его стремление к учёбе. Сверх того, он прислал ему пару списков дополнительных заклинаний, которые очень могли помочь в стычках со слизеринцами. К каждому заклинание была инструкция: как правильно держать палочку, и какой взмах делать.
Гарри учил их с трепетом, зная, что их использовали Мародёры. Ему было очень приятно думать о том, что когда-то также сидел его отец со своими друзьями и учил эти же самые заклятия. В общем, Сириус прислал около 50 заклятий. Чуть ли не на половине заклинаний были пометки " не использовать при учителях." Крёстный Гарри объяснял это так: "они не совсем чистые, но очень полезные. " Гарри учил это для того, чтобы потрясти Гермиону, но потом понял, что половину заклинаний он не сможет её продемонстрировать, потому что для Гермионы всё "не совсем светлое" было - Табу. Как ни странно, его это совсем не разочаровало.
. . . Время уже было 12. Все вещи Гарри были сложены в его чемодан-рюкзак. Особо ценные вещи: мантию невидимку, карту мародёров, палочку и кошелёк он распихал по карманам. С Салазаром уже была проведена воспитательная беседа, ведь про него Гарри пока не собирался рассказывать своим друзьям. По плану Гарри Салазар должен был не показываться никому на глаза, никого не кусать и никого не пугать. Фамильяр конечно же безоговорочно согласился со своим хозяином. Всё время пребывания у Рона, он будет сидеть или у Гарри в чемодане, или в кармане (благо длина пока позволяла), или ползать где-нибудь по дальше от Норы. Когда Гарри рассказал ему про домовых гномов, Салазар сказал, что сам позаботится о своём питании. Тогда Гарри понимающе усмехнулся, к уродским гномам он не чувствовал никакой жалости.
" Интересно, как приедут за мной? Хотя какая мне разница, ведь припадок то у Дурслей будет." - зло подумал Гарри. Сам он не мог приставить не кого из семью Рона, приезжающим за ним на машине. Они конечно же что-нибудь вычудят. С прекрасным настроением он спустился к своей родне. Те так же испуганно смотрели на него, как вчера.
- Как тебя заберут? - поинтересовался дядя. - Надеюсь на машине?
- Незнаю. - равнодушно ответил Поттер. Дядя поморщился, его бесило равнодушие племянника. По его тону казалось, что ему на всё наплевать. Ещё бы год назад, за такой тон, мальчишка бы отправился в чулан на пару дней. Сейчас же угроза со стороны племянника значительно возросла.
" Надо было в детстве задушить." - поняв свой промах, тяжело вздохнул старший Дурсль. Внезапно что-то загрохотало в камине, а потом раздался взрыв. Дурсли чуть в обморок не упали, когда из их абсолютно НОРМАЛЬНОГО камина вылетело четыре человека. Тётя, увидев, что вся комната покрыта слоем пыли и грязи упала в ближайшее кресло. Дадли, видя волшебство во второй раз, от страха убежал и запёрся в своей комнате. Четыре рыжих гостя поднялись с пола и, не обращая внимания на беспорядок, с интересом изучали необычный интерьер комнаты.
" Да они сама пунктуальность." - мысленно возмутился Гарри. " Они должны были приехать через сорок минут! А если бы меня не было или я был с девушкой?"
Рон, Мистер Уизли и близнецы стояли посреди этого бедлама и почти все виновато улыбались.
- Мы пришли тебе забрать, дружище! - радостно воскликнул Рон, на беспорядок он вообще не обращал внимание. "Идиот! Да меня убьют за этот беспорядок."- чуть было не крикнул Поттер.
- Извините мы всё уберём. - выдавил мистер Уизли. Старший Дурсль силился что-то сказать, но только выдавливал какие-то звуки.
Под шумок Гарри сгонял в комнату, схватил рюкзак и быстренько засунул Салазара в него. Что-то ему подсказывало - грядёт невиданная буря.
Когда он спустился на кухню, то Дурсли окинули его злобным взглядом, в котором читалась, какая-то решимость. Гарри застонал - следующим летом ему конец! Дурсли этого просто так не оставят.
- Поттер. Чтобы. Твоей. Ноги. Больше. Не. Было. В. Моём. Доме. - по слогам сказал Дурсль. По этому, более или менее спокойному тону стало понятно - у Гарри Поттера больше нет дома.
- Никогда! Запомни мальчишка, никогда не смей переступать порог моего дома! - уже орал Вернон. - Иди в свой ненормальный мир и никогда оттуда не возвращайся. Я надеюсь, что ты сдохнешь, как и твои ничтожные родители. - с торжеством закончил взбешенный хозяин дома. В ту же секунду, кровная магия Лили Поттер навсегда спала.
- Родители Гарри были уважаемые людьми. Как вы смеете так говорить о них? - задыхался от шока Мистер Уизли. По лицам близнецов и Рона было видно, что те многое бы сказали толстяку.
- Его родители были ненормальными уродами, которые сдохли в какой-то подворотни! - заявил Дурсль. Мистер Уизли застыл в растерянности, он не так представлял родственников Гарри. Фред и Джордж повыхватывали палочки и со злобными лицами направили их на красного от злобы оратора. Рон, казалось, просверлит дырку в Верноне.
Сам же Гарри дрожал от переполнявшей его ярости, горечи, обиды и стыда. Он ещё мог терпеть обзывания Дурслей один, но при свидетелях... Гарри разрывался между своими чувствами. Впервые за много лет хотелось заплакать. Хотелось просто разорвать дяди голыми руками, впиться ногтями в его толстое тело, вырвать эти торчащие усы.
" Эта тварь оскорбляет моих родителей перед моей второй семьей. А Петунья, сестра моей мамы, делает вид, что ничего не произошло."
- Извинитесь перед Гарри! - рявкнул Рон, крепко сжимая кулаки.
- Перед этим ничтожеством?! Выродком?! - Дурсль сплюнул под ноги Артуру Уизли. - Перед сыном алкаша и ... - Дурсль, казалось, сам поверил в тот бред, который на протяжении тринадцати лет придумывал сам.
На этих словах Гарри не выдержал и взял любимую фарфоровую фазу тёти. Всё внимание было прикованы к Дурслю, поэтому Поттер незаметно подбежал к дяди и со всей яростью ударил его по голове. Удар, в основном, пришёлся по правой скуле. От удара Дурсль покачнулся, но не упал, силы мальчика не хватило на то, чтобы сбить с ног эту гору жира. Гарри с совершенно сумасшедшими глазами и перекошенным от ярости лицом запрыгнул на него и стал избивать. Весь стыд за последние пять минут вылился в мощнейшие удары. Через пару секунд на физиономии у Дурсля был разбит нос, и появилось пару синяков. Вернон, пришёл в себя и взревев, как медведь, откинул Поттера в сторону. К несчастью для него, Гарри успел крепко вцепиться в его волосы и рубашку, поэтому отлетая, он прихватил пуговицу и даже часть волос самого(!) Вернона Дурсля. Близнецы кинулись к дерущимся. Хотели они разнять их, или помочь меньшему - было непонятно. Дурсль просто снёс их и кинулся к распростёртому на полу племяннику. Гарри отправился бы в больницу или морг, если бы не заклятье Мистера Уизли, которое отбросило Дурсль в другой конец комнаты. Два родственника мгновенно вскочили с пола и опять кинулись друг к другу. Гарри во второй раз за вечер мог надолго отправиться в больницу, но его опять же спас старший Уизли. Он вовремя поставил между ними щит. Гарри отлетев от щита, с бешенством уставился на дядю и выхватил бесполезную летом палочку. Вернон же, продолжал с упорством носорога наскакивать на щит и отлетать.
С секунду два родственника смотрели друг на друга. Они чувствовали такое презрение и ненависть, которое не испытывали ещё никогда. Маленькие поросячье глазки, заплывшие жиром встретились с изумрудными глазами, белки которых были цвета крови. Эти необычные, двухцветные глаза вселяли ужас и отвращение, а также обещали бесконечные мучения.
- Гарри, Мистер Дурсль, успокойтесь! - умолял Артур. Его же дети были настроены более враждебно к Вернону. Весь их вид говорил: будь наша воля, тебя бы уже не было.
" Я отомщу тебя дядя, клянусь. Я отомщу всей твоей семье. Я заставлю вас мучиться." - твердил про себя Поттер. " Я пойду на всё, чтобы сдержать свою клятву."
- Уходите. - приказал близнецам отец. Те недовольно посмотрели на него и взяв вещи Гарри, исчезли в камине, перед тем "совершенно случайно" разбив сервиз, подаренный Мардж лет десять назад.
- Что вы делаете?! - закудахтала Петунья. - Я вызову полицию!
Вернон не обратил никакого внимания на последник подарок близнецов. Он буравил племянника насмешливым взглядом и даже крикнул:
- И это всё что ты можешь? Слабак! Ты никто против меня! - после этого он захохотал и вытер рукавом кровь, капающую из носа. Сейчас он чувствовал себя героем, который проучил очередного ненормального.
- Я многое могу и ещё большее смогу. Ты первый об этом узнаешь... - хрипло пообещал Гарри, тётя Петунья перестала причитать и вздрогнула.
" Я отомщу тебе... твоей семье... клянусь" - как мантру, про себя повторял Поттер.
- Гарри, иди! - взмолился Мистер Уизли.
" Отомщу... отомщу..." - стучало в голове.
- " Пожалуйста!" - не сдержавшись, крикнул Артур.
"Отомщу... отомщу..." - билось в голове у Поттера. Входя в разожженный камин, он обнаружил пуговицу от рубашки дяди. " Ещё один трофей..." - отстранённо подумал Поттер и исчез в зелёном пламене.
Дурсли смотрели, как подросток исчезает в камине. Они даже подозревали, что в следующий раз они увидят своего племянника при совсем других обстоятельствах...
Вылетев из камина Гарри, к всеобщему удивлению, остался на ногах (это ему редко удавалось). Не успев прийти в себя, он оказался в объятиях Миссис Уизли. Она обнимала его и причитала: из всех её восклицаний Гарри понял только " как ты похудел за лето" и " кожа да кости." Миссис Уизли его чуть не раздавила, пока прижимала к себе. Впервые в жизни Гарри были до ужаса неприятны эти заботливые объятия. Хотелось вырваться - по его мнению, никто не смел его обнимать, кроме умерших родителей. Оказавшийся прижатым к Миссис Уизли, Гарри почудилось, что он становится всё грязнее и грязнее с каждой секундой. Он уже был готов оттолкнуть её, но она сама отстранилась.
- А где твои очки? - взволновано спросила Миссис Уизли. - Ты их не потерял? Почему ты такой бледный? Что случилось? Почему Фред и Джордж вылетели из камина и никому ничего не сказав поднялись на верх, и запёрлись в своей комнате" - завалили вопросами прибывшего.
- Ничего. - процедил Гарри. - Всё хорошо. - добавил он и, расправив плечи, улыбнулся надменной улыбкой.
После этих слов Миссис Уизли окинула его своим " пронзительно-материнским " взглядом. Смотря на него, она не узнавала весельчака Гарри. У "старого" Гарри были круглые очки и вечно взъерошенные волосы. У "нового" Гарри была дорогая одежда, которая делала его более взрослым. Без очков глаза Гарри казались более яркими. Волосы не торчали, как всегда в разные стороны, а были более или менее уложены в причёску, которая, кстати, ему очень шла. Сами же волосы стали немного длиннее. От прежнего Гарри остались только зелёные глаза. Которые сейчас почему-то смотрели холодно и презрительно. Перед ней стоял подросток, выглядевший лет на пятнадцать, с темными длинными волосами. На его самоуверенном лице играла надменная улыбка. На нём были тёмные узкие джинсы и шёлковая рубашка с серебряными запонками.
" Сколько же это стоит?" - задала себе вопрос Молли. "Хотя род Поттер был очень богат."
Гарри тем временем засунул руку в карман и пошёл на второй этаж, не обратив ни малейшего внимания на Джинни и Гермиону. Те растеряно смотрели на этого незнакомого молодого человека, который не обратил на них никакого внимания. Как-будто и не было трёх лет близкого знакомства. При гробовой тишине Поттер дошёл до второго этажа и закрылся в комнате Рона.
. . . - Что случилось? Артур, Рон? - взволнованно воскликнула Молли, когда из камина вывалились её сын и муж.
- Ничего. - соврав, отвёл глаза Артур. Рон, до сих пор пребывал в состояние глубокого шока.
- Не ври, Артур! - попросила жена мужа. - Ты не умеешь врать!
- Гарри поссорился с родственниками. - сдался Мистер Уизли.
- Что? Они обидели его?... - последовало сотня вопросов от неугомонной жены. Но Артур Уизли был гриффиндорцем и не мог без спросу рассказать про неприятный случай, свидетелем которого он стал. Поэтому он сказал:
- Они сильно поссорились. Не доставайте Гарри сегодня. Не лезьте к нему с расспросами, и пожалуйста, не напоминайте ему про... родственников. - при слове "родственников" он поморщился.
- Ты сказал не всю правду! - воскликнула Молли. Она всегда видела мужа насквозь и знала - когда он врёт, а когда нет.
- Они ОЧЕНЬ поссорились. Больше я не могу сказать, извини. - тихо сказал Артур и ссутулился. Он казалось, постарел на пару лет. У него в голове до сих пор не могли улечься чувства, возникшие у Гарри дома. Злость, ярость, ненависть, гордость, жалость, презрения и ещё десятки чувств разрывали его изнутри. Поэтому он просто, под четырьмя парами глаз налил себе стакан огневиски и не морщась опрокинул его. Потом под ещё более удивленные взгляды, он налил полстакана и протянул Рону со словами: Отнеси Гарри.
- Артур, он ещё ребёнок! - заупрямилась Молли, но видя задумчивое лицо сына, несущего стакан, замолчала. Всем стало понятно: случилось что-то ужасное.
. . . Гарри же тем временем, от гложущей его досады и злости, ногтями буквально сдирал кожу на руках. Понимание того, что он никак не может отмстить Дурслям, вызвало ещё один приступ бешенства. За которым последовало ещё одно безжалостное движение ногтями по руке. После получаса безумства, во время которого он никому не открывал двери, Поттер валялся на растерзанной кровати и пустым взглядом смотрел на плакат "Пушек Педдл."
Через два часа он обессилено дополз до чемодана ( который занесли близнецы, перед тем как замуроваться в своей комнате) и достал Салазара. Тот яростно шипя, обвил руку хозяина. Вспышки ярости хозяина настигали его уже три часа. Он изнывал от беспокойства и недоумевал: Что-же так взбесило молодого змееуста? Впервые за свою короткую жизнь, он одновременно чувствовал столько человеческих эмоций. Они буквально раздирали его изнутри и заставляли раздражённо шипеть. Он ни понимал:
" Зачем человеку столько ненужных чувств? Лучше же быть как змеи, которые владели только самыми важными и нужными чувствами. Змеи никогда бы не стали терпеть такой микс чувств, которые доставляли одну боль. Они бы просто уничтожилиугрозу, вызывающую их." Весь оставшийся день хозяин и фамильяр провели молча. Салазар преданно смотрел на Гарри и чувствовав его уныние, пытался ободрить своим присутствием. Хозяин же отвлечённо поглаживал своего питомца и крепко сжимал пуговицу своего самого лютого врага.
Рон Уизли сидел в своей комнате и думал. Он уже миллион раз за день задавал себе вопрос: Хватило ли у него мужество напасть на такого великана как старшего Дурсля, чтобы защитить честь семьи? Ответа он не находил.
Близнецы, сидя в своей комнате, впервые не шутили с того момента, как научились говорить. Их мысли были заняты Гарри Поттер, человеком, которого они считали своим братом.
В это лето всё семейство Уизли было в сборе. Приехали даже Чарли из Румынии и Билл из Египта. Также Перси поступил на службу в Министерство магии. Он служил под началом Барти Крауча. День приезда Гарри, стало днём уныния и горечи. Все сидели в своих комнатах и предавались невесёлым думам. Каждый думал о своих проблемах. Только Перси, поблагодарив бога за тишину в отчем доме, строчил скучный доклад про толщину котлов.
Вечером Гарри накрылся одеялом Рона и попытался задремать. Завывания упыря как раз отражали внутреннее состояние Гарри, поэтому подросток почувствовал что-то родное и уснул.
Утром проснулся счастливый подросток полный жизни и имевший кров над головой. Вечером засыпал озлобленный и бездомный сирота, который ненавидел своих родственников. Он прижимал к себе фамильяра - единственное существо, которому он доверял. В людей он уже не особо-то верил.
А пуговица тем временем лежала в коробке, вместе с яблоком. У молодого гриффиндоца было уже два боевых трофея - вещи, которыми он гордился. Вещи, доказывающие его особенность и силу.

0

6

Глава 5.
Чемпионат Мира по Квиддичу.

Утром Гарри по привычке проснулся рано. Рон, да и наверное все Уизли ещё спали. Состояние, при котором хотелось повеситься прошло, поэтому сейчас Поттер уже жалел о своих растерзанных руках. Ему было стыдно за вчерашнюю истерику, блага её свидетелем был только верный Салазар. Мрачное настроение и желание мести, конечно же, не прошло, но сейчас в его чувствах преобладал стыд.
" Как я буду смотреть в глаза всем Уизли? Половина из них была свидетелем моего позора!" - яростно сжал кулаки Поттер. "Не дай бог, они полезут меня жалеть... " - угрожающе сузил глаза парень.
После долгих раздумий он решил спуститься вниз и вести себя, как ни в чём не бывало. Переодевшись и сходив душ, Гарри спустился на кухню.
- Ты уже проснулся? - удивленно спросила Миссис Уизли. Она думала, что это Перси, а не Гарри ходил по дому.
- Да, я привык вставать рано. Вам чем-нибудь помочь? - мило улыбнувшись, поинтересовался Гарри.
- Спасибо конечно, но не надо. - благодарно ответила Молли и задала свой коронный вопрос. - Ты хочешь есть? Ты сильно похудел.
Заверив её что он не голодный, Гарри потупив взор, попросил залечить ему руки. Когда Молли увидела ужасающие царапины на внутренних частей рук, то чуть не упала в обморок. Постоянно причитая, она достала какую-то настойку. Поражённый Гарри наблюдал, как раны на руках затягиваются на глазах. Поблагодарив мать Рона ещё раз, Поттер взял какую-то книгу. Это оказалась книга про драконов, которая скорее всего принадлежала Чарли Уизли.
Остальные члены семьи Уизли, приходя на кухню, видели абсолютно расслабленного гостя, который спокойно читал книгу. По его виду было понятно, что он не желает вспоминать о вчерашнем дне. За завтраком Гарри заговорил с Чарли о драконах. Чарли, видя, что хоть кто-то интересуется его любимыми животными, с радостью принялся рассказывать смешные истории и байки. Непринуждённая беседа более или менее спасла Гарри от заботливых взглядов старших Уизли.
Гермона радостно смотрела на своего лучшего друга. Ей нравилась его неизвестно откуда взявшаяся уверенность и самостоятельность. Гарри, с которым она рассталась в прошлом году, убивался бы из-за ссоры с родственниками долгое время. "Новый" Гарри принял этот удар судьбы как взрослый и вёл себя, как ни в чём не бывало. Изменения во внешности тоже пошли ему к лицу. Раньше у Гарри были смешные очки, маленький рост, старая одежда, взлохмаченные волосы. У нового Гарри было всё наоборот: не было очков, была новая одежда и даже была ПРИЧЁСКА! Также Гарри сильно подрос за лето и наконец, выглядел на свои года. Раньше худенького гриффиндорца хотелось защитить от всего мира, сейчас же наоборот, хотелось прижаться к нему и попросить, чтобы он защитил её от всего: слизеринцев, Снейпа, даже плохих оценок. Конечно же, она немного испугалась, когда Гарри вышел из камина. Он был таким равнодушным, холодным и высокомерным, прямо как Люциус Малфой. Он даже не сказал её ни слова! Но потом, узнав причину его расстройства, Гермиона корила себя за сомнение в друге.
После завтрака, Гарри собрал своих друзей и счастливо улыбаясь, вручил им подарки. Рон с близнецами прыгали до потолка, рассматривая новинки из "Зонко." Гермиона с Джинни тоже остались довольны шикарными перьями.
" Как-же им легко врать." - не переставал удивляться Гарри. " Неужели они и вправду поверили, что яуспокоился после вчерашнего? Подумать только, улыбка на лице, и все думают что всё нормально." - Гарри ухмыльнулся, друзья, счастливо переговарившись, не заметили этого. "Зато благодаря моимродственникам я узнал - всегда надо держать маску на лице. Никто не должен видеть тебя настоящего." После этих слов он с тёплой улыбкой задал Рону вопрос про Чемпионат мира.
Дни до Чемпионата Мира пролетали для Гарри однообразно, но интересно: он вставал, встречался с потолстевшим Салазаром в саду ( видно диета из гномов пошла ему на пользу), а потом почти на весь день претворялся счастливым. За эти пару дней он сильно сблизился с Биллом и Чарли. Два весёлых брата рассказывали ему о своих работах, травили байки, и всячески развлекали гостя. Они по полдня сидели под кустом и говорили. Только в это время Гарри не приходилось претворяться. Поттер чуть ли не с открытым ртом слушал о других магических странах, опасных драконов, хитрых гоблинов. Слушая эти бесценные сведения, он их старательно запоминал. Гарри до сих пор немного знал о магическом мире. Например, он никогда не слышал о других школа, не знал о десятках свойствах драконов, о страшных египетских проклятиях. Также, братья ему намекнули, про какое-то грандиозное событие, которое будет проходить в Хогвартсе. Чтобы ответить тайной на тайну, Гарри показал им список с заклятиями Мародёров. Даже взрослые маги, не о всех их слышали, поэтому принялись их тут же отрабатывать.
Гарри завистливо смотрел, как у Билла получилось ещё одно заклятие. По своим наблюдениям парень понял, что у него заклятия получаются лучше, чем у Чарли.
" Ну ещё бы. Он же борется с разными проклятиями фараонов. Надо бы у него расспросить про парочку таких проклятий, может ими и Дурслей накажу."
Но его размышления о мести были прерваны Чарли.
- Гарри, у тебя здесь много проклятий и боевых заклятие. Я бы тебе не советовал применять их при учителях. - подмигнул он.
- Я знаю, что там не все заклинания безобидные. - подтвердил Гарри, обрадованный тем, что никто не стал придираться к нему из-за "не совсем светлых" заклятий. Мысленно благодаря бога за то, что тот помог ему отделаться от друзей Гарри растянулся на траве.
Воспоминание:
. . . Когда Рон увидел своего друга читающего книгу про драконов и одновременно спорящего с Чарли, то задал опасный для себя вопрос:
- Зачем тебе знать про драконов? Всё равно мы с ними никогда не встретимся. Лучше бы домашнее задание сделал. - недоумевал Рыжий.
- Я всё уже сделал. - ухмыльнулся Поттер.
- " Дааа? Дай списать, а то я только половину еле-еле сделал, а Гермиона не даёт списать. - подхватил шестой Уизли."
К несчастью этот разговор услышал Перси. Он, конечно же, сдал Рона матери. Миссис Уизли конфисковала У Гарри и Гермионы работы ( чтобы Рон не списал), а самого Рона отправила делать домашнее задание. Рон, бурча что-то про несправедливость удалился. Тогда же Гермиона с ужасом вспомнила про наступающую школу и по привычке зарылась в учебники. . .
Мысли Гарри во-второй раз были прерваны, только на этот раз уже Биллом.
- Тебе же хочется по колдовать? - спросил он и, получив утвердительный кивок, с хитрой улыбкой посмотрел на брата. - Мы откроем тебе небольшой секрет. Только ты должен пообещать нам никому про него не говорить, даже Рону и особенно близнецам.
Гарри опять кивнул головой.
- Ты можешь сейчас колдовать. - для Гарри это было, как гром среди ясного неба.
- Что? Как? Нельзя же... - путался он.
- Есть одна лазейка. По ней ты можешь колдовать в домах волшебников и тебя никто не засекёт. Министерство считает, что родители внимательно следят за своими детьми. Поэтому, если твои родители волшебники, то ты можешь спокойно колдовать дома. Но стоит тебе выйти из дома, ну или с придомовой территории... - он обвёл зарошенный участок вокруг Норы, - То тебя сразу же засекут.
- Получается... я могу колдовать? – не веря в свою удачу, переспросил Гарри. Перед ним открывалось столько возможностей!
- Да. Только смотри чтобы тебя никто из наших не заметил, а то вопросов будет. - попросил Билл. Гарри благодарно улыбался, улыбка разве что до ушей не дотянулась, но в душе были сомнения. Ведь Билл и Чарли были братьями самих близнецов Уизли.
" Не могли же они пошутить надо мной?" - лихорадочно думал Поттер. Не даром они вместе проворачивали разные шутки, с целью раздражения Перси. "Нет, не могли. Таким не шутят."
- Экспелиармус! - шепнул Поттер. Палочка Чарли вылетела из рук. - И вправду можно... Почему вы раньше не сказали? Откуда вы это узнали? - с интересом спросил Гарри.
- Раньше мы не встречались. А как узнали... по-моему это такая невесёлая шутка... стоило мне только закончить Хогвартс, как я случайно узнал, что мог свободно колдовать дома. - Чарли горестно вздохнул. - И то об этом знают немногие, я просто случайно узнал у Драконоведов и Биллу сказал.
- А кто-нибудь ещё знает? - спросил Гарри, в душе молясь, чтобы никто не знал.
- Все чистокровные. - мрачно ответил Билл. - Поэтому их детки могут спокойно тренироваться дома в тёмной магии.
- А почему вы именно мне сказали? - опять спросил Поттер.
- А кому ещё? Скажешь кому-нибудь из нашей семье, так он разболтает и все узнают. А если близнецы начнут творить беспорядки дома ещё и с помощью палочки, то родители нас точно убьют. Гермионе мы не сказали, просто потому, что она зароется в книги и будет заниматься по двадцать четыре часа. Она и так слишком умная, для неё вредно учиться. Ну а тебе... - он опять хитро улыбнулся. - Ведь завтра уже Чемпионат, а потом через день в школу. В этом году ты всё равно не успеешь натворить беспорядков. А в следующем году ты уже будешь совсем взрослый. Ну и к тому-же, если ты пообещал, то точно сдержишь слово.
Этим вечером, как и предсказывали братья Уизли, у Гарри ни разу не колдовал. У " Норы" глаза и уши были везде, поэтому было бы глупо думать, что тебя никто не заметит и не услышит.
. . . Утро началось с крика "Подъём!". Не выспавшийся Гарри сонно жевал какие-то хлопья. Остальные все бегали по тёмным лестницам Норы и перетаскивали одни и те же вещи с места на место.
" Прям как первое сентября." - немного раздраженно подумал Гарри. Ненужная суета его просто бесила. Как можно тратить столько времени на сбор вещей!? Они уезжали всего на сутки, а вещей брали, как в школу.
"Неужели так трудно собрать маленький рюкзак и всё!" - недоумевал он. Сам же Гарри уже собрался. Мантия невидимка, палочка и кошелёк были с ним. Салазар оставался в Норе. Тащить его на чемпионат было рискованно, да и неудобно. Ходить со змеёй в кармане при сотнях людей, половина из которых побегут обнимать и трясти ему руку. Да и сам фамильяр, скорее всего не получил бы эстетического наслаждения от великолепной игры в квиддич. Жуя размокшие хлопья, Гарри что-то пытался вспомнить. Ночью ему снились какие-то странные сны. Из-за этого ему казалось, что произойдёт что-то необычное... Несмотря на предчувствие, Гарри испытывал какое-то возбуждение. Ему казалось, что произойдёт что-то неприятное для всех, но не для него, а может быть даже что-то полезное... Окончательно запутавшись в своих мыслях, Гарри решительно отодвинул тарелку с этой гадостью от себя.
Бурчащий Рон, чуть не взвыл, когда оказалось, что придётся пройти пару километров до портала. Другие отнеслись к походу более или менее положительно - ведь это был такой шанс окончательно проснуться.
Преодолев расстояние в пару километров, они встретились с Седриком и Амосом Диггори. Амос насмехался над Гарри, из-за того, что он упал с метлы во время игры с когтевранцами в прошлом году. Гарри слушал всё это молча, при этом чувствуя как внутри него закипает гнев. Внезапно его скрутило от ярости. Ему хотелось стереть улыбку с рожи Амоса, хотелось оторвать ему голову, разорвать на части, пальнуть самым опасным заклинанием. Это было ощущение, как во время ссоры с родственниками, только намного слабее. Поэтому он легко смог заставить себя улыбнуться. Седрик, на первый взгляд, попытался защитить Гарри, чем вызвал благодарную улыбку у Гермионы и Джинни. Но Гарри за своё трудное детство, а особенно за это лето, прекрасно изучил человеческие эмоции. Поэтому, он всё-таки смог обнаружить отголосок самодовольную улыбку на лице Седрика.
" Хитрый пуффендуец..." - презрительно подумал Гарри. " Думаешь, что самый умный, самый хитрый, самый благородный и вообще самый-самый? Ты хороший актёр... Внешне ты отзывчивый, добрый и верный друг, поэтому у тебястолько поклонниц и друзей. Но я чувствую гордость глубоко в тебе. Ты хочешь покрасоваться передвсеми." - с недавних пор Гарри стал видеть людей разве что ни насквозь. Это было сродни интуиции.
Гнев и ярость постепенно прошли, но Гарри не забыл об этом инциденте. Подходя к палатке Уизли, он всё ещё слышал насмешливый голос Диггори. Он непроизвольно сжал кулаки и холодно усмехнулся. В этом году они сотрут команду Когтеврана в порошок. Они опустят её перед всей школой.
Гермиона уже забыла о Диггори, весь её разум был поглощён разглядыванием волшебного лагеря. Она радостно смотрела по сторонам. Тут она случайно увидела Гарри. Кулаки у него были сжаты. На лице была мрачная усмешка, глаза были холодны как два изумруда, а губы искривлены в насмешливой полуулыбки. Гермиона перестала дышать, смотря на своего друга. Он был как статуя... Прекрасная статуя... Отрицательные чувства как-то странно, но несомненно прекрасно преображали его. Он становился взрослым и неотразимым, прекрасным, хотя в жизни и не блистал внеземной красотой. Такой Гарри внушал страх и восторг, перед ним хотелось преклоняться. Гермиона подняла руку, чтобы хоть немного дотронуться до сказочного видения... Но тут её окликнула Джинни:
- Ты идёшь? - спросила она, указывая на вход в палатку.
- Да, уже захожу, - поспешно ответила Гермиона. Повернувшись к Гарри, она увидела весёлого мальчика, с улыбкой до ушей и тёплым взглядом. В глазах не было холода и ярости, только интерес. Его поза не выражала напряжение, она была расслабленной. Прекрасный принц исчез, и вместо него появился красивый, но какой-то обычный Гарри. Несмотря на всё это, странная перемена крепко врезалась ей в голову.
Потом все пошли за сувенирами. Гарри подарил всем бинокли, чтобы было удобней наблюдать за матчем. Себе он накупил кучу сувениров, чем вызвал завистливые взгляды Рона. Тот позволил себе купить только статуэтку Крама. Места у них были шикарные, рядом с Министром магии. Тот, увидя победителя Тёмного лорда, крепко пожал ему руку. Не успели они рассесться, как пришли Малфои. Гарри скривился, когда увидел их. Малфои были одеты с иголочки. У них на лице промелькнуло отвращение, когда они увидели семью Рона. На Гарри, они даже не обратили внимание, видно не узнали в новом образе. Смотря на семью Уизли, Гарри стало стыдно... за себя. Они выглядели как оборванцы. Увидя презрительный взгляд Малфоя старшего, направленного на Артура уизли, Гарри переложил палочку из заднего кармана в рукав.
" На всякий случай." - мрачно подумал он.
Наконец все расселись. Гермиона тщетно пыталась разговорить Винки, эльфа Барти Крауча, но у неё ничего не вышло. Началось представление команд. На поле вышли прекрасные девушки. Гарри не мог оторвать от них глаз, да и не желал. Он медленно поднялся со своего места и подошёл к перилам. Тут его окрикнула Гермиона. Посмотря на своих друзей он увидел, что Рон, Фред и Джордж стоят также.
- Кто это? - с интересом спросил Гарри.
- Вейлы. - будничным тоном ответил Билл. - Лучше заткните уши.
После выступления вейл, Мистер Уизли сказал:
- Сейчас начнётся!
Игра была настолько быстрая, что Гарри просто не успевал за ней следить. Половину забитых голов он вообще не заметил. Поняв, что всю игру ему не суждено увидеть, Гарри стал следить только за ловцами. Из всех игроков он болел только за Крама. В нереальном пируэте Крам схватил снитч... но его команда всё равно проиграла. На 10 очков.
" Как же ему сейчас хреново." - посочувствовал он побитому и проигравшему Краму.
Когда все стали расходиться по своим палаткам начался хаос. Все толкались и кричали, хотя нет не все, Малфои гордо аппарировали.
" Везёт им. Скорее всего личное разрешение министра магии. Другие то пешком идут." - позавидовал Гарри, протискиваясь между какими-то людьми.
Прийдя в палатку Гарри облегченно вздохнул. Он был очень рад, что попал на игру, но суета окружающих очень сильно утомляла. Все болтали без умолку, пересказывая друг-другу матч. Рон орал и доказывал, что Крам лучше всех, хотя с ним никто и не спорил. По Гермионе было видно, что она чувствует себя не в своей тарелке.
"Она просто не понимает всю прелесть квиддича." - мысленно защитил её Гарри.
У самого Гарри мысли были далеко от квиддича. Он постоянно вспоминал о прекрасных вейлах. Перед его взглядом возникали очаровательные девушки, превращающие в опасных гарпий.
- Вот почему мальчики, никогда не гонитесь за одной лишь внешностью. - почему-то прозвучали у него в голове слова сказанные мистером Уизли.
"Ну не знаю, по-моему, лучше красивая, хоть и опасная, высокомерная, наглая, жестокая, чем страшная, тихая, домашняя, добрая..." - пришёл к выводу Гарри. " Так что, тебе не что не светит, Джинни." - мысленно ухмыльнулся он, вспоминая влюблённые глаза седьмой Уизли, которые кстати ужасно надоели ему за последние дни.
- Да вы уже все спите! - воскликнул Мистер Уизли. И правда: Джинни, Гермиона, Перси спали. Гарри пока только дремал.
Всю ночь Гарри снились то вейлы, то тень Волан-де-морта. Проснулся он от того, что его тряс Мистер Уизли.
- Вставай! Быстро одевайся! - взволновано воскликнул он.
- Что случилось? - сонно пробормотал Гарри. В этот самый миг на улице что-то взорвалось и сон как рукой сняло. С улицы раздавались крики, взрывы, смех. Гарри мгновенно подпрыгнул и поспешил на улицу, благо он был в одежде. Вся семья Уизли и Гарри с Гермионой выбежали их палатки. В лагере царила паника. В стороне от них шёл строй людей в тёмных мантиях.
Гарри на несколько секунд замер, он никак не мог оторвать взгляд от этого необычного зрелища. Весь лагерь в страхе убегал от этой горстки людей! Фигур в тёмном было не больше трёх десятков, а то них бежали сотни волшебников! От строя тёмных магов несло могуществом, уверенностью и силой. От бегущих людей, только страхом и отчаянием. Гарри вглянулся в фигуры. Они были в тёмных плащах с капюшонами. На лицах у них были маски. Они шли уверенно, уничтожая всё на своём пути. Гарри почему-то захотелось оказаться рядом с ними.
Но тут он увидел четыре беспомощные фигуры. Это были магглы, они весели как куклы над темными волшебниками. Сейчас Гарри одолевали совсем другие чувства, он хотел спасти несчастных. Гарри казалась, что его душа разрывается на две части: одна часть хотела спасти бедняг, другая хотела помочь темным.
- Гарри бежим! - в страхе воскликнула Гермиона. Перед бегством Гарри ещё раз взглянул на тёмный строй, будто пытаясь запомнить его на всю жизнь. Дёрнувшись, Гарри схватил за руку Гермиону и стал прорываться через толпу к Рону и близнецам. Бежать в толпе было невозможно. Близнецы с Джинни затерялись в толпе, а Гарри с Роном и Гермионой забрели в какой-то лесок.
В этой части лагеря царило умиротворение. Казалось, никто не обращал внимание, что рядом с ними идёт бой. По дороге они встретились с мелким Малфоем. Тот стоял с таким видом, будто это он всё организовал. Он опять начал придираться к Гермионе, а Рон полез её защищать. Малфой сказал Гарри:
- Поттер, спаситель ты наш, неужели ты испугался и прячешься здесь?
- Малфой, а тебя родители почему с собой не взяли? Неужели ты настолько ничтожен, что тебя и родители бросили? - насмешливо поинтересовался Гарри.
- У меня хотя бы есть родители Поттер, не то что у некоторых. - злобно прошипел Малфой.
- Пока есть. - холодно сказал Гарри.
- Пошлите мальчики. - встряла в разговор Гермиона и схватив друзей за рукава потащила их от слизеринца.
- Прячьтесь за спиной лохматой заучки! - проорал Малфой и пошёл в другую сторону.
По мере углубления в лес, ребята услышали чьи-то осторожные шаги. Гарри выхватил палочку, друзья последовали его примеру.
- Я где то потерял свою палочку. - в ужасе прошептал Рон.
Чей-то хриплый голос выкрикнул заклятье:
- МОРСМОРДЕ!
Что-то громадное, зелёное, сверкающее вырвалось из пятна мрака, вылетевшего из-за кустов. Постепенно, оно превратилось в череп, с вылезающей изо рта змеёй. Вокруг них стали появляться маги. Все как один выкрикнули заклятия. Трое друзей нагнулись и заклятия пролетели над ними.
Потом был допрос. Амос Диггори притащил Винки из-за кустов. Ту самую домовиху, которую пыталась разговорить Гермиона. Она была без сознания. Её привели в чувство и стали допрашивать. У эльфихи как-то оказалась палочка Рона. Снова подозрения и споры.
" Неужели эти кретины думают, что это сделали мы?" - недоумевал Гарри. "Нам ведь на каникулах нельзя колдовать!"
Результатом спора стало изгнание Винки из семьи Крауча. Хозяин дал ей одежду. Эльфиха рыдала и умоляла его не делать этого. От этого зрелища Гермиона прослезилась, даже Рон с жалостью смотрел на рыдающее существо. Сам же Гарри к своей радости ничего не чувствовал. Если честно, то ему было вообще пофиг на неё. Раньше бы он стоял с такой же грустной рожей как и Рон, сейчас же он равнодушно, даже с каким-то отвращением смотрел на рыдающее нечто.
" Ну выгнали её, мне то какое дело? Это меня никаким боком не касается. Проще говоря, мой дом с краю, нечего не знаю. Ивообще, как-то странно оплакивать это грязное и уродское подобие чело... существо." - цинично подумал Герой всего волшебного мира, назвать этого метрового уродца человек, даже язык не поворачивался.
. . . В палатке сидел раненый Билл. Мистер Уизли просветил Гарри на тему Чёрной метки и Пожирателей смерти.
"Как же я многого не знаю." - подумал Гарри. " Другой на моём месте прочитал всё про времена террора Волан-де-морта, чтобы узнать в каком мире жили мои родители. А Волан-де-морт не такой, как я думал. Подумать только, он создал собственную организацию! Придумал восхитительный знак, появление которого заставляет всех мракоборцевбуквально навалить в штаны." - он представил старшего Диггори.
Весь вечер Гермиона продолжала причитать по поводу Винки. Все видя её фанатично блестящие глаз не решались спорить. Один Перси попытался защитить своего обожаемого начальника, в результате чего получил двадцатиминутную лекцию о " ужасной судьбе бедных созданий". Закончилось всё тем, что она назвала Винки, чуть ли не своей младшей сестрёнкой. Рон же строил фантастические догадки про Пожирателей.
" Ну и друзья у меня. Рон, с детства живущий в магическом мире. Но он ведь даже не знал кто такие Пожиратели! Неужели родители ему нечего не говорили? Скорее всего нет, а он даже не о чём и не интересовался. Только о квиддиче и думает. Гермиона, магглорождённая волшебница, наоборот всё знает. Вроде бы это хорошо, но нет. Она не может остановиться игрузит всех ненужной информацией. Я думаю, вместе они бы дополняли друг-друга: неуч и заучка." - раздраженно подумал Гарри. Он уже давно не удивлялся своим циничным мыслям. Этим летом, у него началась настоящая взрослая жизнь. Этим летом как-будто пелена упала с его глаз, особенно после случая с дядей. Он стал смотреть на жизнь по-взрослому. А его друзья смотрели как маленькие и наивные дети.
"Рон, думающий, что от всего можно спрятаться дома. У него есть замечательная семья, а у меня нет. Его некогда не морили голодом, не били, не унижали. Мне же каждый день приходилось выживать с Дурслями. Но раньше я был дурак. До этого лета я старался им не врать. Я как и подобает гриффиндорцу, терпел унижения, даже не стараясь ничего изменить. Но этим летом проснулась моя слизеринская часть, та часть о которой говорили шляпа на первом курсе. Благодаря ей я увидел, что Дурсли панически боятся меня. Потом моя гриффиндорская часть соединилась со слизеринской... Из-за этого больше меня никто не унизит. Никогда. Гриффиндорская гордость и слизеринская хитрость сделает меня сильным магом. А те кто унижали меня: мои родственнички и Снейп с Малфоем будут наказаны."
Чем больше он думал об этом, тем сильнее расползалась по его лицу мечтательная улыбка.
"Гермиона. Верный друг. Но она относится ко мне как к неучу. Она всегда старается блеснуть своими знаниями, показывая этим, как мало мы с Роном знаем. А третий курс: она же рассказала про Молнию Макгонаггл! Поэтому про Салазара ей пока не надо знать. И Рону тоже, тот может ляпнуть про него по своей глупости. Но несмотря на их недостатки, они всё равно мои лучшие друзья. Кроме них у меня никого нет, хотя Салазар во многом может их заменить. Правда, он не только друг, а вкакой-то мере слуга... Ну да ладно, зато он верен мне." - отмахнулся Гарри, принимая новый для себя термин "друг-слуга."
Так Гарри долго лежал на своей койке в палатке и размышлял, не замечая, что до утра осталось всего пару часов.
. . . Добрались в Нору они спокойно. По при прибытию в Нору, они встретили встревоженную Мисси Уизли. Она чуть не задушила Фреда и Джорджа в своих материнских объятиях. Гарри незаметно для всех ускользнул и пересказал Салазару все события которые приключились с ним. На следующий день Мистер Уизли и Перси сидели на работе. Происшествие на Чемпионате мира взволновало всё общество. В этот время Гарри и его друзья собирали вещи к школе. Спокойная подготовка к школе была прервана инцидентом произошедшем 31 августа. Гарри спокойно читал книгу, в то время как Рон собирал свои вещи. Внезапно его прервал вопль Рона.
- Что это? - в ужасе вопил он тряся перед лицом Гарри какой-то тряпкой. По крику же казалось, будто он обнаружил чью-то отрубленную голову в своём чемодане.
- Ну... - задумался Гарри, смотря на эти убогие лохмотья. - Платье какое-то. - неуверенно добавил он. " Или тряпка." - мелькнула язвительная мысль.
На вопль Рона прибежала его мать.
- Эта твоя парадная мантия. - радостно сообщила она ему. После этого оба мальчика выпали в осадок.
- Что!? Да я лучше голым пойду, чем в этом! - горячо заявил Рон.
- Ты должен это одеть. У Гарри такая же есть. - успокоила она его.
- Да, Рон. - подтвердил Гарри, внутренне краснея. У него ничего подобного не было! Его мантию шили на заказ пару дней, и она была очень красивая. Ну... и очень дорогая. Конечно же, Гарри ничего не сказал об этом Рону, чтобы не добить беднягу в конец.
" Если бы мне дали такую," - думал Гарри. - " То я точно не куда в ней бы не пошёл."
Похоже, Рона это не очень успокоило. Он сидел мрачный и вертел мантию в своих руках.
- Почему мне достаётся всякое старьё. - тихо прошептал он, так что Гарри еле это услышал.
" Надо спасать Рона. Я обязательно подарю ему нормальную мантию на Рождество." - пообещал себе Гарри.

0

7

Глава 6.
Встреча друзей.

Утром Гарри проснулся с плохим настроением, за окном дождь лил как из ведра. Обычно первого сентября, его сердце прыгало от радости. Ведь в это день он ехал в Хогвартс! Но сейчас ему почему-то не хотелось... Хотя Гарри с нетерпением ждал этого дня всё лето, сейчас его энтузиазм куда-то испарился. Ему казалось, что в этом году что-то плохое произойдёт с ним в школе.
" Вот так всегда! Ждёшь момента, а когда он наступает, то уже и не хочется." - невесело думал он.
Закинув рюкзак за плечо, Гарри неторопливо пошёл за Салазаром. Выйдя в сад, он позвал своего фамильяра. Салазар откликнулся на первый же зов своего хозяина. Уже через минуту он сидел во внутреннем кармане ветровки. К недовольству Гарри, Миссис Уизли только утром поняла, что им не на чем ехать на вокзал. Видя абсолютно растерянную чету Уизли, которые явно не знали что делать, он подал им идею о вызове такси.
" Не захочет его вызывать - один уеду." - мысленно прошипел Поттер. Страх опоздать на поезд, заставил его забыть обо всех заботах семьи Рона. Всё-таки у Миссис Уизли хватило смелости вызвать такси. Водители недовольно смотрели на гигантские чемоданы детей и сов. Увидя Гарри они расцвели - него был только рюкзак и пустая клетка. Буклю он отправил в школу своим ходом пару часов назад.
Когда он отъезжал от дома Рона, его сердце заполнила тоска. Гарри казалось, что он в последний раз видит Нору. Будто он в ней был последний раз... Ещё раз взглянув на дом, с которым у него связано столько счастливых мгновений, он закрыл глаза.
" Да это бред какой-то, следующим летом я снова буду здесь играть в квиддич." - грустно подумал Гарри, сам не до конца веря в это. Тем временем машины выехали на главную траcсу. Растеряно смотря по сторонам, Поттер сидел на почётном переднем месте (водитель радостно предоставил ему это место, потому что среди этих ненормальных, он выглядел самым нормальным) и незаметно поглаживал через карман фамильяра. На вокзале Гарри истинно удивился, когда один толстый водитель потребовал с них в три раза больше чем они договаривались (точнее мистер Уизли договаривался). Это он объяснил тем, что Артур не сказал ему о количестве вещей. Мистер Уизли виновато посмотрев на жену и порывшись в карманах, протянул деньги. Мельком Гарри успел заметить, что у него осталась только мелочь.
"Он что - дурак?" - чуть не ляпнул парень. " Какой смысл отдавать последние деньги этому толстяку, который в отличие от других заломил тройную цену? Ведь можно просто стереть ему память, ну или лёгонькое заклятие подвластия наложить. В крайнем случае, просто дать первоначальную плату. Но он не сделал ни того, ни другого... Предпочёл еле-еле сводить концы с концами в ближайшие дни."
Гарри всё никак не мог понять: почему Уизли находились в постоянной нужде?! Они же были волшебниками! Они же могли размножить сотню фунтов пару десятков раз и купить всё что надо в маггловском мире. Конечно, в волшебном мире сразу поймут, что это подделка, но ведь в маггловском-то нет. В голове сразу всплыли слова старшего Малфоя: "...стоит ли позорить имя волшебника, если за это даже не платят?..." Вроде так. К своему глубокому стыду, Гарри согласился с этим высказыванием. Артур Уизли готов был, забрать последнее у своей семьи и отдать первому же попросившему магглу.
" Вся их проблема от их туп... законопослушности. Артур не сможет нарушить ни одно ничтожное правило, которое никому ни нужно и никому не навредит, даже для того чтобы хоть как-то поднять материальное положение своей семьи. А его бедная семья? Посмотреть страшно! Такие лохмотья вместо одежды, и вечно древние учебники. Он по уши в отстойной дыре, но сосвоей какой-то особенной, непонятной честью, хотя нет, его же семейство почти никто и неуважает." - притворно вздохнул Поттер. Это была правда: не только слизеринцы издевались над Роном и Джинни (близнецов по понятной причине никто не трогал), но и представители других факультетов, даже некоторые из Гриффиндора брюзгливо косились на них. Особенно девочки, вспомнить только выражение лиц Лаванды и Парвати, когда Рон ненароком задевал их дорогущие наряды на их красивых телах. Погрузившись в пучину мыслей, Гарри на автомате добрёл до барьера и преодолел его.
Хогвартс-экспресс встретил их шумом и весельем. Видя знакомый красный паровоз Гарри облегченно вздохнул. Благодаря его предложению вызвать машину, они приехали ни за минуту до отправки, а за целых десять(!), что было практически чудом в семье его друга. Пока Миссис Уизли слёзно прощалась со всеми, Гарри отвёл в сторону её муж.
- Твои родственники выгнали тебя из дома. Следующим летом тебе будет негде жить. Я предлагаю тебе постоянно жить у нас, в нашей семье. Молли согласна... - он виновато глянул в побелевшее лицо подростка и поспешно добавил. - Я сказал ей только, что тебе негде жить, остальное я не говорил. Ты всегда был нам как сын, поэтому наш кров всегда принадлежит и тебе. Можешь приходить когда хочешь. - запинаясь говорил Артур. - Ты можешь считать нас вторыми родителями. - с надеждой добавил он.
" Никогда!" - у Гарри инстинктивно сжался кулак, но лицо не дрогнуло. " У меня были только одни родители, и они умерли. Вы никогда не сможете заменить их. Вы - никто для меня! Просто знакомые!" - гневно думал он.
- Спасибо мистер Уизли, но я сам решу свои проблемы. - сказал он, криво улыбнувшись. Артур грустно опустил голову, он видел, что мальчик расстроен из-за напоминания о ссоре с дядей и смерти родителях. После этих слов Поттер развернулся, и ни с кем не попрощавшись пошёл занимать свободное купе.
- Пошлите быстрее, пока все купе не заняты. - крикнул Гарри своим спутникам, залезая на подножку вагона. Но его предложение как-будто никто не услышал. Пожав плечами Гарри полез в вагон. Гермиона проводила его растерянным взглядом и поторопила Рона. Гарри занял шикарное купе, в котором могло поместиться человек десять. Расположившись у окна он достал старую книгу - подарок от Билла. В книги было описание египетских проклятий и способы их снятия. Запыхавшиеся Рон и Гермиона уже во время движения поезда ввалились к нему. Вскоре к ним присоединились Дин, Симус и Невилл. В честь этого Гарри скупил пол тележки сладостей и стал всех угощать. Не успели они рассесться, как к ним заглянула Лаванда Браун.
- Можно к вам? - мило улыбаясь спросила красавица. Она очень похорошела за лето. Лаванда и раньше то была похожа на красивую куколку, то теперь стала настоящей красавицей. Увидя её Рон, Симус и Дин попытались что-то сказать, но у них не выходила. Смотря на их жалкие потуги, Гарри решил взять дело в свои руки.
- Конечно Лаванда. - ослепительно улыбаясь сказал Гарри. - Для тебя место всегда свободно. Если хочешь, можешь позвать Парвати или Падму. Я думаю, чем нас больше, тем веселее. - ухмыльнувшись ответил Гарри.
" Откажись..." - мысленно заклинал её Поттер. Ему не хотелось ехать до школы и краем уха слышать их бесконечные сплетни. Лаванда с интересом посмотрела на молодого человека. Сначала она не узнала одноклассника, но всмотревшись, поняла, кто это.
- Гарри? - с интересом спросила она. Но видя его насмешливый кивок, добавила: - Конечно, сейчас их позову.
Не успела дверь закрыться, как Поттер сник. При девушках всю дорогу придётся следить за каждым своим словом, за каждым движением. Не дай бог при них скажешь или сделаешь что-то не то, они засмеют и об этом мгновенно узнает вся школа.
Все кто был в купе, посмотрели на закрывшуюся дверь, потом с удивлением на Гарри.
- Зачем ты их позвал? - недовольно спросила Гермиона.
- Они наши однокурсницы. - просто ответил парень. " А ты им просто завидуешь." -добавил про себя. Не успели они продолжить спор, как дверь снова открылась.
- Приветик! - раздался голос Парвати и Падмы.
- Привет! Давно не виделись. - мило улыбаясь, сказал Гарри. Его друзья тоже поприветствовали их.
Девушки стали рассаживаться. Рон, Симус и Дин кинулись помочь им донести гигантские чемоданы. Гарри насмешливо посмотрел на них. По его лицу было видно: я не нанимался таскать чужие чемоданы. Девушки благосклонно посмотрели на носильщиков и доверили им свою поклажу. Симус первый подскочил и успел взять чемодан Лаванды, чем заслужил недовольный взгляд своего лучшего друга.
" Идиоты. Ещё бы подрались из-за права пронести три метра тяжеленный чемодан." - после случая с родственниками он ко всем людям относился с недоверием и презрением. По его мнению, они должны были доказать, что достойны быть его знакомыми. Поэтому при виде любого человека, невзирая знакомый это или нет, друг или враг, у Гарри в голове бегущей строкой шли ехидные комментарии по поводу их поведения, одежды и внешности. Мысленно он комментировал всех, даже друзей, и в каждом находил что-то несовершенное, то что не нравилось ему и заставляло отдаляться. К сожалению, за пару дней такой дискуссии самим с собой, он обнаружил, что у Рона с Гермионой слишком много недостатков. Видя столько несовершенных людей вокруг себя, сам Гарри старался стать совершенным. Он хотел быть лучше всех. Хотел, чтобы его ничто не соединяло с этой в основном серой и уродской массой.
Рон с Гермионой сидели напротив Поттера и заваливали его разными вопросами. К его счастью, рядом с ним сидел спокойный и молчаливый Невилл, тем самым не давая заваливать его вопросами с двух сторон. По Лаванде было видно, что она хочет сесть рядом с Гарри. Видно было, что окружившие её Дин с Симусом порядком ей надоели. Невилл поспешно подвинулся, уступая место рядом с ним. За это он получил две благодарные улыбки: от самого Гарри и Лаванды. Лаванда радовалась, что приставания мальчиков не смогут достать её, если она будет сидеть между относительно спокойными Гарри и Невиллом. А почему же тогда радовался Гарри, которого начал бесить шум из-за битвы за места в купе? Его мысли были достаточно просты: мы с Лавандой почти не общались, поэтому, надеюсь, она не будет докучать меня вопросами, как мои лучшие друзья, и я смогу, наконец дочитать первую страницу.
" А в чём-то он умнее Рона." - подумал Поттер, смотря на спокойного Невилла, открывающего книгу по своей любимой ботанике. Невзирая на шум, Поттер принялся читать главу про проклятие жреца, унесшее жизни всей маггловской группе археологов. В купе все болтали друг с другом, и всячески пытались втянуть в разговор Гарри. После сотого вопроса Поттер оторвал взгляд от книги и еле сдерживая раздражение попросил:
- Не мешайте мне читать. - все недоумённо посмотрели на него.
- Ты заболел друг? - воскликнул Рон. Целый час все продолжали болтать и шуметь. Лаванда, недовольная тем, что её игнорирует Поттер, обратилась к нему:
- Ты очень изменился.
- Ты тоже. - спокойно сказал Гарри, окидывая её фигуру оценивающим взглядом. Разговор велся тихо, поэтому только Невилл и Гермиона могли услышать его. Видя взгляд Гарри Лаванда довольно покраснела и что-то пробормотала. Хотя по её было видно, что ей очень понравился его пошленький комплимент.
- Я рада что тебе понравилось. - подыграла ему Лаванда.
- Такое не может не понравиться. - улыбаясь сказал Поттер.
- А где твои очки? - поинтересовалась она.
- Я купил линзы, это маггловское изобретение.
" Да, она офигенно выглядит!" - подумал Гарри, смотря на её короткую юбку. " Как же я раньше не замечал, что Лаванда красивая? Неужели мои старые очки были настолько плохи? Пусть она глупая сплетница, но за внешность всё это можно простить." - настроение стало мгновенно подниматься.
Потом разговор ушёл в более приличное русло. Все начали рассказывать как провели каникулы, один только Гарри не хотел говорить. Ему было неприятно рассказывать про своё уродское семейство.
Но когда до него дошла очередь, он рассказал про свои гулянки по Лондону. Он описывал их так интересно, что все ему завидовали, даже Лаванда, которая всё лето провела в Италии.
- А нам ты не говорил! - обиженно воскликнула Гермиона. - За всё время ты ни разу не упомянул о своих похождениях по Лондону. Я думала, ты всё лето сидел со своими родственниками.
- Да, друг, почему ты нам не сказал? - поинтересовался Рон.
- Я думал, что вам будет не интересно. - защищался Гарри, но видя их обиженные лица сказал: - Ну простите, я забыл.
- Тебе то везёт ты один гулял. - сказал Дин. - А нас с собой везде родители таскали.
Внезапно он понял, какую глупость сморозил. Все осуждающе посмотрели на него, особенно Рон и Гермиона.
- Прости я не подумал. - тихо сказал Дин.
- Всё нормально. Я привык. - равнодушно сказал Гарри. У Гермионы от его тона вылезли глаза. Как же в таком тоне можно говорить о погибших родителях!?
- Вы все были на Чемпионате мира по квиддичу? - сменил тему Симус. Оказалось, что были все, кроме Невилла и близняшек Патил, которые отдыхали у родственников в Индии.
Симус, Дин и Рон стали рассказывать свои впечатления, перебивая друг-друга. Из их разговора половину было непонятно, поэтому Парвати спросила:
- Гарри, а тебе понравилось? - все сразу перестали кричать и посмотрели на Поттера.
- Да, игра была интересная. Но у болгарской команды почти не было шансов. У Ирландии все отличные игроки, а у Болгарии только Крам."
- Крам лучший игрок! - выпалил Рон.
- Я и не спорю. - резко сказал Гарри.
- А мне бабушка не захотела купить билет. - уныло пробормотал Невилл.
- Не переживай, ты не много пропустил. Там в основном суета была... - задумчиво проговорил Гарри, вспоминая бесконечную беготню. Из-за ней ему казалось, что всё самое интересное происходит там, где его нет. Все находящиеся в купе потрясенно взглянули на Гарри. Ему не понравился квиддич?!
Несмотря на всё это, Невилл ещё долго сокрушался из-за того, что пропустил матч.
- А вы Пожирателей Смерти видели? - спросила Парвати, не зря они на пару с Лавандой были главными сплетницами школы.
В это время в дверях возник Малфой с Крэббом и Гойлом, за ними стояла ещё какая-то девушка.
- Да. - чуть усмехнувшись сказал Гарри. - Они выглядели... внушительно.
Восемь голов немедленно повернулись к Гарри. Малфой открыв рот, хотел сказать какую-то гадость, но от удивление заткнулся и прислушался к разговору.
- Что! Это же Пожиратели, понимаешь Пожиратели! - чуть не закричал Рон. - Они трусливо сбежали от наших!
- Не ори! - поморщился Гарри. - Если ты не заметил, они обратили в бегство весь лагерь. Их было десятка три, а от них бежало пару тысяч. Они так напугали Министерство, что-то убегало от них и даже не отстреливалось. Подумай только, если бы все стрельнули хоть раз, от Пожирателей ничего бы не осталось."
- Но тогда бы погибли магглы! - с видом превосходства сказала Гермиона, всем своим видом показывая, что она права. От её слов Гарри задумался на пару секунд, но потом спокойно сказал:
- Скорее всего, зато бы министерство победило. А так, из-за позора на матче они показывают свою слабость.
- Но погибло бы четыре невинных человека! - в ужасе воскликнула Гермиона.
- Может быть они и выжили, - неуверенно сказал он, но добавил. - Да ладно Гермиона, жертвы бывают во всех конфликтах. К тому же я думаю, что жизнями магглов можно было пожертвовать, чтобы захватить или уничтожить Пожирателей.
Тут Гарри увидел в двери Малфоя. У того рот был раскрыт от удивления, и глаза были размером с галеон.
- Подслушивать не хорошо. - с издевкой протянул Гарри. - Где же твои манеры?
Симус толкнул дверь так, что она чуть не отдавила Малфою его длинный аристократический нос.
Малфой всё ещё стоял у двери. Лицо у него было растерянное и удивлённое. Его телохранители стояли с тупым выражением лица, впрочем, как всегда. Лицо девушки было скрыто капюшоном.
- Пошли в купе. - сказала она.
- Пойдём. - выдавил Малфой, ещё не отошедший от шока.
Драко не сразу узнал Поттера. В прошлом году он был очкастым задохликом, ходящим в лохмотьях. Сейчас же Поттер был без очков, в дорогой одежде. Он заметно вырос, на его голове появилось какое-то подобие причёски, которая кстати ему очень шла. Даже Малфой не мог отрицать, что Поттер стал более похож на нормального человека, нормального, даже по меркам Слизерина! Поэтому он ещё сильнее стал завидовать и ненавидеть шрамоносого. Но и это не всё! У чёртова Поттера изменился и характер. Раньше он был тихим и стеснительным мальчиком. Сейчас же с первого взгляда было видно, что гриффиндорец стал более уверенным человеком. Чего только стоят его крамольные, по меркам Гриффиндора мысли... Пожертвовать четырьмя магглами, ради победы. На Слизерине конечно же, даже первокурсник согласился бы с ним, но на львином факультете - нет. Тупые гриффиндорцы наоборот, потеряли бы тридцать волшебников, чтобы спасти четырёх никому не нужных магглов. Он даже стал высказываться против этой зануды Грейнджер. Да он в открытую заявил, что действия Министерства вызвало только насмешку.
"Ну конечно же... святой Поттер, лидер факультета, лучший игрок в квиддич, победитель Тёмного лорда... Не мудрено, что все кто был в купе заглядывают ему в рот. Хотя все его друзья неудачники: сквиб Долгопупс, нищий Уизли, грязнокровка Грейнджер, да и другие не лучше... Чёрт! Я хотел согласно традиции опустить Поттера, а получилось наоборот."
А тем временем спор в купе гриффиндорцав продолжался. Больше всех с Гарри спорила Гермиона.
- Гарри признайся, ты не прав. - сказала она тоном Макгонагл. Но несмотря на все уговоры Гарри не признавал точку зрения Гермионы. Гарри знал, что ОН прав, и точка. Через десять минут беспрерывного спора с ним согласились все, кроме Гермионы, но она не сдавалась. Лучшая ученица приводила всё новые и новые аргументы, которые, как считал Гарри, были совершенно беспочвенные.
"Какая всё-таки Гермиона зануда, правильно слизеринцы называют её заучкой. Она думает, что прочитав море книг, станет самой умной."
Сам-то Гарри ещё летом понял, что помимо знаний нужны деньги и известность. " Во-первых, не будь у меня денег, я бы исейчас выглядел как домовой эльф. Во-вторых, также очень важно..." Тут его мыслительный процесс был прерван.
- Гарри! Ты меня слушаешь? - воскликнула его лучшая подруга.
- Извини, задумался. - равнодушно сказал он.
Сидящия рядом с ним были приятно удивленны победой Гарри в этом споре.
"Не может быть! Он почти переспорил Гермиону." - поражённо подумала Лаванда. " Да он же в прошломгоду своё слово не смел сказать, во всём соглашался с Этой." Больше всего её впечатлило равнодушие, с которым он, как бы нехотя, вёл спор. Ещё ей понравилась его хорошо поставленная речь. Никакого заикания, а только уверенный и насмешливый тон. Его расслабленная фигура резко констатировала с напряженной позой Грейнджер и её раскрасневшим лицом.
- Пойду ещё куплю сладостей. - сказал Невилл, надеясь этим прекратить спор.
- Я с тобой! - воскликнул Гарри.
Невилл просто пожал плечами и открыл дверь купе. Когда они ушли Симус попытался позаигровать с Лавандой, но у него нечего не вышло. Та посмотрела на него насмешливым взглядом и достала журнал про моду. Через пятнадцать минут зашёл весёлый Гарри и Невилл, последний был нагружен сладостями. Самое странное было в том, что Поттер тащил невесть откуда взявшийся стол.
- Ты всю тележку купил! - воскликнула Падма, потрясённо смотря на Гарри.
- Ну почти. Я просто подумал, что поход в Хогсмид будет ещё не скоро. - с этими словами он кинул каждому по упаковке шоколадных игрушек и поставил стол посередине купе. На поставленный стол Невилл вывалил гору сладостей, из-за чего у Рона жадно зажглись глаза.
- Я подумал, что было бы неплохо нормально отметить нашу встречу. К тому же лично я утром не ел. - после прогулки по поезду, настроение от апатичного поднялось до желания обрадовать всех и вся.
- Я полностью за! - подхватил Дин, вытаскивая из чемодана бутылки с Колой. В результате каждый достал, всё то, что у него было. Более всего Гарри был рад коле Дина и пирожным Лаванды.
- А где ты стол достал? - поинтересовалась Падма, недаром она была когтевранкой.
- Да там... в вагоне старост стоял. - выкрутился Гарри.
За едой все болтали на разные темы. Девушек в основном волновало только одно: для чего нужны парадные мантии? В разговоре к удивлению Гарри участвовала и Гермиона.
- Никогда не думал, что Гермиона может говорить платьях. - потрясёно сказал он на ухо Лаванде. Она улыбнувшись просветила его:
- Это всех девушек интересует. Даже таких как она.
В следующие двадцать минут на поклонению к герою казалось, заглянули все младшекурсники Гриффиндора и даже пару крошечных новичков. Среди них был и Колин Криви. Человек, считавший Гарри Поттера, как минимум полубогом.
- Гарри! Гарри! - с обожанием пропищал он. - Представляешь, в этом году поступает мой брат - Дэнис. Я думаю, что он будет на Гриффиндоре. Скрести пальцы на счастье. – с надеждой попросил он.
- Конечно Колин. - улыбаясь ответил Гарри. Этот маленький человечек забавлял его своей преданностью и безграничным обожанием.
Конечно, такое поклонение было приятно Гарри, но его стали раздражать первокурсницы, постоянно заглядывающие в дверь.
- Свадэ! - негромко произнес он, направляя палочку в сторону двери. Это было одно из заклятий Мародёров. Этим заклятием можно было запечатывать двери, не боясь, что заклятие снимут обычной Алохоморой. Гермиона видя новое (неизвестное!) заклятия, конечно же спросила:
- Что за заклинание?
- Обычное. - равнодушно сказал Гарри, будто не замечая блеска глаз своей подруги. Парвати, Лаванда и Падма хмыкнули, даже Невилл улыбнулся.
- А где ты его нашёл? Это мы не проходили.
- Где ты вычитал. Это типа Колортопуса, только более мощное, его Алохоморой не снимешь. "
- А давайте сегодня ночью ещё соберемся и посидим в нашей комнате? - предложил Рон, очень заметно косясь на ножки Браун.
- Я не смогу. - сразу же ответила Падма.
- У нас же завтра уроки. - воскликнула Гермиона.
- Давайте лучше когда-нибудь потом. - сказал Невилл. Все посмотрели на Гарри.
- Я скажу всем, когда соберемся. - негромко сказал Гарри. Он был внешне спокоен, он внутренне приятно удивился " Они думают, что я их лидер?"
- Окей, а пока пора переодеваться, через полчаса будем в школе. - просветил всех Дин.
- Рон, вынеси пожалуйста стол. - попросил Гарри. Рон, видя, что на него обратили внимания, подскочил и схватив стол, куда-то унёс его.
- Дин, Симус, Невилл, пошлите. - скомандовал Гарри, но видя их недоумённый взгляд пояснил. - Им надо переодеться.
- Да можно же просто мантии накинуть. - сказала Гермиона.
- Не только, - насмешливо сказал Гарри, смотря на голые ноги Лаванды и топик Парвати. - Ну если не хотите получить наказание от Макгонагл в первый же день.
Парвати когда увидела направление его взгляда, погрозила ему пальчиком.
. . . - Ну когда же они! - раздраженно воскликнул Рон. Стол он уже давно отнёс, и вместе со всеми стоял уже минут десять. - Неужели так трудно одеться?
- Не ной! Мы уже всё. - насмешливо сказала Падма, открывая дверь купе.
- Сейчас наша очередь. - буркнул Дин, показывая чтобы девушки вышли.
- Да вам только мантии накинуть. - передразнила его Лаванда. По виду трёх девушек (угадайте каких) было видно, что уходить из купе они не собираются. Гарри пожав плечами, полез в чемодан за мантией.
- Ну как хотите. - пробормотал Симус, следуя примеру друга. На лицах девушек появилось замешательство, но оно быстро пропало.
Девушки по достоинству оценили мантию Гарри: уж они-то знали, насколько хорош шёлк акрамантула. Сам же Гарри, накинув мантию и застигнув её, придирчиво посмотрел на себя в зеркало.
- Что ты крутишься перед зеркалом, как Малфой какой-нибудь? - поинтересовался Рон, натягивая на себя свою старую мантию. В отличие от Гарри в своей мантии он выглядел ... не очень. Она была ему коротка и висела на нём как тряпка. Честно говоря, стоила она тоже, как тряпка.
- Просто хочу хорошо выглядеть. - немного усмехнувшись сказал Гарри. - Девушки, мне больше идёт так? - он немного пригладил волосы. - Или вот так? - он их растрепал.
- Иди сюда. - мягко сказала Лаванда, но видя немой вопрос в глазах, просто повернула его спиной к себе. Пока она делала ему причёску в купе стояла тишина. Мальчики завидовали счастливчику, Гермиона, Парвати и Падма чувствовали небольшую ревность.
" Что я делаю?" - думала Лаванда, смотря на растерянное лицо Гарри. "Всего лишь флиртую. " - коварно усмехнулась она. Браун просто обожала доводить парней до такой степени, когда они готовы на всё ради неё. Сейчас она решила подшутить над Поттером, из купе он был самым хорошеньким.
" Что за...!" - подумал Гарри, когда Лаванда повернула его спиной к себе. Он уже хотел спросить: Что ты делаешь? Но к счастью не спросил. Гарри впервые в жизни почувствовал такое ощущение: не совсем дружеское, но и не ... Короче, он не чувствовал ничего такого раньше. Дурсли никогда не проявляли к нему ничего такого, а Гермиона... это Гермиона. Он из последних сил пытался показать, что смотрит на себя в зеркало, но нежные движения рук Лаванды его отвлекали... от мягких движений так и хотелось закрыть глаза и задремать. Но нельзя, чтобы никто не подумал, что он влюбился в Лаванду. Через минуту она прекратила.
- Так нормально? - спросила Лаванда обычным голосом, как-будто ничего и не было.
- Да. У тебя просто талант. - сказал Гарри, довольно смотря на свое отражение.
- Да тебе очень идёт. - подтвердила Гермиона.
Услышав реплику Гермионы, Дин и Симус захихикали, тыча пальцами в Гарри.
- Что смешного? - поинтересовался Рон. Все опять засмеялись.
. . . - Не представляю, как в такую погоду можно плыть через озеро. - сказала Гермиона перекрикивая шум дождя. Золотое Трио вместе с Невиллом ехало в карете.
- Там Хагрид. Он справится. - уверенно сказал Рон, кидая в рот ещё одну шоколадную лягушку.

0

8

Глава 6.
Турнир Трёх Волшебников.

В конечном счёте в коридоре они появились мокрые с головы до ног. Вдобавок к этому, Пивз закидал всех самодельными водными бомбами. Разъярённая Макгонагл готова была убить Пивза, но к его счастью, он уже был мёртв. Поэтому профессору ничего не оставалось, как высушить студентов и проводить их в Большой зал.
Стоило Гарри зайти в зал, как все смотря на него, по привычке стали шушукаться. Слизеринцы смотрели на него с ненавистью, гриффиндорцы с радостью, а все остальные с интересом.
"За лето ничего не поменялось." - хмыкнул Гарри.
Наконец он добрался до стола Гриффиндора. Стараясь не смотреть по сторонам, Гарри уткнулся взглядом в какую-то маленькую девочку, которая сидела напротив его. Эта второкурсница кокетливо улыбнулась ему и подмигнула. Гарри подавился при вздохе: он даже не подозревал, что малявка может себя так вести.
" Совсем обнаглела. Я в её возрасте молчал в тряпочку при виде девушке старше меня на два года." - про себя буркнул Поттер, но сразу же понял, что этим он показывал только свою трусость и стеснительность.
- Неужели они не нашли учителя по Зашите! - озадаченно проговорила Гермиона, смотря на пустое место. Ответить Гарри не успел, пришли первокурсники с Хагридом. На мокрых и испуганных малышей, было жалко смотреть. Тут его взгляд остановился на какой-то девушке, стоявшей в шеренге с малышами. Выглядела она лет на 14-15. У неё были длинные, чёрные, немного волнистые волосы. Одета она была в школьную форму, которая сидела на ней просто изумительно. К сожалению её лица Поттер не смог разглядеть, только одно он заметил точно, кожа была довольно бледная.
" Слизеринка." - почему-то сразу понял Гарри. Что-то в её виде сразу говорило об этом. Разглядывание незнакомки было прервано начавшимся распределениям. Один за другим первокурсники подходили к табуретки и одевали Распределительную шляпу. Очередь дошла и до Дэниса Криви.
- Дэнис Криви! - объявила Макгонагл. Карапуз буквально добежал до табуретки и чуть ли не сам напялил шляпу. От такой наглости кто-то захихикал, а Макгонагл недовольно втянула воздух.
- Гриффиндор! - выкрикнула шляпа, отправляя Дэниса на львиный факультет. Дэнис с криком " Я поступил!", кинулся к столу Гриффиндора.
- В нашу школу, на четвёртый курс поступила новая ученица. Она раньше была на домашнем обучении. Факультет, на который она попадёт, станет её домом на ближайшие четыре года. - немного изменила свою фирменную речь профессор.
- Диана Беллатрикс Лестрейндж! - торжественно объявила она.
После этих слов по залу пошли шепотки, мгновенно переросшие в гомон.
- Лестрейндж? Лестрейндж? - повторяли все удивленно. У многих во взгляде была ненависть и страх, когда они смотрела на новую ученицу.
Невилл, почему-то выглядел бледнее и испуганнее всех. Казалось, что он вот-вот упадёт в обморок. Не успела шляпа коснуться головы как...
- Слизерин!!!
Все слизеринцы аплодировали стоя, приветствуя Лестрейндж. Такого проявления эмоций со сторон змеиного факультета школа ещё не видела. Диана, казалось, не обращала внимание ни на обожание одних, ни на ненависть других. Она просто походкой королевы подошла к своему столу и села с какими-то девушками. А тем временем гомон в Большом зале продолжался, его даже не смог остановить приказ Макгонагл. Он всё усиливался и усиливался, пока Дамблдор не крикнул:
- ТИШИНА!!! - все моментально заткнулись и опустили глаза в тарелки.
- Что за Лестрейндж! Почему все так раскричались? - спросил Гарри у всезнающей Гермионы, но та в ответ только пожала плечами. Вопрос Гарри услышала Парвати, сидящая недалеко от него.
- Ты не знаешь? - в шоке спросила она. - Я думала все знают...
- О чём? - раздражённо прошипел Гарри, непонимание гомона окружающих разозлило его.
- Потом расскажу.
Слово снова взял Дамблдор:
- Также хочу всем сообщить, что в этом году будет проводиться ТУРНИР ТРЁХ ВОЛШЕБНИКОВ!
"Что? Что за фигня? Никогда о таком не слышал." - только и успел подумать Гарри и сразу же был оглушён воплями.
Со всех сторон раздались радостные восклицания, крики неверия. Особенно старались близнецы Уизли, они даже смогли перекричать весь зал. После того, как Дамблдор всех уверил, что это не шутка, все казалось , успокоились, но то и дело слышалось вот это да! или невероятно! Про новую слизеринку казалось все забыли, кроме Гарри.
" Незнаю кто она. Но похоже она доставит мне больше проблем чем Малфой и другие слизеринцы." - мрачно подумал он.
. . . Наконец по просшествию часа гриффиндорцы оказались в своей башне. Страсти из-за Турнира более или менее улеглись, правда, до тех пор, пока директор не сказал о возрастном ограничение. Потом опять вопли и споры, которые никак не способствовали аппетиту. Вопли улеглись только при эффектном появление Грозного Глаза. Услышав благодатную тишину, Гарри готов был трясти руку старого мракоборца до посинения. Все ещё были взволнованны Турниром, поэтому ученики закидали в себя еду, как в топку, и разбрелись по гостиным для дальнейшего обсуждения Турнира в неформальной обстановки. Приползшие гриффиндорцы тоже говорили про Турнир, но как-то вяло. Сонная Парвати всё-таки выполнила своё обещание и рассказала Гарри про Лестрейнджей. К их беседе присоединился Невилл и Рон с Гермионой.
- В общем, Лестрейнджы были ближайшими сторонниками Того-кого-нельзя-называть. - подвёл итог Рон, выслушав Парвати.
- Не просто ближайшими, они были ближе Малфоев и более преданными. Они отправились в Азкабан, но не отреклись от лорда. Они были ему безумно преданны. - поправила его Парвати.
- Беллатриса и Рудольфус Лестрейндж убили сотни магглов и десятки волшебников. - добавил Невилл.
- Как их дочь вообще приняли в Хогвартс? По ней же видно, что она присоединится при первой же возможности к Волан-де-морту. - возмущенно сказал Гарри, игнорирую дрожь друзей из-за имени Лорда.
Невилл вообще старался молчать и кидал на Парвати умоляющие взгляды, будто что-то прося. По нему было видно, что эта тема ему не приятна.
- Плевать на Лестрейнджей. Главное что в этом году Турнир Трёх волшебников!!! - вернулся Рон к своей новой, но уже самой любимой теме.
- А она-то красавица. - задумчиво протянула Парвати. - Хоть это вы успели увидеть?
- Она слизеринка и дочь Пожирателей. - с отвращением сказал Гарри. Интерес к ней пропал и заменился желанием сделать ей какую-нибудь пакость.
- Ладно, я спать. - зевнув сказала Патил.
- Ну, мы тогда тоже. - дружно ответили мальчики.
. . . Готовясь ко сну, Гарри слушал радостные вопли Рона опять же по поводу Турнира.
" Когда же ему надоест..." - мысленно простонал Гарри. Энтузиазм Рона уже не поддерживали Дин с Симусом, а Невиллу вообще всё было по барабану. " Ему же сказали, что участникам должно быть по семнадцать. Дамблдор лично за этим проследит. Неужели Рон планирует обдурить самого директора Хогвартса?"
Наконец силы у Рона иссякли и он перестал орать от счастья и размахивать руками. Все сразу же воспользовались этим и притворились спящими. Рон, видя, что все уже почти спят, немного потоптался на месте, натянул пижаму и лёг спать.
" Слава Мерлину!" - облегченно подумал Гарри засыпая. Но наглый сон не спешил к нему приходить. Лежа в постели, он к своему стыду, ну и к радости Рона, (если бы он узнал об этом) думал о Турнире.
" Как же всё-таки классно было бы в нём поучаствовать." - думал Поттер. " Этим бы я утёр нос Снейпу и всем слизеринцам, показал Гермионе, что я хоть что-то умею. Доказал бы Дамблдору и Макгонаггл, что я достоин быть гриффиндорцем. А вместо этого, мне придется болеть за какого-то семикурсника или семикурсницу. Хотя... это тоже прикольно, смотреть, как они напрягаются и пытаются хоть что-то сделать. Слава у меня и так есть, да и денег пока достаточно. Приятно, когда ты при любом раскладе в плюсе."
С этими приятными мыслями герой волшебного мира уснул.
. . . Было шесть утра, а Салазар решил разбудить своего хозяина. Он выполз из-под кровати, аккуратно заполз на спину дыхнувшего без задних ног Гарри.
- Хозяин. - прошипел змей. - Пора вставать.
- Что, что случилось? - пробормотал Гарри на обычном языке. Только после пяти минут шипения фамильяра, он проснулся.
- Что за хрень! Сейчас шесть часов. Шесть! - тихо, но откровенно зло прошипел Поттер. - Зачем меня надо было будить в такую рань?
- Вы забыли обо мне. Вчера вы обо мне даже не вспомнили, всё время разговаривали со своими друзьями. - грустно прошипел Салазар. От его тона тона Гарри растерялся. Он и не знал, что змеи могут грустить.
- Прости. Хочешь я покажу тебе школу. - выпрашивая прощения, предложил гриффиндорец.
- Конечно. А то я всю ночь просидел под кроватью.
Переборов себя, Гарри поплелся в душ. После струи холодной воды он почувствовал себя как новеньким, сон как рукой сняло. Салазар обвился вокруг его шеи, а воротник мантии скрывал его.
Смотря на себя в зеркало, Поттер усмехнулся: поверх галстука с изображением льва, находилась голова змеи.
- Вот это гостиная гриффиндора. - как-то торжественно прошептал Гарри обводя рукой уютную гостиную.
- Я не ваш рыжий друг. Я это и сам ещё вчера понял. - довольно прошипел змеёныш. Но поняв, в каком тоне он заговорил с хозяином, немедленно попросил прощения.
- Чем тебе не нравится Рон? - поинтересовался Гарри.
- Он глупый. - просто ответил фамильяр. Гарри открыл рот и захотел возразить, но передумал, вспоминая все косяки Рона.
Ближайший час Гарри бродил по школе и показывал Салазару самые важные и памятные для него места. Всё это он подкреплял интересными историями, которые случались с ним в том или ином месте. На радостях он захотел показать Тайную комнату, но вспоминая спуск в неё, передумал.
- Тебе удобнее в кармане сидеть, обвиться вокруг моей руки или шеи?"
- Вокруг шеи, но меня так легко заметить. Ну или в карман. Вокруг руки вам будет не удобно. - отрапортовал Салазар.
В гостиную гриффиндора он пришёл в пол восьмого. В ней, конечно же, никого не было. Развалившись в кресле, он стал наслаждаться тишиной. Постепенно в комнатах стало раздаваться шевеление. Первыми выползли пятикурсники и третьекурсники.
"Ну да... семи-шестикурсники после вчерашней вечеринку не скоро отойдут."- подумал Гарри вспоминая старую хогвартскую традицию: "по-взрослому" отмечать приезд в школу.
Спустившиеся, видя Гарри, спешили поздороваться с ним и высказать ему своё расположение. К несчастью Гарри, одной из первых проснулась второкурсница, которая строила ему глазки за столом.
- Привет. Меня зовут Ромильда Вейн. - гордо сказала черноволосая девочка, будто надеясь, что её имя произведёт какое-то впечатление на парня.
- Я думаю, ты знаешь как меня зовут. - немного грубо ответил Гарри. Её тон, чем-то напоминал ему тон Малфоя, во время их первой встречи.
- Если хочешь, можешь прийти к нам на вечеринку. - на одном дыхании выпалила она смотря на победителя Тёмного лорда.
" Ага, ещё чего. У меня на лбу написан "воспитатель детского сада"? - издевательски подумал Гарри, но вспомня, что он благородный гриффиндорец, изменил свой ответ.
- Спасибо конечно. Но я скорее всего не смогу. - сказал Гарри. Ромильда немного недовольно пожала плечами и пошла к своей подруге, сидящей в другой части гостиной.
Потом спустился Невилл. По нему было видно, что он решается на что-то очень важное. Его белое лицо говорило, что он как минимум, планирует обокрасть Снейпа. Подойдя к Гарри, он тихо сказал:
- Гарри. Мне надо с тобой поговорить.
- Я вижу, что разговор важный. Пошли в совятню. - мгновенно сориентировался Поттер.
По дороге в совятню Невилл молчал, только как-то подозрительно косился но сторонам, будто смотря, чтобы их никто не подслушал.
- Гарри. Я прошу тебя, позанимайся со мной дополнительно. Подтяни меня по всем предметам. - буквально взмолился он. Услышав такое от Невилла, Гарри сильно удивился.
- Зачем тебе это? - только и смог вымолвить он.
- Я скажу, но обещай никому не говорить. - заявил Долгопупс
- Обещаю! - торжественно заявил Поттер, который сильно хотел узнать чужую тайну.
- Мои родители были мракоборцы. Им повезло, и они выжили во время террора Того-кого-нельзя-называть. Но после войны, когда почти все Пожиратели были пойманы, на них напали Лестрейнджи и ещё один прихвостень Лорда. Они пытали моих родителей заклятием Круциатус. Пожиратели пытались выведать у них где находится их господин. Когда они ничего не добились от отца, то стали пытать мать. От пыток мои родители сошли с ума. Я выжил только потому, что был у бабушке. Сейчас мои родители в святом Мунго. Их память так и не восстановили, они меня даже не узнают. - красный как рак от стыда и унижения сказал Невилл. После этих новостей Гарри стало жаль Невилла, что захотелось успокоить его и пожалеть.
- А что стало с Пожирателями? - тихо спросил Гарри.
- Их поймали через несколько недель. Ими оказались Беллатриса, Рудольфус, Рабастан Лестрейндж и Барти Крауч. Их отправили на пожизненное заключение в Азкабан. Насколько я знаю, Крауч уже умер там. - проговорил Невилл, злобно сверкая глазами.
- Барти Крауч. Он родственник главы междунар... - начал было Гарри, но его прервал Невилл.
- Он его сын.
- Понятно.
- Сейчас, когда в Хогвартсе появилась дочь Лестрейнджей, я хочу отомстить. Но я понимаю, что с ней мне не справится... Да я вообще почти сквиб! - злясь на себя прорычал Долгопупс. - В общем, мне главное не опозориться перед ней на уроках. Терпеть насмешки слизеринцев я смогу, но насмешки этой суки нет! Я вообще не знал, что у Беллатрисы есть дочь. Никто не знал! Если бы я знал, что в этом году она идёт в Хогвартс, я бы всё лето с утра до вечера зубрил уроки." - задыхался от гнева Невилл.
- Конечно, я помогу тебе Невилл. Я тоже в этом году планирую улучшить все свои оценки. Так что будем заниматься вместе. - заверил его Гарри, чувствуя как в нём поднимается ярость на Лестрейнджей. Да и Невилл, по его мнению, в качестве ученика был лучшей кандидатурой. Никогда не станет спорить, никогда не ослушается.
- К тому же, я тоже поклялся кое-кому отомстить. - усмехнулся Поттер, вспоминая данную клятву, по отношению к своим родственникам. Что-то ему подсказывало, что два человека, у которых одна и та же цель, смогут очень многое.
- Спасибо Гарри. Я хочу быть достойным моих родителей, поэтому я сдохну, но стану хорошо учиться. Я докажу своей бабушке, что я хоть на что-то способен, а то мне надоело выслушивать, как я не похож на своего отца, какая я бездарность. - горячо поблагодарил Невилл.
- Невилл. Я уверен мы многого добьёмся вместе. - прошептал Гарри, облизывая пересохшие губы. Он только что осознал, что у него появился ученик, п о д ч и н ё н н ы й! - Для меня очень важно, что ты поделился своей тайной со мной. Без твоего разрешения я об этом никому ничего не скажу. - заверил он своего друга.
- Многие и так знают, просто не говорят об этом. Особенно чистокровные, но к моему счастью никто об этом не болтает, даже слизеринцы. Но сейчас из-за приезда этой сук... новой ученицы, вся школа только и будет болтать об этом.
- Я продумаю ход занятий, найду место. В крайнем случае всем можно сказать, что я просто подтягивая тебя по учёбе. - с энтузиазмом заявил Гарри. Обучать кого-то, вкладывать в него свои знания и мысли, казалось ему восхитительным. Человек, думающий как он. Человек, разделяющий его взгляды. Человек, преданный ему!
- Спасибо. Я буду стараться изо всех сил! - с жаром подхватил Невилл.
- Не уходи. - сказал Гарри. - Ты открыл мне свою тайну, а я тебе открою свою. - решился Гарри. Он чувствовал, что именно сейчас надо сделать это...
Долгопупс непонимающе на него посмотрел.
- Ты же знаешь, что я змееуст. В общем, у меня есть змея. Точнее змеёныш, он мой фамильяр. Про него не знает никто, кроме тебя и меня. Даже Рон с Гермионой.
Как бы услышав слова хозяина, Салазар вылез из кармана и внимательно посмотрел на бледного от страха мальчика. Минут пять Гарри рассказывал своему другу о том, как он приобрёл змею.
- Ты можешь его погладить. Не бойся, без моего приказа он не нападёт. - cказал Гарри, смотря, как в Невилле борются страх перед змеёй и желание не опозориться перед своим другом.
- Салазар! Сейчас Невилл тебя погладит. Не укуси его, он мой друг. - сказал змееуст, чувствую вздох ужаса, исходящий от Долгопупса. Дрожащей рукой Невилл еле-еле дотронулся до гибкого тела и сразу же отдёрнул её. Даже от маленького прикосновения Салазар недовольно прошипел.
- Я никому не скажу Гарри. Клянусь! - сказал счастливый гриффиндорец. Он был очень горд, что Гарри доверил ему такую тайну, о которой не знал НИКТО. За эти десять минут, Гарри стал для него лучшим другом, братом и наставником в одном лице. Гарри был единственным, кто действительно понимал его. Для себя он уже решил, что никогда не предаст его, всегда будет слушаться его, делать всё, что он говорит. Он станет его самым верным другом. Пройдёт время, и имя Невилла Долгопупса будет звучать рядом с именем Гарри Поттера!
Гарри уже давно ушёл, а Невилл ещё стоял и думал о том, как же ему повезло, что он друг Героя Магического Мира.

0

9

Глава 7.
Первый урок.

Гарри смог избавиться от радостных чувств только тогда, когда дошёл до портрета Толстой дамы. Себе он уже пообещал, что сделает из Невилла бойца, чего бы это ему не стоило.
" Чёрт! Я планировал заниматься один." - грустно подумал он. " Хотя я уверен, от Невилла никаких проблем не будет."
Зайдя в гостиную (наверное, уже в пятый раз за утро!), Гарри увидел читающую Гермиону. Та, оторвалась от книги и посмотрела в его сторону.
- Ты уже проснулся? - удивленно спросила она. - Я думала, что ты ещё спишь, как Рон.
- Я сегодня в шесть утра проснулся. - признался Гарри.
- В шесть!? Зачем так рано? - удивлению Гермионы не было предела.
" Салазар разбудил..." - мысленно буркнул Гарри, но вместо этого сказал: - Как-то так получилось...
- А мы уж думали, что ты на свидание ходил! - весело воскликнули проходящие близнецы.
- Думайте, что хотите. - усмехнулся Поттер. - Если бы я и был на свидание, то вам бы точно не сказал.
- Малыш Гарри начинает вырастать? - с хитрой улыбкой прошептал Джордж своему брату. Видя смущенное лицо сокурсника, близнецы захихикали.
- Не задохнитесь от смеха. - подколол их Гарри.
- Попытаемся. - выдавили близнецы.
- Гермиона, дай мне учебник по зельям. - сменил тему разговора Поттер.
- Что...? Ах да, сейчас. - растерялась она и стала копаться в своей безразмерной сумки.
- А зачем тебе? - поинтересовался подошедший Дин.
- Сегодня сто процентов будут зелья, так каждый год. Снейп опять будет задавать мне всякие тяжелые вопросы, а если я на их не отвечу, то мы потеряем кучу балов в первый же день.
" И я опозорюсь перед новенькой." - добавил он про себя тоскливо, понимая, что это случится в любом случае.
- Ты переживаешь о баллах? - потрясенно сказала Гермиона.
- В этом году не будет чемпионата по квиддичу. Если мы не будем учиться, то проиграем Слизерину!
- Проклятье! - воскликнули близнецы. - Тогда даже нам придётся сильно не выступать, а ведь на этот год у нас было столько коварных планов... - огорчённо вздохнули они.
- Ладно, пойду разбужу Рона. Скоро завтрак начнётся. Он может его проспать. - сказал Гарри. " И умереть от горя" -
- Да, попробуй его поднять. Я с Симусом уже пытался. - крикнул Дин. - Но Рон только мычит и пускает слюни. - эту подробность, узнали все, кто присутствовал в гостиной.
При этих словах лица всех девушек скривились от отвращения, Лаванду и Парвати, вообще чуть ли не стошнило: пускающий слюни Рон - страшная сила.
Зайдя в комнату, Гарри увидел спящего Рона. Его подушка, как и говорил Дин, была обильно смочена слюнями.
" Фууу... какая гадость. Он спит как свинья." - с отвращением думал Гарри смотря на своего лучшего друга.
- Мобиликорпус! - спокойно произнёс Поттер, направив палочку на друга. Тот подлетел над кроватью на тридцать сантиметров и... НЕ ПРОСНУЛСЯ!
- Не хочешь по хорошему... - процедил Гарри и отменил заклятие. От этого Рон грохнулся на пол и моментально проснулся.
- Что случилось? Гарри! - воскликнул перепуганный Рон.
- Вставай, скоро завтрак. - миролюбиво сказал Гарри.
- Уже иду. - как ни в чём не бывало пробормотал Рон, натягивая футболку.
На завтрак шли все вместе: весёлый Гарри, сонный Рон, читающая Гермиона, болтающие близнецы, задумчивый Невилл, Лаванда с Парвати и Симус с Дином. Хоть завтрак и был в самом разгаре, но он был моментально прерван группой гриффиндорцев. Весь зал обратил свой взгляд на победителя Волан-де-морта и его свиту. Все шептались, смотря на него, некоторые даже тыкали пальцами. От всех этих взглядов Гарри чувствовал себя неуютно. Минута ходьбы по залу показалась ему вечностью, во-первых, он боялся покраснеть, а во-вторых, споткнуться. Дойдя до факультетского стола, он облегченно вздохнул, первое испытание позади.
- Мистер Поттер, мистер Уизли. - сказал чей-то строгий голос. Обернувшись, друзья увидели Макгонагл, та стояла и недовольно на них смотрела. Особенно на Гарри, она прямо буравила его взглядом.
- Профессор, мы ничего не делали. - сразу стал защищаться Гарри. От его слов та растерялась, но потом улыбнувшись сказала:
- Вы меня не так поняли, я хотела отдать вам ваше расписание.
- Спасибо, профессор. - облегченно пробормотал Рон, который лихорадочно вспоминал все свои проступки.
- А что касается вас, мистер Поттер. - сказала профессор, - То почему вы не в школьной форме?
- Я? - недоуменно спросил Гарри, вставая и прокрутившись на месте. - Я в чёрной мантии, профессор. - он особенно выделил слово "профессор", от этого близнецы усмехнулись.
- Вы в мантии, но не в школьной. - поправила себя декан Гриффиндора.
- А в какой? - недоуменно спросил Гарри, еле сдерживаясь, чтоб не рассмеяться.
- Вы должны были прийти в обычной мантии, а не в мантии из шёлка акрамантула. Не знала, что вы любите покрасоваться. - строго сказала Макгонагл, будто ученик не оправдал её надежды. Гарри холодно посмотрел на декана. Впервые в жизни, он слышал фирменные реплики Снейпа от неё.
- Она ничем не отличается от обычной. К тому же, некоторые слизеринцы тоже ходят не совсем в "школьных" мантиях. - дерзко ответил Поттер, смело смотря учителю в глаза. Строгие карие глаза столкнулись с дерзкими зелёными. Не увидя никакого раскаяния, страха или сожаления, Макгонагл отвела взгляд.
- Их декан им разрешает. - сухо сказала профессор.
- Ну так разрешите и вы мне. - холодно сказал Гарри. - Когда я покупал их, мадам Малкин сказала, что в таких мантиях можно ходить.
- Я вам и не запрещаю мистер Поттер, просто говорю, что это нежелательно. - подчеркнула она последнее слово.
"Какая вам разница?" - вертелось у подростка на языке, но чтобы не ругаться с учителем в первый же день, он опустил глаза и сказал:
- Простите, профессор Макгонагл. Я не думал, что в Хогвартсе такое строгое отношение к внешнему виду.
- Ничего страшного, лично я думаю, что главное не то, во что ты одет, а как учишься. - не веря в сожаление ученика, недовольно сказала Макгонагл. - Просто Северус не так может понять ваш новый... образ. - пробормотала она едва слышно, чтобы её услышал только Гарри.
" Это совет?"- подумал он. " Да… для Снейпа эта будет хорошим поводом снять баллы с Гриффиндора."
- Гарри! Как ты мог разговаривать в таком тоне с профессорам?! - возмущенно запричитала Гермиона.
- Что ты к нему пристала? - спросила Лаванда. - Какая ей разница, в чём Гарри ходит. Я понимаю, если бы он был в маггловской одежде, но он в мантии! Она и ко мне приставала: то слишком короткая юбка, то ещё что.
- Но у тебя и вправду бывают слишком откровенные наряды. - начала спорить Гермиона.
- Лаванда, не слушай Гермиону! Нам нравится. - запротестовал Гарри, а все мальчики одобрительно закивали головой.
- Вот видишь. -пропела Лаванда, улыбаясь мальчишкам и сжигая Гермиону взглядом. - Им нравится.
- Да ну вас. - обиделась Гермиона, признавая своё поражение.
Их беседа была прервана приходом группы слизеринцев: Малфоя, Крэбба, Гойла, Паркинсон, Забини, Нотт и Лестрейндж. Второй раз за утро Большой зал погрузился в тишину, все неотрывно следили за Лестрейндж.
- Какая она красивая! - простонал Симус.
- Хоть слизеринка, но красивая. - поддержал его Рон. Поттер неодобрительно покачал головой.
- Давайте есть, а то скоро завтрак закончится и мы останемся голодными. - сказала Парвати.
- Не останемся, можно сбегать на кухню и взять у домовиков еды. - возразил Джордж.
- На кухню? В школе есть домовики? - завалила их вопросами Гермиона.
- А ты не знала? Здесь их целая колония живёт. Самая большая в Англии. - просветил её Фред.
- Вы меня туда сводите? - попросила она их.
- А зачем тебе? - подозрительно спросил Фред.
- Просто так. - неумело соврала Гермиона и принялась есть тост.
- Ты не умеешь врать. - усмехнувшись, тихо сказал Гарри. Близнецы одобрительно посмотрели на него. Их взгляды говорили: растёт достойная смена!
. . . - Сегодня отстойный день. - ныл Рон в сотый раз. - Травология, Уход, прорицания и Зельеварение в один день!
- Успокойся Рон. - вещала Гермиона. - Это не очень интересные, но очень нужные предметы.
- Особенно прорицания. - буркнул Гарри. - Мне безумно интересно, какую смерть мне опять предскажет Треллони.
Травология началась с мерзкого задания, им сказали выдавливать гной бубонтюбера. Пуффендуйцы выдавливали его с таким важным видом, будто это было самое важное задание на свете. Гриффиндорцы же напротив, из всех сил, старались скрыть своё отвращение.
- Очень нужные предметы. - передразнил он Гермиону, отряхивая гной с перчатки, - Ни фига они не нужные!
Рон на его замечание усмехнулся.
- Думаю, сейчас Гермиона жалеет о своих словах. - прошептал Рон.
И вправду, Гермиона, шипя, убирала гной с мантии.
. . . К Хагриду они пришли раньше слизеринцев. Лесничий захлёбываясь от восхищения рассказал им про соплохвостов. Подошли слизеринцы и стали с отвращением смотреть на этих уродцев.
- Чёрт! Он меня током ударил. - воскликнул Дин, выдёргивая руку из корзины.
- Ну да, такое бывает. У них ещё шипы есть. - счастливо сказал учитель.
- Аааа... у них ещё и шипы есть! - закричала Лаванда, выдёргивая руку из корзины.
- Они и огонь могут выдыхать. - Хагрид был на седьмом небе от счастья. - А сейчас покормите их! - приказал он. Все сделали пару шагов назад и Хагрид, как обычно, с надеждой посмотрел на Гарри. С видом мученика Гарри вышел вперёд и стал совать в корзину лягушачью икру. К нему присоединились Рон с Гермионой, а потом и все гриффиндорцы. Слизеринцы стояли, не шелохнувшись, будто эта "приятная" процедура их не касалась.
- Вы и вправду думаете, что мы будем кормить эту мерзость? - лениво растягивая слова, сказал Малфой.
- Ну... эээ да, Мистер Малфой. Я понимаю они пока не интересные, но скоро они вырастут. - обнадёжил его Хагрид.
- Они ещё и вырастут! - простонала Лаванда.
- Конечно. - невозмутимо сказал Хагрид.
Скорчив лица, слизеринцы подошли к своим корзинам и стали кидать туда всякую гадость, которую приготовил Хагрид. Гарри в паре с Роном думал, куда же совать соплохвостам еду, ведь ртов у них не было.
- Что это за мерзкий запах? - прошипел Салазар, от его вопроса Гарри чуть не перевернул корзину. Он совсем забыл про своего спокойного друга. Ведь тот спал уже полтора часа и не давал о себе знать.
- Соплохвосты, ноу-хау Хагрида. - почти неслышно прошипел змееуст. Отвлекшись на беседу с фамильяром он забыл о маленьких уродах. Один соплохвост каким-то образом умудрился обжечь ему целый палец.
- Тварь! - воскликнул Гарри громко. Все недоуменно повернулись к нему. Раздались смешки со стороны слизеринцев, от их смеха Гарри разозлился.
- Вингардиум Левиоса!
Беспомощный маленький агрессор взмыл в воздух.
- Инсендио! - тихо прошептал пострадавший. От такого мощного заклинания, которое просто не было предназначено для существа размером 15 -20 сантиметров, соплохвост мгновенно превратился в пепел. Слизеринцы перестали гоготать и с опаской смотрели на Поттера.
- Псих! - прошептала Паркинсон едва слышно. Гриффиндорцы тоже удивленно смотрели на Гарри. Неловкую паузу прервал Хагрид, который вышел из своей хижины с новой порцией пищи для соплов.
- Те, кто сможет скормить всю еду соплохвостам до конца урока, получит превосходно. - крикнул он.
- И как нам это сделать? У них нет рта! - издевательски протянул Малфой.
" Малфой в кои веки прав. Просто так в них эту еду не запихаешь. Хотя..." - Поттер вынырнул из своих мыслей и хитро усмехнулся.
- Экскуро! - тихо прошептал он, направив палочку на лягушачью икру. Та сразу же исчезла. Рон крутящийся по сторонам в поисках помощи ничего не заметил.
- Мы всё! - воскликнул Гарри. Счастливый Хагрид подошёл к нему с Роном и поставил им по Превосходно.
- Как вы это сделали? - недоуменно пробормотала Гермиона. Рон был так счастлив из-за хорошей оценки, что даже не спросил у Гарри, как тот это сделал.
- Вот так. - сказал Гарри испарив икру Лаванды и Парвати. Те непонимающе посмотрели на него, а потом подмигнув, тоже позвали Хагрида, чтобы показать ему свой "успех."
- Это нечестно! - зашипела Гермиона, гневно сверкая глазами.
- А по-моему нормально. - подхватил Симус, который Гаринным способом выполнил задание и получил своё превосходно.
В ближайшие минуты все гриффиндорцы, кроме Гермионы ( та упрямо сувала икру в панцирь сопла) и бедного Невилла (он был в паре с ней) получили превосходно, слизеринцы зло смотрели на противников: ведь те получили уже пятьдесят баллов! Они просто не могли понять, куда те запихивают еду.
Гермионе так и не удалось выполнить задание "честно",. Она, как и слизеринцы получила просто "хорошо". Гарри и Рон, как первые справившиеся с заданием, не получили задания на дом.

0

10

Глава 8.
Золотое Трио против Слизерина.

. . . - Вы поступили нечестно! - гнула своё Гермиона. - Вы не заслужили таких высоких оценок и баллов!
- Гермиона! У нас сегодня зелья. Снейп снимет с нас в два раза больше, а слизеринцам накинет целую кучу. И ты говоришь о справедливости? - отчаянно защищался Гарри. При таком сильном обвинительном напоре, он еле-еле смог незаметно выпустить Салазара. Ему было просто жалко тащить невинное животное в душный и затхлый кабинет прорицаний.
- Потом по препираетесь. - прервал словесную баталию Рон. - Нам с Гарри на прорицания надо бежать, а то опоздаем.
Перед люком, ведущий в кабинет прорицания собрались все гриффиндорцы. Наконец люк открылся, и всех обдало волной раскалённого воздуха.
- Там наверное жарко как в духовке! - простонал Гарри.
- Какой меня чёрт дёрнул выбрать прорицания? - задал риторический вопрос Дин, первым поднимаясь в кабинет.
Треллони опять своим потусторонним голосом поприветствовала всех. На её приветствия ответили только Парвати с Лавандой - ярые почитательницы профессора.
Потом минут 20 профессор несла всякий бред, который в большинстве касался Гарри. Смотря на него, она всё время закатывала глаза и предрекала разные несчастья.
- А сейчас заполните карту неба! - приказала она, садясь в своё старое потрёпанное кресло.
Как Гарри не старался, у него, конечно же ничего не получилось. Он окончательно признал поражение, когда у него получилось два Нептуна.
- У меня получилось два Нептуна. - мрачно буркнул Гарри, устало откидываясь в кресле.
- Сочувствую. - пробормотал Дин смотря в окно, к заполнению карты он так и не приступил.
- Давай я тебе помогу. - с какой-то стати смилостивилась Лаванда. Не успела она моргнуть, как Гарри уже сидел между ней и Парвати.
- Я только "за". - радостно подхватил Поттер. - Если вам не трудно.
- Давай сюда свою карту! - скомандовала Парвати.
- Что за бред ты написал? - в шоке сказала она, читая "творение" Гарри. - Как такое вообще можно написать? Ты перепутал всё, что только возможно.
- Просто напишите всё сами. - попросил он, строя немного грустное, но милое личико. Наверное, даже Снейп, увидя такое лицо, признался бы во всех грехах и попросил прощение. Девочки же, обладая куда более добрым сердцем, принялись за работу.
- Мистер Поттер, почему высидите не за своим местом? - строго спросила Треллони.
- Я где-то ошибся в расчётах, и девочки решили мне помочь найти где. Они ведь знают ваш предмет лучше всех. - спокойно произнёс Гарри, прекрасно понимая, что его даже не на ругают.
- Да, Парвати и Лаванда такие добрые девушки. - сказала профессор с любовью смотря на лучших учениц. " Ещё бы слезупустила..." - закатил глаза Поттер. По его мнению, проявление любви, делало эту стрекозу ещё несуразней.
- Спасибо. - прошептали подруги, с благодарностью смотря на Гарри. " Я сделал это, в надежде, что ваша скорость помощидля меня только увеличится." - мысленно обнадежил их Гарри.
- Не за что. Вы и вправду лучше всех знаете прорицания. - честно признался он, стараясь скрыть улыбку, при представление лиц девушек, услышавших бы его первоначальный ответ.
- Мы тоже хотели поблагодарить тебя за помощь на уроке Хагрида. - сказала Лаванда, а Парвати одобрительно закивала головой. - Мы бы сами не догадались испарить лягушачью икру и прочую гадость. - признала она свою ошибку немного краснея. " Я бы пару месяцев назад, тоже бы не догадался." - вздохнул Поттер.
- Мне было не сложно. - просто ответил он. Лаванда и Парвати, достав новый пергамент, стали переписывать его работу. В кабинете и так было как в сауне, а Гарри к тому же, оказался тесно зажат между двумя девушками: Лаванда сидела справа от него, а Парвати слева.
- Как здесь жарко. - сказал он своим подругам.
- Ага. - пробормотали они не отрываясь от писанины. Посидев минут десять, Гарри решил присоединиться к исправлению работы. Но показав свою неграмотность, в первую же минуту был отстранён. Ему осталось только сидеть и смотреть на спины однокурсниц.
"Да... однокурсницы у меня что надо," - думал он, смотря на них. Его взгляд скользнул по их шеям, потом опустился чуть ниже. Сидя на неудобном пуфике, Поттеру только и оставалось, с завистью смотрел на "волю" и жалеть о потере времени, которое можно было бы пустить на что-то важное.
- Мы всё сделали. - сообщили ему девушки. Виновник их работы очнулся от мыслей и радостно приобнял их за талии.
- Вы лучшие. - от такой похвалы те довольно покраснели.
- Мы знаем, только учителя этого не замечают. - притворно вздохнула Лаванда.
- Пошлите в гостиную, зелья только через час. - спокойно сказал Гарри, как только получил своё превосходно.
В гостиной их встретила Гермиона. Она только что пришла с нумерологии.
- Мне ничего не задала профессор Вектор. - похвасталась Гермиона, прекрасно зная, что её друзей постигла другая участь.
- Везёт, а нам Треллони задала составить какой-то дурацкий гороскоп. - буркнул Рон.
- Да? - спросил Гарри. - А я почему то ничего не слышал про домашнее задание.
- Да? Наверное, ты был занят составлением карты? - пробурчал Рон. Он завидовал Гарри, ведь за того сделали всю работу.
" Это всё из-за его славы." - зло думал Рон. Раньше он не завидовал Гарри, потому что не было поводов. Максимум ему было завидно, когда его друг накупал кучу сладостей. Тогда Поттер ни чем не отличался от него, за исключением отсутствия родителей. Сейчас же, смотря на его дорогую и красивую одежду и прикидывая количество галеонов, потраченных за последние дни, шестой Уизли чувствовал разрывающую изнутри зависть. Его старая одежда и учебники, вызывала насмешку у всех учащихся, а рассказы о бедноте его семьи ходили задолго до прихода в школу. Сейчас, смотря на купающегося в богатстве друга, Уизли начинал чувствовать, что ему не место рядом с ним.
- Ладно, пошли поиграем в шахматы. - предложил Уизли, надеясь хоть в чём-то обойти друга.
- Скоро урок Снейпа. - обреченно сказал Гарри, вытаскивая из сумки зельеварение. - Он попытается унизить меня перед Лестрейндж. Заодно и полсотни баллов снимет.
- Посмотри на Гарри, Рон. - нравоучительно сказала Гермиона, радуясь возможности поучить непутёвого друга. - Он не отвлекается на всякие дурацкие игры, а учит уроки.
- Шахматы не дурацкая игра! - взвился Рон. - Там думать надо.
" Началось." - подумал Гарри. " Считай до зелий они заняли себя очередным бессмысленным спором."
Взяв учебник, Гарри пошёл в другую часть гостиной. Гермиона всё ещё спорила с Роном на тему отдыха и учёбы.
- Невилл, ты мне нужен. - тихо сказал Поттер своему другу, который сидел и читал про какие-то растения.
- Зачем Гарри? - пробормотал тот, не отрываясь от разглядывания картинок в книге. Там были нарисованы экзотические растения.
- Ты же хотел, чтобы я подтянул тебя по предметам. Сейчас у нас будет первый урок. Мы читаем первую главу по зельям. - коварно улыбаясь сказал Гарри.
- Зелья? С какого... Я хотел подтянуть Защиту и заклинания... - воспротивился Невилл.
- Ты хочешь, чтобы Снейп опозорил тебя перед Лестрейндж? - попытался надавить на гордость Гарри.
- Нет. Конечно... я попробую. - промямлил Невилл, ни капельки не уверенный в своём успехе.
И начался мозговой штурм зелий. Гарри ещё на летних каникулах прочитал часть учебника и сейчас просто вспоминал начало. Невилл же отродясь не читал зелий, поэтому ничего не понял в написанном.
- Это бесполезно! Я никогда не пойму этот предмет. - сдался Долгопупс через 15 минут.
" Неужели слабак..." - разочарованно подумал Гарри. Неужели его уверенность в Долгопупсе была ложной?
- Давай я попробую тебе что-нибудь объяснить. - предложил Гарри скрепя сердцем. - Хотя, лучше бы Гермиона объяснила это нам обоим. - вздохнул Поттер, сам не до конца понимая материал.
Когда Гарри стал рассказывать Невиллу зелья, дело пошло быстрее. Через пять минут к ним подсела Лаванда с Парвати, наверное, надеясь услышать новые сплетни. Но девушки не блистали знаниями в зельях, поэтому внимательно стали слушать однокурсника.
- Ну как-то так. - закончил своё объяснение Поттер. К концу рассказа к нему подсели Дин с Симусом. Тем было не интересно слушать про зелья - главная их цель была поучаствовать в массовке.
- Сейчас мне стало немного понятней. - радостно воскликнул Невилл. Девчонки закивали головой, соглашаясь с другом.
- Пошлите на урок. - крикнула Гермиона, махая рукой. "До зелий ещё двадцать минут!" - хотел воспротивиться Гарри, но не успел.
- Уже идём. - ответила Парвати.
Гостиную Гриффиндора покинули невеселые учащиеся и побрели в сторону подземелий. Перед входом в кабинет Снейпа, вальяжно стояли слизеринцы.
- Диана, сегодня ты увидишь, что тупоголовые гриффиндорцы абсолютно не знают зелий. Из-за Поттера, их факультет потеряет полсотни очков, а Долгопупс опять расплавит котёл. - Малфой проинструктировал Лестрейндж. - Насчёт этого сквиба: - белобрысый гадко усмехнулся. - У него же родители вроде мракоборцами были? Ты возможно о них слышала? - Лестрейндж усмехнулась.
- Конечно слышала. Это же их последним подвигом гордится весь мракоборческий центр? - спросила она у окружающих, при этом делая невинное лицо. Слизеринцы опять засмеялись.
- И как же твои родители не сошли с ума, видя, какой сквиб у них появился? - задала риторический вопрос черноволосая гадюка, недоуменно вздыхая. Невилл дёрнулся вперёд, но его остановила рука Гарри лежащая на его плече.
- Заткнись, Лестрейндж! - прошипел Невилл, мгновенно краснея. Гарри чувствовал, как он дрожит от ярости.
- Заткнись Малфой! - рявкнул Рон. К его несчастью, именно в это время Снейп открыл дверь и услышал его выкрик.
- Минус 10 баллов с Гриффиндора, Уизли. - негромко сказал Снейп. Не успел Рон снова открыть рот, как профессор его прервал. - За оскорбление ученика.
- Долгопупс тоже обзывался! - пожаловалась Паркинсон.
- Это правда? - холодно спросил он, прожигая взглядом гриффиндорца. - Неужели у вас хватило силы духа, чтобы заговорить в моём кабинете? - притворно удивился зельевар. Невилл опустил голову и молчал.
- Отвечайте! - рявкнул профессор.
- Это правда, сэр. - собрался с духом Невилл и даже твёрдо посмотрел в глаза самому страшному профессору.
- Двадцать баллов с Гриффиндора и отработка в шесть вечера. - спокойно сказал Снейп. Внезапно его губы искривила усмешка. - И пять баллов с вас, Мистер Поттер. За подстрекательство сокурсника. - он кивнул на руку Гарри, которая всё ещё покоилась на плече Невилла.
- Все в кабинет! - рявкнул Снейп на гриффиндорцев. Слизеринцы уже заняли лучшие места, в том числе и бывшие места гриффиндорцев. Поэтому львятам пришлось забиться на задние парты. Одна Гермиона пыталась отстоять своё место за второй партой, которое у неё конфисковала новенькая. Снейп видя это, буквально завалил гриффиндорку насмешками, от чего та сбежала в конец класса. Не успели все рассесться, как...
- Сейчас мы проверим, не всё ли вы забыли за лето. - почти лаского прошипел профессор, сканирую взглядом палача алознамённый факультет.
" Интересно, кого же он спросит? Не меня случайно...?" - саркастически подумал Гарри, чувствую ускоряющиеся удары сердца
- Поттер! Как готовится стандартное противоядие? – ухмыляясь, спросил профессор.
" Получай гад!" - радостно подумал Поттер. Летом он повторял это зелье.
Профессор недоуменно поднял бровь - впервые за всё пребывание в лаборатории Поттер выглядел радостным. " Неужели он знает ответ? Хотя нет, такого просто не может быть."
- Стандартное противоядие. . . - начал гриффиндорец.
Всё-таки Гарри рассказал эту тему довольно нормально, конечно пару раз он сбивался, но зато сам исправлялся. Под конец рассказа он даже понадеялся на пару баллов, но Снейп безжалостно разбил все его надежды.
- Плохо! Про такое простое зелье рассказал бы и первокурсник. А вы часто сбивались и снова показали всему классу своё незнание моего предмета. Минус пять баллов. - торжественно прошипел Снейп
" Минус пять баллов? Сука! Слизеринцу бы за такой рассказ баллов пятьдесят бы дал. Немытый урод."
Слизеринцы вовсю смеялись, а гриффиндорцы зло косились на профессора. Поттер равнодушно пожал плечами. Это движение почему-то взбесило профессора. Брызгая слюной он рявкнул:
- Вы чем-то недовольны?!
- Нет, сэр. Всё в порядке. – спокойно ответил Гарри, чувствуя бурю. Пока профессор буравил его взглядом, Гарри стеклянным взглядом смотрел на потолок. В кабинете воцарилась тишина. Все неотрывно смотрели на профессора и его ученика.
- Ещё пять баллов, Мистер Поттер. Теперь уже за задержку урока. – наконец вынес вердикт зельевар.
- Всем взять пергаменты, пишем контрольную работу. - тихо сказал Снейп. По взмаху его палочки каждому на парту опустилось по пергаменту. Видя количество вопросов, Гарри почувствовал, что это будет самый длинный урок в его жизни. За каких-то десять минут, Снейп свёл на нет всё состояние отдыха за летние каникулы.
" Тридцать вопросов? Тридцать!?" - потрясённо подумал подросток. По лицам других учеников было видно, что те потрясены не меньше его. Рон, сидящий с ним за партой с надеждой смотрел на Гермиону. Его похоже, совсем не волновало половина класса, лежащего между ними.
- Давай писать. - еле слышно пробормотал Гарри.
- Что писать? Я ничего не знаю. - не размыкая губ прошептал рыжий, бегая глазами по классу.
- Просто списывай у меня.
. . . К концу урока, Гриффиндор потерял ещё тридцать баллов, в основном из-за Симуса и Дина. Те постоянно вертелись и пытались у кого-нибудь что-нибудь подсмотреть. После третьего замечания зельевар забрал у них работы и одарил вечерней отработкой. Несмотря на это, настроение у троих друзей было прекрасное. Во-первых, закончились зелья, а во-вторых, баллы полученные у Хагрида и Треллони превосходили потери у Снейпа.
- Наконец-то закончился первый день школы. - протянул Рон, лениво жмурясь.
- Да, день был просто отличный, если бы ещё не Снейп... - зевнул Гарри.
- Уизли! Уизли! - раздался чей-то голос немного растягивая слова. Друзья узнали бы этот голос из тысячи.
" Малфой!" - сразу же щёлкнуло у победителя Волан-де-морта в голове. Рука автоматически потянулась к карману.
- Что тебе надо, белобрысый? - спросил Рон.
- Твой отец попал в газету, Уизли! - объявил Малфой, радостно размахивая газетой, тем самым привлекая ещё больше внимания. Слизеринцы, окружавшие его, издевательски засмеялись. По их бледным физиономиям было видно, что в газете написано что-то неприятное для Рона. - Ты только послушай это: ДАЛЬНЕЙШИЕ ПРОМАХИ МИНИСТЕРСТВА МАГИИ... продолжал Малфой. По мере того как Малфой читал газету, лицо Рона становилось всё более красного оттенка.
- Прикинь, они даже его имя не правильно написали, как-будто он полное ничтожество, а, Уизли? - все слизеринцы смеялись в полный голос и улюлюкали, Рон же после этих слов рванулся к Малфою, но был остановлен Гарри. Вцепившись в руку Рона, Гарри начал злится: его друга оскорбляли перед толпой народа, а он ничего не делал, просто стоял и слушал этот бред.
" Испытать бы сейчас на Малфое пару Сириусовых заклинаний." - пронеслось в голове Поттера. Но Малфой был не один, с ним были его прихлебатели и Лестрейндж. " Да, численный перевес на стороне змей," - подвёл итог Гарри. А Малфой, полностью уверенный в своей безнаказанностью, продолжал издеваться над Роном:
- Как ты думаешь, не надо ли твоей маме немного сбросить в весе? - весело спросил слизеринец. - Кстати, Поттер, ты же летом живёшь у них: мама Уизли и вправду такая жирная, или это только на фотографии?
После этих слов Гарри окончательно понял: он убьёт Малфоя. Ему не помешают ни друзья, ни слизеринцы. Сделав шаг назад, он отпускает Рона; тот сразу же вырывается из рук Гермионы и бежит на встречу Малфою. Со стороны слизеринцев вперёд выбегают два тролля: Крэбб и Гойл. Пока Рон отвлекает всё внимание на себя, Поттер выхватывает палочку и выкрикивает:
- Инкарцео! Инкарцео! Инкарцео! Петрификус Тоталус!
Слизеринцы не ожидая нападения, попадают под обстрел: Малфой падает связанный верёвками по рукам и ногам, Крэбба и Гойла постигает такая же учесть; Петрификус попадает в живот растерявшейся тролихе, то есть Булдстроуд. Остальную часть боя Гарри видит особенно чётко. Вот Рон, не успевший затормозить, спотыкается об тушу связанного Гойла и растягивается на полу. Вот Гермиона удивленно смотрит по сторонам и совсем не замечает серию лучей, вылетевших из палочки Лестрейндж. На границу сознания Поттера упорно лезет мысль: когда та успела достать палочку? Но он старается не думать об этом. Сейчас идёт самый настоящий бой, в котором надо победить не взирая ни на что: ни на последующие наказания, ни на снятые баллы. Оставшиеся слизеринцы, по выхватывали палочки. Гарри видит, что Паркинсон нагнулась над Малфоем и пытается ему что-то сказать.
"Какая милая парочка!"- насмешливо подумал Гарри, уворачиваясь от заклинания Лестрйндж. - Рематрио! - смеясь воскликнул Гарри. Это заклинания он пол лета хотел на ком-то испытать. Сириус прислал его ещё в начале лета: смысл заклинания был в том, что оно было в несколько раз сильнее Релашио - обычного отталкивающего заклинания. От Сириусого заклинания, Паркинсон отлетела с такой силой, что казалась, улетит в противоположную стену, но к её счастью она со всего маху врезалась в целившегося Забини. Тот, не ожидая такого, отлетел в сторону и упал. Он даже не пытался встать и поднять свою поломанную палочку. Забини просто сидел и плакал держась за сломанную из-за встречи с тушой Паркинсон руку.
"Одним заклятием - двоих!" - поаплодировал себе Гарри. " Если так будет продолжаться, я один всехслизеринцев перебью!" Но мечтам Гарри не суждено было сбыться. Оставшиеся слизеринцы были готовы к бою. В Рона, который только поднялся с пола и почти достал палочку попало три заклинания; от Лестрейндж, Нотта и Гринграсс.
- Какой идиот встаёт до того, как достаёт свою палочку. - в бешенстве выкрикивает Гарри, смотря на своего поверженного друга. Сразу же к нему приходит другая мысль: " Мне конец." Против Гарри стоит трое слизеринцев, горевших жаждой мщения. Через секунду его опасения сбываются... заклинание Нотта ломает ему кисть левой руки. " Охренеть! Этот дебил меня чуть не убил." - в шоке подумал гриффиндорец. Ведь заклинание слизня летело ему прямо в грудь. Следующее заклинание принадлежало Гринграсс, от него раненый Гарри отлетел далеко назад и врезался в постамент статуи. От удара у него не только искры из глаз полетели, но и потекла кровь из разбитой головы. Хотя, возможно это его и спасло, из-за своего полета он пропустил мощную серию от Лестрейндж. Чтобы спасти себя от ещё больших ранений, Гарри идёт на отчаянный шаг.
- Дестриэ! - крикнул он, собирая остатки своих сил. От его заклинания, гигантская струя кипятка (больше похожая на горизонтальный гейзер) должна была вот-вот накрыть противников. Но... Лестрейндж поставила какой-то щит и тем самым спасла всех от "душа". Эта заминка дала Гарри шанс: он посылает " Экспелиармус" и прячется за латами. Лестрейндж посылает в живучего гриффиндорца лавину заклинаний. От её арсенала, статуя разлетается в куски, а Гарри соответственно, опять остаётся без укрытия.
- Серпенсортия! Серпенсортия! - лихорадочно выкрикивает Гарри. Змеи летят в атакующих. Пока слизеринцы отвлеклись на уничтожение королевских кобр, Гарри отступил к следующим латам и занял оборону.
- Тарантеллегра! - шипит Гарри.
- Инкарцео! Остолбеней! Конфундус! Петрификус Тоталус! Инпидемента! - летит ему в ответ. После этой серии, доспехи с ног до головы обмотались верёвками.
- Релашио! Конфундус! Рематрио! - посылает в отместку уже испуганный Гарри. К несчастью, он не попадает в ближайшего Нотта, а разносит в щепки чей-то портрет.
- Секо! - выкрикнула Лестрейндж, которой по видимому, уже надоели детские заклятия. От её мощного заклинания статуя загудела, как гонг.
Вназапно, между враждующими появтлся чей-то синий щит.
" Продержался." - устало подумал Поттер.
- ВСЕМ ОСТАНОВИТЬ ДРАКУ!!! - разносится по коридору чей-то магически усиленный голос. После этого "призыва" Гарри немного приходит в себя. Сначала его взгляд останавливается на перебитой и сильно кровоточащей руке, потом на разгромленном коридоре. Потом как-будто включается звук: оказывается, во время битвы постоянно кричали невольные свидетели. Некоторые девочки даже плакали. И было с чего: в коридоре валялись кучу связанных и оглушенных учеников, в основном слизеринцев. "Выжившие" в этой битве тоже выглядели довольно потрёпанно. Среди толпы зрителей, со страхом выглядовщих из-за угла, Гарри увидел потрясенного Грюма. Экс мракоборец в растерянности крутил глазом и вертел палочку. Из профессоров был ещё Флитвик, он то и поставил щит.
- Всем сдать палочки! - крикнул обычно тихий профессор. На его призыв, конечно же, ни гриффиндорец, ни слизеринцы не ответили. Тогда профессор сделал пару еле заметных пассов палочкой. В результате палочки драчунов перелетели в руку профессора. Видя, что ему ничего больше не угрожает, Гарри вышел из своего укрытия.
- Вам надо в больничное крыло, Мистер Поттер. - сказал Флитвик, смотря на руку Гарри. - У вас перелом.
"Дааа, похоже профессор ещё не оценил весь масштаб разрушения, если с таким удивлением смотрит на мою руку." - подумал Гарри. Сейчас у него в крови бурлил адреналин, и он совсем не чувствовал боли. Даже более того, он чувствовал безумную радость от боя, ему хотелось дальше оглушать врагов и крушить всё вокруг. Сейчас он почувствовал что-то, чего не чувствовал много лет. Это было почти забытое чувство... но оно было. Это чувство совмещало в себе радость от боя, от безнаказанности. Сейчас ему было всё равно, что он мог убить, и его могли убить. К своему удивлению он даже не испытывал злости на уцелевших врагов. Гарри было просто интересно: что ему за это сделают?
- Да им всем надо в больничное крыло! - выкрикнул кто-то из толпы. Тем временем собралось уже пол школы, на помощь к двум профессорам подоспели Макгонагл и Снейп. Причём прибежали они почти вдвоём и к удивлению всех даже не стали снимать баллы. Двое профессоров увидя разрушение не сразу отошли от шока, даже невозмутимый зельевар выглядел удивлённым. Видно было, что до него не могло дойти: Кто оглушил его любимых слизеринчиков? Когда же его взгляд остановился на Поттере...
" Бррр... какой у него злобный взгляд." - мысленно смеялся Гарри, видно адреналин не только притупил боль, но и весь здравый смысл.
- Всех раненых в больничное крыло! - взволновано приказала Макгонагл.
- Вы дойдёте, Мистер Поттер? - спросил Грюм.
- Да. Со мной всё нормально. - отрезал Гарри, совсем не обращая внимание на то, что говорит с незнакомым учителем. Сжав сломанную руку на месте перелома, он осторожно зашагал в сторону больничного крыла.
Вражда между Гриффиндором и Слизерином закончилась, началась война.

0

11

Глава 9.
Наказание и раскол в Гриффиндоре.

- Мистер Нотт, Мисс Лестрейндж, Мисс Гринграсс пошлите со мной. - проклокотал Грюм, смотря в сторону удалявшегося Поттера. Грюм, согласно зову своей прогрессирующей шизофрении, пропустил вперёд троих слизеринцев, видно надеялся уберечь себя от удара в спину. Таким образом, перед искусственным глазом профессора шли четвёро провинившихся. Гарри было неприятно идти рядом со слизеринцами. Больше всего его задевало отсутствие травм у его противников. Группа пуффендуйцев, из которых он узнал только Эрни Макмилана, смотрели на них и шептались.
" Что они на нас так смотрят? " - злился Поттер на окружающих. Эйфория боя прошла, на него волнами накатывалась боль и слабость. Казалось, что ещё чуть-чуть и упадёшь в обморок.
" Нельзя падать. Держись." - заклинал себя грифиндорец. " Если я сейчас покажу свою слабость, то Слизерин автоматически победит в этой битве."
Кое-как добравшись до лазарета, Гарри сел на "свою" кровать. Именно на ней он отлёживался после всех своих приключений. Слизеринцы хотели демонстративно отсесть в другой конец лазарета, но Грозный Глаз буквально за шиворот усадил Нотта на соседнюю с Гарри кровать. Поттер успел заметить, что целый глаз профессора с ненавистью смотрит на щуплого слизеринца. Нотт сквозь зубы что-то прошипел, но противиться не смел. Девушки сами присели на краюшек кровати, надеясь избежать насильной посадки.
- Мистер Поттер, покажите руку! - потребовала Мадам Помфри у единственного пострадавшего.
Стоило Гарри разжать руку, которой он держал повреждённую, как его чуть не стошнило. Боль и ложный страх навсегда остаться с изуродованной рукой скрутили живот и вызвали спазмы тошноты. Гарри понимал, что большего позора, чем облеваться перед врагами и быть не может, поэтому стал терпеть. Пока Помфри рассматривала руку, то Гарри сидел с плотно сжатыми губами, закрытыми глазами и бледным, как у покойника лицом. В таком состояние его застал Флитвик, который привёл приведенных в чувство пострадавших. Кто-то шёл сам, кого-то леветировали. Из слизеринцев пострадали только Паркинсон и Забини. "Их Мадам Помфри залатает за пять минут." - подумал Гарри, из под опушенных век смотря на прибывших.
- Мистер Поттер, поздравляю, у вас перелом левой руки. - сказала медик и стала что-то бубнить, направив палочку на перелом.
" А я сам не видел!" - мысленно простонал пострадавший. " Давай лечи уже..."
- Можно обезболивающее? - наконец хрипло попросил он.
- Вот, выпей это. - она достала из кармана маленький пузырёк. - После этого, выпей костерокс.- она указала на стакан, стоявший на столике.
С невесёлым видом Гарри опрокинул в себя сначала одно, а потом и второе отвратительное зелье.
- Стакана с разбавленным костероксом хватит на сращивания костей. Мистер Поттер, я уже восстанавливала вам руку, поэтому вы знаете о неприятных ощущениях. Давай я займусь твоей головой. - спокойно проинформировала врач гриффиндорца. За свою жизнь она видела многое, поэтому сломанная рука не вызывала в ней таких сильных сильных чувств, как в начале её карьеры, которая выпала на первую магическую войну.
- Хорошо. - конечно же не возразил Гарри.
В итоге все участники потасовки были приведены в порядок. Больше всех досталось Паркинсон, Гарри, Забини, Гермионе и Рону. У Паркинсон от мощного " Рематрио" были сломаны половина рёбер. У Гарри голову сразу же вылечили, только шишка осталась, а вылеченная рука должна была побаливать ещё пару дней. Рону, к большому удивлению Гарри, тоже сильно досталось. Из-за того, что разные заклинания смешались, лечение становилось более трудным. Сейчас лысый Рон походил на раздутое нечто. Руку Забини залатали за пару секунд (перелом у того был легкий). Гермиона была приведена в чувство после, как оказалось трёх разных оглушающих, которые каким-то образом успела выпустить Лестрейндж.
- Сейчас придут деканы ваших факультетов. - сообщил Грюм. По виду провинившихся, было видно, что они не горят желанием видеть их.
"Прощай школа..." - невесело подумал Гарри, мысленно придумывал оправдание. Гермиона, которая, сидела рядом с Гарри чуть не плакала.
" Лучшая ученица нарушила всевозможные правила." - холодно усмехнулся Гарри, конечно же про себя. " Как бы она в обморок не упала." Сам же Гарри ни о чём не жалел, если бы он мог что-то изменить, то сделал бы тоже самое. В палату влетели разъярённые деканы и с ними, к удивлению Гарри, шёл сам Дамблдор. При виде директора Хогвартса, постаревшего со вчерашнего дня на десяток лет, сердце Гарри сжалось.
" И это всё из-за меня?" - успел он задать сам себе всего один вопрос.
- Вы меня очень разочаровали... - начал свою речь Дамблдор. - Такого ещё не было в нашей школе. Слизерин и Гриффиндор всегда конкурировали, но НИКОГДА, повторяю НИКОГДА не были врагами. Ученики нашей школы не нападали друг на друга. Вы могли легко друг-друга убить, и только по счастливому случаю этого не случилось. Заклинания, которые вы использовали сильно выходили за рамки вашего обучения, причём многие были запрещённые..." взгляд директора задержался на Лестрейндж. Та равнодушно посмотрела в ответ.
- Они использовали такие заклинания... - прижав руку ко рту, сказала Помфри.
- Да, - горько сказал Дамблдор.
- Заклинание которое использовал Мистер Поттер, могло сильно покалечить мисс Паркинсон. - вставил Снейп. По нему было видно, что он этому очень рад.
- Рематрио... - задумчиво протянул Флитвик. - Рематрио... Это довольно мощное заклинание, которое при должном настрое, может сильно покалечить человека. Об этом заклинание я уже не слышал лет двадцать. - задумчиво протянул профессор заклинаний. Гермиона услышав это, побледнела и не веряще посмотрела на своего лучшего друга. - Где вы его изучили, Мистер Поттер? - сейчас в голосе профессора не было осуждения, только интерес.
- Прочитал в прошлом году. - не моргнув глазом соврал Поттер. - К тому же я защищался, Нотт кинул в меня костеломающее заклинание, которое летело мне в грудь. Оно только по чистой случайности попало мне в левую руку. И Лестрейндж непонятными заклинаниями меня постоянно обкидывала. От них даже статую в куски разнесло... представляете, что было бы со мной?
После этих слов Помфри побледнела ещё сильнее и опрокинула себе в рот пузырёк с успокаивающим зельем.
- Поттер первый напал! - выкрикнул Малфой. - Мы просто защищались! - слизеринцы закивали головами.
- Я могу подтвердить, что во всём виноват Поттер. - вставил свою любимую фразу профессор зельеварения. Его губы то и дело пытались растянуться в улыбке.
- Вас там не было, Северус! - запротестовала Макгонагл. В одно мгновение, из чопорной дамы она превратилась в львицу, готовую до конца защищать своего львёнка.
- Свидетели подтверждают, что первым напал Поттер. - нехотя сказал Грюм. После этих слов все посмотрели на Гарри: Снейп и слизеринцы с торжеством, Маккгонагл и Гермиона с ужасом, Дамблдор с грустью и неверием.
- Это правда, Гарри? - спросил старик. Гриффиндорец посмотрел в пронзительно глаза директора и твёрдо сказал:
- Да.
- Этого не может быть... - прошептала декан гриффиндора. Она не могла поверить, что один из её любимых учеников затеял драку. Снейп одарил её торжествующем взглядом.
- Я напал на слизенинцев, потому что Малфой оскорблял родителей Рона, особенно мать. - добавил Гарри. Теперь уже Минерва недовольно посмотрела на декана Слизерина, как-будто обвиняя его в невоспитанности его подопечных.
- Это правда? - с каким-то отвращением сказал Флитвик.
- Нет. Я только прочитал им статью из пророка. - невинно улыбаясь ответил Малфой, начиная понимать, что его прижали к стенке. По серьёзному лицу Поттера было видно, что он утащит с собой как можно больше врагов и по-честному разделит с ними наказание.
- Он ещё добавил свои комментарии по поводу лишнего веса Миссис Уизли. - подсказал Поттер смотря на блондина. Драко показалось, что Поттер усмехается.
- Это так? - немного сурово спросил директор.
- Да, - запинаясь ответил Малфой.
- Это неважно, Альбус. - прервала разговор Макгонагл. - Они все виноваты в случившимся, в большей, или меньшей степени.
" Меня почти оправдали!" - мысленно завопил Гарри. " Не могли бы вы помолчать, а то окончательно испортите моё алиби." Временами его бесило жажда справедливости в декане, которое очень часто было направлено против него.
- Я думаю, Поттера надо исключить из школы. - подвёл итог Снейп, чуть ли не потирая руки.
- Я думаю это лишнее. - прохрипел бывший мракоборец. - Или придётся исключить так же Мистера Нотта и Мисс Лестрейндж за применение опасных заклинаний.
Так начался спор, все присутствующие учителя решали: что-же им делать с провинившимися? Снейп, конечно же, опять предложил исключить всех гриффиндорцев, но его никто не поддержал. Дамблдор, смотря за всем этим, хмурился всё сильнее и сильнее.
- Я принял решение. - после этих слов все замолчали. - Мистер Поттер, как зачинщик драки получает каждодневные отработки с Филчем до приезда делегаций из Шарбатома и Дурмстранга. До этого срока ему запрещается ходить в Хогсмид. Так же из-за его проступка Гриффиндор теряет двести пятьдесят очков. Помимо этого, его родственникам будет отправлено письмо.
После этих слов слизеринцы радостно заулыбались, а Макгонагл покрылась красными пятнами. Гермиона услышав это ( Рон из-за действия заклинаний понял не всё) застонала, у неё даже подозрительно заблестели глаза.
- Мистер Уизли и мисс Грейнджер, вы были косвенными участниками ссоры, поэтому я не могу наказать вас. Но всё-таки я думал, что ты сможешь удержать своего друга, Гермиона.
Услышав это, Гермиона заплакала. Слизеринцы пытались выглядеть спокойными, но глупые улыбки выдавали их с головой.
" Не позорь наш факультет своим нытьём!" - хотел крикнуть Гарри, но сдержался.
- Слизерин теряет сто баллов из-за Мистера Малфоя. Самому ученику месяц отработок и письмо домой. - улыбка сползла с лица Малфоя.
- За что? - воскликнула Паркинсон.
- За провоцирование Мистера Поттера. - сухо сказал Грюм.
- Мистер Нотт, мисс Гринграсс и мисс Лестрейндж получают отработки до приезда делегаций из Шарбатома и Дурмстранга. Сегодня же, им будут отправлены письма домой. Из-за них, их факультет теряет двести баллов.
Теперь уже слизеринцы с ужасом смотрели на своего разъярённого декана, Гарри же наоборот, улыбнулся Малфою. Слизерин потерял больше баллов!
- Так же: мистер Поттер, мистер Нотт, мисс Гринграсс и мисс Лестрейндж, как главные участники драки, не должны нарушать правил до конца отработок. В противном случае они могут быть исключены из школы. А теперь, извинитесь друг перед другом! - скомандовал Дамблдор и покровительственно взмахнул руками. Все, даже учителя посмотрели на него со скептицизмом, никто не верил, что это сможет сгладить конфликт.
Все, кроме Гарри и Дианы буркнули " прости".
- Мы ждём ваших извинений! - сурово сказала Макгонагл и стала буравит взглядом провинившегося гриффиндорца. Лестрейндж просто покачала головой, прекрасно понимая, что из-за этого возможно вылетит из школы. Директор посмотрел на Гарри, ожидая извинений.
- Не буду. Я не считаю себя виноватым. - твёрдо ответил Гарри. Профессора недовольно посмотрели на наглого ученика.
- Ты уверен, Гарри? - переспросил директор.
- Да. - таким же тоном ответил ученик, смотря прямо в голубые глаза. Дамблдор заглянув в его глаза заметил изменения. В них не было раскаяния, ну или хотя бы неуверенности. В них была ПОЛНАЯ уверенность в своей правоте, упрямость, немного злости и ... какое-то чувство превосходства над всеми. Дамблдору сразу же вспомнился маленький одиннадцатилетний сирота, который при встречи с Дамблдором, тогда ещё учителем трансфигуриации, с гордостью и таким же чувством превосходства в голосе и глазах говорил, что его боится весь приют. Скинув наваждение, профессор с горечью сказал своему любимому ученику:
- Вы меня очень разочаровали, Мистер Поттер, минус пятьдесят баллов с Гриффиндора. - сейчас в глазах юного гриффиндорца читалось разочарование и неверие, которое было быстро замаскировано под равнодушие.
" Прости меня мой мальчик..." - подумал старый профессор. " Прости... я знаю, что ты прав, но мой долг директора наказать тебя... прости меня Гарри."
"Он предал меня." - не мог поверить Гарри. " Предал... Он знает, что я прав, но ничего не делает... Он же был мне как родственник," - с горечью думал Гарри, смотря на своего бывшего кумира. " Он поступил со мной ни чем не лучше Дурслей. Предатель..." - Гарри уже понял, что никогда не сможет относиться к Альбусу Персивалю Вульфрику Брайну Дамблдору как раньше, н и к о г д а.
- Мисс Лестрейндж, с вас тоже пятьдесят баллов за неподчинение. - уходя сказал директор. По виду Лестрейндж было невозможно определить: жалеет ли она о потерянных баллах или нет.
- Мистер Уизли и Мисс Паркинсон останутся на ночь, остальные свободны. - сказала школьная медсестра.
Снейп повёл понурых слизеринцев в сторону подземелий, а Макгонагл своих двоих учеников в башню. Гермиона всю дорогу пыталась не плакать, но у неё не получалось, она то и дело шмыгала носом. Гарри просто шёл хмурый, не обращая внимание на осуждающие его портреты. У входа в гостиную стоял весь факультет и ожидал объяснения: почему Гриффиндор потерял триста баллов и ушёл в минус двести двадцать? Но суд Линча отложили, когда увидели мрачного декана.
- Идите в гостиную. - сухо сказала профессор, даже не смотря в сторону своих учеников. Минерва Макгонагл была безумна зла на Поттера, ведь из-за того её факультет потерял триста очков. Но в тоже время, она была горда за своего ученика, хотя никогда бы не призналась себе в этом. Сегодня тот повёл себя как настоящий гриффиндорец, когда достойно ответил директору школы и когда не отказался от своего мнения.
Зайдя в гостиную и видя весь факультет в полном составе, начиная от первого кончая седьмым курсом, Гарри внутренне сжался, но виду не подал. Вместо этого он равнодушно прошёл через центр комнаты и сел на свободное кресло.
- Что случилось? Все про какую-то дуэль говорят. - спросила Кэти Бэлл.
- У нас была небольшая потасовка со слизеринцами. - просто ответил Гарри, рассматривая сломанную руку.
- И с вас сняли триста баллов? - воскликнула та.
- Да. И отработок дали почти до Хеллуина." - недовольно сказал Гарри, будто происшедшее его не касалось.
- Там не просто драка была. Там была магическая дуэль! - воскликнул какой-то второкурсник. - Я рядом проходил и видел: весь коридор был разнесён, и кучу связанных тел валялось... - захлебывался от счастья малыш.
- Есть пострадавшие?! - в ужасе воскликнула какая-то незнакомая девушка.
- Конечно нет. - раздражённо ответил Гарри.
- Никто не пострадал!? Ты чуть не убил Паркинсон! - воскликнула Гермиона. Все, как по команде повернулись к ней. - Ты хоть понимаешь, какие заклинания использовал? Они были тёмные!
" Ты дура?" - читалось во взгляде Поттера. " Сам Флитвик сказал, что Рематрио мощное, но незапрещённое заклинание. "Ты использовал заклинанИЯ...!" - передразнил он её. " Это было заклинанИЕ, - одно! Так легенды и рождаются. Завтра вся школа будет гудеть, что новый Тёмный Лорд, наследник Салазара Слизерина и Гарри Поттер по совместительству атаковал бедных слизеринчиков. Тьфу ты... Эти идиоты при виде мощного заклятия, сразу же кричат, что оно тёмное. Привыкли детскими чарами перекидываться. Если все мощные заклятия тёмные, то я буду их учить, невзирая на мнение других. Какая разница, тёмное заклятие или светлое, когда оно делает тебя сильнее идаёт возможность победить?!" - недоумевал Поттер.
- Я повторяю, Нотт в меня Бомбарду кинул и костеломающее заклинание прямо в грудь, я еле прикрылся. - Гарри продемонстрировал всем свою перебинтовую руку. - Ещё Лестрейндж всякими запрещенными заклинаниями в меня палила. Я только защищался. И заклинание не тёмное было, а обычное Рематрио.
"Если бы я знал хоть какое-нибудь тёмное заклинание, то использовал бы." - признался себе Гарри.
После его слов все зашушукались, а какой-то семикурсник, похожий на ботана, спросил:
- А что за заклинание, я о нём никогда не слышал?
- Вы не знаете? Это усиленное Релашио. Надеюсь, вы о нём хоть слышали? - с сарказмом спросил Гарри.
- Ты оказался извиняться перед профессорами. Ты нагрубил учителям и директору! - гнула своё Гермиона и всем своим видом призывала раскаяться.
- Мне не за что извиняться! - прошипел Гарри. - И я не грубил ни кому, просто сказал " нет"!
- Из-за твоей выходки мы потеряли триста баллов! Из-за тебя Рон в лазарете! - крикнула Грейнджер.
- Жалко баллов? Считаешь, что это самое главное? - не вытерпев, издевательски воскликнул Гарри. - Именно поэтому, ты сегодня ныла перед слизеринцами и профессорами? Позорила наш факультет и себя? У тебя гордости нет, или чувства собственного достоинства? - язвительно спросил Гарри. Пока он говорил, то походил на себя меньше всего: презрительный взгляд, губы искривлённые в усмешке и брюзгливое выражение лица. Перед всеми стоял неизвестный Гарри, тот, кто долгое время дремал внутри и сейчас впервые пробудился. Неизвестный Гарри только набирал силу, для того, чтобы его окончательно пробудить, нужен был толчок сильнее, чем обвинения Гермионы.
После этого восклицания Гермиона зарыдала и убежала в свою комнату. Никто из присутствующих не мог проронить слова: Гарри впервые в жизни накричал на сокурсника, да не просто сокурсника, а на своего близкого друга.
- Что ты наделал? - воскликнула Джинни и сразу же побежала за подругой.
- Просто сказал правду. - холодно ответил Гарри, смотря в спину удалявшейся Джинни. У неё от такого тихого, но очень холодного тона пошли мурашки по всему телу. Казалось, что ледяные иголки по втыкались во всё тело.
- Мы из-за тебя триста баллов потеряли, а ты ещё выступаешь! - зло воскликнул какой-то шестикурсник, многие согласно закивали головами.
- Он сделал всё правильно! - воскликнули близнецы. - Это Джинни неправильно всё поняла! Гарри наказал Малфоя за оскорбление нашей матери, а она наехала на самого Гарри. Если у кого-то ещё есть претензии к Гарри, то вы будете иметь дело с нами. - близнецы угрожающе сузили глаза, пытаясь отыскать этого смертника.
В результате факультет раскололся на две части: небольшая часть поддерживала Гарри, а большинство нет. После недолгих споров все стали расходиться по спальням, чтобы в тишине обдумать случившиеся и сделать домашнее задание. Из близких знакомых Поттера остались только Невилл, Дин, Симус, Лаванда, Парвати, Колин, Дэнис, Фред, Джордж и Ромильда Вейн. Гарри и сам не знал, как последняя затесалась среди его друзей, хотя его это меньше всего сейчас волновало. Даже после больничного крыла он чувствовал себя ужасно: голова раскалывалась, руку ломило. Несмотря на плохое самочувствие, мозг Гарри работал в сверх режиме. Он подмечал, что Невилл и близнецы сели на его диван, как бы отгоражая его от возмущённых сокурсников. Братья Криви, наоборот, расположились на полу, почти под ногами Поттера. По ним было видно, что они полностью поддерживают его, но хотят быть в максимальной безопасности. Лаванда и Парвати уселись на диван напротив и читали какой-то журнал, но при этом показывая свою принадлежность к лагерю Поттера. Ромильда села на кресло, которое было максимально приближенно к виновнику раскола в факультете. Вся эта ситуация дала ей надежду на сближение с героем. Дин и Симус сели подальше, как бы решая, кому отдать свою лояльность: другу или общему мнению?
- Хреново выглядишь. - наконец произнёс Фред.
- Может быть тебе переодеться? - поинтересовалась Парвати, смотря на его потрёпанную и местами порванную одежду со следами запёкшейся крови.
- Мне лень вставать. - развалившись в кресле, сказал зеленоглазый гриффиндорец.
- Я знаю чем тебе помочь! - осенила мысль Джорджа. - У нас есть бутылка огневиски. Тебе надо только выпить стакан - и ты как новенький. - радостно сказал он.
Чтобы хоть как-то расслабится, Гарри выпил стакан огневиски, предложенный Фредом и Джорджем. Остальную часть бутылки уничтожили остальные присутствующие. Конечно Дэнису не дали, но тот особо и не просил. После стакана огневиски Гарри почувствовал блаженную слабость, боль и все переживания мгновенно ушли. Впервые за сегоднейший вечер Гарри чувствовал себя спокойно. Встав с дивана, на котором сидели близнецы и Невилл, он перебрался на диванчик, на котором восседала Лаванда с Парвати. Сев на диван он положил голову на колени Лаванде.
- Иди на своё место! - приказала она, но наглый гриффиндорец конечно же её не послушал. Той ничего не оставалось делать, как смириться. Близнецы, видя манипуляции своего друга переглянулись и понимающе усмехнулись.
- Ну и наглый же ты. - немного улыбаясь произнесла Лаванда, начиная перебирать волосы однокурсника.
- А нам так можно? - поинтересовался Джордж, кивая головой в сторону лежащего Поттера.
- Нет. - мило улыбаясь проворковала Лаванда. - Только Гарри, ведь он сегодня пострадавший.
- Повезло же, друг. - с завистью сказал Дин подсаживаясь к остальным, похоже наличие напитков решило вопрос о его лояльности. - Кстати, Фред, у вас нет ещё чего-нибудь... Огневиски там или хотя бы сливочного пива.
- Возможно, у нас есть ещё парочку бутылок... - хитро улыбнулся Джордж.
- Но вы ещё слишком маленькие для таких напитков... - закончил Фред.
- Да ладно, неси. - подала голос Лаванда. Близнецы вытянулись перед ней в струнку и поклонившись побежали за своими припасами.
- Поставьте диваны по кругу, а в середине поставьте тот маленький столик. - негромко сказал "раненый" грифиндорец. Симус, Невилл и Дин мгновенно стали исполнять просьбу друга.
- Решил закатить маленькую вечеринку? - спросила Парвати.
- Угу... решил отметить потерю трехста баллов в первый же день. Такого в истории Хогвартса наверное ещё не было. - удобнее устраиваясь на коленях у подруги, пробормотал Гарри.
Через пять минут вернулись близнецы, таща целую сумку с припасами, на немой вопрос Симуса те ответили:
- Нам многие должны, мы собрали долги в продуктовом эквиваленте. Симус и Дин одобрительно засвистели.
- Тише! - прошипел Поттер. - Если нас услышат, то у нас будут большие проблемы. - сокурсники и так зло косились на пьющих наглецов, которые поддержали Поттера.
- Молчим, босс! Кстати, а где наш непутёвый братец? - близнецы вспомнили про Рона.
- В больничном крыле, в него три разных заклинания попали... Но я уверен, что завтра он будет полностью здоров.
- А какие потери у слизеринцев? - спросил Колин.
- Я Паркинсон половина рёбер переломал, возможно, она и правду могла кони двинуть. У Забини рука сломана. - рассказал Поттер. Многие удивились тону своего друга. Раньше он никогда не говорил о таких вещах с такой радостью в голосе.
- Неужели Гермиона была права, говоря, что ты чуть её сильно покалечил? - спросила Парвати.
- Нет. У меня пока не хватает сил. - немного грустно и даже с какой-то обидой в голосе произнёс Гарри.
- Ты говоришь таким тоном, будто жалеешь, что у тебя не хватило на это сил. - неуверенно сказала Лаванда.
- Я думаю, что если бы знал более мощные заклинания, то обязательно бы их использовал. - честно признался он.
- Ну и правильно сделал бы! - поддержал его Фред. - Ведь Лестрейндж палила в тебя всем без разбора.
- Я думаю нам надо всем самостоятельно изучать заклинания. Сейчас со Слизерином началась война, а мы к ней не готовы. - задумчиво сказал Гарри, вспоминая потасовку.
- Да мы сотрём их в порошок! - уверенно сказал Симус.
- Гарри прав, мы можем проиграть им. На их факультете почти все чистокровные, а чистокровных начинают обучать с детства, ещё до того, как они идут в школу. Да и летом они при родителях могут тренироваться. - сразу же возразила Ромильда.
- А ты откуда об этом знаешь? - спросил малыш Дэнис.
- Я сама чистокровная. - смущенно пробормотала она.
- И ты дома тренируешься? - спросил Дин.
- Да. В моём поместье не действуют запрет Министерства Магии на колдовство вне школы до совершеннолетия.
- Что?! Получается, ты можешь колдовать на каникулах?! - пришёл в себя Невилл. - А как же тебя не засекает Министерство?
- Да, я могу колдовать. А на счёт Министерства... ты разве не знаешь, что дети, у кого родители чистокровные волшебники могут колдовать дома? Министерство считает, что родители полностью контролируют своих детей.
- Получается, что все эти года мы могли колдовать дома? - воскликнули близнецы. Гарри решил написать соболезнующие письма родителям Фреда и Джорджа.
- Я точно незнаю, но наверное. По крайней мере, в стенах своего дома точно, может быть на придомовой территории. - неуверенно сказала Ромильда.
- А я и не знал! - сокрушенно покачал головой Невилл. - Хоть я и чистокровный, но не знал об этом.
- Мы тоже. - пробормотали близнецы.
- Я тоже чистокровная, но про это не знала. - вставила Лаванда.
- Я с сестрой тоже не знала... – нахмурившись, сказала Парвати.
- Вы все чистокровные?! - пораженно спросил Дин.
- Да. - ответили они.
- Я думал, что чистокровные только на Слизерине... - негромко сказал Гарри.
- Нет. Но там их большинство. - ответила Ромильда.
- Пофигу на чистоту крови, мы должны изучать новые заклинания самостоятельно! - хрипло сказал Невилл.
- Я согласен. Здесь все мои близкие друзья...
После этих слов Ромильда засветилась от счастья.
- ... не хватает только Рона и Гермионы. Я уверен, что Рон будет с нами, а Гермиона одумается.
- А когда мы будем заниматься? - встрял Невилл.
- И где? Ещё нам учитель нужен, ну или тот, кто знает много разных заклинаний. - добавил Джордж.
- Место найдём, у нас всё равно ещё времени кучу, а учителем Гермиона будет, если согласится. - неуверенно ответил Гарри, надеясь, что предложат его кандидатуру.
- Может быть, если ты извинишься перед ней, то она... - посоветовал Невилл.
- Она сама виновата! Она предала Гарри, обиделась на него из-за каких-то баллов. Да если бы не он, она бы так и была безызвестная заучка не имеющая друзей. - прошипела Вейн. - Я бы на её месте никог...
- Ты не на её месте! - отрезал Гарри. - И вообще, как ты можешь сравнивать себя с ней? Я с Роном и Гермионой дружу с первого курса, мы вместе кучу раз рисковали жизнями, помогали друг-другу. Она всё время доказывала мне свою преданность и дружбу, просто сейчас она... растерялась. Вы же знаете, как она трепетно относится к баллам и оценкам. - Вейн обижено отвернулась.
- Даже если она и согласится, то мы будем изучать какую-нибудь фигню, или вообще домашнее задание делать. Она же не будет обучать нас чему-нибудь мощному. - сказала Лаванда.
- Тогда пусть Фред или Джордж. Они из нас самые старшие. - предложил Гарри.
- Мы?! Мы?! Но... мы не учителя! Мы конечно знаем немного больше школьной программы, но учить этому других... Пусть лучше Гарри будет, он из нас самый достойный. Он победитель Темного лорда, спаситель моей неблагодарной сестры... - Джордж, казалось, хотел использовать все ему известные хвалебные слова в отношение к Гарри, чтобы самому не становиться учителем.
- Ладно, я согласен. Попробую вас чему-нибудь научить. По крайней мере, Патронусу я вас точно научу. - пошутил Гарри.
- Йесс! - воскликнул Дин.
- Тише! Сейчас весь факультет сбежится. - видя реакцию друга усмехнулся Гарри.
- Да, учитель. - подколол друга Дин.
- Когда, где и чему мы будем заниматься, решим потом. Сейчас надо узнать другое: все присутствующие будут участвовать?
Все одобрительно закивали головами.
- В этом году квиддича нет, экзамены не скоро, а в Турнире из нас никто не участвуют из-за возраста, . . .
Близнецы упрямо помотали головами.
- . . . поэтому с времен не должно быть проблем. - наконец закончил Гарри.
- Вместе с Роном и Гермионой нас тринадцать человек. - подсчитала Парвати. - Это все?
- А кто ещё? Все остальные гриффиндорцы меня сегодня чуть не линчевали из-за потери баллов. Они считают меня идиотом, любимчиком учителей, хвастуном. Так что, все мои настоящие друзья здесь, только не хватает Рона, Падмы и Гермионы.
- Моя сестра с радостью присоединиться к нам. - заявила Патил. - Нас четырнадцать.
- Я думаю факультет скоро простит тебя. - попытался утешить друга Фред. " Но я так просто не прошу их."
- Может быть. Но они отвернуться от меня при первой же возможности. Даже сейчас, все начиная с шестого курса меня ненавидят. А первые-третие куры молчат только потому, что я старше их, четвёртый это мы, а из пятого за нас только Фред и Джордж. Вот и всё: нас четырнадцать человек, а без Гермионы тринадцать. Мы против всей школы и своего факультета. - горько сказал Гарри.
- С пятым-седьмым мы поговорим! - мрачно сказали близнецы. - Да и Джинни надо наругать из-за сегоднейшего.
- А младшие курсы тебя любят и считают своим кумиром. - вставил Колин Криви и покраснел.
- Особенно девочки... - пробормотала Ромильда, услышав её слова, Гарри еле заметно ухмыльнулся.
- В любом случае, занятия начнутся не раньше, чем через месяц. Нам надо, чтобы учителя потеряли бдительность.
Говоря про это, Гарри понимал, что никакого клуба пока не будет. Девчонки погружены в мир сплетен и моды. Дина и Симуса он не хотел учить, те ещё не были на его стороне. Близнецы думают, как попасть на Турнир, да и учить старшекурсников было нечему. Возможно один только Невилл и братья Криви по-настоящему желали этого.
Оставшееся время все болтали о разных мелочах, шутили друг над другом. Гарри, лёжа на коленях у Лаванды считал, что сегодня был очень длинный, но очень продуктивный день. Во-первых, Невилл сказал, что всегда будет с ним, буквально поклялся в верности. Во-вторых, его радовало максимальное сближение с Лавандой и Парвати, особенно с Лавандой. В-третьих, он стал общаться с Дином и Симусом. В-четвёртых, окончательно понял, что Лестрейндж самый опасный враг. Поттер радостно осознал, что у него не только два друга - Рон и Гермиона, а целых тринадцать. С его новыми друзьями было общаться даже легче, чем со старыми. Может быть, потому что они почти беспрекословно выполняли все его просьбы и поручения? Правда, от этого они становились немного похожими на слуг, а не на друзей...

0

12

Глава 10.

Утро второго учебного дня опять началось с насильственного пробуждения в семь утра. Неугомонный фамильяр уже второе утро подряд, упрямо будил своего хозяина.
- Салазар, умоляю, дай мне поспать... - шипел не выспавшийся гриффиндорец. Но вскоре смирился и встал с постели.
- Хозяин! Я вас подвёл. Вчера напали на вас, а меня не было рядом. Я не смог вас защитить. - прошипел змеёныш. После долгих уговоров Гарри смог убедить Салазара в его невиновности.
- А где ты всё это время пропадал? - спросил он у фамильяра.
- По школе ползал, дороги запоминал. Пару мышей поймал и съел. - " будничным" шипением ответил змеёныш.
- Ты просто так по школе ползал! Тебя могли раздо... заметить. - исправился Гарри, ведь он знал, как Салазар комплектует из-за своей маленькой длины.
- Я ползал по школьным трубам.
" Прямо как василиск." - поразился Гарри. " Неужели у меня есть что-то общее с Волан-де-мортом иСлизерином?" У него в голове всплыли слова: мы оба сироты... мы оба владеем змеиным языком... нас обоих ненавидели с детства... мы считаем Хогвартс своим настоящим домом. Потом он сравнил призрак молодого Волан-де-морта из Тайной комнаты и своё отражение в зеркале: такие же темные волосы и тонкие черты лица.
"Нет, это просто случайное сходство." - попытался убедить себя Гарри. " Ну ладно, идею владения змеёй я почерпнул у них." - признался сам себе Гарри. " Но ведь эта гениальная идея! Благодаря ей, у меня появился верный друг и слуга. Да и вообще, я уже давно понял, что не всё слизеринское тёмное и плохое. А что касается внешности, то половина школы с тёмными волосами." - пытался убедить себя Поттер.
С этими мыслями он оделся, взял Салазара и захватив с собой мантию, карту Мародёров, свиток Сириусовых заклинаний пошёл в гостиную. Сегодня он уже жалел, что вчера согласился тренировать друзей. Конечно, это случится нескоро, но случится. Ему, по крайней мере, надо было знать хоть немного больше, чем они, поэтому он сейчас шёл на первую тренировку. Тренироваться в гостиной было не интересно, поэтому Поттер решил пойти на улицу. Идя по пустынным коридорам Хогвартса, Гарри чувствовал невероятную радость: Он дома! Наконец то, он у СЕБЯ дома! Не в Норе, не у Дурслей... Здесь были лучшие события его жизни, здесь он чувствовал себя счастливым. Именно этот замок должен раскрыть ему свои многочисленные тайны. Подойдя к озеру, Гарри остановился и сел под каким-то деревом. Достав волшебную палочку, он стал тренировать заклинания Мародёров. Салазар лежал рядом с ним и внимательно следил за движениями палочки.
- Остолбеней! - попробовал Поттер. Но ничего не произошло.
- Остолбеней! - сказал Гарри, мысленно направляя все свои силы в правую руку. На кончике палочки загорелся красный огонёк, и... луч ударил в гладь озера.
- Получилось! У меня получилось всего со второго раза! - радостно прошипел Гарри, обращаясь к своему фамильяру. В следующие полчаса он выучил: Депульсо - костеломающее заклинание, Конфундус - разновидность оглушающего заклинания, Локомотор Мортис - связывания ног, Конфинго, Бомбарда.
" Вот это мощь!" - потрясенно думал Гарри, вспоминая Бомбарду. "Да она не только человека убить сможет - стену разорвёт!"
. . . В гостиной его ждал взволнованный Невилл и Лаванда с Парвати. Увидя его, они облегченно вздохнули.
- Где ты был? - спросил Невилл.
- Гулять ходил, а что случилось? Ты какой-то нервный... - недоуменно спросил Гарри.
- Я проснулся, а тебя нет. Я просто не знал что делать. Вдруг на тебя напали из-за вчерашней потери баллов? - сказал Невилл.
- Да что со мной может случиться? - недовольно скакзал Гарри.
- Ну мало ли... слизеринцы могли напасть, ну или предатели с нашего факультета... - тихо сказал Долгопупс, косясь в сторону недовольных смотрящих на Гарри пяти-шестикурсников.
- Слизеринцы ещё долго будут зализывать раны после вчерашнего, а предатели... Пусть только попробуют напасть, я их так покалечу, что и Мадам Помфри не залатает. - мрачно усмехнулся Поттер, вспоминая взрыв от Бомбарды и хруст толстой ветки дерева от Депульсо.
- Мы не сомневаемся в твоих способностях: просто ты сам вчера нам говорил, что тебе нельзя нарушать правила до Рождества или вылетишь из школы. - недовольно пробормотала Парвати. Ей было неприятно, что её забота не была оценена.
- Чёрт! Я уже об этом и забыл. Ладно, выкрутимся как-нибудь. Хотя, меня никто не посмеет выгнать из школы: я всё-таки победитель Волан-де-морта. - хитро улыбнулся Поттер.
- Пошлите завтракать. - спокойно сказал Поттер. - Спасибо. - добавил он Невиллу, который принёс его собранную с утра сумку.
- Близнецы и братья Криви уже в Большом зале. Они хотели дождаться тебя, но не смогли. И ещё представляешь, Гермиона сегодня плакала всю ночь, а Джинни её успокаивала. - поделилась новостями Лаванда.
- Не давала нам спать, - недовольно вставила Парвати. - Ещё Уизл... Джинни всё время доставала нас: Как вы можете согласиться с Гарри? Он сделал ужасную ошибку! - после этих слов Гарри захихикал, а Парвати продолжала копировать младшую Уизли: - Он думает только о себе. Самовлюбленным эгоист... - не успев закончить фразу, Патил осеклась, видя как напряглась спина гриффиндорца.
- Она так сказала? - прошипел он. - Джинни, нет, Уизли совсем обнаглела! Я её на втором курсе из Тайной комнаты спас, рисковал своей жизнью, чуть не умер. А она считает меня САМОВЛЮБЛЕННЫМ ЭГОИСТОМ!? Ну может быть я немного самовлюбленный, но не эгоист! - злился Гарри.
- Кого интересует её мнение? - скривившись, сказал Невилл.
- Невилл прав, кого интересует её мнение? - успокаивала Лаванда Поттера.
- Спасибо за понимание. - сказал Гарри и внимательно посмотрел в голубые глаза Браун. После того, как она отвела взгляд, он улыбнулся и поправил её выпавшую прядь волос. Лаванда покраснела, в последнее время ей стало казаться, что не она, а он флиртует с ней.
" Ей понравилось." - про себя ухмыльнулся Гарри. Ему нравилось вести себя так с ней, правда, ему ещё больше нравились восторженные взгляды сокурсников, видевших его действия. Чего стоит восторг Симуса и Дина, когда он лежал на коленях Лаванды!
Когда Гарри и его "свита" вошли в Большой зал, все как и вчера, повернулись к ним. Видно им было непривычно видеть Поттера без сопровождения Уизли и Грейнджер. Под нескончаемые шепотки гриффиндорцы сели за стол. За столом уже сидела Гермиона с красными, заплаканными глазами, и злая Джинни. Последняя, кидала на Гарри недовольные и злые взгляды, Гермиона же, напротив, не поднимала глаза от своей тарелки. Из львиного факультета его поприветствовали только братья Криви и близнецы.
" Да и пофигу, я никогда не обращал внимание на мнение чужих для меня людей." - равнодушно подумал Гарри. На свою лучшую подругу он почти не злился, а вот на Джинни он был ужасно зол. " Она не разбираясь, обвинила меня из-за вчерашнего, хотя я защищал честь её семьи, потом ещё обзывала меня и критиковала всю ночь, капала на мозги Лаванде и Парвати. Нужен мне такой друг... близнецы меня поймут, а вот Рон... с ним что-нибудь придумаю."
Весь завтрак Гарри кожей чувствовал злые взгляды гриффиндорцев, ненавистливые слизеринцев, осуждающие пуффендуйцев и когтевранцев. От этого даже есть расхотелось, поэтому он сказал Невиллу:
- Пошли на заклинания, аппетита всё равно нет. - Невилл сразу же отложил вилку и встал. Ромильда и братья Криви хотели последовать за Гарри, но он жестом остановил их и сказал:
- Вы ещё не наелись. - Ромильда разочарованно вздохнула, но осталась сидеть.
Смотря на неё, Гарри не понимал: она хочет подружиться с «героем» или с обычным Гарри? Если с обычным, то он бы с радостью принял её в близкие друзья.
. . . Гарри быстрым шагом шёл к туалету Плаксы Миртл, по дороге перекидываясь парами слов с Салазаром. После каждого шипения, Долгопупс вздрагивал, но упорно шёл за змееустом.
- Куда мы идём? - наконец спросил Невилл.
- В одно тайное место. - усмехнулся Гарри. - В туалет Плаксы Миртл, он заброшен, поэтому там можно спокойно поговорить. - пояснил он.
- Змеиный язык звучит немного страшно, но в нём чувствуется какая-то сила. - как-то отстранёно добавил Невилл.
- Добро пожаловать в наше временное убежище! - открывая старую дверь, торжественно произнёс Поттер.
- Это моё убежище! - раздался чей-то грозный голос. - Я здесь умерла... - уже захныкала Миртл.
- Это я, Миртл, Гарри. - чарующим голосом пропел Поттер. - Я же обещал тебя навещать , и я хочу сдержать обещание.
"Ну заодно и обрести место для сборищ." - про себя ухмыльнулся Гарри.
- Заходи, Гарри. - покраснело привидение. - Ты один ко мне хорошо относишься, ну и ещё твоя подруга, а твой рыжий друг - хамло!
- Миртл, можно я с Невиллом буду иногда приходить сюда? Понимаешь, весь мой факультет ополчился на меня из-за потери баллов. - грустно продолжил хитрый гриффиндорец. - Даже Гермиона отвернулась от меня...
... " Предательница!"… - пронеслось в голове, от этого Гарри болезненно поморщился
- ... поэтому мне надо найти укромное место, где я могу собираться со своими настоящими друзьями, такими как Невилл. - Гарри кивнул на толстенького гриффиндорца. В следующие пять минут Гарри как бы " раскрыл свою душу" перед сочувствующей аудиторией в роли Миртл. Бедное привидение проглотило всё это и клятвенно пообещала не мешать Гарри при его встречами с одноклассниками.
" Вот и всё... Миртл поверила мне, и сейчас можно будет приходить сюда с Невиллом или ещё с кем-нибудь и тренироваться в заклинаниях или просто разговаривать, не боясь быть подслушанным. Конечно жалко было её обманывать, но это была не ложь, а немного приукрашенная правда."
На Заклинания они еле успели, до звонка оставалось всего пару минут. В кабинете сидел выписанный из больничного крыла Рон, Гарри не медля сел с ним. За соседними партами сидели Дин, Симус, Парвати и Лаванда. Гермиона же, впервые в жизни добровольно изменила своему принципу и села в конец кабинета, на заднюю парту.
- Что Гермиона такая заплаканная? Она на меня только что так накинулась... - растерянно спросил Рон.
- Во вчерашней дуэли она обвиняет меня. Мы поссорились вчера перед всем факультетом, а Джинни её поддержала... - негромко сказал Гарри. Их соседи-гриффиндорцы обменялись усмешками.
- Она совсем что-ли? - воскликнул Рон. К несчастью это услышала и Гермиона, она схватила сумку и выбежала из кабинета. Пуффендуйцы повернулись к Рону и неодобрительно покачали головами, тот даже покраснел.
- Джинни хуже отреагировала, она считает меня " Самовлюбленным эгоистом." Хоть она и твоя сестра, Рон, я на неё очень обижен. И мирится, пока не планирую... - холодно добавил Гарри.
- Мир катится к чёрту... если она обвиняет Тебя, и защищает слизеринцев. Да после таково, я сам с ней не буду общаться! - заявил Уизли.
- Плюс к этому, на меня весь факультет наехал, чуть не линчевали... - немного зло сказал Поттер.
- Зато Гарри и Лаванда устроили нам вчера небольшое шоу... - "доверительно" прошептал Дин, косясь на гриффиндорскую красавицу.
- Не слушай этого идиота! - смущенно сказала Лаванда. Рон продолжал восторженно таращиться на своего лучшего друга, не обращая внимания на начавшуюся речь учителя.
- А где мисс Грейнджер? - поинтересовался Флитвик.
- Ей не хорошо. - за всех ответил Гарри.
- Сегодня мы будем проходить Манящие чары. Откройте первую главу и начинайте читать. - сказал учитель, после небольшой вступительной речи.
Внимательно прочитав всю главу и проанализировав весь материал, Гарри направил палочку на перо Симуса и тихо произнёс:
- Акцио! - после этого он почувствовал приятное покалывание в пальцах правой руки и тепло. С пятой попытки ему всё-таки удалось подтянуть к себе злополучное перо.
" И почему у меня раньше всё получалось только с сотой попытки? Это же совсем не трудно, надо только взмахнуть палочкой и ... произнести заклинание? Хмм, а почему тогда Вингардеум Левиоса работает только со специальным взмахом, а для Акцио можно произнести заклинание без определённого взмаха? К тому же, при Вингардиум Левиоса надо точно нацеливаться на объект, а для Акцио просто подумать о том, что надо приманить и всё? Столько не понятного. Надо будет спросить у Флитвика."
- У Гарри уже получилось! - радостно воскликнул Рон.
- Уже? Ну продемонстрируйте нам, Мистер Поттер. - не веря сказал Флитвик.
"Рон - ты идиот! " - хотел крикнуть Гарри. " Зачем надо было орать на весь класс и привлекать внимание? Вдруг у меня сейчас ничего не получится, и я опозорюсь!?"
- Акцио! - сказал Гарри, молясь про себя, чтобы заклинание вышло. Перо Парвати послушно перелетела к нему в руки.
- Превосходно! Превосходно! Двадцать баллов Гриффиндору! - радостно воскликнул Флитвик. В то же самое время Гарри улыбнулся не свойственной для себя торжествующей ухмылкой. Все гриффиндорцы восторженно смотрели на него.
- Профессор, можно поговорить с вами? - негромко спросил Гарри у Флитвика, когда отлеветировал перо Парвати.
- Конечно, Мистер Поттер. - удивлённо ответил маленький профессор. На его памяти Гарри впервые что-то спрашивал на уроке. Когда Гарри пересказал ему свой вопрос про правильные взмахи палочкой, тот позвал Поттера за свой стол и сказал:
- Видите ли, Мистер Поттер, существуют заклинания, которые можно применять без определённого взмаха, есть те, которые только с ним. Большинство относится к первой группе, ко второй относятся или слишком мощные, или слишком простые, или специализированные заклинания. Самое первое заклинание, которое изучают первокурсники - это, как вы сказали, Вингардиум Левиоса. Во-первых, оно слишком простое, его может использовать любой маг, даже первокурсник. Это заклинание действует и без специального пасса палочкой, но для этого требуется более сильная концентрация. Конечно же, сейчас любой из вашего класса без всякого труда выполнит его. А если, например, взять Акцио, то для него нет никакого взмаха. Можно даже направить палочку в противоположную от предмета сторону и приманить его.
- Получается, что все заклинания со специальным пассом палочки можно преобразовать в обычные? - заинтересованно спросил Гарри.
- Почти все, кроме как я сказал специализированных и очень мощных. - поправил профессор заклинаний своего ученика.
- А что такое специализированные заклинания? Какие они? - задал следующий вопрос неугомонный гриффиндорец.
- Заклинания для лечения, обнаружение чего-то или кого-то, следящие чары, глобальные защитные. Особенно для лечения, стоит допустить одну ошибку и человек может умереть.- вспоминал Флитвик. - Заклинания интересная наука, Мистер Поттер... Их существуют тысячи, большинство заклинаний забыты, такие заклинания называются Древняя магия. Министерство магии ошибочно подписало их под одну черту с Тёмной магией. Это глубочайшее заблуждение! Среди них есть множество полезных заклинаний, которые просто необходимы волшебнику. Правда, среди Древней магии существует множество ужасных заклинаний, о которых даже я ничего не знаю, но они забыты и их никто никогда не использует. - продолжал говорить Флитвик, серьёзно смотря на ученика.
- А почему, профессор? Не сохранилось слов заклинаний? - спросил Поттер.
- Они слишком мощные. Такие как Адское пламя, - тише сказал профессор, но видя вопрос в глазах гриффиндорца пояснил. - Адское пламя, это высшая тёмная магия. Одно из очень древних заклинаний. При использовании этого заклинания появляются волны непотухаемого огня, они будут гоняться за тем, кого ты хочешь сжечь. При этом большая вероятность, что ты сам сгоришь от своего заклинания. - пояснил профессор.
- Получается, что если ты не знаешь таких заклинаний, то наверняка проиграешь тому, кто их знает. - медленно проговорил Гарри.
- Да. Но я повторяю, их никто не использует... Последние, кто их использовал, были Пожирателями смерти. К тому же самыми сильными, ведь слабым они не по силам... Остатки Пожирателей до сих пор сидят в Азкабане, и уже никогда оттуда не выйдут. - добавил Флитвик. - Но мы отклонились от темы... Заклинания ещё делятся на вербальные и невербальные. Об этом вам подробнее расскажут по Защите на шестом курсе.
- А какова вероятность, что у тебя получится заклинание, если ты до этого прорабатывал движение сотню раз, но без волшебной палочки? - вспоминая лето, спросил Гарри. Ему казался странным его утренний успех.
- Шансы увеличиваются во много раз. Можно воспроизвести заклятия и с первой попытки- подтвердил Флитвик.
- Получается, я могу пойти в библиотеку, взять пару книг и просто репетировать в гостиной? - опять же спросил Гарри. Раньше он никогда не рассматривал такой вариант.
- Да. - ответил учитель. После этих слов Гарри подумал: " Вот я дурак, учился в школе три года и даже не додумался сходить в библиотеку и самостоятельно выучить хоть одно заклинание. А ещё после этого удивляюсь, что Лестрейндж, да даже тот Малфой, знают больше меня. Подумать только, я потерял три года, целых три года! По своим знаниям я был на уровне Рона, иногда даже хуже Дина и Симуса... Какой позор, если я и дальше буду впустую тратить всё своё время на ненужные игры, гулянки, то я постепенно окончательно деградирую. Всё. C этого года я буду впитывать все знания как губка и помогать моим друзьям.» - Тут его взгляд остановился на Роне, который копался в ухе своей волшебной палочкой. «Ну, если они сами этого захотят.»
- Мистер Поттер, хотите спросить ещё что-нибудь? - поинтересовался Флитвик, видно любознательность ученика была ему приятна.
- Можете дать пару названий хороших книг по заклинаниям. Просто самому с этим мне будет трудно разобраться. Да я вообще не могу понять, как я три года изучал заклинания и не знал самого элементарного?!
- Конечно. Я бы посоветовал вам серию книг Райчел Бартресс. Она жила сотню лет назад, но по-моему мнению, у неё самые хорошие и подробные объяснения. Серия состоит из десяти книг: первые две книги это теория, остальные книги это списки с полным описанием каждого заклинания. Также Дэрк Форстерс " Щиты от тёмных проклятий." - немного подумав, посоветовал профессор.
- Они все в обычной секции? - на всякий случай уточнил Поттер.
- Конечно. И мистер Поттер, на всякий случай, я бы просил вас не использовать эти заклинания против слизеринцев. Мне было бы крайне неприятно узнать, что мой дружеский совет был использован против ещё одних моих учеников. Честно говоря, я был впечатлён вчерашней дуэлью. Вы, также как и мисс Лестрейндж показали своё мастерство. - ещё тише добавил он.
- Я старался. - криво усмехнувшись сказал Гарри. Он был безгранично счастлив, что Флитвик похвалил его. " Он по-моему единственный из учителей, который не хочет убить меня из-за вчерашней бойне. Правда... ещё ему понравилась Лестрейндж, но даже я не могу отрицать, что она мастерски вела дуэль. С ней один на один я бы и пяти секунд не продержался. Но пройдёт время, и всё поменяется...» - пообещал себе Гарри.
- Я очень рад, что вы наконец заинтересовались моим предметом. Ваша мать была одной из самых способных учениц, почти самой... - замялся Флитвик, что-то вспоминая.
- Спасибо профессор. - поблагодарил Гарри и пошёл на своё место. За время их беседы Манящие чары получились только у одной пуффендуйки, её звали, кажется Сьюзан Боунс. Несмотря на свой успех, та скромно помогала своей соседке по парте.
" Да... похоже я заблуждался, считая, что на барсучьем факультете учатся одни тупицы. Если сравнивать Боунс и Рона, то сразу же понятно, кто из них более тупой..." - иронично подумал Гарри смотря на шестого Уизли, продолжавшегося ковыряться в ухе волшебной палочкой. « Кретин... другие хоть что-то пытаются сделать самостоятельно, да даже взять того же Невилла или Лаванду, у них ничего не получается, но они хотя бы стараются, а этот..." - Гарри мысленно махнул рукой, смотря на этого почти двухметрового амбала. "С Крэббом и Гойлом они бы организовали неподражаемое трио... братья по интеллекту и желаниям, которые включали бы в себя только две вещи: пожрать и поспать. И как только он при всей своей тупо...хмм... не умности играет лучше всех в шахматы?"
- Дружище, поможешь мне? - спросил Рон, улыбаясь во всю свою пасть. - А то как бы я не пробовал, у меня ничего не получается... Надоел уже Флитвик со своими сложными заклинаниями. – Рон по-девчячье надул губы и с надеждой посмотрел на друга .
" Пробовал он... Интересно сколько раз: пять? " - недовольно вздохнул Гарри, но всё-таки принялся объяснять тему своему другу.

0

13

Глава 11.

С урока заклинаний Гарри вышел с каким-то чувством бессилия. Несмотря на все его старания, Рон не смог выполнить манящие чары. Симус же, к огромному удивлению Гарри каким-то образом приманил к себе подушку, тем самым заслужив десять баллов. По дороге на трансфигурацию Рон строил нереальные планы по наказанию слизеринцев, совсем не обращая внимания на то, что его никто не слушает. Трансфигурация была совмещена со Cлизерином, поэтому его отвратительные представители уже сидели за задними партами и негромко переговаривались.
- Поттер, у тебя что, новая свита? - выкрикнул Малфой.
- Ага. Приятно что заметил. - равнодушно проговорил Гарри садясь за свободную парту. Тем временем, "свита" Гарри расселась вокруг своего предводителя, а ни кем не замеченная Гермиона юркнула в класс и села на самом крайней парте.
- Поттер ты ничтожество. А то, что ты собрал вокруг себя кучку неудачников и сквибов тому подтверждение. - негромко сказала Лестрейндж. Гарри понравился её голос, он даже не обиделся на её "ничтожество".
- Посмотри на своё окружение, Лестрейндж! - издевательски протянул Поттер. - Твои экземпляры в сто раз хуже моих, хмм... как ты сказала " неудачников и сквибов." - он как бы невзначай кивнул головой в сторону Крэбба и Гойла. От этих слов те посмотрели на него и промычали:
- Что...?
- Ну нифига себе... - потрясённо воскликнул Гарри, жестами показывая, что он чуть не свалился со стула. - Мне остаётся только поздравить тебя Лестрейндж, - проговорил Поттер добавляя в свой голос столько уважение, сколько ни разу, ни кому не выказывал. - Ты сделала то, что не удалось их родителям за всю жизнь и белобрысому за три года... - он выждал небольшую театральную паузу, от которой все заинтриговано навострили уши. - ... ты научила азам человеческой речи этих двух примитивных, получеловекоподобных существ.
После этих слов гриффиндорцы просто задохнулись от смеха, сам же Гарри из последних сил сохранял серьёзную мину. Малфой просто позеленел от гнева и начал прилюдно заикаться, другие слизеринцы выглядели не лучше: они не знали, смеяться им или злиться из-за изворотливого гриффиндорца. Лестрейндж же, к удивлению Гарри, почти незаметно улыбнулась, эту скрытую улыбку увидел только Гарри, тем самым поняв, что слизеринки вообще пофиг на некоторых своих сокурсников.
- Поттер! Несчастный полукровка, как ты смеешь насмехаться над чистокровными? - наконец проревел Малфой.
- Не парься Малфик, - успокоил его Гарри.
- Не смей коверкать моё имя, Потти!!! - проорал разъярённый слизеринец.
- Хорошо, Малф. - с дьявольской улыбкой пообещал Поттер.
- Суукааа...! - проорал Малфой и быстро вытащил палочку.
- Ну нападай, Малфой. - скучающим тоном проговорил зелёноглазый гриффиндорец.
- Хочешь проблем с Макгонагл? - прорычал Нотт и вырвал палочку из рук Малфоя. - Нам и так, из-за вчера влетело!
- Послушай его, Малфой. Ты ведь не хочешь... - договорить фразу он не успел, заклинание Лестрейндж сделало его немым. Гриффиндорцы мгновенно повыхватовали палочки, на Гарри жестом руки их остановил. Один только Рон не послушался его:
- Петрификус... - договорить он так и не успел, Гарри бесцеремонно вырвал его палочку.
- Ты думаешь самый умный, Поттер?! - шипела как василиск Лестрейндж. - Ты всего лишь тупоголовый гриффиндорец, способный только на дибильные поступки. Честно говоря я вообще удивляюсь, что ты смог связать два слова. - за следующие пять минут Гарри узнал про себя очень многое из уст Лестрейндж. Из-за её виртуозного владения словами у Гарри появилось ощущение, что он маленький мальчик, как минимум, болеющий синдромом Дауна. Коварная слизеринка выстраивала такие замысловатые словесные комбинации, употребляла такие эпитеты, на какие даже не был способен небезызвестный зельевар в школе Хогвартс. После особенно интересного высказывание у Гарри появлялось желание стоя поаплодировать ей, но врождённая гриффиндорская гордость и высокая самооценка не давали сделать это. Под конец захватывающего рассказа Гарри не удержался, развалившись на стуле он негромко поаплодировал ей и заклинанием начертил в воздухе только одно слово из дыма:
" Круто." - после чего достав перо начал что-то писать на пергаменте.
- Поттер, это что письмо с признанием в любви? - поинтересовалась Дафна Гринграсс, на что Поттер только усмехнулся. Ещё минуты две все переводили дух и неотрывно следили то за Поттером, то за прекрасной слизеринкой. Наконец Малфой не выдержал:
- Поттер, ты там что сочинение строчишь?! - после этих слов Гарри посмотрел на него с укором, как бы говоря: сами меня заколдовали, теперь сами и ждите. В это самое время в класс зашла декан Гриффиндора.
- Перед началом урока я бы хотела провести со всеми вами воспитательную беседу. - сурово сказала она и начала свою речь на счёт вражды между факультетами. Гарри тем временем скомкал свой пергамент и отлеветировал его к Лестрейндж. По лицу Лестрейндж было ничего не понять, когда она читала его послание.
"Надеюсь, ты многое узнаешь про своих однокурсников, по-крайней мере, какого я о них мнения..." - подумал Гарри. В послание он написал всё, что думал о слизеринцах, он максимально напряг свой мозг и подобрал такие ассоциации, что те не уступали эпитетам слизеринки. Прочитав, Диана холодно усмехнувшись достала палочку и направив на Поттера, что-то прошептала. От этого к Гарри снова вернулась речь. Чиркнув пару строк, она так же леветировала записку обратно к Гарри. Она написала только два слова: Гриффиндорский дурак.
" Что? Почему...?" - додумать он ничего не успел, его пальцы как-будто приклеились к пергаменту. Через секунду он почувствовал резкий холод, как-будто кисти рук покрылись тонкой корочкой льда. "Сука, она прокляла мой пергамент!!! Слизеринская змея... У меня полностью онемели кисти рук! Я не смогу держать палочку и писать!" - мысленно простонал несчастный гриффиндорец. Видя, как напряглась спина Поттера, Диана довольно улыбнулась: её план блестяще сработал и весь урок этот идиот не будет никому мешать.
" Подумать только: она усыпила мою бдительность, когда сняла с меня заклинание онемения... Как она вообще додумалась проклясть мой пергамент?! Как?! Ведь раньше слизеринцы никогда не блистали такой изощрённой хитростью, несмотря на свою принадлежность к змеиному факультету."
- Гарри, эта гадюка прокляла тебя? - еле слышно прошептал Рон.
- Ага, только не говори учителю, Лестрейндж на это рассчитывает. - также тихо сказал пострадавший гриффиндорец.
- Хорошо. - понимающе ответил Рон.
Проведя воспитательную беседу, Макгонагл стала задавать разные вопросы по прошедшим курсам. К недовольству Гарри, которое постепенно переросло в ярость, на все вопросы отвечала новенькая Лестрейндж. К концу урока Слизерин получил шестьдесят баллов, в отличии от Гриффиндора, который благодаря старанию Гермионы набрал только двадцать. Плюс к этому, всем задали написать гигантское эссе на тему " Межвидовых превращений." Коротко говоря, надо было описать схожесть и различие превращений обычных ежей от ушастых.
. . . Урок уже давно закончился и гриффиндорцы сидели на Истории магии, а руки Гарри так и двигались. Он уже начал подозревать Лестрейндж в том, что она навсегда его сделала калекой, как его руки стали постепенно шевелиться. Хуже всего было то, что этот процесс был ВЕСЬМА болезненный: ощущение было таким, будто оледеневшие руки засунули под горячую струю воды.
" Чёртова садистка! Да у меня сейчас руки отвалятся!" - мысленно проклинал Поттер слизеринку. " Она ещё получит у меня..." - пообещал себе Гарри.
Остальную часть урока Гарри просидел как на иголках, он впервые в жизни ТАК хотел в библиотеку. Не успел прозвенеть звонок, как он быстро вскочил из-за парты, засунул учебник в сумку и со скоростью метеора исчез в неизвестном направлении. Когда остальные гриффиндорцы заметили отсутствие Поттера, то просто пожали плечами и побрели в гостиную: мол, ну надо человеку в туалет сходить. Вместо туалета, этот человек несся в сторону библиотеки, боясь, что какой-нибудь обнаглевший ученик возьмёт его книги на неопределённый срок.
- Мадам Пинс, у вас есть книги Райчел Бартресс? - не успев отдышаться, спросил Гарри. Библиотекарь подозрительно на него посмотрела, но потом сказала:
- Конечно, пятый стеллаж, вторая полка сверху.
- Спасибо! - радостно сказал Поттер.
Найдя нужный стеллаж, Гарри попытался дотянуться до верхней полки, но не тут-то было! Книги находилась на высоте трёх метров, поэтому обычным способом достать их было практически невозможно.
- Акцио! - прошептал Гарри, и первая книга послушно полетела к нему в руки, за ней последовала вторая, третья... Нагруженный как верблюд, Гарри уже еле как дотащился до выхода из библиотеке, но ... его победный марш прервала появившаяся невесть откуда Мадма Пинс.
- Что это такое?! - задыхаясь от гнева, воскликнула она. До Гарри никак не могло дойти: Чему она так удивилась?
"Конечно странно видеть меня с книгами..., но всё же, что тут такого? Может быть, я решил за голову взяться? Да и вообще: Что ей надо от меня?!" - недоумевал Гарри.
- Книги, Мистер Поттер. Эти книги... собственность Хогвартса. А вы... а вы... - прошипела разъярённая библиотекарь.
- Я на них и не претендую. - съязвил Поттер, но сразу спохватился: нельзя было показать себя в глазах "хранительницы" библиотеке не отёсанным и грубым. Он нутром чувствовал, что ему будет очень полезно иметь её в своих друзьях, поэтому он опять решил разыграть спектакль.
- Да как вы можете так с ними обращаться!? Молодое поколение считает, что им всё можно! - продолжала шипеть библиотекарь.
- Мадам Пинс, а что я сделал не так? - пустив в ход всё своё обаяние, поинтересовался Гарри. Услышав этот растерянный и невинный тон, библиотекарь смутилась: И зачем она пристала к этому вежливому и тихому мальчику? Раньше Гарри Поттер вызывал у неё только раздражение, своим отношением к книгам, сейчас же по его глазам было видно, как он жаждет прочитать эти книги. Она помнила, как в библиотеку приходили его будущие родители, ещё в то время, когда они учились в школе. Добрая и ответственная Лили Эванс и шаловливый Джеймс Поттер. Спустя столько лет перед ней стоит их ребёнок и смущенно улыбается ей милой улыбкой Лили.
- Мистер Поттер, я просто хотела сказать вам, чтобы вы относились к библиотечным книгам с большей заботой. – смягчившись, ответила она на немой вопрос гриффиндорца.
- Мадам Пинс, вы можете не беспокоиться. - заботливо пробормотал Гарри поглаживая корешок верхней книги, показывая этим, как он трепетно относится к ней.
- Я надеюсь на это. - сухо сказала она и пошла в другой конец библиотеки.
" Чёрт! И как мне их теперь донести?!" - хмуро подумал Поттер, смотря на высокую стопку учебников в своих руках. "Надо было Невилла с собой взять - он бы донёс. Хотя... я же волшебник."
. . . В гостиную Гриффиндора зашёл сияющий Гарри Поттер лениво леветируя стопку старых книг. Не сказав никому ни слова, он поднялся к себе в комнату, взял первую же книгу из серии и принялся читать. Рон сначала пытался вытащить Гарри поиграть в шахматы, но у него конечно же ничего не получилось. Невилл же напротив, сидел рядом с Гарри и ждал его указаний по поводу дополнительной учёбы.
- Невилл, где все остальные? - не отрываясь от книги, спросил Гарри.
- Все кто куда разошлись... - неопределённо пожав плечами ответил Долгопупс.
- Слушай, Невилл. Сейчас я расскажу тебе про одно оглушающее заклинание... - начал говорить Гарри. Через пять минут теории, Невилл приступил к практике.
" Так, Невиллу задание дал, сейчас и о себе надо позаботится." - подумал Гарри бросая жадный взгляд на книгу с заклинаниями. Пока он читал, Невилл постоянно бубнил " Остолбеней" и тыкал палочкой в стену, но из неё летели только красные искры.
- Ты неправильно делаешь. - оторвавшись от книги сказал Гарри. - По твоему тону и виду понятно, что тебе безразличен результат. У тебя вначале не получилось, а теперь ты и не стараешься! - недовольно сказал Гарри.
- Я стараюсь, просто у меня не получается! - зло воскликнул Невилл.
- Возьми палочку в руки, направь её на цель, сосредоточь все свои силы и . . . Остолбеней! - воскликнул Гарри, красный луч сорвался с его палочки в вдребезги разбил фарфоровую фигурку льва, подарок Джинни на прошлое рождество.
- Круто! - с благоговением сказал Невилл, смотря на Гарри как на бога.
- Тренируйся. - с усмешкой посоветовал Поттер своему другу и продолжил читать свою книгу. Самообучением они занимались почти до Астрономии: Гарри читал первую теоретическую книгу Бартресс и испытывал заклинания Мародёров, Невилл справившись с заклинанием оглушения и разоружения, сейчас безуспешно тренировал Манящие чары. После каждого нового заклятия в исполнение Поттера, Невилл ещё с большим уважением смотрел на своего лучшего друга. Время от времени их прерывали то Дин с Симусом, то Рон, но видя, что те заняты, старались не мешать им. К астрономии Гарри полностью освоил первую книгу, на неё он потратил около пяти часов, не смотря на то, что там была одна теория.
- Невилл, у меня к тебе предложение: давай сейчас часик-полтора отдохнём, а после астрономии продолжим заниматься? - потянувшись предложил Гарри, Невилл согласно закивал головой.
- Пошли к близнецам, попросим у них что-нибудь перекусить, а то ужин мы пропустили. - попросил Невилл, Гарри просто пожал плечами и кинув книгу на смятую кровать пошёл в гостиную. Близнецы не были обнаружены в гостиной, поэтому голодные гриффиндорцы остались без еды, и им пришлось давится шоколадными лягушками и прочей сладостью, купленной ещё в Хогвартс - Экспрессе.
Астрономия была совмещена с Когтевраном, представители которого сразу же завалили профессора Синистру вопросами, поэтому Гарри с чистой совестью решил потренировать новые заклинания, а не слушать этот бред про всякие созвездия и скопления. Гермиона сидящая возле профессора кидала на однокурсника осуждающие взгляды, но тому было, мягко говоря, пофиг. Поттер пытался наложить чары помех на ничего не подозревавшего Терри Бутта.
" Ну давай, ещё чуть-чуть..." - от напряжения он не мог усидеть на месте. К его удивлению, это довольно простое заклинание, почему то не получилось у него.
" Тупое заклинание! Тупая астрономия! Достало всё! Достали важные когтевранцы, тянущие руки в надежде показать свои знания и покрасоваться. Надоели возмущенные взгляды, которые кидает на меня Гермиона. Меня даже Терри Бутт бесит, из-за того, что никак не становится моим живым манекеном... Великий и понимающий Дамблдор и тот, не за что снял с меня баллы, тем самым сильнее опустив меня. Чем же его поступок отличается от предательства Гермионы? Быстрее бы свалить с этого поганого урока и оказаться в своей комнате, или хотя бы в любой другой части школы... И наконец, начать тренироваться... Всё решено, после астрономии я пойду с Невиллом к Плаксе Миртл. Там можно будет пару заклинаний выучить и хоть один щит, а то я как дурак во время битвы со слизеринцами укорачивался от заклинаний, а они просто блокировали их." - успокаивался Гарри. Он решил ещё кого-нибудь с собой прихватить, но достойных кандидатур не нашлось, да и к тому же было бы довольно странно толпой идти в туалет после отбоя.
. . . - Невилл, иди в наше "Убежище." - тихо сказал Гарри идя в гостиную, отрываясь от бредущего сзади Рона. - Я подойду через час. Никому не говори, мы будем там всю ночь.
- Я буду ждать. - счастливо улыбнувшись прошептал Невилл. Он был счастлив, что из всех Гарри выбрал только его. Доверил столько тайн: рассказал про своего фамильяра, про тайное место. От этого Невилл чувствовал себя намного ближе к Гарри, чем Рон, не говоря уже о предательнице Гермионе. Предательница... ещё неделю назад он бы никогда в это не поверил, но сейчас, когда та предала его лучшего друга, наставника, да и просто кумира... Невилл впервые в жизни захотел отомстить не за себя, заставить её заплатить за это. Ему было очень приятно, что именно его он лично обучает заклинаниям, помогает отомстить за родителей.
. . . Гарри Поттер опаздывал... Еле-еле накинув мантию невидимку и постоянно сверяясь с картой, он бежал в сторону туалета Миртл. К огромному недовольству Гарри, ему до этого пришлось сыграть в шахматы с Роном, конечно же чтобы быстрее закончить он специально проигрывал. Только после этой игры он смог не заметно выбраться из полупустой гостиной. Невилл сидел на старой раковине, той самой, что открывала дверь в Тайную комнату.
- Привет Невилл. - испугал своего друга Гарри. Тот чуть не упал с раковины, вошедший гриффиндорец сжалился и скинул с себя капюшон.
- Это ты? Как ты стал невидимым. - заикаясь от страха пробормотал Невилл направляя на него палочку.
- Мантия невидимка. - видя не понимающий взгляд друга, Гарри просветил его на счёт мантии и карты. В итоги Невилл полностью согласился, что эти важные артефакты помогут им в подрывной деятельности против слизней и других недовольных.
- Невилл, у тебя так и не получаются Манящие чары? - спросил Гарри. Благодаря хорошему настроению, он решил уделить побольше время на своего друга.
- Да, пока не получаются. - стеснительно пробормотал тот.
- Нацель палочку на объект и захоти всей душой притянуть эту вещь. Запомни, самое главное в заклинаниях - хотеть результат всей душой. и представлять его. - повторил краткую теорию Гарри, ту самую, что он вычитал пару часов назад. Сам же он в это время пытался наколдовать стандартный щит.
" Так, надо сосредоточиться... Почувствовать, представить результат и..." - настраивался Поттер.
- Протего! - прошептал он. В ту же самую секунду он почувствовал вокруг себя еле слышное потрескивание магии.
- Протего! - из палочки выплыла какая-то прозрачная тень...
- Протего! - тень сформировалась в еле различаемый полукруг, который закрывал гриффиндорца.
- Вау... - потрясённо прошептал Невилл, подходя к щиту и касаясь его кончиками пальцев. Щит немного дрогнул, но рука легко прошла сквозь него.
" То ли ещё будет..." - облизал пересохшие губы Поттер, смотря на восторженного Долгопупса. Себе Гарри поклялся, что станет Мастером чар. Каждое новое заклинание, каждый факт о магическом мире, каждая строчка неизвестной информации, по крупице делала Поттера всё сильнее и сильнее. Он обожал это чувство, он обожал новые знания, он обожал восторг окружающих, когда те видели его мощь.
Под чутким руководством Гарри в следующий час Невилл осилил Манящие чары - на заклинания можно было идти с чистой совестью. Потом из туалета вынырнула Миртл и очень удивилась, когда застала в своем туалете двух учеников.
- Привет, Гарри. - смущенно сказала она.
- Привет Миртл. Где ты была? Мы тебя уже часа два ждём. - поинтересовался Гарри.
- Вы ждали меня? - ошарашено спросило привидение.
- Ты же разрешила нам здесь иногда собираться. Вот мы с Невиллом сегодня проведём ночь здесь. Мы хотим поучить новые заклинания и щиты, а заодно поболтать с тобой. - почти честно сказал Гарри.
- Спасибо. Спасибо. Вы тренируйтесь я не буду вам мешать. - со слезами благодарности сказала Миртл.
- Невилл, я думаю тебе тоже надо выучить щитовые чары. - сказал Гарри, вопросительно смотря на друга.
- Я попробую, но не уверен, что у меня получится. Я на одни манящие чары потратил столько часов...
- Послушай. Ты должен быть уверен в своих силах и желаниях. В книги Бартресс было написано, что чем больше мы колдуем, используем новые заклинания, тем сильнее становимся. Мы словно мышцу развиваем в себе волшебство. - горячо заявил Гарри, а потом тише добавил, чтобы не услышала Миртл:
- Я уверен, мы с тобой станет сильными волшебниками и отомстить своим врагам.
После этих слов мальчики обменялись мрачными усмешками и уткнулись в письма Сириуса.
- Кстати, Гарри. Про меня-то всё понятно, я хочу отомстить Лестрейнджам. А что хочешь ты? Отомстить Сам-знаешь-кому? - спустя какое-то время спросил Невилл. На его вопрос Гарри не знал что ответить. Про Волан-де-морта он уже не думал долгое время, более часто он вспоминал про своих ненавистных родственников, Хвоста, слизеринцев и предателей гриффиндорцев. Иногда ему казалось, что он ненавидит их сильнее, чем Лорда.
- Не знаю. Скорее всего у меня не хватит сил на него. Волан-де-морт...
Невилл вздрогнул.
- ...был и остаётся одним из самых могущественных волшебников. Его невозможно победить используя только светлую магию, а тёмную я пока не буду использовать. - Гарри специально сказал "пока", намекая, что в будущем может и будет. Невилл или пропустил это мимо ушей или согласился с ним, так как возражать не стал.
- Говорят сильнее его только Дамблдор, хотя я не уверен в этом... Дамблдор очень старый, если ему и тринадцать лет назад не удавалось победить Лорда, то сейчас и подавно. К тому же есть один человек, которого я ненавижу также сильно, как Волан-де-морта...
Гарри замялся, Невилл пока не должен знать о Сириусе и Хвосте.
- Снейп? - с надеждой спросил Невилл.
- Есть ДВА человека, которых я также сильно ненавижу. - усмехнувшись исправился Поттер.
- Ты бы не стал использовать Тёмную магию даже против Сам-знаешь-кого? - взволновано спросил Невилл, по нему было видно, что его очень сильно интересует ответ на этот вопрос.
- Незнаю... но есть люди которые заслуживают бесконечных мучений. - прошипел змееуст, вспоминая постоянные издевательства Дурслей и особенно Мардж.
- Ты всё-таки использовал бы тёмные заклинания? - не сдавался Невилл.
- Их запрещено использовать не просто так. Говорят они разрушает душу и превращает волшебников в сумасшедших убийц. - задумавшись сказал Гарри. Сам он был уверен, что если использовать тёмную магию разумно, то всё обойдётся.
- Но Сам-знаешь-кто и Пожиратели Смерти заслуживают настоящих наказаний. - упрямо сказал Невилл.
- Конечно! В одном я уверен точно: среди разрешённых заклинаний как минимум половиной может покалечить и даже убить. - немного улыбнувшись сказал Поттер.
- Я говорю тебе сразу, Гарри. Я хочу отомстить за своих родителей, действительно отомстить.
- Ты хочешь убить Лестрейндж? - спокойно и даже с каким-то интересом спросил Поттер. Невилл промолчал и только сильнее сжал палочку. - Или покалечить? - не сдавался уже Поттер.
- Я хочу сделать так, чтобы ей было больнее всего! - твёрдо сказал Долгопупс.
" Ого-го, Невилл оказался тёмной лошадкой. Я сам хотел прокусить его на тему тёмной магии, а он сам завёл о ней разговор."
- Есть маленькие проблемы: во-первых, ты не знаешь тёмных заклинаний, во-вторых, тебе не победить Лестрейндж, в-третьих, сделаешь это и тебя отправят в Азкабан до конца жизни. - пытаясь скрыть сарказм, просветил друга Поттер.
- Одно заклинание я знаю, а Лестрейндж можно подкараулить где-нибудь. - неуверенно пробормотал "мститель."
- Как говорится: месть должна быть сладка. В чём интерес, если ты скинешь её с Астрономической башни или отравишь? Ты просто не почувствуешь удовлетворения... - каким-то чарующим голосом говорил Поттер заставляя своего сокурсника полностью подчиняться, ловить каждое слово. - Месть нужно продумывать долго, чтобы жертва испытала невыносимые страдания, чтобы она молила о смерти... - после этих слов, полный гриффиндорец уже готов был встать на колени перед своим сокурсником-полубогом.
" Нет, Гарри не человек... Он лучше, намного лучше... Он полубог!" - мысленно Невилл восторгался своим другом. После пламенной речи Гарри в туалете возникла не естественная тишина. Каждый уловил в этих крамольных мыслях свои тайные желания. Каждый думал о своём: Невилл о мести палачам своих родителей и внеземном происхождением Гарри, Гарри же представлял мёртвых и изуродованных Дурслей. Перед его глазами мелькали мёртвые образы дяди, тёти, Дадли, Мардж, даже слюнявого бульдога Злыдня. Потом он представил дохлого Хвоста и Снейпа. Постепенно на его лице расплылась злая усмешка. Он только что понял: что сможет применить Тёмную магию при необходимости.
- В любом случае, сначала нам надо изучать заклинания, проклятия, а потом уже посмотрим. - справившись со своими желаниями, сказал Гарри. Прочитав теоретическую книгу, Гарри решил начать с самых простых заклинаний.
- Ты будешь помогать мне, зная, что я задумал? - в шоке спросил Невилл.
- Да. К тому же мне тоже есть, кому мстить помимо Снейпа и Лорда... - прошипел Гарри, вспоминая разъярённого Вернона, бьющего его толстым кожаным ремнём с железной бляхой.
" Толстый магл! Он сначала бил меня только за то, что в пять лет я не мог помыть всю его машину или не успевал убраться во всём доме. Во время начальной школы меня били из-за хороших оценок. Ненавижу...! Постоянно приговаривали, какие у меня были ничтожные родители и как хорошо, что они погибли. От этих извергов у меня до сих пор на спине кучу шрамов! А сколько раз мне руки и ноги ломали?! Рёбра?! Да по сравнению с ними Волан-де-морт, добрый Санта Клаус! Ещё, когда я был маленький, я жалел что не погиб вместе с родителями..." - опустошенно подумал Гарри. Ночной разговор с Невиллом растревожил его старые раны, сейчас он особенно помнил каждый окрик и пинок Дурслей.
Невилл задумчиво смотрел на мрачного и злого Гарри. На его лице была грустная улыбка, а глаза, напротив, были пусты. Долгопупс был наблюдательным мальчиком и поэтому замечал, что с летних каникул Гарри возвращался худой и невесёлый. Вся его одежда до этого года состояла из какого-то тряпья. Также было странно, что Герой магического мира никогда не уезжал домой ни на Рождество, ни на Хэллуин. Если ещё вспомнить про отсутствие подарков со стороны его родственников, можно было сделать вывод... что магглы не очень-то любили своего племянника. Мальчик, которого по идее все должны носить на руках, всегда выглядел каким-то... оборванцем. Вечно лохматый, в сломанных очках и в непонятной одежде.
- Ты только не говори никому про нашу... беседу. - наконец сказал Поттер.
- Конечно. Ты же знаешь, я никому. - заверил его Невилл и ребята снова стали тренироваться.
- Протего Максима... более сильный щит... ага... всё понятно... - еле слышно бубнил Гарри. - Протего Максима! - перед ним появился более мощный шит, отливающий синевой.
... К утру гриффиндорцы осмелели и даже оглушили друг друга по разу. Правда, сразу же отказались от этой затее.
- Что-то у меня уже голова болит. - сказал Гарри после первого же раза.
- Ага, побаливает. - согласился Невилл, ему от Гарри досталось намного сильнее. Из туалета вынырнула Миртл.
- Как дела? - поинтересовалась она.
- Вот тренируемся. Ты же знаешь про столкновение Гриффиндора со Слизерином? - спросил Гарри.
- Конечно. Все приведения только про это и говорят. Я даже знаю, что ты там участвовал. - похвасталась Миртл.
- Из-за этого мы и учим всякие щиты и новые заклинания. - встрял в разговор Невилл.
- Когда я училась в школе, то все тоже издевались надо мной. Но у меня никогда не хватало духу защищаться. - честно призналось приведение.
" Ты очкастое ничтожество, и я - не ты!"
- Мы и не защищаемся, мы хотим победить! - твёрдо заявил Поттер. - Только чтобы победить, нам нужно помещение, где можно тренироваться, а такого нет. - признался он.
- Здесь мы по ночам можем изучать только щиты, а остальные заклинания вызывают слишком много шума. - пояснил Невилл. После этих слов, Миртл счастливо заулыбалась.
- Я знаю, чем вам помочь! - счастливо воскликнула она. - В школе существует одна тайная комната... - таинственным шёпотом начала свою историю Миртл. Гарри мысленно сжался: Она знает про комнату Слизерина?!
- ... её называют Выручай комната или Комната по желанию. Про неё всего пару учителей знают, не говоря уже о студентах. Комната может превратиться во всё, что вы захотите: дуэльный зал, лабораторию, библиотеку. В этой комнате есть всё, только оттуда ничего нельзя выносить. Вещь просто испарится. Мне про неё Толстый Проповедник сказал. - после этих слов гриффиндорцы обменялись восторженными усмешками.
- А где находится Выручай комната? - спокойно спросил Гарри, пытаясь скрыть какой-то жадный интерес.
- На восьмом этаже, напротив гобелена с Варнавой Вздрюченным, которого лупят троли. Нужно пройти у стены три раза, мысленно прося того, что хочешь. - после этих слов улыбка Миртл погасла и она добавила: - Вы только никому не говорите, что это я вам про неё сказала.
- Конечно, Миртл. - заверил её Гарри.
" Я же не дурак, чтобы рассказывать всем про такое сокровище." - добавил он про себя. Позже выяснилось, что Миртл и про кухню всё знает и даже последние сплетни...
" Бесценный информатор!" - восхищённо подумал Гарри. " С ней можно было только из-за этого общаться..." - после этой циничной мысли в Поттере впервые за последний месяц проснулась совесть.
- Я тебе верю, Гарри. Ты единственный из всех, кому я верю. - тихо сказало приведение. Теперь совесть Поттера буквально кричала своему владельцу о неправильности его мыслей.

0

14

Глава 12.

" Ты используешь своих друзей!]" - вещал голос совести. " Ты ведешь себя как самый эгоистичный слизеринец... ты не гриффиндорец!" Гарри поморщился и в диалог с совестью вставил веский аргумент: " Миртл не мой друг! Она всего лишь привидение!"
" Раньше ты так не думал..." - грустно произнесла совесть. " К тому же Миртл твоя знакомая."
" И что? Филч мой знакомый, Снейп тоже... Может мне и их не обманывать?[/font]" - стоял на своём Поттер.
" Неужели ты не видишь, с каким обожанием она смотрит на тебя?" - ехидно поинтересовалась совесть. К удивлению Гарри, он почувствовал не стыд, а злость.
" Джинни так же на меня смотрела! И она предала меня!"
" Мелкую ссору ты называешь предательством!" - продолжала издеваться совесть.
" Я бы никогда не предал её!" - стоял на своём Гарри.
" Её вина только в том, что она поддержала свою подругу."
" Подругу, которая также предала меня." - напомнил Гарри.
" Они не предавали, они только показали своё мнение! Неужели тебе нужны только абсолютно поклоняющиеся перед тобой друзья, а точнее слуги?" - задала совесть очередной вопрос.
- Гарри, почему ты не радостный?! Ведь у нас есть место, где тренироваться! - недоуменно спросил Невилл своего чересчур задумчивого друга. Мимолётное счастье, отразившееся на его лице после разговора с Миртл, вот уже как пять минут сменилось унылой задумчивостью.
- Я рад. Просто у меня отработки по вечерам почти до Хеллуина. - солгал Поттер, отчего получил ещё один укол совести.
- Мы можем по ночам тренироваться! - уверенно сказал Невилл.
- У нас будет куча домашнего задания. Уж Снейп и Макгонагл постараются... Мы просто не сможем часто заниматься. Да и другие заметят, что мы пропадаем где-то всю ночь. - зевнув сказал Гарри.
- Я могу для тебя травологию делать, чтобы у тебя было больше свободного времени. А Рона, Лаванду, Симуса, Дина и Парвати можно взять с собой! - "нашёл решение" Долгопупс.
- Насчёт травологии я только "за", а нашим про комнату пока говорить не надо. Сейчас все преподаватели лютуют, особенно Снейп. Сегодня он зачем-то патрулировал коридоры возле нашей башни, наверное, надеялся кого-нибудь поймать. Он не может смириться с тем, что его факультет в первый же день ушёл в такой минус, вот сейчас и пытается уровнять счёт, снимая баллы с других факультетов. Я слышал, что он снял рекордное количество очков с нашего шестого курса, а пуффендуйцев вообще до истерике довёл. Даже когтевранцы оказались в минусе, ну или в лучшем случае в нолю. Если он поймает всех нас после отбоя, то мы потеряем пару тысяч очков и вылетим из Хогвартса, уж я то точно.
- Тогда надо переждать. - подвёл итог Невилл.
- Как всегда в точку, мой друг. - не своим голосом произнёс Поттер, после небольшой похвалы Невилл засиял как галеон.
- Пошли в гостиную, уже почти семь. - притворившись, что не заметил реакцию друга, предложил Гарри.
- Может быть успею подремать... - зевнув во весь рот, промямлил Невилл.
- Не получится, - усмехнувшись, сказал Гарри, смотря на своего разбитого друга. - Через час уже завтрак. Сегодня будет тяжкий день... Хорошо, что мы к нему подготовились: Флитвика сделали, Трелони ничего не задала, можно считать что мы и к ней подготовились, Снейпа... чёрт, мы не прочитали второй и третий параграф. Хотя, чёрт с ними, я ещё их у Дурслей прочитал.
- Сегодня у нас ещё Грюм. Бабушка говорила, что он самый лучший мракоборец. Половина камер Азкабана заполнена благодаря ему. Это он Лестрейнджей повязал. - криво усмехнувшись, добавил Долгопупс.
- Посмотрим реакцию Лестрейндж, когда она встретится с тем, кто отправил её родителей в Ад. - зло Гарри сказал и рассмеялся. В его тихом смехе проскальзывало какое-то шипение. Поэтому у Невилла появилось ощущение, что одновременно со смехом Гарри где-то шипит Салазар.
- Всё, пошли. - коротко сказал, а скорее приказал Гарри, прекратив смеяться. Невилл, конечно же, согласился со своим " боссом".
До гостиной друзья шли не скрываясь. В Хогвартсе не было такого дурака, который патрулировал бы корридоры в пол седьмого утра.
"Как же это классно просто гулять по пустынному Хогвартсу. Только ночью я чувствую, что он принадлежит только Мне... Никаких бегущих детей, учителей,... Только тишина... как же я люблю тишину, спокойствие и одиночество! После десяти лет ада у Дурслей я больше всего полюбил одиночество, темноту и тишину. У своих родственников я чувствовал себя в уютно только в чулане. А в чулане всегда было темно и тихо... и безопасно. Дурсли брезговали входить в "пещеру негодного мальчишки", как они называли мой чулан. Тупые магглы! Если бы они только знали, какой силой я владею, то давно бы валялись в моих ногах и молили о прощении! Ну ничего, придет время и я покажу им "свою ненормальность" во всей красе! Ненормальность, которая делает меня выше их! По сравнению со мной они примитивные неандертальцы! Они - уроды, грязные, вонючие, бесполезные и слабые! Всё, надо выбросить их из головы, не хватало ещё, чтобы они портили мне настроение, находясь в своём задрюченном Литтл-Уинглоте."
Невилл тоже с благоговением рассматривал тёмные и величественные коридоры. Он впервые так безнаказанно нарушал правила. Впервые в своей скучной и неинтересной жизни он почувствовал вкус свободы и безнаказанности. Его сводило с ума, что он не прячась идёт во время отбоя по школе. Да не просто идёт, а идёт вместе с великим Гарри Поттером. Раньше он оказывался за порогом гостиной после отбоя только из-за своей плохой памяти - он просто забывал пароли и не мог попасть во внутрь. В те ночи он сидел скрюченным возле портрета и умолял Полную Даму пропустить его просто так. Тогда ему было ужасно страшно от мысли, что на него наткнётся Снейп, Филч или не дай бог Кровавый Барон. Сидя под портретом, он тихо плакал и молился, чтобы кто-нибудь открыл портрет изнутри. Тогда он не замечал мрачного обаяния школы, он просто чувствовал панический ужас перед окружающей его темнотой, (ведь темноту он боялся с детства, так же как и высоту) чувствовал себя последним трусом, вспоминал насмешки слизеринцев и слова Распределяющей шляпы, говорящей, что его место в Пуффендуе. Он вспоминал все укоры учителей из-за своей неуспеваемости, вспоминал разочарование в голосе своей бабушке, жалеющей, о его непохожести на своего отца. После недолгих раздумий, он уверялся в своей ничтожности и бесполезности, опять плакал, дрожа от холода и страха, снова умолял Полную Даму пропустить его... Всё это заканчивалось бурчанием сонного портрета, который наконец-то пропускал его. Заползая в свою постель, Невилл благодарил всех богов, залезал с головой под одеяло и клялся больше не забывать пароль. На следующий день он забывал обо всём этом ночном кошмаре, а через какое-то время, возвращаясь с очередной отработки у Снейпа, опять не мог вспомнить пароль... и всё начиналось сначала. Сегодня же, следуя за своим величественным однокурсником, невозмутимо шагавшим по ночному замку и осматривая его как собственную вотчину, Невилл чувствовал огромный прилив сил и отлив страха. Смотря на на своего кумира, Долгопупс гордо расправлял плечи, как-будто часть сил Поттера передалась ему, и с интересом рассматривая пустые коридоры, неотступно следовал за некоронованным принцем ночного Хогвартса, полностью уверенный в его всесилии и могуществе.
. . . Переодевшись и заскочив в душ, Гарри прилёг на свою кровать и стал дожидаться пробуждения Рона. Невилл в это время тоже прилёг на кровать и из последних сил боролся с наступавшим сном. Разум же Гарри, напротив, был очень ясен, не было ни одного намека на наступавший сон. От нечего делать в нём опять начал просыпаться голос совести.
" Сейчас снова обманешь Рона, ничего не сказав ему о ночном приключении?"
" Скажу... но, потом. Сначала я подготовлю комнату, подберу литературу, а уже потом начну обучать друзей. Да и вообще, Рон никогда не отличался тягой к знаниям. Он бы просто уснул в туалете, когда у него не получились простые Манящие чары!"
" Секреты, секреты..."
" Я всегда со всем справлялся один! У Дурслей, на первом курсе, в Тайной комнате, у озера... Всегда! Друзья обо мне многого не знают. Не знают подробностей моей жизни до школы, не знают мои вкусы и предпочтения."- с вызовом подумал Гарри.
" [font=Courier]Они помогали тебе во всём. Без них ты бы не справился!"
" Я бы справился и без них! Мне не нужна ничья помощь!"
" Это ты так думаешь, а вдруг, без них ты пустое место?"
" Это они без меня Никто! Только благодаря мне их знает вся школа! Только благодаря мне они выделились из серой массы студентов! Да если бы не я, они были бы обычными студентами типа Невилла. Но им и этого мало... Как будто я не вижу завистливых взглядов Рона, не вижу как он пожирает взглядом мою Молнию и новую одежду. Он завидует моей славе, не понимая, что она появилась у меня, только из-за смерти родителей. От доброго и верного друга, с которым я познакомился на первом курсе, и который рисковал своей жизнью во время шахматной партии, уже почти нечего не осталось, хотя нет... осталась зависть и возможно даже скрытая ненависть..."
" Тебя уже и Рон не устраивает? Ты стал очень придирчивый в друзьях..."
" Незнаю... я просто не знаю, кому можно доверять, а кому нет... Иногда я чувствую себя одиноким, правда, мне не привыкать, но всё же... Я иду по жизни как по минному полю, и мне никто не может подсказать следующий правильный ход, возможно только Сириус и Ремус, но они очень далеко. Раньше я просто плыл по течению, и это течение было по пути Рона и Гермионы. Этим же летом я впервые сделал собственные шаги, но они почему-то меня относят всё дальше и дальше от друзей. Они просто не поймут моих мыслей и желаний... они никогда не поймут моей ненависти к моим родственникам. Они не знают, что я решил стать сильным волшебников и доказать всем свою значимость, чтобы меня уважали не только из-за победы над Волан-де-мортом. Если бы только правильная девочка Гермиона знала о моих мыслях по поводу будущего наказания моей "семьи" или наш разговор с Невиллом о тёмной магии... она бы просто навсегда перестала со мной общаться, да и Рон тоже... Они не понимают, то, что недавно понял я: быть всегда белым и пушистым невозможно, в нашей жизни всегда приходится испачкаться... Даже Дамблдор намекает, что только я могу победить, то есть убить Волан-де-морта. Убить величайшего тёмного мага в мире...!"
После такой исповеди совесть заткнулась и больше не беспокоила своего хозяина. В полвосьмого Гарри разбудил своих соседей по комнате и даже хотел подождать их полного пробуждения, но увидев их медленное шевеление, не стал. Вместо этого, он просто стащил сонного Невилла по лестнице и "аккуратно" кинул на диван у камина. Посчитав свой долг выполненным, Поттер просто уставился в камин, который в тёплые сентябрьские дни горел холодным огнём.
" Красиво..." - подумал Гарри и бездумно смотрел на полыхающее пламя.
. . . Рон спустившийся с комнаты, застал странную картину: развалившегося на кресле Невилла, который приложил указательный палец к губам и кивал головой в сторону камина. Ничего не понимающий Рон увидел Гарри, сидящего на пододвинутом диване к камину и не моргая смотрящего на холодное пламя. Честно говоря, Рональд Уизли никогда не понимал: какого чёрта огонь в камине горит всегда!? И осенью и зимой, и днём и ночью, и когда холодно, и когда жарко... Правда, в тёплые дни огонь горел пламенем без тепла, что почему-то делало его каким-то безжизненным и холодным. В такие моменты все пытались держаться подальше от него, не был исключением и Гарри, который всегда предпочитал садиться в мягкое кресло. Сейчас же он так близко сидел на диване, как-будто пытался согреться ледяным пламенем.
" Ладно не буду мешать, лучше пойду на завтрак." - решил шестой Уизли, в глубине души недовольный отдалением своего друга. В последнее время они общались всё меньше и меньше. Постепенно и другие представители факультета Гриффиндор покидали гостиную, некоторые из них с ненавистью смотрели на Гарри, в основном пяти-шестикурсники. Кормак Маклагген, который был похож на напыщенного индюка, даже небрежно, по-малфоевски протянул:
- Потти... Надеюсь, что сегодня из-за тебя мы не потеряем кучу очков...
- Заткнись, Маклагген! - прошипел Невилл, кидаясь на защиту своего друга.
- Ты что-то сказал, сквиб? - протянул Маклагген.
- Исчезни, ублюдок! - рявкнул Невилл. Кормак выхватил палочку, но появление Симуса и Дина заставило его передумать.
- Ещё встретимся...
После этих слов Невилл только усмехнулся, смотря в след уходящему павлину. "Этот идиот даже не представляет всю силу Гарри. Гарри его просто сломает одним пальцем."
. . . Лаванда вместе со своей лучшей подругой Парвати спустилась в гостиную, когда завтрак уже подходил к концу. Всю ночь её пришлось опять выслушивать всхлипы Грейнджер, которая горевала из-за разрыва с друзьями. Сама же Лаванда всё время мысленно возвращалась к Гарри. Он первый, кто смог заинтересовать красавицу Лаванду. Видно её мысли материализовались в сидящего у камина Поттера.
" Он выглядит таким усталым и обеспокоенным чем-то... Так и хочется подойти к нему, дотронуться до него, успокоить. И где только все его друзья?! Один только Невилл сидит здесь как верный сторожевой пёс. А где этот болван Уизли?! Наверное, опять жрёт как свинья..." - подумала она и хитро улыбнулась, решив немного развеселить однокурсника.
- Парвати, я не пойду на завтрак. Иди сама. - тихо сказала Лаванда своей подруги и таинственно улыбнувшись кивнула головой в сторону Гарри. Патил понимающе улыбнулась и поспешила покинуть комнату. Лаванда с необычайной грацией подошла к Поттеру, правда всех её стараний он не заметил, потому что неотрывно смотрел в ревущее пламя.
- Гарри... - тихо окликнула девушка своего... хм друга. Тот даже не повернув головы, равнодушно сказал:
- Лаванда, почему ты не на завтраке?
- Я увидела что ты какой-то подавленный, поэтому решила составить тебе компанию, успокоить тебя. - честно призналась она.
- Меня не надо успокаивать! - прошипел Гарри. - Не надо строить из себя мою мамочку!
- Я просто переживала... - растерянно пробормотала гриффиндорка, весь её кокетливый запал пропал.
- Спасибо... - успокоился Поттер, но сразу же недовольно пояснил. - Я ненавижу, когда меня жалеют.
Лаванда решительно села рядом с Гарри. Видя понимание в её глазах, Поттер усмехнулся и лёг головой на её коленки. Лаванда тепло улыбнулась, залезла на диван с ногами и свернулась калачиком. С минуту Гарри внимательно всматривался в голубые глаза.
- Как бы я хотел вот так пролежать весь день... - мечтательно пробормотал Поттер. - Но скоро сюда ввалится толпа народу! Половина из них трусы и предатели. - презрительный смешок вырвался у него.
- Тссс... Надо уметь наслаждаться моментом. - прошептала Браун, начиная легонькие прикосновения к волосам Гарри. Постепенно она склонялась всё ближе и ближе к его лицу, не переставая смотреть в изумрудные глаза, которые с интересом, ожиданием и небольшой насмешкой смотрели на действия Лаванды. Лаванда заворожено смотрела на Поттера и проводила указательным пальцем по его губам.
- У нас ещё есть время до прихода остальных... - прошептала она и медленно поцеловала напряжённого юношу. Удивлённый Гарри не сразу стала отвечать, сначала он просто позволяла себя целовать, но потом неуверенно ответил. Пару сенунд длился этот восхитительный для Гарри момент, но...
- Я на завтрак. - как ни в чём, не бывало сказала Лаванда и направилась к выходу из гостиной. Расфакусированные от удовольствия зрачки Гарри полыхнули яростью: с ним всего-лишь заигрывали! Тем временем Браун нарочито медленным шагом покидала комнату, уверенная, что Поттер побежит за ней, ну или хотя бы окликнет. Поттер же упрямо сидел на диване и недовольно следил за уходящей девушкой, позвать её было проявление слабостью, которых он пытался избежать. К своему счастью, он не потерял голову, как Симус. Того поцеловала в щечку какая-то пуффендуйка, а он потом полночи скакал от счастья и хвастался. Гарри, конечно же, был приятен поцелуй, он стал чувствовать себя намного взрослее и на лице играла глупая улыбка, но "эффекта Симуса", к счастью не было.
"В любом случае, надо будет с ней серьёзно поговорить." - подумал Гарри.
- Сюда малыши идут, вместе со старостой. - сообщил Невилл, с восхищением смотря на друга. Подумать только, его поцеловала красивая девушка! Сама! Для Долгопупса это было равносильно ордену Мерлина первой степени.
- Плевать на них. Первым у нас заклинания, надеюсь ты покажешь класс. - улыбнулся Гарри. прикидывая, как бы незаметно похвастаться перед учителем.
. . . На заклинаниях он предложил сесть Лаванде на место Рона. Та была не против.
- Гарри, что она делает на моём месте? - возмутился Рон, смотря на весёлую Лаванду, сидящую справа от Поттера.
- Рон, пожалуйста, сядь на другое место. Всего один раз! - умоляюще прошептал Гарри, в надежде успокоить своего разбушевавшегося друга.
- Как хочешь Гарри. - безжизненно проговорил Рон и смертельно обиженный поплёлся к Гермионе. Впрочем, урок прошёл не очень интересно: когтевранцы как обычно блестяще применили Манящие чары; гриффиндорцы справились заметно хуже - заклинание вышло только у Гарри, Гермионы и к всеобщему удивлению у Невилла. Видя успех вечного неудачника, Флитвик с радостью дал целых двадцать пять очков.
- И это всё наше обучение? - недовольно прошипел Гарри, его услышала только соседка по парте.
- А что не так? - искренне удивилась Лаванда и удивлённо захлопала голубыми глазами.
- Тебя не удивляет, что мы проходим каждое заклинание так долго? С такими темпами, к окончанию школы мы будем знать ничтожное количество заклинаний. - недовольно сказал Гарри.
- Но ведь у некоторых не получается... - начала Лаванда.
- И что? Не будет же большинство, ждать меньшинство? - прервал её Гарри.
- Но ведь кто-то не справляется! И я в том числе... Ты бы не стал ждать меня? - поинтересовалась Лаванда.
- Ты сильнее многих, из тех, кто находится здесь. Ты просто не стараешься. Сколько раз ты репетировала это заклинания не в классе? - выкрутился Поттер.
- Ни разу. - смущенно пробормотала Браун.
- Я хочу чтобы ты лучше училась. - потребовал Гарри. - Хочешь, я буду тебе помогать? - предложил он. По его мнению, Лаванда в качестве ученицы подходила идеально.
- Конечно, только не думаю, что у меня хоть что-то получится... - смущенно призналась девушка.
- Со мной у тебя всё получится. - мило улыбнулся парень, выделяя слово "мной". - Посмотри на Невилла. - Гарри кивнул в сторону Долгопупса, объясняющего(!) что-то Парвати.
- Это ты его подтянул? - удивилась Лаванда.
- Мы вчера всю ночь тренировались. Он помимо Манящих чар ещё парочку трюков выучил. - сказал Гарри, несомненно гордый, за своего друга и за себя.
- А почему вы других не позвали? - обижено надула губки Лаванда.
- Мы просто разведали обстановку! - начал защищаться Гарри. - И вообще, мы не выспались...
- Бедный Гарри... - захихикала Браун.
- Так ты пойдёшь? - нетерпеливо спросил Гарри.
- Да. Мы будем втроём?
- Пока да. Если хочешь, Парвати позови. Только я должен быть уверен, что она никому ничего не скажет.
- Ты создал что-то типа клуба для друзей? А Рон там будет, а Гермиона? - в девушке проснулась сплетница.
- Всё тебе надо знать... - покачал головой Гарри. - Ну да, это будет своего рода клуб. В нём будут все изучать новые заклинания, зелья, короче совершенствовать себя. - попытался подобрать слова Поттер.
- Я и Парвати согласна. - уверенно заявила гриффиндорка. Участвовать в тайных сборищах казалось ей жутко романтическим.
- Точно? Вы будете готовы сидеть и учиться, вместо разглядывания всяких журналов и обсуждения сплетен? - неверяще переспросил Гарри.
- Мы не глупые куклы, как все думают о нас! - заявила Лаванда.
- Я знаю. - ухмыльнулся Гарри.
. . . Закончились Заклинания, с черепашью скоростью проползли прорицания (где благодаря старанию однокурсниц, Поттер опять получил превосходно), наконец наступил долгожданный урок Защиты от тёмных искусств. Грозный Глаз Грюм прихромал к кабинету сразу же, как прозвенел звонок на урок. Одно его искорёженное лицо вселяло во многих панику. Даже у Гарри появилась малодушная мысль: не сбежать ли от этого монстра куда подальше? Но он моментально подавил эту слабость и сел на первую парту посередине, прямо под обрубок носа мракоборца. Гриффиндорцы смотрели на учителя со страхом и благоговением, слизеринцы же с ненавистью, особенно Лестрейндж. Хоть она и пыталась притвориться равнодушной, но в её взгляде проскальзывал панический ненависть.
Профессор обвёл всех искусственным глазом и устрашающе усмехнулся. Гриффиндорцы как он и предполагал, сидели на первых партах, и слизеринцы как крысы забились на последние.
- Меня зовут Аластор Грюм... - начал он свою приветственную речь. По мере его введения, все заметно расслабились, даже Лаванда перестала жаться к Гарри.
- ... Я считаю, что вы ужасно отстали в практики. С вашими знаниями вы не сможете противостоять даже самому слабому и ничтожному тёмному магу! Вы три года валяли дурака, так что за этот год вы должны наверстать упущенное! Я буду гонять вас до седьмого пота и вдалбливать в ваши головы знания, которые однажды спасут вашу жизнь! Самое главное, что вы должны запомнить - ПОСТОЯННАЯ БДИТЕЛЬНОСТЬ!!! - рявкнул Грюм во всю силу своих лёгких. После его рыка половина учеников чуть не свалилось со стульев, а Симус вообще подавился своей жвачкой.
" Во даёт!" - восхищённо думал Гарри смотря на нового профессора. "Да он лучший из всех! Сразу видно, что он бесконечно много раз бывал во всяких передрягах... Чувствую, он станет моим самым любимым учителем. Так что простите профессор Люпин, но вы не дотягиваете до его уровня..."
- Сегодня, вы познакомимся с основой тёмной магии... - Грюм выдержал маленькую паузу, дав всем присутствующим возможность понять его слова. Все непонимающе уставились на профессора.
" Что...? Я ослышался? У нас же урок ЗАЩИТЫ от тёмной магии..." - изумился Поттер.
- Основой того, с чем вам придётся бороться... - продолжил Грюм. После этих слов все успокоились и перестали буравить Грюма взглядами.
" Вот теперь понятно... Нельзя было так сказать сразу?" - подумал Гарри.
- Что такое Непростительные заклинания? - неожиданно задал вопрос профессор. Почти все подняли руки за исключением Гарри и Дина. Грюм кивнул в сторону самодовольно улыбающегося Малфоя, тот от проявления такого внимания растерялся.
- Заклинания которые нельзя применять и ... - не успев прийти в себя наобум брякнул Малфой.
- Гениально, мистер Малфой! - криво усмехнулся Грюм. - Непростительные заклинания, это заклинания которые нельзя использовать... - Грозный Глаз передразнил слизеринца, копируя его манеру. - Так мог бы и маггл сказать. Пять баллов со Слизерина!
Гриффиндорцы захихикали, а слизеринцы возмущенно зароптали. Сам же белобрысый выскочка сидел с перекошенным от ярости лицом: подумать только, его только что сравнили с магглом!
- Тишина! - рыкнул Грюм и постучал своим походным посохом об стол. - Хорошо, начнём с элементарного: сколько существует Непростительных заклинаний?
- Три, сэр. - выпалила Гермиона, после чего волшебный глаз буквально просканировал её.
- Правильно, мисс... - довольно сказал профессор.
- Грейнджер. Гермиона Грейнджер. - порозовев от похвалы подсказала Гермиона.
- Никого не интересует твоё имя, поганая грязнакровка! - прошипела Лестрейндж, бросая на девушку взгляд полный отвращения.
- Кто это сказал? - рявкнул Грюм. - Кто? Кто?
- Я. - гордо заявила слизеринка, вставая со стула. - Диана Беллатрикс Лестрейндж.
Возникла неестественная тишина, все боялись даже пошевелиться. Грозный Глаз с интересом уставился на Диану.
- Диана... Беллатрикс... Лестрейндж. - по слогам произнёс старый мракоборец. - Я хорошо знал твоих родителей... - он криво усмехнулся. - Мисс Лестрейндж, используете это слово ещё раз в этом кабинете, и получите неделю отработок. - принял решение Грюм. Слизеринка презрительно тряхнула волосами, показывая, что ей всё ни по чём.
- Я постараюсь сдерживать себя, но ничего не могу гарантировать, пока здесь такие... - слизеринка брюзгливо посмотрела на Гермиону. - ... как она.
- Кто скажет первое Непростительное заклинание? - опять поднялось море рук. - Ты! Уизли кажется?
" Чтооо...? Рон поднял руку? Его что, Гермиона у Флитвика покусала?" - удивился Гарри. На его памяти Рон никогда не поднимал руку самостоятельно.
- Да. Отец говорил мне об одном. Империус кажется... - неуверенно пробормотал Рон.
- О да, - с чувством произнёс Грюм. - Твой отец должен многое о нём знать. Оно доставило Министерству столько хлопот.
Грюм с трудом поднялся и достал палочку, после чего Рон как не странно дёрнулся.
- Сейчас вы поймёте почему. - произнёс Грюм и выудил большого паука из банки. - Энгордио! - прошептал мракоборец и паук стал размером с котёнка. - Империо!
Паук начал выполнять разные акробатические трюки, прыгал, ползал там где ему приказывали. Многие стали хихикать, смотря на мучения насекомого.
- Вам смешно? - прорычал Грюм. - А что было, если бы вы попали под Империус? - смех моментально прекратился и все с опаской уставились на профессора.
- Полная управляемость. - тихо заметил Грюм, когда паук сжался в комок и стал кататься по парте. - Я могу заставить его выпрыгнуть из окна, утопиться, запрыгнуть в горло кому-нибудь из вас. Были времена, когда множество колдуний и волшебников были управляемы заклинанием Империус, - продолжал Грюм.
" Могу поспорить на всё, что он говорит о временах, когда Волан-де-морт орудовал во всю силу."- подумал Поттер.
- Вот была забота у Министерства: понять кто действует по своей воли, а кто по принуждению? Хотя стоит добавить, что Империус можно побороть, если имеешь крепкую выдержку и волю.
Сказав ещё пару слов об Империусе, Грюм снова задал вопрос:
- Кто ещё знает что-нибудь? Другие запрещённые заклятия?
Опять лес рук, Гарри уже в который раз чувствовал себя полным идиотом.
- Так... - пробормотал Грюм, выискивая глазами новую жертву из класса. - Ты! - его выбор упал на бледного, но решительного Невилла.
- Есть такое... заклятие Круциатус. - ответил Невилл. Слизеринцы захихикали, потом заулюлюкали. Кто-то из них выкрикнул:
- Твоё любимое заклятие Долгопупс?"
- Нет,это любимое заклятие его родителей! - выкрикнул другой. "Змеи" чуть не задохнулись от смеха.
- Тишина! - опять рявкнул Грюм. - Минус двадцать баллов со Слизерина. Мистер Малфой, сегодня вечером отработка, мистер Нотт, тоже самое.
- Но, сэр... - начал Малфой.
- Не мои проблемы! - прорычал Грюм.
Гарри Поттер не был дураком и поэтому понял, каким заклятием пытали родителей Невилла. Больше всего ему не понравился восторг слизеринцев по этому поводу.
- Круцио! - прошептал Грюм, направляя палочку на нового паука. Паук ужасно задёргался, он перекатывался и дёргал своими лапками. Казалось, что он хочет разорвать себя, лишь бы не терпеть ужасную боль. По прошествую пару секунд, амплитуда и скорость дёрганья только увеличивалась. Гарри был уверен, если бы паук мог кричать, то от ужасных воплей уже бы сбежалась вся школа. Но даже без крика, можно было услышать какое-то хрустение и отчаянное барабанивание по столу. На десятой секунде уже многие отвели взгляд от несчастной жертвы. Остались самые стойкие: Поттер, Лестрейндж, Нотт; самые тупые: Крэбб, Гойл; и самые испуганные: Невилл. Последний выглядел очень плохо: он стал бледный как привидение, рот перекосился от ужаса, а кончики пальцев лихорадочно сжимались и разжимались.
Если бы все внимательно смотрели по сторонам, то могли бы увидеть многое интересное. Во-первых, на лице у эксмракоборца блуждала безумная улыбка, по которой было видно, что он наслаждается пыткой. Во-вторых, насмешливое выражение лица Лестрейндж, по которому было видно, что она забавляется реакцией окружающих на ужасное представление. Самого же Гарри терзали смешанные чувства: он конечно же понимал весь ужас этого проклятия... но смотря на мучающегося паука, испытывал небывалое волнение и даже получал небольшое удовольствие. Хотя нет... он испытывал ОГРОМНОЕ удовольствие. Казалось, что все мышцы дрожат, как после долгого марафона, сердце билось едва ли не быстрее чем у жертвы, кровь бурлила сильнее, чем во время квиддичного матча. А руки... руки даже немного дрожали от необъяснимого и несомненно нового чувства зародившегося где-то в недрах груди гриффиндорца... Испытывая, наверное самое сильное чувство за жизнь, Гарри понял, что быстро краснеет. Кровь от бешено бьющегося сердца с гигантской скоростью приливала к лицу. От переизбытка чувств у Гарри поплыло перед глазами и всё вокруг стало серого цвета. Чтобы не упасть головой на парту и не пропустить ни секунды " представления ", Гарри схватился левой рукой за её краюшек стола. Сейчас самое главное для него было наблюдение за пауком... смотреть на дёрганья паука хотелось бесконечно... ещё секунда, ещё...
- Прекратите! - донёсся до него чей-то дрожащий и знакомый голос.
" Нет! " - чуть было не крикнул Поттер.
- Хватит! - крикнула Гермиона
Гарри повернулся к ней. Та смотрела не на паука, а на испуганного Невилла. Тот, как отметил Гарри , выглядел... плохо. Грюм отвёл палочку от паука, но измученное насекомое по инерции дёргало лапками.
- Боль. - тихо сказал Грюм, смотря на застывших учеников. - Не нужно ни ножей, ни других пыточных инструментов, если вы владеете заклятием Круциатус. Когда-то оно тоже было очень модное. Так... кто скажет мне последнее Непростительное заклятие?
По многим было видно, что они не желают увидеть применение последнего Непростительного. Ученики с тревогой смотрели друг на друга. Даже у Гермионы поднятая рука дрожала.
- Ну? - посмотрел на неё Грюм.
- Авада Кедавра. - прошептала Гермиона.
Полкласса посмотрели на неё с тревогой, в том числе и Рон.
- Ага, - ещё одна чуть заметная улыбка скривила неровный рот Грюма. - Да, последнее и самое худщее... Авада Кедавра... Заклятие Смерти.
" Авада Кедавра..." - мысленно посмаковал слово Гарри. "Заклятие смерти..."
Тем временем Грюм поймал сопротивляющегося паука и посадил на стол. Паук принялся убегать по столу... но профессор уже достал палочку и нацелил на бегущую жертву.
- Авада Кедавра! - каркнул Грюм.
Полыхнула вспышка слепящего зелёного света, раздался свистящий звук, будто что-то невидимое и громадное пронеслось по воздуху, и паук мгновенно опрокинулся на спину - без единого повреждения, но безусловно мёртвый. Несколько девушек сдавленно вскрикнули, в том числе и Лаванда. Грюм невозмутимо смахнул мёртвого паука на парту Гарри.
- Ни порядочности, не любезности. И никакого противодействия. Невозможно отразить. За всю историю известен только один человек, сумевший выдержать это, и он сидит прямо передо мной.
Гарри почувствовал, что все смотрят на него. В другой раз он бы покраснел, но в этот раз ему было всё равно... ведь сейчас он увидел то, что увидели его родители в последнею секунду жизни. Ослепительный зелёный луч. Луч, который преследовал его в кошмарах. Луч, который напоминал ему о Волан-де-морте.
Грюм мысленно ухмыльнулся: великолепное начало урока! Смотреть на этих растерянных, восторженных, испуганных детей было сущее удовольствие.
Остаток урока они провели, записывая примечания к каждому из преступных заклятий. До самого удара колокола никто не проронил ни слова, но как только Грюм отпустил их и они вышли из класса, всех буквально прорвало. Большинство обсуждало заклятия со смесью ужаса и восторга.
- Какие ужасные заклятия! - начала причитать Лаванда, никто, кроме Поттера её не услышал.
- Не ной, Лаванда. Они ужасны только для жертвы... - ухмыльнулся Поттер, прикидывая вероятность использования их на Дурслях. Он был уверен, что всё можно провернуть и не попасть в Азкабан.
- Всё равно они ужасные. - упрямо сказала Браун.
- Гарри, иди сюда! - крикнул Рон.
- Подойдите сами. - попросил Гарри, бежать к Рону и Гермионе, как верная собачонка совсем не хотелось.
- В общем Гермиона хотела тебе что-то сказать... - радостно воскликнул Рон.
- Я сама могу всё сказать. Без твоего вступления! - отдёрнула его Гермиона.
- Я знаю, но я только... - промямлил Рон.
" Идиоты... Даже помириться со мной не могут без всяких сцен." - презрительно усмехнулся Гарри. Сейчас, он как никогда чувствовал себя выше их.
- В общем, я хотела сказать... Я была дурой! Я хочу помириться тобой! - скороговоркой выпалила Грейнджер.
"Прощение надо заслужить." - хмыкнул Поттер, но видя слизеринцв, следящих за их разборкой решил прикинуться благородным.
- Помириться? - сказал Гарри чуть более насмешливо, чем хотел. У Лаванды вырвался презрительный смешок.
Гермиона Грейнджер со страхом смотрела на своего лучшего друга. За два дня она уже миллион раз проклинала себя за своё поведение по отношению к Гарри. Она даже почти забросила уроки и думала только о том, как бы выпросить прощения. Уже две бессонные ночи она рыдала в подушку, надеясь, что её никто не услышит, а утром видела насмешливые улыбки Лаванды и Парвати. Закрывая глаза, она слышала презрительную насмешку Гарри. Ей было нестерпимо ощущать неприветливые взгляды соседок по комнате, не говоря уже о взгляде Невилла. Он смотрел на неё как на предательницу! Но Гермиона была уверена, что сможет вернуть дружбу Гарри. Только что она сделала первый шаг навстречу ему... А он смотрел на неё насмешливо и немного презрительно...
Парень пристально посмотрел на неё и черты его лица стали более добрые, а на губах заиграла тёплая улыбка.
- Я прощаю тебя. - просто сказал он. Гермиона радостно улыбнулась, только что сбылись все её мечты! Но несмотря на радость, ей почудилось, что Гарри говорит как-то неискренне.
Эти слова дались Гарри не просто. Он никогда не мог терпеть предательства, но сейчас ему нужна была Гермиона... Несмотря на возросшее за лето равнодушие, ему было необходимо видеться с Роном и Гермионой. "Скорее всего просто по привычки." - подумал Гарри, тепло улыбаясь.
" Но если ты предашь меня хоть один раз... я превращу твою жизнь в Ад. " - отстранённо подумал он, обнимая кинувшуюся к нему Грейнджер.
Гермиону было неприятно обнимать, в отличие от Лаванды…

0

15

Глава 13.

Всё, - ради Величия, Могущества и Власти.

Две недели учёбы пролетели незаметно. Гарри провёл их в уроках, самостоятельных тренировках и на каждодневных отработках. Под чутким руководством Филча: Поттер, Нотт, Малфой, Гринграсс и Лестрейндж полировали полы в школе. Гарри, благодаря стажировки у Дурслей умел мыть пол, избалованные аристократы же с ужасом смотрели на тряпки и швабры. Конечно, по два часа находится на побегушках у Филча, было противно, но смотреть на унижение слизеринцев была приятна. Правда, их взгляд предвещал гриффиндорцу медленную смерть, но он не отчаивался. Гарри знал, что находится в относительной безопасности до конца наказания. В отношениях между слизеринцами и гриффиндорцами наступило затишье: никто не хотел вылететь из школы. Так что всё их противостояние заключалось в обзываниях и насмешках. В таком устном противостояние Поттер проигрывал, он просто не мог сразу ответить на волну насмешек. Поэтому, Гарри сжав кулаки слушал язвительные комментарии, а потом наносил точечные удары по каждому противнику, задевая того за самое больное. Пару раз всё заканчивалось рукоприкладством: Поттер сцеплялся с Малфоем и Ноттом. Филч не скрывая своего злорадство, вовсю издевался над подопечными. Больше всего попадало Малфою и Лестрейндж, те часто обзывали завхоза сквибом. Разозлённая Лестрейндж шипела что-то под нос и опускала ухоженные руки в грязное ведро. После особенно грязной работы, которой подвергалась Лестрейндж, с завхозом случался какой-нибудь неприятный случай. То он спотыкался об ведро и летел с лестницы, то поскальзывался на мыльной пене и набивал синяки. Старый смотритель никогда не жаловался учителям и директору, он искренне верил, что всё это череда несчастных случаев.
Из-за каждодневных отработок Поттер еле успевал делать домашнее задание, и то, травологию за него делал Невилл, а прорицание Лаванда с Парвати. Всё остальное свободное время он посвящал изучению новых заклятий вместе с Невиллом, Парвати и Лавандой. Гермиона, узнав о кружке по защите, с радостью приняла в нём участие. Рон отнёсся к этому, с небольшим энтузиазмом, более часто он предпочитал играть с Дином и Симусом в карты. Кружок из пяти, а иногда из шести человек, изучали заклятия и делали домашнее задание. Гарри без сожаления давал списывать свои работы друзьям, чем и пользовался Рон, можно сказать только благодаря этому и приходившему в "кружок ботаников". К недовольству Гарри, Гермиона пыталась стать главной в их ЕГО кружке и постоянно кого-то чему-то учила. В такие моменты Лаванда с Парвати даже и не пытались скрыть своё недовольство. Парня бесило, что Гермиона знает намного больше него и демонстрирует это. Иногда даже хотелось вышвырнуть её из её же комнаты (собирались в Женской спальне, там было намного больше места и не было кислого Рона). После этого, он по полночи учил то, что не получалось у него и что-то новое, чтобы на следующий день дать отпор Гермиониным знаниям. В их группе Гермиона была способнее всех, на втором месте шёл Гарри, на третьем с переменным успехом Лаванда с Парвати, а на четвёртом Невилл. Рон же, когда приходил, чтобы списать домашнее задание занимал позорное пятое. Видя, что у Долгопупса всё получается, Уизли обижался и шёл играть в шахматы с кем-нибудь, надеясь разгромить того и тем самым повысить свою самооценку. Шестой Уизли был по-прежнему уверен, что слабак Невилл никогда не обойдёт его, что даже не замечал своё собственное отставание. Несмотря на старания Гарри, который пытался всё совместить, тренировки проходили не так часто, как хотелось бы. Причиной тому были его отработки и отработки его друзей, полученные ими на первом же уроке зельеварения.
. . . Выжатые и опустошенные ученики брели с проклятого Зельеварения. Гермиона таинственным шёпотом предупреждала своих друзей о сюрпризе, который она им подготовила. Поттер с ужасом думал о сюрпризе, ему казалось странным, что для его подготовки она более двух недель не вылезала из библиотеке. В гостиной несчастные Рон и Гарри узнали о сюрпризе... ГАВНЭ! Гражданская Ассоциация Восстановления Независимости Эльфов!
- Что за хрень? - в унисон спросили два друга. И сразу же пожалели... видя глаза Гермионы, горящие фанатичным огнём.
. . . - Я не за что на свете не вступлю в эту организацию! - заявил Гарри. Бороться за права уродских существ казалось ему самым бесполезным занятием, даже бесполезнее истории магии.
- Как ты можешь? Бедные создания... - начала бубнить Гермиона.
- Нет. Всё успокойся, Гермиона! Это бред. Ты не обижайся, но я не за что не поддержу эту идею. - воскликнул Гарри, выставляя руки в защитном жесте.
- Я всё равно буду бороться за их свободу! - упрямо заявила Гермиона, закрывая коробку со значками. - А ты, Рон? - с надеждой спросила девушка.
- Прости, Гермиона, но нет. - стараясь не смотреть подруге в глаза, ответил Рон. После долгого спора, раздражённый Поттер всучил ей пять галеонов, даже не скрывая своего намерения откупиться. От такого отношения, разъярённая Грейнджер швырнула в него деньги и вылетела из гостиной.
" Хоть одна свалила..." - возвёл хвалу Мерлину парень. Он уже миллион раз жалел, что помирился с этой занудой.
- Что Поттер, много Грейнджер за свои услуги потребовала? У тебя денег на неё не хватило? - проржал один из друзей, а точнее шестёрок Маклаггена, который стал свидетелем этого разговора. Услышав выкрик, Поттер обрадовался, у него только что появился официальный повод для нападения на этого упыря.
" В случае чего, можно сказать, что я защищал честь девушки. В таком случае меня ещё и похвалят."
- Локомотор Мортис! - старшекурсник упал и только тогда попытался вытащить палочку.
- Экспелиармус! Жри слизней! - мгновенно сориентировался Гарри. К его недовольству пришлось использовать "детские чары". От безотказного разоружающего, палочка обидчика перелетела к Поттеру. Второе заклятие попало тому в живот. Гарри брюзгливо смотрел на корчившегося на полу старшекурсника.
"Позорище... Слабак." - презрительно подумал он. " Если бы меня победил человек, младше на два года, то я, наверное, повесился. Я бы перед тем как начать обзываться, хотя бы палочку взял."
Рон пристально смотрел на друга. Гарри уже второй раз серьёзно ссорился с Гермионой за последние две недели. " Да он вообще изменился! Стал хорошо учиться, создал кружок по защите, спорит со мной и Гермионой по малейшему поводу. Ещё эта дурацкая привычка постоянно читать книги и зубрить заклятия! Мы с ним за месяц ни разу откровенно не поговорили, в квиддич и тот не играли! А его манера поведения...? Унижает слизеринцев и гриффиндорцев не согласных с его точкой зрения. Ходит с Невиллом как с верным псом. Сорит деньгами. Вот сегодня, так и не поднял пять галеонов."
Павиан Маклагенн и его дружки отомстили Поттеру в тот же день. Парализованного Колина Криви обнаружили в пустом коридоре. Его любимый фотоаппарат был разбит и валялся рядом. Расстроенный Колин сам нашёл Гарри и рассказал ему о нападение. Рассказывая про свой разломанный фотоаппарат, мальчик уже не смог сдержать слёз. Конечно же, он не видел, кто на него напал, но было и так понятно.
На Гриффиндоре запахло скрытой войной, о которой и не будут подозревать учителя. Ни группа во главе с Поттером, ни группа во главе с Маклагенном ни сообщили о случившимся учителям. И тот и другой решили наказать друг-друга сами. Кое-как успокоив Колина, Поттер пообещал отомстить и в знак признательности за верность, благодаря которой Криви и попал под удар, ввёл его свой кружок.
. . . - Я собрал вас здесь по серьёзному вопросу. - начал торжественную речь Гарри. - Все вы знаете о нападение на Колина Криви. Он всегда был нашим...
..."моим"...
... - верным другом, поэтому и попал под удар. Я предлагаю наказать Маклагенна и его шестёрок. Есть у кого-нибудь идеи, как это сделать и не привлечь внимание? - поинтересовался оратор, смотря на Лаванду, Парвати, Невилла, Рона и обоих Криви. Гермиона всё ещё дулась на Гарри, поэтому пропадала в библиотеке.
- Мы согласны, они совсем обнаглели. - поддержала идею Лаванда.
- Я с тобой! - заявил Невилл. Все с энтузиазмом поддержали своего лидера, даже не подозревая о его богатом воображение.
- Я предлагаю до завтра придумать варианты мести. А мы все вместе выберем лучший. - губы Поттера искривила садистская улыбка.
. . . Взволнованные ученики не могли поверить в услышанное: на них испытают Империус! Гермиона попыталась возразить, но упёртый мракоборец заявил " вы должны знать, с чем вам предстоит столкнуться." Взбудораженные ученики надеялись побороть Империус учителя и доказать, что обладают силой воли и мощным духом.
Сам Гарри все уроки внимательно наблюдал за профессором. Каждый урок был восхитительным, но уроки всё сильнее заставляли соприкасаться с тёмной стороной. По идеи, Защита от тёмных искусств должна была внушить отвращение ко всему, что связано с тёмной стороной. Но Гарри навсегда запомнил испуганные, но восторженные лица учеников после демонстрации трёх непростительных. Он был уверен, что половина учеников думают, как втайне от всех испытать их на насекомых и грызунах. Да что там скрывать, он и сам пару раз трансфигурировал из чернильницы мышь и в нерешительности смотрел на неё. Переступить через свои старые принципы или нет? Дать ли волю тайным желаниям? Его останавливал факт, что об этом может кто-то узнать. Конечно, в Азкабан не отправят, но скандал будет грандиозный. В нерешительности он смотрел на мышь, мечущуюся в банке, а потом делал обратную трансфигурацию. Поттер пытался убедить себя, что мышь неживая, что она ничего не почувствует... Эта уверенность строилась на непонимание: как из не живого, можно получить живое? Это же как была чернильница, так и осталась?! Когда на уроке Грюм пообещал наглядную демонстрацию, "старый" Гарри обессилено опустил руки, признавая победу "нового".
" Если уж и такой ярый сторонник света не брезгует тёмной магией, то что уж говорить обо мне...? Я же хочу испытать Непростительные на грызунах ради научного интереса." - решил Гарри. На досуге он втайне от всех пролистал пару книжек о непростительных. Сравнивая "доступную" информацию и информацию из запретной секции, Поттер всё сильнее и сильнее хотел испытать их на практике. Всего пару раз на обычной мыши, никто же не узнает, никому от этого плохо не станет...
" Сначала Империус, потом Круциатус, а потом и Аваду." - мечтал парень. " Нет, какую к чертям Аваду, просто Империус и Круциатус!" - спохватился он.
Тем временем беспомощные ученики беспрекословно подчинялись учителю, который через Империус управлял ими. Никто так и не смог противостоять заклятию принуждения. Наконец дошла очередь и до Гарри. Грюм направил на него палочку и шепнул:
- Империо! - из парня улетучились все чувства кроме умиротворения. В пустой голове прозвучали слова:
" Прыгай на стол. "
" А собственно зачем?"
" Прыгай на стол!"
" Это же глупо?!" - не сдавался здравый смысл.
" Живо!" - потерял терпение мракоборец.
От столь сильного натиска Поттер прыгнул и отчаянно сопротивляясь, ударился головой об стол.
- Чёрт возьми, у тебя почти получилось! - воскликнул профессор. - Не так-то легко из тебя можно будет сделать раба.
Приободрённый похвалой, Гарри на третий раз без труда поборол заклятие и в благодарность получил заинтересованный взгляд Грозного Глаза. Профессор криво улыбаясь, дал ему двадцать баллов. Сидя в углу кабинета и наблюдая над жалкими попытками сокурсников Поттер снисходительно улыбался. Он - лучше всех. Сегодня он сделает то, что возвысит его над окружающими ещё сильнее. Для себя Поттер всё-таки решил испытать в выручай комнате непростительные.
- Профессор! Можно поговорить? - обратился Гарри к Грюму, когда уже все покинули кабинет.
- Конечно, Поттер. - прохрипел мракоблрец и жестом позвал ученика в святую-святых - свой кабинет и спальню. Спальня Грозного Глаза состояла из простой кровати, маленького стола, двух табурёток и кучи жужжащих приборов.
- Нравится? - поинтересовался он, видя любопытство гостя.
- Довольно интересно. - нейтрально ответил Поттер, садясь на мощный табурет.
- Ты хотел спросить про сегоднейший урок? - прямо спросил профессор.
- Да, мне интересно, как лучше всего защититься от Империуса.
- Интересно говоришь... Многие не одобрят твою заинтересованность ими. - профессор всмотрелся в спокойное лицо ученика. - Что ж, вы самый способный студент из своей группы, поэтому я как учитель, должен утолить ваше любопытство.
- Вы же использовали Империус не в полную силу? - задал мучивший его вопрос Гарри. Грюм удивлённо на него посмотрел:
- Не знал, что ученики могут определять силу заклятий. Что же касается вашего вопроса, то да, не вовсю.
- В ваших первых приказах отсутствовали эмоции, было видно, что вы этого не желаете... а когда вы сказали живо, то я не смог сопротивляться. - медленно проговорил ученик. - Ведь чтобы применить непростительные, то надо это действительно желать, наслаждаться... - вспомнил он сточки из книги, которую он пролистал в запретной секции. Поняв, что он ляпнул, грифиндорец чуть не откусил себе язык: этого им не объясняли! Это было написано в книги, где находились советы для начинающих тёмных магов. Четверокурсник этого не мог знать!
- Вы совершенно правы, я просто приказывал вам прыгать на стол. Когда же я сказал "живо", то мои эмоции подпитали заклятие и сделали его более мощным.
- Получается, если бы вы действительно хотели этого, то без труда подчинили меня? - разочарование в голосе ученика можно было почти потрогать.
- Да. - признался учитель, но видя разочарование ученика добавил: - Не многие могут противиться даже слабому Империусу. В вашем возрасте это почти нереально. Через пару лет вы без труда поборете мой самый сильный Империус.
- А многократное применение заклятия по отношению к тебе способствует увеличению сопротивляемости? - поинтересовался Гарри.
- Да, но я могу вам гарантировать, что вероятность попадания под него в мирное время мизерная. Немногие хотят провести остаток жизни в Азкабане.
- А если один и тот же человек будет держать тебя под ним очень долго, то сопротивляемость увеличится? Ты же будешь по немного привыкать к нему и постепенно скинешь. - озвучил свои мысли Поттер.
- Да, разум постепенно возвращается к жертве. - еле заметно улыбнулся Грюм и принялся откручивать деревянную ногу.
- Спасибо профессор. - поблагодарил Поттер. У него было ещё много вопросов, но задавать их учителю было опасно - мракоборец всё-таки.
- Если что, обращайтесь, Поттер. - прохрипел Грюм. - Я понимаю твоё стремление как можно сильнее защититься от Империуса. Молодец, так держать парень, на свободе ещё полно Пожирателей Смерти.
- Я знаю. Уверен слизеринцы что-то задумали. В последнее время Лестрейндж и Ко залегли на дно. - задумчиво протянул Гарри.
- Альбус говорил мне, что ты строишь из себя детектива и часто влезаешь в неприятные ситуации. Запомни парень, не лезь в сражение, пока ничего не умеешь. - дал совет ветеран первой магической.
- Я знаю профессор. После потасовки со слизеринцами я понял, насколько слаб. Признаюсь, Лестрейндж меня бы за десять секунд победила в честной дуэли. - стал откровенничать Поттер. Он где-то слышал, что человек лучше всего запоминает конец разговора, при этом забывая о его начале, в данном случае о Непростительных. Да и совет бывалого вояки не помешал бы. - Я понял свои ошибки и теперь пытаюсь исправить их.
- Учись, парень. Тебе многое придётся испытать. - услышал Гарри когда закрывал дверь.
После откровенного разговора с учителем, Гарри потерянно брёл по самой малолюдной части школы. Ему стало казаться отвратительным желание применить Империус на мыши.
" О чём я думал? Это же наитемнейшая магия! неужели я хотел сделать это?" - не мог разобраться в своих желаниях подросток. " Да, хотел." - наконец признался он. " И хочу." - окончательно понял он. При этих мыслях мурашки побежали по коже, казалось, что холод рвётся изнутри.
" Зачем?" - метались мысли в голове. Он знал что хочет, но не знал зачем. Ответ сам всплыл в голове.
" Чтобы доказать себе, а потом и всем, что я лучше. Что я не боюсь... Чтобы сделать то, о чём многие мечтают, но никогда не посмеют. Совершить то, чем пугают детей. Доказать себе, что я могу всё. Я хочу смотреть на всех и понимать, насколько я лучше их. Доказать, что я не боюсь неизвестности. Я хочу, чтобы у меня было собственная тайна. Я хочу нарушить всевозможные правила, совершить какое-то безумство... Мне надоело быть паинькой, тем, кто всю жизнь будет использовать один Экспелиармус." - ответы роились в голове. " А если Лаванда, Парвати и Невилл узнают об этом...? Они будут мной восхищаться, боготворить и немного бояться... Они поймут, что я могу Всё! Я буду первым, кто даст волю своим тайным желаниям... Какая разница, светлая или тёмная магия?! И то, и то даёт силу и могущество! Величие...! Да, ... величие. Они будут боготворить меня, завидовать Мне! Я сделаю это! Три заклятия и я возвышусь над всеми трусами и слабаками, над этими нерешительными хлюпиками." - Гарри Поттер горел как в лихорадке. Румянец от шеи поднимался к щекам, а на губах играла сумасшедшая улыбка. Такая же, как у Тома Реддла, когда он узнал о волшебном мире. " А Гермиона, а Рон, а Дамблдор? В какой ужас они прийдут, если узнают, что я сделал! Но они ничего не смогут изменить, ведь время не повернёшь вспять. Гермиона будет умолять меня раскаяться и жалеть. А я буду смеяться...! Она никогда не обойдёт меня в этом. Лучшая ученица не сможет применить непростительное из-за своего малодушия. Да кто она мне?! Кто мне Дамблдор?! Родители...? Нет, я могу сделать всё что захочу, и плевал я на всех!" - опять счастливая улыбка, в которой понимания, что родители никогда не смогут осудить его. Они мертвы, но Гарри стало уже всё равно. Он счастлив. Они стали безразличны ему. Он просто рад, что они не будут мешать ему. Безнаказанность опьяняет...
Поттер уверенно шёл на восьмой этаж. Только что из-за жажды величия он сделал судьбоносное решение. Подростком двигало желание проявить себя, хоть как-то отличиться от всех. Может быть, если бы он вспомнил о Сириусе, то не сделал бы этот страшный выбор. Всё, - ради Величия, Могущества и Власти. Готовность сделать любые поступки, пусть и самые ужасные, лишь бы почувствовать вкус своего могущества.
" Вы будете могущественным волшебником..." - вспомнились одни из первых слов Салазара.
"Буду". - поклялся Поттер. " Я выучу всю светлую, всю тёмную магию, но стану." - душа клокотала от счастья, хотелось бежать, кричать от восторга - у него есть Цель!
" Слизерин дарует тебе величие..." - прошелестел голос Распределительной шляпы.
" Ещё не поздно... Я достигну величия и на Гриффиндоре!" - снова клялся подросток. Его душа бурлила от восторга. Дрожащий, от переполнявших чувств, Поттер остановился у стены, за которой находилась заветная комната.
- Миртл, не дай бог ты меня обманула или что-то напутала. - на змеинном языке прошипел Гарри. " Мне нужна комната, где я могу в тайне от всех использовать Непростительные." - беззвучно шевелились пересохшие от волнения губы. На третий раз появилась дверь.
" Меня ждёт первый шаг на пути к величию!" - торжествовал Поттер, входя в комнату.
Его ждал первый, но далеко не последний шаг...

0

16

Глава 14.

Памятник.

Выручай комната встретила Гарри немного мрачной, но уютной обстановкой. Гарри сглотнул, чтобы разогнать давящую тишину.
" Комната, как комната... " - оценил обстановку парень. Осмотревшись, он присел в кресло, сделанное в форме трона. На столе, как по заказу, стояла клетка с тремя мышами и лежала стопка книг. Самая ветхая была раскрыта на первой странице.
- Основы тёмной магии. - прочитал Поттер и отложил книгу в сторону. - У меня и так получится. - самоуверенно обратился он к комнате. Встав с кресла, Гарри наклонился над клеткой. Маленький мышонок испуганно смотрел на него. Смотря на мышь, гриффиндорец вспоминал заранее прочитанную теорию.
"Главное для Империуса - желание обладать, и чем оно сильнее, тем лучше." - вспомнил Гарри самое главное из ранее прочитанного. Медленно достав палочку, он направил её прямо между глаз грызуну. Мышонок сначала испуганно отскочил, но любопытство взяло вверх, и он стал обнюхивать самый кончик волшебной палочки.
- Империо! - прошептал подросток. От груди к руке прошла волна тепла, а потом через палочку достигла жертвы. Поттер с интересом смотрел в стеклянные глаза мыши.
"Прыгай на месте." - первое, что пришло ему в голову. Мышь послушно запрыгала на месте.
" Быстрее!" - приказал Поттер. Сейчас жертва прыгала на месте с большей скоростью. " Быстрее! Быстрее!" - стал входить во вкус начинающий тёмный маг. Мышь прыгала как заведённая. Наконец, Гарри надоело наблюдать за однообразным мельтешением подопытного. Ради интереса он заставлял жертву делать сальто, биться мордой об стенки клетки. Гарри интуитивно чувствовал идеальное соединение с заклятием. Не успевал он озвучить мысль, как его ассистент уже исполнял её.
" Говорят, что существо под Империусом не чувствует боли и при желание превращается в берсерка."- вспомнил парень и конечно же, решил проверить это. Один мышонок нападал на двух более крупных собратьев. Видя неравный бой, ( взрослые проигрывали обезумевшему собрату) Поттер отвёл палочку - ему были нужны все троя. Присев на корточки перед клеткой, парень рассмеялся.
" И это одни из самых мощных тёмных проклятий! Мне четырнадцать, и я без труда применяю их!" - нахваливал себя гриффиндорец. - Пора переходить к более мощным заклинаниям... - Гарри имел в виду Круциатус. На уроке он получил непередаваемое удовольствие от одного его созерцания. Пока подросток собирал все свои плохие воспоминания, мыши с ужасом носились по клетке, нарастающая аура вокруг этого человека стала пугать их.
- Круцио! - хрипло прошептал Поттер. К его ярости, поганая мышь не стала извиваться и отчаянно пищать, а просто упала на спину и дёрнулась от нестерпимой, но мимолётной боли.
- Не получилось. - сквозь зубы процедил Гарри.
- Круцио! - такой же результат.
- Круцио! - мышь дёрнулась, но не стала извиваться.
- Круцио!!! - почти нулевой результат.
- КРУЦИО! - рявкнул Поттер, что даже сорвал голос. Жертва дёргалась, но не так как надо. - Секо! - грызуна разрубило пополам. Смотря на остатки подопытного, Гарри признал, что сделал что-то не то. На глаза ему попалась потрёпанная книга, та самая, которую он отодвинул из-за своей излишней самоуверенности. Парень вздохнул, признавая своё поражение, и углубился в чтение.
- Для новичков нужна концентрация и особый настрой. - переписал он на пергамент со своей старой работой по защите от тёмных искусств. - Символичненько... - хихикнул Гарри. - Полная уверенность в своих действиях... никакой жалости или сомнений... Блин, я всё так и делал! - недоумевал Поттер, пока не дошёл до главы посвящённой Круциатусу. - Вот оно что! - воскликнул Гарри. - Для тех, кто никогда не использовал тёмную магию, советуется в роли подопытного выбрать то существо, которое он боится или то, которое вызывает отвращение. Да я никаких животных не боюсь: ни пауков, ни змей, ни крыс... Крыс! Анимагическая форма Петтигрю - крыса! - дошло до Гарри. Схватив палочку со стола, он направил её на мышь полёвку и трансфигурировал её в большую облезлую крысу, вылитого Хвоста.
" Он предал моих родителей, подставил Сириуса, перешёл к Волан-де-морту! Из-за этого куска дерьма я еле-еле выживал у Дурслей." - ярость захлестнула с головой, хотелось задушить или просто разрубить крысу. - Наслаждаться болью... - как-то ласково прошипел Поттер. - Я то буду, а ты...? - обратился он к уродливому созданию. Крыса привстала на задние лапки и смотрела на победителя Тёмного лорда своими мутными глазами.
- Круцио! - гаркнул подросток. Его ненависть и презрение превратились в мощнейший Круцио. ЛжеХвоста откинуло в противоположную стенку, и крыса забилась в страшных конвульсиях. Смотря на мучения животного Гарри чувствовал огромный прилив сил. Он отдавал много энергии на это заклятие, но ещё больше получал. Гарри Поттер почувствовал, что в нём происходят изменения: какие-то скрытые резервы вырывались из глубин его организма и растекались по венам. Ощущения, будто по венам побежала прохладная родниковая вода.
" Пробуждение тьмы!" - радостно вспомнил Поттер. В главе про круциатус было сказано, что при его применение из организма вырывается "пробка", мешающая использовать тёмную магию. Такая пробка была у каждого более или менее светлого волшебника. У такого же новичка в тёмных искусствах как Гарри, стоял просто железобетонный барьер, который рухнул только при использования Круциатуса, когда парень испытал настоящее наслаждение чужой болью. Гарри настолько растворился в пытке, что даже не заметил, как из глаз, ушей и рта крысы брызнула кровь. Всего полминуты хватило для гибели грызуна. Скорее всего, сначала он сошёл с ума, (если у него вообще был ум) а потом от ужасной боли мозг жертвы просто сварился (взорвался?) и вытек. С гибелью животного, действие заклятия прекратилось, и вся эйфория улетучилась. Только тогда Гарри понял, почему это одно из самых тяжёлых и энергоёмких заклятий: голова закружилась, палочка затряслась в руках, на лице выступил пот и перед глазами поплыли чёрные круги. Со счастливой улыбкой Поттер опустился в кресло: у него получилось! По виду крысы после пытки, заклятие получилось невероятно мощным.
"В книге было написано, что новички обычно держат заклятие около десяти секунд, а потом теряют контроль над собой. Я же продержал в три раза больше!" - гордился собой Поттер. В этом он опять видел свою уникальность. " А Империус? С первого раза!"
Обессиленный Гарри копил силы на последнее и самое страшное заклятие - Авада Кедавра. Накопив немного сил он шатаясь подошёл к клетки. В ней металась последняя обезумевшая мышь, изрядно перемазанная кровью собратьев.
- Авада Кедавра! - ничего.
- Авада Кедавра! - ощущение было такое, как-будто не палочкой, а пальцем тыкаешь.
- Авада Кедавра! - ни зелёных искр, н и ч е г о. Гарри попытался ещё пару раз, но опять не испытал никаких чувств. " Надо с этим что-то решать." - угрожающе подумал он.
. . . Покопавшись в книге, гриффиндорец нашёл ответы на многие вопросы. Во-первых, блестящая демонстрация заклятия подвластия была вызвана его прирождённым талантом.
"У некоторых людей есть природный талант или склонность к одному из трёх непростительных. Кто-то склонен к пыточному, кто-то к смертельному, а кто-то как Я." - понял Гарри. Несмотря на то, что Империус считался самым слабым из трёх преступных, Гарри был доволен. Он мог по первому желанию подчинять и крыс, и людей. Для этого, ему требовалось всего-лишь направить палочку и захотеть. Другие должны были тренироваться, копить отрицательные эмоции, а он нет. Прогресс в Круциатусе тоже был на лицо: единицы могут свести с ума крысу с первого раза, а он даже убил.
"Что касается Авады, то или я устал, или растратил все решительные эмоции, или..." - холодок пробежал по спине. " ... я в хожу в число тех, кто по каким-то непонятным причинам не может её использовать." - закончил Гарри и сразу же отмахнулся от этого варианта: что-то ему подсказывало, что он сможет прекрасно использовать Аваду, надо только немного подрасти.
Пока Гарри читал книгу, испытывал непростительные, думал, отдыхал, прошло три часа.
. . . Усталый и довольный Герой магического Мира вышел из Выручай комнаты. Сейчас он чувствовал себя чуть ли не на голову выше всех. Идя по коридору, он презрительно рассматривал редко бредущих учеников. Для него они были слабаками, никогда не использовавшие настоящую магию. Идти к друзьям не хотелось, потому что сейчас его состояние было невменяемое. Знать, что ты нарушил все правила, было восхитительно. Какая-то садистская улыбка постоянно блуждала по довольному лицу. Её он увидел возле кабинета заклинаний, когда заглянул в зеркало.
" Да, безумство меня не красит..." - подумал он, от улыбки все черты лица исказились. " Какое же у меня лицо было во время пытки?"
Пока он размышлял над этим вопросом, к нему подбежала невесть откуда взявшаяся Ромильда Вейн.
- Гарри, мне профессор Макгонагл просила передать. - сказала она, вручая записку.
- Это от неё? - поинтересовался Гарри, рассматривая второкурсницу.
- Нет, это от профессора Дамблдора.
Сердце у Гарри пропустило удар - он узнал?!
" Невозможно! События в комнате никто не может отследить, просто нереально. А всё-таки, неужели директор догадался?" - мысли роились в голове.
Чтобы унять страх неизвестности, Гарри развернул записку, написанную идеальным, Дамблдорским почерком.
" Дорогой Гарри!
Я бы хотел пригласить тебя для короткой беседы. Приходи, пожалуйста, ко мне в восемь часов вечера. Отработки с Филчем переносятся на шесть часов.
Искренней твой, Альбус Дамблдор.
P.S Я очень люблю кислотные леденцы."
" Чёрт... Дамблдору я не смогу соврать. Он сразу всё поймёт. А вдруг от меня как-нибудь чувствуется тёмная магия? Ещё Филч через час... Чёрт! Не пойду к этому сквибу, пусть сам свои полы лижет!"
- Ромильда, ты можешь сказать, что нашла меня в семь часов возле Хагрида. Скажи..., что я кормил соплохвостов. - придумал Гарри. Он надеялся после небольшой прогулки в лесу взять себя в руки и не проколоться перед вездесущим директором.
- Хорошо, Гарри, но зачем? - поинтересовалась Вейн. - Не хочешь идти на отработки? - предположила она.
- Можно и так сказать... - уклонился от ответа Поттер.
- Ну я пошла. - сказала Ромильда, видно надеясь, что Поттер её остановит и возьмёт с собой. Чувствуя, что надо чем-то отблагодарить девочку, Гарри сказал.
- Тебе не надо с домашним заданием помочь? У меня сегодня вечером есть свободный часик. - эти слова, как что-то инородное жгли его рот. После применения двух Непростительных, он, как мужской вариант Гермионы, предлагает этой малявки помощь с домашним заданием. Полный абсурд -но нужный. Может быть, Вейн и в другой раз прикроет его. Она вроде и так уже пару раз набивалась в друзья. А если она талантливая волшебница, то её можно и в клуб взять.
"Окончательно выгнать Гермиону и Рона, а Ромильду взять." - сам себе предложил Гарри. " Это девочка влюблена в меня, она может быть полезна... Намного полезнее лохматой выскочки и рыжего неандертальца."
- Я не против. - заявила второкурсница, пытаясь косить под взрослую. Её напускной вид кричал: так и быть, уговорил.
" Ещё бы, ты была против." - чуть не буркнул парень.
- Вечером жди меня в гостиной. - коротко бросил Гарри и поспешил покинуть школу. Разговор с Вейн устранил остатки радостного безумства, но прогулка по лесу должна была окончательно развеять страх перед нежданной встречей. Добравшись до опушки леса, ни кем не замеченный Гарри юркнул в него. Многие называли его тёмным, запретным, ужасным, но ,несмотря на все страшные названия, он был очень красив. Необычные растения, гигантские деревья, торчащие корни, лианы, всё это делало его таинственным и загадочным. С одной стороны солнечный свет, еле пробивающийся сквозь огромные кроны деревьев, с другой уютная полянка с ещё не пожелтевшей травкой. Здесь с любым настроением, насколько оно плохое или хорошее не было, можно было найти место по душе, такое, из которого не хочется уходить. Бродя по прохладному лесу, Гарри понимал желание Хагрида работать лесничем.
- С такой работой и курортов не надо. - пробормотал Поттер. Запахи в лесу кружили голову, уставший путник всё сильнее и сильнее хотел прилечь на травку или на хвойную подстилку и задремать, не думая ни про Дамблдора, ни про Филча. Бродя по лесу, Гарри сравнивал себя с девушкой, бродящей по полю и собирающей цветы. Страхи улетучились, силы восстановились, отговорки на все случаи придуманы, - можно было полежать. Позвав Салазара, фамильяр должен почувствовать зов хозяина и приползти, но несмотря на все "должен", Гарри чувствовал себя глупо, когда звал его находясь в самой глубине леса, Гарри завалился под ёлкой. Место было очень красивое, такой пейзаж маленький Гарри видел только по телевизору, когда мыл пол в зале у своих родственников. Лёжа на земле и гипнотизируя кусочек небо, пробивавшийся сквозь ветки, Гарри решил увековечить память о себе и о сегодняшнем событие. Он хотел, чтобы и через сто лет, когда его уже не будет, это место было бы связано с ним.
" Оставить здесь ценную вещь? Глупо, никто не будет знать, что она принадлежит мне. Дорогие вещи для меня только - палочка, мантия и карта. Оставить их здесь идиотизм. Написать своё имя?" - размышлял Гарри, последний вариант манил его больше всего. Осмотревшись, Гарри обнаружил плоский камень, оплетенный мощными корнями дерева. Очистив его от мха и желтых иголок, Поттер заклятием начертил.
" Гарри Джеймс Поттер. 18/09/94."
Буквы на удивление вышли каллиграфически правильными, никакого намека на ужасный почерк, которым среди учителей славился Гарри. Имя и дата навсегда въелись в камень, им суждено было просуществовать не одну тысячу лет. Смотря на рукотворную красоту, Поттер заметил схожесть дикого камня с надгробием.
- Так и есть. Сегодня умер старый Гарри Поттер. Тот, кто был на побегушках у родственников, тот, кого пинал Снейп, тот, кто заглядывал в рот своим нудным друзьям. Восемнадцатое сентября девяносто четвёртого дата рождения нового Гарри Поттера, - могущественного и великого. Восемнадцатое сентября, день, когда я впервые применил Непростительные, и сделал свой выбор. Когда я впервые убил двух более или менее разумных существ. Это памятник от меня и для меня. От старого Гарри - к новому. - торжественно сказал Поттер.
- И я перед этим местом клянусь, что стану лучше чем был, стану идеальным. - поклялся Гарри. - Я отомщу своим родственникам. Я прошу только одного - стать более злопамятным. Я ненавижу, когда моя ярость и ненависть постепенно уменьшаются. Даже сейчас я не настолько сильно ненавижу Дурслей: раньше я готов был вырвать им глотку, сейчас же, мои обиды потихоньку затягиваются. Конечно же, я всё также ненавижу их, но уже чуточку меньше. Это моя самая слабая черта, и я её ненавижу! Любимое Дамблдорское умение прощать...! - выплюнул Поттер. - Если можно было, я бы вырвал его вместе с частью души, чтобы никогда не сомневаться. Жалко такого нельзя... Но я сломаю свой проклятый организм, если надо, то сломаю и душу, но научусь контролировать свои эмоции, заставлю их работать на меня, подчиняться мне. - прошипел Поттер на смеси обычного языка и змеиного языка. Обращаться к камню, почему то не казалось ему странным, наоборот, всё было как-то естественно.
Камень с вырезанной датой и именем и вправду был памятником, только не старому, а всему Гарри Поттеру. В этом человеке останется так мало от Гарри Джеймса Поттера, что называть его этим именем будет просто глупо.

0

17

Глава 15.

Сидя под деревом, Гарри вдыхая аромат леса, поигрывал палочкой. Раньше он не замечал всю её красоту, хоть для него она и была продолжением руки. Он воспринимал её как нужную деревяшку, сейчас же, смотря на тонкую работу, он понял смысл высказывания - "самое красивое, что человек создал - это оружие."
" Мне надо создать группу преданных мне людей. Тех, кто будет безоговорочно слушать меня: Невилл, братья Криви, Парвати, Лаванда, Ромильда. Надо избавиться от Рона и Гермионы. Почему-то, когда я вижу или, не дай бог, слышу этих двоих, то меня сразу начинает тошнить."
Пока Гарри строил планы на будущее, к нему приполз Салазар. Взяв на руки питомца Гарри рассказал ему обо всём. О том, как его задолбали друзья и что он решил изучать тёмную магию, как он пытал и убивал мышей. Салазар полностью согласился со своим хозяином, по его мнению, сила плохой не бывает. Когда Гарри стал уходить, змеёныш напросился с ним, " я наелся на месяц вперёд, поэтому хочу поспать в тёплом чемодане."
Обратная дорога, заняла меньше часа. Оставив фамильяра возле кабинета директора, Гарри уверенно шагнул внутрь. Директор сидел и читал "Трансфигурацию сегодня".
- Гарри! - оторвался от статьи Дамблдор. - Ты как раз вовремя. Садись, мой мальчик.
- Здравствуйте, профессор. Что-то случилось? - поинтересовался Гарри. - Мне Ромильда полчаса назад от вас записку принесла. Я кормил соплохвостов Хагрида и сразу же пришёл к вам.
- Ты пропустил отработки с завхозом? - несмелый кивок. - Ну ничего страшного, - старик лукаво блеснул очками. - У нас с тобой важный разговор.
- Важный? - прикинулся дурачком Гарри.
- Да. Пожалуй, начнём с приятного. В этом году все учителя отметили твои углубленные познания в предметах. Филиус и Аластор в один голос кричали мне о твоём таланте к их предметам. Даже профессор Снейп, отметил ваши успехи.
- Неужели? - иронично протянул гриффиндорец. - Что-то не верится.
- Он стал меньше жаловаться на вас. - пояснил Дамблдор. - Мой мальчик, я хочу выразить перед тобой огромное уважение, в твоём возрасте побороть Империус. Удивительно! Рад, что тёмное заклятие никогда не будет властно над твоей светлой душой! - директор сиял от радости, Гарри еле сдержался, чтобы не ухмыльнуться. - Из всего курса его смогли побороть только ты и мисс Лестрейндж. - всё, комплимент испорчен, улыбка увяла.
- Лестрейндж? - недовольно переспросил Гарри.
- Да, Диана замечательная девушка, немного гордая, но замечательная... Представляешь, смогла побороть заклятие с первого раза! - как бы по секрету сказал профессор.
- Замечательно... - выдавил Поттер сквозь стиснутые зубы. Это пожирательская выскочка опять обошла его!
- Я знаю ваши натянутые отношения. Но ... – старик хотел что-то сказать директор, но Гарри его бестактно перебил.
- Зачем вы приняли её в школу?
- Хогвартс принимает к себе всех желающих. Наша школа всегда была символом надежды и светлого будущего. - ответил Дамблдор.
- Я это знаю, но причём здесь Лестрейндж?! - окончательно потерял терпение Поттер.
- Она такая же ученица как и ты. - голубые глаза столкнулись с возмущёнными зелёными.
- Но я не понимаю, профессор! Какой смысл было принимать её? Она спокойно училась три года дома. Ей не нужен символ надежды в образе нашей школы. В первый же день, она стала задирать всех не чистокровных студентов, издевалась над Невиллом. - от Гарри буквально исходили волны недовольства. Их причиной было не переживание за других студентов, как наивно считал директор, а ярость, смешанная с завистью. Его бесило в ней манера поведения, её походка, её непоколебимая уверенность в себе. Бесило, когда она кидала на него такие взгляды, какими не смотрят и на флоббер червей. Она могла одним словом взбесить, опустить, растоптать его. Над её шутками смеялись не только слизеринцы, но и пуффендуйцы с когтевранцами. Идиот Макмиллан, Смит и их Ко. смотрели на неё как на богиню. Маклагген и тот, несмотря на свою принадлежность к красному факультету, пытался всеми способами привлечь её внимание к своей Павлинской личности. Он всегда начинал оскорблять или смеяться над Поттером, когда видел Диану. И самое главное, Гарри ужасно злился, когда слизеринка не прилагая усилий, легко обходила его почти во всём! Благодаря ей, Слизерин получал кучу баллов ежедневно, учителя ставили в пример. У Флитвика она стала такой же любимицей, как и Гарри. Да даже шизофреничный Грюм хвалил её! Одним словом, всё было несправедливо.
- Если она захотела в нашу школу, значит ей это надо. - твёрдо сказал профессор.
- Или потому что у неё влиятельные родственники, входящие в состав Попечительского совета школы. - буркнул Поттер.
- К сожалению, большинство её родственников в Азкабане, поэтому прошу не задирать девочку.
- Она сама кого хочешь обидит. - продолжал противиться Гарри. - Неужели вы не понимаете, что она при первой же возможности присоединиться к Волан-де-морту?
- Это серьёзное обвинение. - хмурился профессор. - Гарри, ты помнишь, сколько раз был не прав по отношению мистера Малфоя и профессора Снейпа? Послушай, Гарри... - тяжело вздохнул Дамблдор, видя мрачное выражение лица у своего любимого студента. - Ты может быть и прав, Диана пока на стороне тьмы, но я надеюсь, что пребывание в нашей школе растопит её обиду и злость.
- Вы всегда видите только лучшее в людях. - покачал головой гриффиндорец. - Ладно, профессор, может быть вы и правы, но я так не считаю. - тихо добавил Гарри, игнорируя возмущённое шипение портретов прежних директоров.
- Всё может быть... - подтвердил директор, внимательно смотря своими загадочными голубыми глазами. Этот разговор с Гарри, напомнил ему его многочисленные разговоры с Томом. Сколько раз, Дамблдор, тогда ещё учитель трансфигурации, пытался помочь Реддлу освободится от его злости и обиды. Сколько раз, он оставлял его после уроков и вёл заумные разговоры, которые к концу обучения Реддла переросли в банальные допросы. Хитрый слизеринец всегда виртуозно выкручивался, да не просто выкручивался, а почти заставлял Дамблдора поверить в свою невиновность. Если бы не сведения о прошлой жизни Тома в приюте, которыми обладал Дамблдор, профессор никогда бы не заподозрил этого талантливого сироту во всех странностях и происшествиях происходящих тогда в школе.
"Конечно, Том Реддл на четвёртом курсе уже владел искусством речи и ораторским искусством лучше, чем большинство взрослых и конечно же, лучше бедняги Фаджа, который непонятным образом умудрился стать министром." - признал Дамблдор.
- Мой мальчик, меня больше беспокоят твои отношения с родственниками. - наконец перешёл к главной части разговора профессор. Услышав это, Гарри разозлился: Какое дело директору до его семейных отношений?! - Артур сказал мне, что в день отъезда с Тисовой улицы ты поссорился с дядей, и тебя выгнали из дома.
" Тебя выгнали из дома... Он меня что, с собакой сравнивает?" - всё, что связывало парня с родственниками, вызывало у него отвращение.
- Он прав. Я больше с ними не живу. - медленно процедил Гарри. Профессор грустно улыбнулся, случилось то, чего он боялся.
- Конечно, это не моё дело и ты можешь ничего не говорить. - по-отечески сказал Дамблдор. - Но если ты хочешь, то можешь обсудить это со мной.
- Тут не о чем говорить. Они выгнали меня. - директор хотел что-то сказать, но Гарри опередил его. - И я не вернусь к ним.
- Гарри, по-моему ты не до конца понимаешь что случилось. - стал объяснять старик. - Твои родственники отказались от тебя, а ты отказался от них. Ты больше не считаешь Тисовую улицу своим домом, кровная магия твоей матери пала. Её жертва перестала спасать тебя от всех недоброжелателей. Сейчас Волан-де-морт и его последователи смогут легко найти тебя, не говоря уже о твоих абсолютно беззащитных родственниках.
" Плевал я на Дурслей, пусть сдыхают."
- Дядя с тётей будут сами виноваты в своих бедах! Они обращались со мной, как с домовиком. Они постоянно обзывали меня и моих родителей. - вырвалось у Гарри.
- Они обзывали Лили и Джеймса? - не поверил своим ушам Альбус. - Они конечно не эталон любящей семьи... но никогда бы не позволили себе говорить такое при тебе.
" Конечно, профессор, и били меня не они, а их злобные клоны."
- Они намного хуже, чем вы думаете. Они заставляли меня работать по дому с четырёх лет, морили голодом и иногда би... Плохо со мной обращались. Всегда говорили, что я им слишком дорого обхожусь. – безжизненным тоном сказал Гарри.
Дамблдор посерел от грусти и печали, его вечно весёлое лицо приобрело пару морщин. Неужели он собственноручно отправил Гарри в лапы любящих родственников?! Обрёк его настолько мучительных лет, проведённых в каждодневных издевательствах?
- Я не знал... - чуть хрипло сказал профессор. - Я всего лишь хотел защитить тебя от всех врагов и убийственной славы. - видя вопрос в глазах ученика, он пояснил. - Да, да славы. Представляешь, каким бы ты вырос, если бы с пелёнок пред тобой покланялись? Тогда бы ты не стал таким добрым и хорошим человеком, как сейчас. Я думал, что Петунья будет относиться к тебе хорошо, конечно не так, как к Дадли, но... В конверт с посланием я ведь положил пятнадцать тысяч фунтов! – проговорился директор. Он не мог подобрать нужного слова. Как надо относиться к сыну нелюбимой сестры, которой ты всегда завидовала и в тайне ненавидела?
« Дурслям заплатили, чтобы они приютили меня! Пятнадцать тысяч! А эти скоты даже не стали ко мне нормально относиться. Ещё одна галочка в мой пункт для мести.» - зловеще прищурился подросток.
- Профессор, я уверен, что им ничего не грозит. Волан-де-морт сейчас мечется по миру в образе духа, а оставшиеся Пожиратели всеми силами стараются откреститься от прошлого. На Чемпионате Мира они в ужасе бежали от метки. Все, кто избежал Азкабана, больше нас боятся возвращение своего хозяина. - уверенно заявил Гарри.
- Возможно ты и прав, но не стоит забывать про Хвоста, он ищет своего Лорда. - директор внимательно посмотрел на студента.
- С таким "талантливым" слугой, Лорд ещё не скоро вернёт тело. - засомневался Гарри, пытаясь забыть о летнем видение. - А может и окончательно сгинет. - замечтался он.
- Не стоит недооценивать Тёмного Лорда. Он познал такую магию, что от него можно ожидать всего.
- Я просто замечтался. - улыбнулся Гарри.
- Защиту твоей матери уже не восстановить, но остаётся ещё один способ скрыть твоих родственников. Заклятие Хранителя. - подвёл итог величайший светлый маг современности.
" Что?! Он и вправду думает, что я запечатаю в своём сердце, в своей душе местоположение этих выродков? Эти гады об меня ноги вытирали, а я их спасать должен? А как же план моей мести? Дамблдор сразу всё поймёт, случись, что с Дурслями! Ну уж нет, я категорически против, только как объяснить это Дамблдору, похоже отказов он не принимает." - начал лихорадочно соображать начинающий тёмный маг.
- Я вижу, что ты не согласен, мой мальчик. И не могу винить тебя. Просто подумай, ты можешь спасти три невинные жизни. - гипнотизировал директор своего подопечного.
- Я не против, сэр. Просто, насколько я знаю, для заклятия Хранителя нужны искренние эмоции. Хозяева дома должны доверять защитнику. Может быть, лучше сделать Хранителем мою тётю? - обошёл все острые углы начинающий тёмный маг.
- Хранителем может быть только волшебник. - покачал головой Дамблдор.
- Мы можем что-нибудь придумать? - с надеждой спросил Гарри, с щенячьим ожиданием смотря на бороду директора. В его тоне было столько надежды, что Альбус даже не заподозрил его в неискренности. Для Величайшего светлого мага Гарри Поттер оставался отважным, добрым, честным и отзывчивым ребёнком. Он видел в нём только то, что хотел. Его разговор о Лестрейндж был проявлением бескорыстной заботы к всем нечистокровным студентам и к Невиллу в частности. Небольшой спор с директором отражал его прямой и несомненно искренний характер. Злость на родственников была вызвана возмущением по поводу оскорбления памяти родителей. Дамблдор был уверен, что мальчик настолько светел, что даже своим мучителям в глубине души желает только добра.
" Он идеальный, светлый ребёнок." - ласково смотрел Альбус на ученика, заменившем ему внука.
- Я обещаю тебе, что приложу все силы, но защищу их. - пообещал он. - Тринадцать лет назад я в дополнение к защите твоей матери наложил всевозможные щиты на дом твоей тёти. Сейчас я обновлю их, и семья Дурслей будет в полной безопасности. Мою защиту наврят ли кто-нибудь сможет обойти.
" Старый хвастун. Может быть, твои заклятья защищат дом и придомовую территорию, но ничто не сможет спасти их, если они поедут на пикник или в парк аттракционов." – коварно подумал Поттер, при этом демонстрируя немного стеснительную, но благодарную улыбку. Улыбку, которой он улыбался, когда был слабым идиотом.
- А где же будешь жить ты, Гарри? - обеспокоенно поинтересовался директор.
- У Рона, может быть в Дырявом котле.
- Так и решим. Насколько я знаю, Артур и Молли предложили тебе кров на всё лето.
" В этот раздолбленный курятник я больше не ногой. Рон и Джинни меня здесь уже достали... А в Норе мне придётся терпеть ещё и их родителей."
- Профессор, я пока не думал об этом. До летних каникул ещё уйма времени! - Гарри попытался состроить наивно-глупое выражение лица Лаванды при ответе на сложный вопрос. Старик улыбаясь, смотрел на своего ученика:
" Какой же он ещё ребёнок! У него на лице всё написано... Вот она, наша главная надежда в наступающей войне - противовес Тому."
- Иди, мой мальчик. Не смею тебя больше задерживать.
- Спокойной ночи, сэр. - искренне пожелал Гарри.
Стоило Поттеру отойти на безопасное расстояние от кабинета директора, как всё напряжение, вся лавина чувств погребённая под ложными эмоциями прорвалась в образе хихиканья.
- Я только что смог обмануть Дамблдора! - восторженно сообщил он Салазару, даже однообразный змеиный язык не смог скрыть радость.
- Я горжусь вами, хозяин. - прошипел Салазар.
- Я смог без труда обвести старика! Он даже не о чём не заподозрил, понимаешь? Через полгода я смогу нанести благодарственный визит к Дурслям. Я уничтожу их и свалю всю вину на Волан-де-морта. Никто никогда не догадается. - возбуждённо шипел Гарри.
- Не спешите, хозяин. Старик очень умён, я чувствую его мощь даже здесь. Он может догадаться и тогда всё пропало... Нас поймают и посадят. - предостерёг фамильяр своего чересчур нетерпеливого хозяина.
- Нас? - переспросил Гарри.
- Я отправлюсь с вами. - Гарри хмыкнул. Он сразу же представил Салазара в маленькой клетке, окружённой дементорами. - Но лучше вам быть осторожным.
- Я знаю, знаю. Нужно будет проделать всё предельно аккуратно.
- В школе вы должны вести себя как обычно. С ваших слов я понял, что многие относятся к вам недоброжелательно, а многие слишком положительно. И тем, и тем нельзя доверять, их нужно проверить. Главное найти золотую середину, тех, кто не будет привлекать внимание, и будет держать язык за зубами.
- У меня есть такие люди. Они состоят в моём кружке по Защите. Я там доверяю почти всем, за исключением одной парочки. - гриффиндорец конечно же имел в виду своих первых друзей.
В гостиную Гарри пришёл уже после ужина. Первое, с чем ему пришлось столкнуться, были, как он и предполагал его друзья.
- Гарри, мы тебя весь день не видели! - воскликнул Рон. - Где ты был?
- Я сначала гулял, потом кормил соплохвостов, а потом беседовал с Дамблдором. - этого ответа хватило, чтобы нормальные люди, такие как Невилл, Парвати и Лаванда отстали, но... Рон никогда нормальным не был.
- Ты гулял весь день? Без меня? Почему ты меня не позвал? - начал бушевать Рыжий.
" Оглушить его что-ли?"
- Я хотел побыть один. - честно ответил абсолютно спокойный Гарри.
- Ты вообще в последнее время всегда один! Шляешься не понять где, неужели ты думаешь, что я не замечал, как ты пару раз уходил куда-то ночью?
" Я тебе язык вырву!" - подумал Гарри. Он никогда не понимал любовь Рона, Гермионы и Джинни к прилюдным спорам. " Нет чтобы в пустом классе поорать друг на друга... этим обязательно надо пару десятков слушателей."
- В последнее время я люблю одиночество. - уже холодно сказал Поттер.
- Ты просто никого не хочешь брать с собой. Мне кажется, что мы уже и не друзья. - Уизли зло посмотрел в глаза другу.
" Если бы... Как бы я этого хотел."
- Думай что хочешь. Если тебя не устраивает моё новое поведение, то это уже не мои проблемы. - заявил Гарри. Рон не поверил своим ушам: дружбе конец?
- Ты сделал домашнее задание? - наконец утихомирил свой пыл Уизли.
" Чёрт!" - про себя выругался Гарри, Рон никак не хочет с ним ссорится! " А почти получилось, ещё бы чуть-чуть и он бы сказал что-нибудь лишнее, а я бы в свою очередь смертельно обиделся. "
- Я обещал одной второкурсницы помочь с домашним заданием. - из-за злости даже не получился сожалеющий тон.
- Зачем, Гарри? Ты же раньше такого не делал, помоги лучше мне.
- Я тебе и так раньше помогал. Сейчас делай всё сам, я же не буду всё за тебя решать.
- И сделаю! - прошипел Рон и сгребя учебники пересел к близнецам.
" Гарри, ты идиот. Даже с этим поссорится не смог." - мысленно дал себе подзатыльник парень. Гарри нашёл взглядом Вейн, которая сидела в окружение хихикающих подружек. Стоило Гарри подойти к ним, "лишних" девочек, как ветром сдуло.
- Как дела, Ромильда? - ради приличия поинтересовался Гарри.
- Всё отлично, тебя ждала. - неуверенно улыбнулась она.
- Тебе помочь? Может что-то непонятно? - парень попытался скопировать добродушный тон директора, но к счастью не получилось.
- Помоги мне с Трансфигурацией и травологией. - попросила девочка.
- Конечно. - парень жестом подозвал Невилла и попросил того черкнуть пару строк про какое-то жутко-нудное растение. Видя, как Долгопупс раздувается от гордости, Гарри заранее догадался о Превосходно, которую получит Вейн за эту работу. Сам же он принялся рассказывать ей про азы трансфигурации, потом постепенно перешёл на азы по Заклинаниям, рассказал ей про классификацию заклинаний. В общем говорил всё самое интересное, по немного заинтересовывая Ромильду. Гарри было смешно смотреть, как она записывает самое главное из его речи, да он просто чувствовал себя стариком!
Несмотря на юный возраст, Вейн задавала взрослые вопросы, до которых не додумались бы и четверокурсники, за исключением Гермионы. Беседуя с ней, Гарри начинал понимать преимущества аристократов перед маглорождёнными. Ромильда всю жизнь провела в магическом мире. Она слышала разговоры родителей, копалась в их книгах, читала журналы, в общем, подсознательно понимала всю суть магии. Можно сказать, что Гарри её только подталкивал, а остальное додумывала она. Просвещая Вейн, Поттер так увлёкся, что забыл и про своё домашнее задание и про время. Под конец разговора Гарри окончательно подсадил Вейн на самый сильный наркотик - жажду знаний. Посмотрев на свои часы, парень спохватился и пообещав продолжить разговор завтра, принялся за своё домашнее задание. Ромильда благодарно улыбнулась и, пожелав спокойной ночи, отправилась в свою спальню.
" Вот так помогай людям." - вздохнул Гарри, смотря на пустую гостиную и учебник по зельеварению.
В итоге он ещё долго сидел в одиночестве и, неторопясь писал эссе по зельеварению и конспект для Грюма. Благо, что заботливые Парвати с Лавандой подсунули ему готовый гороскоп по прорицанию.

0

18

Глава 16.

Утро нового дня началось необычно - Гарри почти проспал. Он обычно всегда вставал за несколько часов до других, а сейчас встал одним из последних. Поттер схватил сумку и торопливо выскочил из своей комнаты. Он специально шёл по тайным ходам, чтобы быстрее добраться до Большого зала. Добравшись до зала, парень обнаружил, что совсем не хочет есть.
" Проклятье! Сначала опаздывал, бежал как дурак, потом прибежал раньше всех и понял, что просто не могу смотреть на еду!" - психанул Поттер. Он давно заметил, что что-то в его организме стало барахлить. От его ненасытного аппетита, который он испытывал с первого курса и который заставлял его сломя голову бежать на завтрак, не осталось и следа. В последнее время он просто не мог смотреть на еду как минимум до десяти часов, поэтому запихнуть в себя еду в восемь утра, представлялось чем-то сверхъестественным. Гарри ничего не оставалось, как сидеть за столом и здороваться со своими однокурсниками.
Смотря на кучу жующих и болтающих детей, парень чувствовал отвращение. "Нет, со мной и вправду что-то не то... Но как же они меня бесят!" - заскрипел зубами гриффиндорец. Как только представилась возможность, Гарри свалил от этой жующей толпы.
Глупое прорицание, скучное зельеварение... Казалось, можно сойти с ума. Предмет Грюма, и тот не оправдал ожидания Гарри. Вместо обещанной практики они писали большой тест. Смотря на идеальную работу, которую Поттер написал быстрее всех, он всё сильнее понимал отсталость предметов в школе.
" Бред, бред!" - чуть было не крикнул Гарри. " Как можно стать полноценным магом с таким обучением?! Как ни странно говорить, но самые информативные уроки получаются у Снейпа! Флитвик, конечно мой любимый учитель, но его мягкотелость... Мы уже месяц учим это дурацкое Акцио! Грюм и тот не оправдал моих надежд!" - Поттер сломал перо от ярости. Нахождение в школе казалось ему пустой тратой времени.
- Вам нечего делать, мистер Поттер? - проклокотал Грюм. " Чёрт, забыл про волшебный глаз." - спохватился Поттер.
- Я уже написал весь тест. - просто ответил Гарри, восстанавливая заклятием сломанное перо.
- Так вам не чем заняться?! - притворно удивился Грюм.
- Я написал весь тест. - повторил Гарри, чувствую какой-то подвох.
- Я заметил... Уизли! - рявкнул профессор. - Хватит списывать у мисс Грейнджер!
Видя, как покраснел Рон, Поттер чуть улыбнулся: стоило только ему не дать списать рыжему, как тот стал абсолютно беспомощным.
- Что же касается вас, мистер Поттер...
" Что-то в этом году меня всё касается..." - невесело вздохнул парень.
- ...то, я бы посоветовал прочитать вам про заклятие Конфундус. - закончил Грозный Глаз.
- Конечно, профессор. - обрадовался Гарри и принялся читать параграф.
- Профессор, я тоже закончила с тестом, можно и мне прочитать про Конфундус? - через пять минут протараторила Гермиона, и посмотрела на профессора умоляющим взглядом.
" Нет, нельзя." - чуть было не съязвил Гарри. Он не понимал её любовь к мельтешению перед всеми учителями. Сам Гарри никогда не лебезил ни перед кем: он понимал, что большинство учителей это недолюбливают, да и гордость не позволяла этого.
- Как хотите. - бросил через плечо Грюм. Гермиона как собака зарылась в книгу, от чего Рон, сидящий рядом с ней скорчил непередаваемое лицо.
- Профессор, я всё. - негромко сообщил ученик своему учителю.
- У нас семнадцать минут до конца урока. - задумчиво прохрипел профессор. - Всем сдать работы!!! - неожиданно рявкнул он. - Поттер встаньте!
Гарри встал и недоуменно посмотрел на бывшего мракоборца.
- Все в старый кабинет! - рыкнул он и заклинанием открыл старую дверь, которая из одного класса вела во второй. В старом классе никто ещё до этого не был.
Гарри первый зашёл в незнакомое помещение. Не считая пары старых парт и кучки стульев, сваленных в углу, кабинет был абсолютно пустой.
" Что задумал Грюм?" - пытался сообразить Поттер. " Наврятли он позвал всех только для того, чтобы я продемонстрировал Конфундус."
- Поттер, нападайте на меня. - невозмутимо заявил бывший мракоборец. Видя неуверенность ученика, он добавил: - Неужели вы думаете, что ваш Конфундус сможет нанести мне существенный вред?
- Конфундус! - молниеносно выкрикнул Гарри. Искалеченный учитель, ловко увернулся от заклинания. У всех появилось такое ощущение, что одна нога быстро укоротилась по отношению к другой и тем самым не дала Конфундосу попасть в цель. Тут из уродливого посоха вылетел какой-то сгусток энергии и Гарри ничего не оставалось, как совершив огромный прыжок, влететь в толпу зрителей.
- Отличная реакция. - похвалил профессор. - Мисс Грейнджер, ваша очередь!
" Хоть цел остался." - поблагодарил Мерлина Гарри и принялся смотреть за действиями Гермионы. Его подруга вышла вперёд, и медленно подняв палочку, произнесла заклинание. Профессор видно пожалел девочку и не стал стрелять в неё из своего посоха, он просто поставил щит. Гарри всё меньше и меньше понимал смысл происходящего, он вопросительно посмотрел на Лаванду. Та только пожала плечами и неопределённо мотнула головой.
- В войне с тёмными силами, даже ваш друг может оказаться врагом. Тяжело противостоять врагам, но ещё более тяжело противостоять друзьям. - парень и девушка сразу же поняли смысл и старались не смотреть друг-другу в глаза.
- Мистер Поттер, мисс Грейнджер, представьте, что вы враги.
" Легко." - радостно подхватил Гарри.
- Начинайте. - потребовал он. Гарри ухмыльнулся, смотря на растерянную Гермиону, когда та увидела его хищную улыбку, то почувствовала себя ещё более неуверенной.
- Дуэль? - на всякий случай переспросил Гарри.
- Да.
Поттер достал палочку и отсалютовал ею оторопевшей Гермионе с таким изяществом, будто делал это уже много раз. Гермиона как лунатик повторила за ним. Гриффиндорцы и Когтевранцы затаили дыхание, и отошли подальше. Всем было интересно только одно - кто победит: лучшая ученица и главная заучка или Гарри Поттер, который проявил в этом году невесть откуда взявшиеся таланты. Гриффиндорцы в основном болели за Гарри, в отличие от когтевранцев, которые уже успели подсчитать в уме все плюсы и минусы и решить, что победит Гермиона, превосходящая знаниями парня.
- Начинай. - хмыкнул Гарри, как-будто делая одолжение. Он уже подозревал итог дуэли.
- Экспелиармус! - выкрикнула Гермиона.
" Как банально." - подумал парень, уходя с траектории луча.
- Инкарцео! Остолбеней! - пальнул он, уверенный в своём попадание, ведь с такого ничтожного расстояния было грех не попасть. Лучи попали, но в щит, моментально наколдованный Гермионой.
- Петрификус Тоталус! - не осталась в долгу Гермиона.
- Остолбеней! - успел воскликнуть Гарри, пока парализующее летело в него. - Протего! - ещё бы секунда и луч попал бы в цель. Щит Гарри даже не вздрогнул от атаки. - Локомотор Мортис! - закончил Поттер свою серию, целясь в неприкрытые щитом ноги.
Гермиона ловко увернулась от оглушающего, но мощный щит, вызвал у неё удивление, благодаря которому она и пропустила ножную подсечку. Она рухнула на спину и негромко взвизгнула.
- Акцио! - спокойно произнёс Гарри и уже через секунду почувствовал чужую палочку в левой руке.
" Победа." - усмехнулся Поттер. Ему было плевать, что это победа над более слабым противником, да и к тому же девушкой. Да и назвать Гермиону слабой язык не поворачивался. Она была очень умная, но у неё никогда не было практики, она не могла быстро строить комбинации атак. Все захлопали, но Гарри даже не обратил на эти овации никакого внимания, он насмешливо смотрел на проигравшую подругу. Его глазам предстала картина из разряда " спустили с неба на землю ". По другому расстроенную девушку, которая валялась на полу и силилась встать, нельзя было назвать.
- Вот вам настоящая практика, а не пустая теория. - одобрительно сказал Грюм.
- Можно попробовать ещё? - выпалила Грейнджер, надеясь взять реванш.
- Хватит, на мой взгляд, вам всё равно не победить Поттера. - моментально разбил надежды гриффиндорки профессор. Той ничего не осталось, как протянуть руку к Гарри.
- Финита. - фыркнул Поттер и милостливо протянул палочку владелице.
- Следующий урок - практический. Я разобью вас на пары, и вы покажете мне свой настоящий уровень. Поэтому прочитайте на выходных, как правильно вести дуэль. - рыкнул Грюм.
- Профессор Локонс нам уже показывал искусство дуэли. - возразил кто-то с когтеврана.
" Искусство дуэли... Этот идиот своей жопой чуть подмосток нам тогда не сломал." - презрительно фыркнул Гарри.
- Занятия с тем шарлатаном не в счёт. - отрезал профессор.
- Поздравляю с победой. - искренне пожелала Гермиона, тем самым признавая превосходство друга.
- Спасибо. - улыбнулся Гарри. " Только слабаки радуются поражению."
Не успели Гарри с Гермионой отойти от профессора, как их облепила свора однокурсников. Вокруг Гарри вились члены его кружка, в глазах которых читалось ликование.
" Победа лидера - победа всех его подчинённых. " - только что понял одно из наиважнейших правил Поттер. " Они, наверное, описались от восторга, если бы я показал им часть настоящей магии - тёмной магии." - хмыкнул Поттер. Ему было даже немного жаль этих ограниченных личностей. " Ну ничего, некоторые из них достойны познать её со мной, я возвышу и себя и их. Дам им шанс."
- Как ты отразил заклятие Гермионы? - воскликнул Рон.
- Я использовал заклятие Протего. Протего - это простейшие Щитовые Чары. - предвидя вопрос, пояснил Поттер.
- Круто! Научишь меня? - спросил Рон.
- Ну конечно же... - Гарри улыбкой приободрил друга. " Нет."
- Гарри, где ты узнал про щитовые Чары? - пристала Гермиона.
- После потасовки со слизеринцами выучил. - впервые честно ответил гриффиндорец.
- Как у тебя получился такой мощный щит? Он даже не дрогнул от моих атак! - без перерыва тараторила Грейнджер.
- Протего - это простейший щит. - повторил Гарри. - Существуют и более продвинутые версии.
- И ты их знаешь? - сгорая от любопытства, спросила Гермиона.
- Парочку. - прибеднился Гарри.
- Научишь?
" Вы что, сговорились сегодня?" - матернулся "учитель". - Конечно научу. - заверил он вслух. " Всего лишь за эссе по Истории Магии." - хитро добавил про себя. " Это же справедливо: я тебе, ты мне."
- Давай сегодня вечером? - не могла угомониться лучшая ученица.
- У меня отработки. - притворно приуныл Гарри. " Подумать только, эти двоя меня так достали, что я уже и отработкам рад!"
- Тяжело приходиться. - заботливо спросила девушка.
- Нет, мама, просто противно мыть пол со слизнями. - не сдержался парень. Ведя эту надоедливую беседу в стиля "мама - сын" Поттер уже успел сто раз поблагодарить Волан-де-морта за убийство родителей. " Неужели, всех детей так достают родители? Тогда можно считать, что мне повезло. Родители... зачем они мне? Мне и одному хорошо. " - впервые Поттер ощутил отвращение, вспоминая их.
- Завтра первый поход в Хогсмид. - напомнил Рон. - Куда пойдём? Я предлагаю сначала в Сладкое королевство, а потом к Мадам Розмерте. Кстати, ещё в Зонко можно зайти! - стал предлагать варианты Уизли. Гермиона смотрела на равнодушного Гарри, который даже не слушал. Почему-то ей показалось, что они пойдут в деревню без него.
- А как хочешь ты, Гарри? - осторожно спросила она.
- К сожалению, я не смогу пойти с вами. Я ещё пару дней назад пригласил Лаванду. - похвастался он.
- Но... - Рону как-будто перекрыли воздух. - Но... Ты и вправду идёшь на свидание? - завистливо выпалил он.
- Мы так рады за тебя Гарри. - поспешно добавила Гермиона. Она была искренне рада, что Гарри преодолел свою стеснительность.
- Спасибо, правда я немного переживаю. - ответил Гарри, попутно делая заметку: расспросить у близнецов все нюансы в отношениях с девушками.
- Не парься, будет очень интересно. - с видом знатока заявил Рон, даже Гарри, не смотря на всю свою выдержку не удержался от закатывания глаз. - Мы можем вместе посидеть за кружечкой сливочного пива. - лучезарно улыбнулся двухметровый амбал.
- Прости, Рон, но я с Лавандой пойду отдельно. Она всё время говорила про какое-то кафе. У " Мадам Паддифуд" кажется... - нахмурился Гарри, силясь вспомнить название. - Только мы будет одни, без Вас. - холодно подчеркнул Гарри.
- Понятно. - буркнул рыжий, больше эту тему никто не затрагивал. Трое друзей шли молча, пока Гарри не сослался на запланированную встречу с Лавандой. Как только Гарри ушёл, Рон и Гермиона потеряли связующее звено. Эти двое грустно проводили взглядом своего уходящего друга, таким чужим они ещё его не видели.
- Мальчики просто теряют голову из-за девочек. - попыталась найти оправдание Грейнджер.
- Ага... Это нас он бросил. - уныло буркнул Уизли и поплёлся на обед.
Сам же Гарри, как только скрылся от друзей поблагодарил Мерлина за избавление и активировав карту принялся искать на ней близнецов - советы нужны были немедленно. Просматривая десятки лишних фамилий, Гарри обнаружил точку с именем " Аргус Филч ". Точка маячила в пустынном коридоре.
" Филч..." - губы растянулись в змеиной улыбке. " Пора тебя наказать, вонючий сквиб." - парень имел на него большой зуб. Видя, что на верхних этажах никого нет, за исключением Треллони, сидящей в башне, Гарри решил действовать. Накинув мантию, предварительно осмотрев коридор на отсутствие слишком любопытных портретов и наложив чары бесшумности, Поттер кинулся к жертве. Он как охотник бежал по тайным ходам и наконец, настиг жертву. Завхоз мыл пол и что-то еле слышно бурчал.
- Крокус. - не размыкая губ, шепнул "охотник." Это было одно из заклинаний его отца. Мародеры использовали его, чтобы над кем-нибудь подшутить. Смысл заклинания был прост: жертва пару минут не слышала посторонних звуков, поэтому можно было делать с ней всё что угодно.
- Вингардиум Левиоса! - шепнул Поттер. Доспехи заскрипев, взмыли над постаментом. Чёткий взмах палочкой и латы с большим ускорением припечатывают сквиба к полу. Крик завхоза, отвратительный хруст и чудовищный лязг прокатились по пустому коридору. Сердце у Поттера забилось сильнее: он убил Филча!? Через секунду из под лат поднялся ужасающий вой, крики о помощи, маты, переросшие в отвратительный плач. Переломанный старик дёргался в конвульсиях. Перед тем как сбежать, Гарри метнул на него безумный взгляд.
" У него сломана спина!" - у гриффиндорца закружилась голова от вида изломанного тела дергавшегося на полу. В этот момент в растерянном Гарри как-будто открылся второй, ещё более расчётливый ум. В голове мелькнула только одна мысль - бежать!
Гарри ринулся в самую пустынную часть школы - на верхние этажы, с них можно было незаметно спуститься по малой лестнице до гостиной или до Большого зала. Поттер бежал, не обращая внимания на косяки дверей, в которые он еле попадал. У подростка кружилась голова - он не хотел настолько покалечить Филча! По его плану, доспехи должны были придавить его, а не сломать.
- Ложь. Я хотел этого. - хрипло сказал Гарри. Он знал, что хотел, но не знал почему. Откуда у него взялась мысль напасть на этого сквиба? Когда гриффиндорец обрушивал латы на Филча, то ему почудилось, будто кто-то железной рукой сжал его руку и помог уверенным пассом отправить в полёт тяжеленный снаряд.
Кравшийся самыми тайными коридорами, Гарри попутно следил за картой. Вокруг Филча уже суетились какие-то ученики, а с Большого зала бежали учителя.
" Невилл, мне нужен Невилл..." - лихорадочно думал Поттер. " Если что, он докажет, что я был с ним." К счастью, Долгопупс не сидел вместе с остальными членами формирующегося клуба в Большом зале, он сидел в оранжерее номер четыре.
Со всех ног Поттер кинулся туда. По пути ему попадались взволнованные ученики, но невидимый Гарри благополучно добежал до выхода из школы и наконец, добрался до оранжереи. Стащив мантию и отменив заклинание, Гарри сказал:
- Привет, Невилл.
Долгопупс вздрогнул, но когда увидел друга - расслабился.
- Я думал ты на обеде.
- У меня были дела по важнее. - скривился Гарри, даже в таком состояние он создавал себе репутацию.
- Какие? - полюбопытствовал Долгопупс.
- Узнаешь... - прошелестел Поттер, надеясь, что такая демонстрация силы, заставит Долгопупса ещё больше почитать его.
- Ты опять устроил дуэль? - полный гриффиндорец наконец оторвался от клубней каких-то растений.
- Нет, ты недооцениваешь меня... - парень прищурился и впился в глаза собеседнику: - Обещай, что никому не скажешь.
- Обещаю. - не раздумывая согласился Долгопупс, ему не терпелось узнать ещё одну тайну своего кумира.
- Я только что покалечил Филча, а может быть и убил. - легко улыбнувшись признался Поттер, насмешливо ожидая реакцию друга.
- Смешно. - улыбнулся Невилл и вернулся к своим растениям. В Гарри поднялась ярость. Он схватил однокурсника за шиворот и швырнул на землю.
- Ты мне не веришь? - прошипел Поттер прижимая палочку к шеи растерянного собеседника.
- Я в...верю... - испуганно выдавил Долгопупс. Гарри впервые с отвращением посмотрел на друга, он напомнил ему Хвоста.
- Прости, у меня просто нервы на приделе. - извинился Гарри, ему и вправду было неловко за вспышку ярости.
- Ничего страшного. - пролепетал Невилл вставая. - Просто не делай так больше. - попросил он.
- Это зависит от тебя. Если ты не помнишь, то мы все в одном кружке. Мы должны доверять друг-другу, помогать. - наставительно пояснил Поттер.
- Такого больше не повторится. - раболепно прошептал толстяк.
- Надеюсь на это. - холода в голосе можно было физически ощутить. – Пошли, посмотрим на остатки нашего Филча. - фыркнул Поттер, демонстрируя полное равнодушие к человеческой жизни.
- Остатки? - придя в себя переспросил Долгопупс.
- Да. Я на него латы обрушил. - усмехнулся Гарри.
- А если он умрёт? - испуганно пробормотал Невилл.
- Не умрёт. Не должен. - успокоил Гарри товарища.
- Если что, я подтвержу, что ты всё время был со мной. - наконец стал адекватно мыслить паникёр.
- Большое спасибо, я надеялся на твою помощь. Главное, веди себя естественно, не разочаруй меня. Ты пока один, кому я так доверяю. - властно добавил черноволосый гриффиндорец.
- Я всегда на твоей стороне. - заверил поддельник.
- Поэтому ты и лучший. -одобрил Гарри свою правую руку.
Идя в замок, Гарри отметил отсутствие каких-либо чувств. Он не чувствовал ни страха перед разоблачением, ни переживания. После разговора с Невиллом, Поттер был очень спокоен.
" Подумать только, как много я совершил за последние два дня. Уже второй раз подряд я иду в школу, виновный во всех грехах. А если и вправду Филч сдохнет?" - заволновалась слабая часть Поттера. " Ничего с ним не станет." - уверенно отрезала более мощная.
Невилл шёл в школу с душой, кричавшей о неправильности его действий. Но что поделаешь, если гриффиндорец отдал кому-то свою верность - то это навсегда.
Два подростка шли в полную гостиную с тяжёлой душой. Что их ждёт? Разоблачение и наказания, которое заставит их задуматься и возможно приведёт к спасению или погружение во тьму, постепенное познание всех грехов?
В гостиной их встретили сокурсники и налетев, стали рассказывать последние новости. Те бедняги, кто видел изломанного завхоза, до сих пор заикались.
- Я видел его... мешок с костями... - прохрипел Рон.
- Говорят, на него доспехи упали. Слабо верится, скорее всего Пивз окончательно сошёл с ума. - лицо Гермионы было очень бледным.
- Не повезло. - равнодушно сказала Лаванда, за что получила заинтересованный взгляд от Поттера. Он давно заметил, что Лаванда эгоистка, мало обращающее внимание на страдания окружающих. Правда, когда несчастья касалось её, она становилась беспомощной.
" Это легко исправить. По крайней мере, легче, чем выжить у Гермионы её любовь к окружающим."
- Это не просто латы упали, скорее всего их кто-то заклинанием направил. - задумчиво протянул Поттер. - Я думаю, что это кто-то из слизеринцев. Какой-нибудь дурак захотел выпендриться перед Лестрейндж и таким образом привлечь её внимание.
Игнорируя восклицания Гермионы, по поводу ужасной судьбы Филча и новые "гениальные" планы Рона по разоблачению тайного поклонника Лестрейндж, Гарри стал болтать с Лавандой о завтрашнем походе в Хогсмид. Благо выход не отменили из-за "несчастного" случая.
" Никто не узнал." - торжествовал Поттер, краем уха слушая болтовню Лаванды. Постепенно в их весёлый разговор включились остальные четверокурсники. Через каких-то двадцать минут от этой компании стали разноситься смешки и обрывки шуток. Остальная часть факультета смотрела на них как на помешанных: вся школа в шоке от происшествия, а они шутят и смеются! Обнимаясь с Лавандой, Поттер заметил грустный взгляд Вейн. После подмигивания девочка заметно оживилась и стала болтать с подругами.
" С Фредом и Джорджем поговорю завтра." - лениво потянулся Гарри на мягком диванчике и теснее прижал Лаванду к себе.

0

19

Глава 17.

" Суббота. Выход в Хогсмид." - именно с такими мыслями проснулся Гарри. От понимания, что сегодня произойдёт его первое настоящее свидание - хотелось прыгать.
"Я обошёл соседей по комнате, никто из них ещё не ходил в Хогсмид с девушкой." - про себя мурлыкал Поттер. Инцидент с Филчем остался во вчерашнем дне и не мешал гриффиндорцу наслаждаться жизнью. Вставляя линзы, парень проклинал своё плохое зрение.
" Неужели нельзя магически решить мою проблему? Неужели не существует никаких заклятий и зелий?" - недоумевал Гарри. " Надо будет спросить у Лаванды." - не терял надежды подросток. Лениво перелистывая учебник по трансфигурации, Поттер ещё долго валялся в постели.
" Как же я ограничен во времени! Уроки, отработки, домашнее задание... Ещё Рон с Гермионой таскаются за мной как рыбы прилипалы! Может, надо было не Филча, а их покалечить?"
Ещё немного полежав, Поттер достал изрядно потрёпанный свиток с заклятиями, тот самый, что прислал ему Сириус. Просматривая заклятия, парень приободрился - он уже выучил почти все, оставалось всего с десяток. Вчитываясь в их формулировку, в двух последних он наткнулся на четыре непонятные буквы. "НВРБ"
" Нврб.. что же это может быть?" - силился вспомнить парень. "Не... нев... невербальные!" - догадался Поттер. Эти два заклятия очень заинтересовали его, ведь никто до шестого курса не владел невербальными. Их демонстрация, могла намного поднять его авторитет. " Слишком высокий уровень и мощнейшая концентрация." - вот и всё, что сказал о них Флитвик. Поборов искушение сразу же начать учить их, Поттер кое-как накатал эссе по астрономии. За этим делом его и застали проснувшиеся соседи по комнате.
- Ты опять учишь этот бред? - недоумевал Рон. - Совсем в заучку превратился... - не успел рыжий закончить, как его язык приклеился к нёбу.
- Арри, тчи чево? - прошепелявил Уизли.
- Мне надоело, что ты мне мешаешь делать уроки. - прошипел Поттер. Дин, Симус и Невилл с опаской смотрели на гневно поджатые губы и опасно блестящие глаза. Долгопупс молился всем богам, чтобы судьба Филча не повторилась. После неловкого молчания все решили принять это за весёлую шутку.
Остальная часть утра пролетела без происшествий: ребята шутили и даже играли в карты. На завтрак Поттер всё-таки пошёл, ему было интересно, как объяснят случай с Филчем. Дамблдор лично сказал об этом. Он никого не обвинял, но остальные учителя недобро косились на Лестрейндж.
- Нет Филча - нет отработок, нет проблем. - хмыкнул Гарри Лаванде. Посмотря ей в глаза, Поттер обнаружил такое же равнодушие, как и в своих.
" Вся школа радуется... А Филч сейчас со сломанной спиной в Мунго отлёживается. Подумать только, я самым простым заклятием смог настолько изувечить человека! И доставить столько материала для сплетен..."
Вернувшись с завтрака, гриффиндорец на трансфигурированной жабе успешно испытал ещё одно заклятие, каким баловались Мародёры. Смотря на дёргавшуюся жабу, у которой разом свело все мышцы, Поттер уже в который раз засомневался в чувстве юмора отца и его друзей.
- И это по их мнению смешно? - никак не мог понять Гарри. - Неудивительно, что в их время Пожирателей столько было...
- Ты о чём? - спросила Лаванда.
- Не важно. Просто я знаю таких людей, которые бы применили его к тебе, и посчитали бы за шутку.
Когда до выхода в Хогсмид оставалось всего два часа, Гарри наконец смог выловить неуловимых близнецов. Когда он попросил их совета, то те отнеслись с пониманием, без всяких шуток. Они рассказывали о самом главном, иногда включая в рассказ случаи из своей жизни, правда, парню всегда казалось, что они чего-то не договаривали
- Спасибо, я бы без вас облажался. - поблагодарил Поттер своих наставников.
- Обращайся. - подмигнул Фред. - Старшее поколение должно учить младшее - таков закон Хогвартса.
- Обучать плохому. - усмехнулся Гарри.
- Как бы тебе сказать, Гарри... - вмиг стал серьёзным Джордж. - Учителя, порядок, послушные ученики, - всё это ширма. Существует вторая половина Хогвартса... - Гарри недоумённо смотрел на близнецов, похоже ему не показалось, что в первом рассказе о чём-то не сказали.
- Короче... В нашей школе существует ночная жизнь. Ученики начинают в неё погружаться с курса пятого, шестого.
- Не слушай бред Джорджа, он бубнит как Бинс. - прервал брата Фред. - Запомни, Гарри. В школу приезжают малыши, а выходят из неё взрослые. В стенах этой школы происходит становление характеров. Днём, всё то что видишь ты, учителя, младшекурсники - только передняя сторона медали. Ночью всё по-другому...
- Днём уроки, отработки, соревнования между факультетами, оценки, контроль со стороны учителей... - вставил Джордж.
- А ночью, когда учителя спят, начинаются вечеринки, свидания, дуэли, пьянки, драки, споры. - подхватил Фред. - Короче, к чему мы это ведём... К шестому, седьмому курсу все уже успевают переспать друг с другом, перепить, передраться. - близнецы не смогли скрыть улыбки. - Ночью действуют совсем другие законы и правила.
- Но я часто бродил по ночам и никого не видел. – вырвалось у Гарри.
- Уже лет двести существуют постоянные комнаты и залы, скрытые паролями, где парочки могут уединиться и заняться... чем угодно. - выкрутился Джордж. - По школе даже расставлены специальные скамейки - " для парочек." В окрестностях школы есть специальные маршруты, где парень может погулять с девушкой под луной и сорвать пару невинных поцелуев. - просто сказал Джордж, на этих словах мозг Гарри заработал быстрее. - В школе каждую ночь кто-то с кем-то спит, дерётся или пьёт.
- И это мы ещё не говорим о Хогсмиде! Там, при наличие знакомств и денег можно всё! - начал жестикулировать руками Фред. - Я помню, мы в прошлом году всем курсом отдыхали там...
- И что там можно? - не удержался от вопроса Поттер, другая сторона школы всё сильнее заинтересовывала его.
- Выпивка, кальяны... можно снять комнату.
- Кальяны и в школе есть. - напомнил Джордж.
- В общем, первое свидание, это первый шаг в ночной Хог. Мы от души тебя поздравляем, дружища! - близнецы затрясли руку задумчивого Поттера. Потом Фред и Джордж рассказали ещё очень много интересного про Лучшую магическую школу в мире. Детская картинка невинного образа школы крушилась на глазах.
- Кстати, а куда вы идёте? - поинтересовался Фред.
- К мадам Паддифуд, кажется.
- Отличное место! Тебе понравится. - заявил Джордж, Гарри довольно ухмыльнулся и не увидел хитрую улыбку Фреда.
Получив ценные указания, Поттер побежал готовиться к первому свиданию. Он долго собирался, наряжался, настраивался, в общем, вёл себя как идиот.
Потом всё шло так, как он планировал: встреча с радостной Лавандой, весёлая прогулка до Хогсмида. Гуляя по улочкам магической деревни, Гарри чувствовал умиротворение и радость, никакие шепотки окружающих не смогли нарушить его замечательное настроение. Ничего не подозревающий Гарри подошёл к любимому кафе Лаванды.
- Снаружи неплохо выглядит. - оценил парень.
- Я знала, что тебе понравится. - просияла Браун.
Стоило только Поттеру зайти вовнутрь, как его скривило.
" Фууу..." - мгновенно сдулся он и стал с омерзением рассматривать безумный интерьер. Всё помещение было в розово-девчачем стиле. Сердечки, рюшечки, купидончики, плюшевые игрушки... чего только там не было! Оглянувшись по сторонам, он заметил парочку таких же бедолаг парней, как и он, которые сидели со своими девушками почти в шоковом состоянии. В другом конце кафе сидело четыре девушки ТАКОГО внешнего вида, с какими бы не стал общаться даже Рон.
" Что это за место?" - твердил сам себе Гарри. " Бежать! Бежать! Нельзя допустить, чтобы меня кто-нибудь здесь увидел!" - чуть было не завопил гриффиндорец.
- Пятый столик свободен. - широко улыбаясь сообщила официантка.
" Поздно..." - окончательно уныл Поттер.
- Пошли Гарри. - парню осталось только одно - принять верное решение.
" Притворяйся и терпи." - решил он и с легкой улыбкой сел за столик. Он не хотел портить Лаванде столь долгожданный выходной, да и позорно сбежать из полного сплетниц кафе, было равносильно самоубийству, через час об этом бы знала вся школа.
" Всего лишь мерзкий интерьер, еда то везде одинаковая." - попытался приободрить себя Гарри. Немного приободрённый он углубился в меню. " Воркующие голубки... два лебедя... коктейль любви..." - парень даже отдалённо не предполагал, что может скрываться за этими названиями, поэтому он не стал рисковать и заказал горячий шоколад с пирожными. Официантка приняла заказ и испарилась. Провожая её взглядом, парень заметил, что большинство пар сидят в обнимку и целуются. Мысленно дав себе подзатыльник за неправильную посадку за стол, Поттер уперся взглядом в разделяющий их с Лавандой стол.
" О чём говорить? " - задумался Поттер, пытаясь не обращать внимание на уродливый квартет. Четыре нечто, по цвету галстуков с когтеврана, смотрели на него и хихикали. " О учёбе!" - нашёл решение Поттер, но вовремя прикусил себе язык. " Какая учёба?! Я же не Гермиона." Благо, что развитый мозг гриффиндорца нашёл выход из трудной ситуации, и парочка стала обсуждать окружающих, учителей, друзей. К удивлению Гарри, этот глупый трёп захватил его, было интересно сравнивать своё мнение об окружающих с чужим. И парень, и девушка недовольно посмотрели на бесшумно подошедшую официантку.
- Ваш заказ. - промурлыкала та и состроила глазки Поттеру, видно надеясь на будущие щедрые чаевые.
- Оставьте меню. - небрежно бросил Поттер.
- Конечно.
Гарри с аппетитом уставился на пирожные, чего-чего, а их он не ел давно - в школе подавали только булочки. Даже на еде, кафе оставило свой безумный след: тарелочки были в форме сердечек, правда Гарри, выросший в адских условиях почти не обращал на это внимание. Перекусив в кафе, парочка пошла в Сладкое королевство. Лаванда с восхищением смотрела на своего парня. Тот не терялся, когда их вместе видели другие студенты. Он всегда был спокоен и равнодушен, у девушке иногда появлялось ощущение, что он просто делает ей одолжение.
" Ну и ладно... Зато он самый лучший!" - отмахнулась она.
В магазине сладостей, к ним попытались пристать Дин с Симусом. Два друга нисколько не обиделись, когда Гарри отказал им. Во время очередной прогулки по Хогсмиду (и почему деревня такая маленькая?!), Поттер наткнулся на группу слизеринцев. Малфой опять полез с издевательствами, в этот раз Гарри поступил более умно и не стал, как псих кидаться на него. Он сжав зубы, проигнорировал выкрики и пошёл дальше.
- Ты мог бы победить Малфоя. - надув губки сказала Лаванда.
" Зачем? Во имя тебя?" - презрительно подумал Поттер. Чего-чего, а совершать глупые "подвиги", ради какой-то девушку, он не собирался. Встречи с Лавандой ему нужны были только для того, чтобы получать удовольствия и вызывать зависть окружающих, особенно Рона. Это рыжее ничтожество чуть не задыхалось от зависти, когда видело их. Поттер пару раз задавал себе вопрос: нравится ли ему Лаванда? Да. Ему приятно общаться с ней, с ней он может вести себя как обычно. Она одна из немногих, кто видела его без притворства. Но любовь... это слово вызывало в нём отвращение. Отвращение, потому что Дамблдор при любой встречи твердил о силе любви.
" Кому нужна любовь?" - не мог понять Гарри. " Любовь заставляет одного человека унижаться перед другим. Конечно, бывает, что два человека любят друг-друга, но это крайне редко. Любовь делает жизнь намного сложнее. Взять к примеру мою мать: Волан-де-морт предлагал ей жизнь в обмен на мою. У неё был шанс! Я бы никогда не умер за плачущего полуметрового сопляка..." - недоумевал Гарри. Он понимал, что такие мысли могут возникнуть только у психически нездорового человека, но ничего не мог с собой поделать. Возможно, он не верил в любовь, потому что никогда не ощущал её?
- Я думал ты знаешь, почему я не стал кидаться на Малфоя. - после паузы усмехнулся Гарри. - За мою хорошую учёбу и помощь малышам, учителя решили дать мне шанс. Помнишь, они сняли с меня баллы и запретили ходить в Хогсмид? Пару дней назад меня и слизеринцев амнистировали и разрешили ходить в Хогсмид, именно поэтому я сейчас должен изображать паиньку и терпеть всех Даунов. Слизеринцы тоже пытаются вести себя нормально, по крайней мере, Лестрейндж точно, на неё и так полшколы косятся. Все думают, что именно она напала на этого сквиба. - хмыкнул парень.
- Да, Филч удачно покалечился. Вам же отменили отработки? - задала вопрос Браун.
- Нет. - буркнул Гарри. - Я теперь на отработках у Макгонагл, а слизни у Снейпа.
- Не повезло, ты будешь пахать у нашего декана, а слизни отдыхать. - посочувствовала Лаванда.
- Может быть и с Макгонагл что-нибудь случиться. - мечтательно протянул Гарри. В школу пара возвращалась с остальными студентами. Каждый ученик, не зависимо от факультета, смотрел на Поттера и его девушку, как на музейные экспонаты.
- Идиоты, видят нас уже в десятый раз, и до сих пор удивляются. - прошипел Гарри.
- Не обращай внимание. - отмахнулась Лаванда, купавшаяся во всеобщем внимании.
В школе Лаванда поцеловала Гарри и ушла искать Парвати, чтобы рассказать ей о свидании. Сам Гарри, ни чуть не расстроился расставанием с "любимой" и отыскав Невилла, пошёл в Выручай комнату. Конечно, он уже догадался о вечернем допросе со стороны Рона и Гермионы, но ничего не мог с собой поделать. Невилл ходил в магическую деревню сам с собой, поэтому был несказанно рад Гарри. Поттер впервые был в Выручай комнате после применения непростительных, открывая дверь, он почувствовал усиление сердцебиения. Конечно, сейчас комната представляла собой небольшой кабинет, но Гарри до сих пор чувствовал ту немного мрачную, но уютную обстановку. Перед занятиями, друзья решили обсудить последние новости.
- А ты был прав - никто не догадался. - сказал Невилл.
- Я хорошо всё продумал. Мы с тобой...
" Да, ты со мной..." - край губы дёрнулась в торжествующей улыбке.
- ... в полной безопасности. Никто и никогда не догадается о моём причастности к этому инциденту. Все подозревают Лестрейндж, поэтому учителя будут пристально приглядывать за ней. - улыбнулся Гарри.
- Ещё и от Филча избавились! Эта мумия... - начал Невилл.
- Он ничтожество по сравнению с нами. - прервал Поттер. - Он неполноценный. Ещё хуже грязнокровок. Те-то произошли от магглов, но имеют волшебную силу, а этот родился в семье волшебников, но начисто лишён магии.
- Ни говори больше "грязнокровка". - попросил Невилл. Секунду Гарри внимательно смотрел в лицо другу - он и не заметил свою оговорку.
- Просто вырвалось. Это всё из-за Гермионы, она меня достала, постоянно что-то вынюхивает. - ответил Гарри.
- Со стороны смешно выглядит: она с Роном бегает за тобой, как собачонка. - засмеялся Долгопупс.
- Ты не представляешь, как они меня достали! Гермиона хотя бы вечером мозги пудрит, но Рон! Он всё время следует за мной, мешает мне! - взорвался Гарри, Долгопупс сочувственно кивал головой. - Знаешь, - холодно сказал Поттер. - Я скину Гермиону с пьедестала по успеваемости в школе. Она уже сейчас начинает отставать по Защите и Заклинаниях. Я лишу её самого дорогого.
- Она же тогда покончит жизнь самоубийством. - притворно испугался Невилл.
- Повесится в библиотеке. - уточнил Гарри и друзья весело расхохотались. Ещё долго парни сидели и говорили по пустякам. Потом Гарри, как и планировал, показал товарищу полезное заклинание и краем глаза следя за его успехами, принялся читать книгу о простейших защитных ритуалах. Идея узнать ритуалы пришла сама собой. В библиотеке он случайно наткнулся на книгу для седьмого курса по рунам. В ней описывались простейшие ритуалы, с помощью которых можно было наслать на врага простуду, головные боли. Конечно, тратить всё своё свободное время на такие простейшие чары он не собирался, но то, что можно напасть на противника, имея его одну вещь, было изумительно. Сам Гарри уже планировал побеспокоить "любимого" дядюшку - ведь у него была его пуговица.
- Что читаешь? - поинтересовался Невилл, взъерошивая свои волосы. Сразу было видно, что он пытается косить под Гарри.
- Простейшие ритуалы. - не отрываясь от книги ответил Гарри.
- Зачем тебе? Это же продвинутые Руны. - недоумевал Долгопупс.
- Видишь ли, я хочу сделать небольшой подарок одному человеку. Думаю, небольшая чесотка его развлечёт. - хитро подмигнул Поттер.
- Малфоя или Лестрейндж? - попытался угадать Невилл.
- Моего дядю.
- Может быть, и получится. Моя бабушка говорила, что ритуалы давно отмершая часть волшебного мира. В школе их не преподают, а самому научиться крайне сложно. Конечно, простейшие ритуалы реально освоить, надо хоть немного знать руны, а более углубленную часть ритуалов без знающего помощника не выучишь. Да и относятся они в основном к Тёмной магии. - блеснул знаниями обычно незнающий студент.
- Ты прав. Но я хочу провести простейший ритуал. У меня есть пуговица дяди, поэтому я могу легко вызвать у него чесотку. Надо всего-лишь начертить вот эту руну, - парень показал довольно лёгкую закорючку. - И всё. Пару дней назад я успел прочитать пару глав про ритуалы. Магглы перед ними практически беспомощны. У магов есть природная защита, через которую не пробьются всё эти детские чары. - подросток указал на книгу. – Взять, к примеру Лестрейндж, у неё "чистая" кровь. Её происхождение защищает её от многих ритуалов. Я не знаю почему. - признался Гарри, смотря на друга, который уже успел открыть рот. - Короче, её можно достать только мощными ритуалами.
- Может быть, поэтому чистокровные так и гордятся своим происхождением. - вставил Невилл.
- Может быть. - пожал плечами Поттер.
В итоге друзья просидели до позднего вечера. В гостиной на Гарри набросились Рон и Гермиона, Невилл послал своему другу насмешливый(!) взгляд и поднялся в спальню. Видя, какие глобальные изменения произошли в забитом мальчике, Поттер даже почувствовал прилив гордости. Погрузившись в свои мысли он невпопад отвечал на расспросы Уизли и Грейнджер. Они казались ему такими глупыми и детскими. Зачем они отвлекают его? Они мешают недавно полученным знаниям укрепиться в голове. Ритуалы... в Выручай комнате он прочитал достаточно о том, чтобы заинтересоваться ими. Сначала ему казалось, что вызывание простуды и чесотки у врага пустая трата времени, но прочитав побольше... Ритуалы для защиты, страшные проклятия основанные на рунах... В книге не было инструкции по выполнению ритуалов, только факты и история. Так сказать рекламная брошюра, манящая к истинным знаниям. Автор книги может поудобнее устроиться в гробу, спустя сто лет после своей смерти, его труды смогли заинтересовать мальчика, который по всем прогнозам должен стать могущественным магом.
" Какая ей разница, где я был?" - парень смотрел на сгорающую от интереса Гермиону. " Этот идиот хочет, чтобы я рассказал ему о своём свидание?" - Поттер окинул таким же равнодушным взглядом шестого Уизли.
Рон Уизли грустно смотрел на своего друга. У Гарри был отчуждённый вид, ни одно его слово, ни один упрёк не достиг цели. Вяло отвечая на его бесконечные вопросы, Поттер иногда ухмылялся в пустоту. В таком Гарри было что-то тёмное, таинственное, какая-то загадка. Рон и Гермиона уже давно пытались догадаться, где постоянно пропадает их друг, но ничего не смогли узнать. Логически вычислить его местоположение тоже не получалось: Гарри то пропадал один, то с Невиллом, то с Лавандой.
- Я пойду спать. - неожиданно встрепенулся Гарри и пошёл в свою комнату.
- Спокойной ночи. - пожелала ему Гермиона.
- Спокойной ночи. - не поворачиваясь сказал парень. От такого невнимания сердце Гермионы защемило: чем они заслужили такое обращение?
... Когда Уизли поднялся в спальню четвертого курса, то обнаружил зашторенный полог на кровати Гарри. Он недовольно взглянул на Долгопупса, который занял место правой руки Мальчика-который-выжил.
Той же ночью Гарри Поттер прокрался тайком в Выручай комнату и провёл свой первый магический ритуал. Начертив мелом простейшую руну, Гарри наслал порчу на своего «драгоценного» родственника. В то же время, в Литтл-Уинглети крепко спавший Вернон Дурсль стал отчаянно почёсывать спину и грудь.
Совершив сложное магическое преобразование (для своих четырнадцати лет), Гарри прилёг на диванчик и погрузился в чарующий мир знаний. Информация по крупицам откладывалась в мозге парня. Читая очередную главу, Поттер справедливо предположил, что членам его клуба надо придумать способ связи, а то бегать с картой Мародёров по всей школе, и искать разрозненных друзей было утомительно. А если ещё учесть, что большинство его друзей - девушки, к которым нельзя было пройти в спальню без личного разрешения, то проблема становилась одной из первостепенных. Потеряв счёт времени Гарри провёл всю ночь в Выручай комнате и ужасно расстроился, когда наступило утро. Ведь воскресный день означал только одно – повышенный контроль со стороны лохматой зубрилки и рыжего болвана.

0

20

Глава 20.

Гарри не торопясь поднялся в спальню. Он посмотрел на своих спящих друзей и ухмыльнулся.
" Они даже не представляют, что произошло ночью." - во внутреннем голосе парня можно было уловить снисходительные нотки. " Все великие дела происходят ночью." - сразу же всплыла народная мудрость.
- Гарри, ты опять всю ночь где-то лазил? - пробормотал из под одеяла Симус, заставив Поттера вздрогнуть.
- Ты уже не спишь? - удивился Гарри.
- Спать в такой день? - развёл руками Финниган. - Сегодня же приезжают иностранные делегации. Мы уведем студентов из Шарбатома и Дурмстранга! - с этими словами гриффиндорец попытался натянуть вывернутые штаны. Это он делал лежа под одеялом. Парню совсем не хотелось вылезать из тёплой постели на прохладный воздух.
- Неужели ты хочешь их так увидеть, что встал раньше на целый час? - восхитился Гарри и плюхнулся на кровать. Он ни капельки не верил в простой интерес со стороны однокурсника.
- Ты разве не понимаешь? - Симус опять стал размахивать руками, пытаясь выразить этим странным жестом своё недоумение. - Шарбатом находится во Франции. - глаза гриффиндорца азартно загорелись.
- Я знаю. - Поттер не мог понять, чем французы так заинтересовали Симуса.
- К нам приедут настоящие француженки! - выпалил Симус и сразу же получил пару ласковых слов от проснувшегося "от крика души" Дина. - Понимаешь, француженки... - по слогам и со странным придыханием произнёс Финниган. - Красивые, раскрепощённые блондинки с идеальной фигурой, которые помешаны на любви. - сиял ирландец и эффектно размахивал галстуком. Гарри не смог сдержать смешка: помешанный на девушках Симус надеялся познакомиться с очаровательной иностранкой.
- Красивые, раскрепощённые блондинки... - передразнил Гарри. - Тебе с такой лексикой только любовные романы писать. - закатил глаза Гарри. - И почему ты думаешь, что будут блондинки? - внезапно заинтересовался он.
- Я в этом уверен. - непоколебимо заявил Симус.
- Откуда ты знаешь? - моментально привстал с кровати Дин.
- Тоже хочешь с француженками? - ехидно вставил победитель тёмного лорда.
- Конечно. - ни капельки не смутился Томас.
- Уж лучше с ними, чем с девушками из Дурмстранга. - задумался Финниган, мысленно сравнивая двух воображаемых девушек.
- Боишься провести ночь с куколкой, которая прекрасно знает тёмную магию? - стал подтрунивать над другом Поттер.
- Переспят со мной и пустят на ингредиенты. - пошутил Симус.
" Ага переспят, прям очередь выстроится." - чуть не ляпнул Гарри. - Тебе первее их мальчики орган оторвут. - решил успокоить сокурсника Поттер.
- А я хотел бы с тёмной... - признался Дин. - Это же так возбуждает... красивая стерва, у которой руки по локоть в крови отдаётся тебе... - Томаса окончательно понесло.
" Ну это врятли." - опять усмехнулся Поттер краешком губ. Его всегда забавляли фантазии этих стеснительных кретинов. Они могли в комнате строить из себя супер казанов, а при виде девушке, пусть и первокурсницы, теряли всю свою браваду и моментально сдувались.
- Да вам обоим книги надо писать! - засмеялся Гарри после окончания фантазий Дина. - Хотя ты прав, в этом что-то есть... - признался Мальчик-который-выжил. - Такая девушка цениться намного выше "светлых овечек".
- Моя будет самая красивая! - заявил Симус вскакивая с кровати. - Сейчас только причешусь... - добавил он смотря на свою заспанную и лохматую физиономию.
- Иди от Лестрейндж любви потребуй. - весело предложил Дин. - Она тебе так заколдует, что тебе и рука давать не будет.
- Эти мечты, друзья мои... - голосом Дамблдора начал свою речь Гарри, для более точного сходства заворачиваясь в одеяло и залезая на кровать. - Не потому, что мы не красивы и не сексуальны, а потому, что к нам приедут семнадцатилетние. У дебила Маклаггена и то будет больше шансов чем у нас... Поэтому предлагаю разобрать хогвартских дев и не тешить себя пустыми надеждами. - как-то совсем грустно закончил Поттер и под всеобщее молчание слез с "трибуны."
- Всё веселье испортил. - разочарованно буркнул Дин. - Пессимист несчастный... - ещё тише добавил парень, но Гарри услышал и невозмутимо ответил.
- Я смотря на жизнь реально, в отличие от вас.
- Ты в отличие от нас зажигаешь с Лавандой! - с завистью сказал Симус.
- Кто успел, тот и съел. - надменно сказал Гарри расправляя плечи.
- Ты что-то говорил про "наших" дев? - переспросил Симус. - Мы бы с радостью, но как? - жалобно протянул ирландец, пытаясь увидеть сопереживание в холодных глазах Поттера. - Как нам это сделать? Кто будет с нами? Лаванда с тобой, Парвати с ... Лавандой, Гермиона с рождения одела пояс верности во всех смыслах. А с девчонками с других факультетов мы почти не общаемся.
- Да что с других, мы и наших редко видим. Вы где-то все вместе пропадаете вечерами... - недоумевал Дин. - Неужели вы всё-таки создали клуб по Защите? Если да, то мы с вами.
- Не всё так просто. - растягивая слова выговорил Поттер, после минутного размышления. - У нас уже создан коллектив. Все кто попал в него прошли определённые испытания. - еле заметная улыбка искривила тонкие губы парня. - Они доказали, что достойны. - тишину нарушал негромкий, но завораживающий голос лидера тайного клуба. - А достойны ли вы? - внимательные изумрудные глаза сканировали мнушихся Симуса и Дина. С минуту тишина давила на подростков, а Гарри немигающим взглядом сканировал двух гриффиндорцев. Проснувшийся Невилл затаился под одеялом и слушал разговор. Он достоин! Он прошёл испытание! Гарри признаёт его и считает выше этих выпендрёжников.
"Неужели, Гарри покалечил Филча только для того, чтобы проверить мою верность?" - пытался сдержать радостную и испуганную дрожь Долгопупс. Конечно, это замечательно, что ради него Гарри пошёл на преступление, но в то же время это страшно. " Для чего же он собрал нас, если только ради проверки чуть не убил человека? Что нас ждёт? Что меня ждёт?" - вопросы сыпались как из рога изобилия, к тому же у Невилла была такая способность чувствовать определённым местом приближающуюся опасность. Именно сейчас это "место" буквально кричало, что затея с клубом вылезет боком в недалёком будущем. " Тёмная магия." - что-то щелкнуло в голове бывшего неудачника. Он сразу же вспомнил приватные беседы с Гарри, его обещание помочь с местью, его размышления на счёт пыток и убийств. " Плевать. Гарри главный, ему решать. Он найдёт правильный выбор. А я всегда буду на его стороне, чтобы он не затеял." - вспомнил свою клятву Долгопупс. " Интересно, а как другие попали в клуб? Какие испытания были у них?" - сгорал от незнания парень.
- Конечно мы достойны. - заявил Симус пытаясь не смотреть в изучающие глаза Гарри. Он смотрел таким взглядом, как-будто мысленно его препарировал.
- Посмотрим. Для начала держите язык за зубами. Не говорите никому. Лучше вам вообще забыть этот разговор. - друзья недовольно загалдели. - Знайте, испытания могут быть разными. Вы можете не знать о них, а они будут. - напустил таинственности Гарри. Ему пришла гениальная идея по настоящему проверить членов клуба, конечно не таким способом, как Невилла, но всё же...
- Подумайте о сестричках Патил. - неожиданно сменил тему Гарри, - Насколько я знаю, они пока свободные.
- Ты думаешь надо попробовать? - оживился Дин.
- Шансов больше, чем с семнадцатилетними. - уклонился от ответа Поттер. Дин и Симус стали громко обсуждать свои шансы, и то и дело, смотреться в зеркало. Сам Гарри, поприветствовав Невилла, стал трудиться над созданием двух букетов. Он прекрасно понимал, что Лаванда в гневе после его вчерашнего позорного бегства. Для неё он особенно старался, даже наколдовал капельки росы, которые сверкали в розах как бриллианты. Второй букет предназначался Парвати, невольной свидетельницы вчерашнего грехопадения подруге.
" Идеально." - лениво восхвалялся Гарри, любуясь своим шедевром. " После такого я прощён."
Аккуратно взяв букеты, Гарри пошёл к женской спальне. Молодецкая осанка, идеальная грация и невинная улыбка не вызвали никаких чувств у закрытой двери.
- Стервы. - сжал губы Поттер. Он сравнивал себя с бездомным псом, пришедший под дверь хозяйки. Не смотря на все неудобства оставалось только ждать выхода пассии и её подруге, поэтому парень как можно более непринуждённо прислонился к стене. Сейчас он должен был вжиться в роль идеального парня, который преданно ждёт "любимую" девушку. Что касается "любимой," то Гарри не знал, что делать. Его вчерашние нежные чувства испарились и остались только неловкость и стыд, которые внешне никак не проявлялись, но бушевали внутри героя. Дверь отворилась и оттуда вылетела лохматая, заспанная и перекошенная от тяжести сумки Гермиона. Увидев "ношу" друга, девушка одобрительно заулыбалась, но сославшись на неотложное дело куда-то убежала.
" Да, найти пару ей на Святочный бал будет непросто..." - с садистским удовольствием подумал парень. В этом году он решился включить мозги на полную и даже не поленился прочитать книгу про Турнир. Всего каких-то пятьдесят страниц, а ценной информации больше чем в пяти Гермионах. Чтение заняло полчаса, а он уже успел использовать часть сведений в своих целях. Для начала Поттер предупредил близнецов о процессе отбора участников и намекнул Лаванде и Парвати о Святочном Бале. В обоих случаях он получил искренние благодарности, а во втором ещё и два поцелуя. Дверь отворилась во второй раз и сияющий юноша вручил букеты новым владелицам и ни капельки не стесняясь поцеловал обоих. Со словами: "Ты совсем обнаглел, Поттер!", Гарри приобнял двух довольных девушек и притянул к себе.
" Обломись, Симус." - злорадно подумал Гарри и отлеветировав букеты в комнату, лёгким движением кинул их на маленький столик. Всё это он проделал с такой скоростью, будто всё произошло само собой.
- Пошлите на завтрак. - Гарри мягко напомнил "своим" остолбеневшим девушкам о их планах.
- Конечно, Гарри. - пришла в себя Парвати.
- Угу. - согласилась с подругой Лаванда и лёгким движением отдала свою сумку парню.
- А я рассчитывал на поцелуй... - обиделся Гарри поудобнее перехватывая сумку. Браун закатила глаза и поцеловала Поттера.
- Лучше поздно, чем никогда. - усмехнулся гриффиндорец и взял сумку у Парвати.
- Ты сегодня какой-то добрый. - хмыкнула Патил, отчего Лаванда прикусив губу отвернулась.
- Настроение хорошее... - загадочно улыбнулся Поттер. - Вчерашняя ночь прошла плодотворно... - начал говорить Гарри, краем глаза пытаясь заметить неловкость подруг. Две гриффиндорки конечно же вспыхнули и пытались не поднимать взгляд от пола. - Я пробрался в Запретную Секцию и нашёл пару интересных заклинаний. - девушки облегчённо вздохнули, а Поттер торжествующе хмыкнул.
- И что же ты там нашёл? - поинтересовалась Лаванда.
- Будете хорошо себя вести - покажу. - не удержался от шпильки парень, опять заставив покраснеть спутниц.
" Вы понимаете под выражением "хорошо себя вести" вовсе не то, что подмыла бы Гермиона... У вас более развита фантазия. И мне это нравится." - внутренне возликовал Гарри. Во время этого разговора, Трио пересекало гостиную родного факультета. В гостиной сидел Симус с решительным лицом, который решил воспользоваться советом Гарри. Когда тот увидел Поттера в сопровождение двух девушек, одна из которых была его целью и потенциальной парой, то он картинно махнул рукой и затянул расслабленный галстук, который, по его мнению, должен был сделать своего хозяина неотразимым красавцем. К Трио присоединился Невилл, которому Гарри благополучно всучил сумки девушек, он конечно хотел избавиться и от своей, но это даже ему показалось неприличным. Всё-таки Невилл человек, а не мул.
- А самому донести нельзя было? - притворно возмутилась Парвати. - Обязательно было Невиллу скидывать?!
- Ну не обижайтесь, мои дорогие. - пропел Поттер, опять наблюдая смущение спутниц. Он решил окончательно доканать их, отомстить за вчерашнее. - Я пообещал вам, что доставлю сумки в целости и сохранности. Я же не сказал, каким именно способом это сделаю. - хитро закончил Гарри, радуясь своей изощренной фантазией и наличием верного друга. - Гарри, по тебе Слизерин плачет. - покачала головой Лаванда.
- Слизерин? По мне? - плотоядно ухмыльнулся бывший кандидат в змеиный факультет. - У них гостиная мрачная и холодная. - по секрету сообщил Поттер, ловя себя на мысли, что слизеринская гостиная для него более предпочтительнее вечно шумной и нестерпимо красной.
- А ты откуда знаешь? - спросила Парвати.
- Заходил однажды в гости.
- Ты сегодня говоришь загадками. - недовольно вздёрнула носик Лаванда.
- Я много что делал в школе. И почти всё было запрещено правилами. - хмыкнул наследник мародёров. - Сегодня я могу рассказать вам о том, как меня занесло в подземный гадюшник.
- Расскажешь на заклинаниях. - милостиво разрешила Лаванда.
- Он сидит с Невиллом. - напомнила Парвати.
- Время до приезда делегации я точно найду. - отмахнулся Гарри, входя с Большой зал.
Ромильда, сидящая за столом гриффиндора, тоскливо смотрела на своего кумира, который пришёл на завтрак с Лавандой и Парвати. Только увидя их, второкурсница заревновала Гарри к девушкам, даже не смотря на запыхавшегося Долгопупса, тащившего три сумки.
" Почему мне всего двенадцать?" - хныкала Вейн. " Почему так несправедливо? " - прикусила губу девочка, смотря как Поттер и его сопровождающие садятся с другого конца стола. " Ну конечно, Лаванде и Парвати четырнадцать, они уже большие. Они взрослее меня и красивее... " - обиженно думала второкурсница. " Зачем я нужна Гарри? Странно, что он меня вообще в свой клуб взял. Ну посмотрим, когда я вырасту, то займу её место рядом с Ним!" - воодушевилась Вейн, смотря на Гарри, который оживлённо разговаривал с друзьями. Под понятие друзей, Рон, конечно же не попадал, поэтому Уизли угрюмо сидел в сторонке и ковырялся в тарелке.
" Чёртов Поттер!" - злился Уизли, он уже как две недели наедине с собой называл своего друга только по фамилии. " Пришёл на завтрак со свитой. Лаванда и Парвати..." - зависть неистово грызла шестого Уизли изнутри. " ... с ним только благодаря его известности. Если бы не слава Мальчика-который-выжил, они бы даже не посмотрели на этого слабака." - пытался уверить себя Рон. " Невилл... кому нужен этот сквиб?! Он сам захотел роль слуги у Поттера. А ещё ходит такой гордый и радостный, с таким умным видом. Идиот! Нашёл чем гордиться... вот я бы никогда..." - Рон с преувеличенным воодушевлением принялся обливать грязью бывшего друга. Кинув ещё один взгляд на ухмылявшегося какой-то шутке Поттера, Уизли свирепо раздербанил котлету и с ещё большим напором принялся оскорблять спасителя своей сестры.
Дамблдор тоже, как ни странно, в данный момент думал о самом известном студенте Хогвартса. Когда гриффиндорец зашёл в Большой зал, то сердце директора пропустило удар: Гарри, ещё недавний ребёнок, шёл почти в обнимку с двумя девушками, а за ним тащился запыхавшийся Невилл с тремя сумками. Дамблдор и раньше замечал, что Долгопупс хвостом ходит за Поттером и всё чаще играет роль пса, а иногда и просто слуги. Это мысль выбивалась из всеобщего представления о "святом Поттере" и начинала беспокоить Светлейшего волшебника.
" Том, как же он похож на тебя..." - печально думал Дамблдор, немигающим взглядом смотря на слизеринский стол. За этим столом, с дальнего края когда-то сидел будущий Тёмный Лорд.
" Том Реддл... бедный сирота, староста, лучший ученик школы, выдающийся волшебник, прирождённый лидер." - вот первое что приходило в голову Дамблдору, когда он думал о юном Лорде; а только потом подобно ледяным волнам накатывались его дальнейшие "подвиги": два десятилетия мясорубки, поколения погибшие в той бойне, смерть, пытки, смерть, отчаяние, страх, ненависть, недоверие.
" Когда он стал чудовищем?" - не раз этот вопрос не давал Альбусу Дамблдору сомкнуть глаз. " Ещё в школе, незаметно для нас всех." - нашёл ответ старый профессор, который после этого пытался поддержать каждого нового студента Хогвартса, не дать тому пасть во тьму,подобно Тому. Пытался, но его пропаганда "добры, любви и дружбы", потерпела в большинстве своём полное фиаско. Все Пожиратели, когда-то учились в Хогвартсе и не смотря на старания Дамблдора стали теми, кем они есть.
От Тома, мысли Дамблдора перетекли к Гарри, точнее эти люди были навеки связаны для старика. Вспоминая о первом, невозможно было не вспомнить о втором, и наоборот. Дамблдор понимал, что Гарри повзрослел (он догадывался о масштабе ссоры с Дурслями, после которой Гарри приходит в бешенство об одном их упоминании ) и перестал быть наивным ребёнком. Он стал более реально оценивать жизнь и трезво мыслить, в конце концов, он стал более жёстким. Чего стоит схватка с толпой слизеринцев, когда Гарри, по словам Аластора, бился как обречённый. Но этот поступок не так сильно пугал профессора, можно сказать, он считал его отчасти целесообразным, ведь Гарри сражался за семью Уизли, людей, заменивших ему родителей. Это появилось из Любви...
"Все поступки Гарри, так или иначе появились из любви к семье, друзьям или девушке." - окончательно успокоился профессор, который и инцидент с Невиллом принял за желание покрасоваться перед Лавандой. Тревожный звоночек, еле слышно намекнувший о сходстве двух знаменитейших людей, был прослушан профессором, который принял его за то, что хотел.
" Чего не сделаешь ради любви..." - в конце концов умилялся профессор, напрочь забыв о всех тревогах. " Если вспомнить Джеймса, который буквально на стену лез, чтобы привлечь внимание Лили, то действие Гарри можно принять за невинную шутку." - решил светлый волшебник и ностальгируя выпил остывший чай.
- Любовь великая вещь... - еле слышно прошептал Дамблдор, смотря в след выходящему из зала квартету. Снейп, услышав эту реплику, презрительно скривился. Он был уверен, что Поттер встречается с Браун, чтобы поднять свой авторитет.
" Позер... Посмотрим как ты и твоя подружка попляшут на моём экзамене." - злорадно думал зельевар, удерживаясь от желания потереть свои жёлтые руки.
Уроки в этот день как назло тянулись бесконечно долго. Все студенты изнывали от желания наконец закончить учиться и начать наслаждаться каникулами.
- Когда-нибудь я убью эту тварь... - тихо процедил Гарри, беспомощно наблюдая, как Снейп в сотый раз унижает Невилла и Лаванду. Большеносый профессор выполнил своё обещание и удачно унизил каждого из сопровождающих Поттера, не забыв и о самом герое.
- Он может услышать... - испуганно зашептала Лаванда со страхом смотря в спину Снейпа.
- Не смей бояться эту крысу! - яростно прошипел Поттер на ухо лаванде, не забыв больно сжать плечо. Его взбесил страх в глазах Лаванды. Его девушка не должна бояться! Его друзья не должны бояться!
- Он может сделать с нами всё что угодно. - судорожно выдохнула Лаванда, испугавшись необычного шипящего тона.
- Нет. Это мы можем сделать с ним всё что угодно. Например, превратить в жабу и поразвлечь Круциатусом. - нежно прошептал Поттер. - Или наложить Империус и заставить его вскрыть себе вены вот этим самым ножом. - парень указал на серебряный ножик лежащий на столе. Гриффиндорка вздрогнула и взяла нож в руки, будто боясь, что Гарри сейчас же выполнит своё предложение.
- Мы не можем сделать это. Нас посадят.
- Я могу всё, и когда-нибудь сделаю это. - Поттер испытующе посмотрел в глаза своей девушке.
- Не говори глупостей. - дрожащим голосом прошептала Браун, пытаясь не смотреть в безжалостно-задумчивые глаза, владелец которых, казалось, сделал выбор.
- Ты мне не веришь? - более холодно спросил Гарри, продолжая буравить угрожающим взглядом бедную девушку. Гриффиндорец ненароком затронул очень важную для себя тему, в которой Лаванда занимала не последнюю роль, поэтому он полностью игнорировал пристально смотрящего Снейпа и слизеринцев, ожидавших продолжение травли своих извечных противников.
- На нас смотрят. - прошептала Лаванда, пытаясь отрезать дрожащими руками кусочек имбиря. От таких разговоров ей стало не по себе, а сердце, казалось, выскочит из груди.
- Мне интересно. - настойчиво спросил Гарри, ловким движением забирая ножик из дрожащих рук.
- Я незнаю. - так девушка попыталась заменить нет.
- Значит нет... - задумчиво сказал Поттер, поудобнее беря ножик и наклоняясь к имбирю. На этот раз его голос прозвучал громче.
- Поттер, если мисс Браун одумалась и не хочет быть с вами, то не надо её заставлять. - издевательски протянул Снейп.
- Ты ошибаешься. - прошелестел парень, смотря в испуганные глаза подруги и продолжая игнорировать профессора.
- Надеюсь... - Лаванда непроизвольно поёжилась под холодными изумрудными глазами и самоуверенной улыбкой.
- Поттер! Минус десять баллов с Гриффиндора! немедленно повернись к учителю, который с тобой говорит! - рявкнул Снейп и подлетел к котлу Гарри. - Флиртуйте с Браун ВНЕ моих уроков. - угрожающе прошипел профессор, буквально просверливая дыру в задумчивом гриффиндорце.
- Простите, профессор. - легко кивнул Гарри и непривычно покладисто принялся за нарезку составляющих к зелью.
" Радуйся, Снейп, пока можешь. Через пару лет я вырву твой поганый язык и заспиртую его, предварительно заставив тебя вылизать весь пол и сожрать половину твоей заспиртованной коллекции. " - мрачно ухмыльнулся Избранный сильнее надавливая на нож.
После урока замученные гриффиндорцы буквально выползли из подземелий и поползли к себе в башню. Парвати и Невилл недоуменно смотрели на молчаливого Поттера и Браун.
- Что случилось? Вы какие-то мрачные. - прямо спросила Патил.
- Видишь ли, - начал Гарри. - Во время урока я высказался за уничтожение носатого упыря, а Лаванда не поддержала мою идею. Ей, видишь ли, жаль Снейпа. - издевательски протянул Гарри наблюдая за несчастной Лавандой.
- Я - за. Если кто-то будет убивать этого урода, то я пойду с ним. - поддержал Невилл.
- Заманчивое предложение... - мечтательно заулыбалась Парвати. - Я была бы не против. Конечно не сама бы стала его убивать, а просто бы не мешала другим. - честно призналась индианка пытаясь не смотреть на ошеломленную подругу, которая не ожидала такого предательства.
- Все хотят. А ты? - тихо спросил Долгопупс.
- Я не против, но только не вы... - стала защищаться Лаванда. - Вас посадят за такое в Азкабан! - она попыталась призвать к благоразумию.
- Простые шутки ты воспринимаешь слишком близко к сердцу. Не будь такой наивной. - тихо рассмеялся Гарри, прекрасно понимая, что все высказались абсолютно честно. - И ещё, если бы я убивал Снейпа, то сделал бы всё так, что никто никогда бы не догадался. - трое спутников победителя Тёмного лорда почему-то поверили этому.
... После лёгкого обеда и пары часов отдыха, все студенты разбившись на четыре колоны стояли у ворот школы. Гарри равнодушно рассматривал нарядных пуффендуйцев, которые стояли с дурацкими доброжелательными лицами.
" Счастья полные штаны." - чуть было не фыркнул гриффиндорец. Сам Гарри недовольно кутался в мантию и мрачно смотрел в небо - долгожданные делегации задерживались. " Мы торчим здесь уже сорок минут! " - плотнее укутался Гарри, который переохладился ещё вчера. " Замершие и угрюмые ученики не являют собой пример доброты и радости, не так ли, профессор?" - ехидно думал парень смотря на директора, который до сих пор не терял энтузиазма. Наконец, под радостные возгласы школьников из озера вынырнул Дурмстрангский корабль, а с неба спустилась карета с французами. Все радовались не только приезду гостей, а скорее возможностью покинуть холодную поляну.
Гигантская Мадам Максим и скользкий козлоподобный Каркаров вызвали у Гарри только отвращение.
- Вот это Мадам. - хмыкнул Поттер, насмешливо смотря на Дина, который ожидал увидеть французскую красавицу, а не трёхметрового монстра. Симус ничего не ответил, а только восхищённо раскрыл рот.
" Этому идиоту не смешно? С чего бы это?" - удивился Гарри и попытался проследил за взглядом Финнигана.
- Крам... - благоговейно прошептал Рон.
- Ничего себе... - выдохнул Поттер, понимая что только что потерял должность самого известного парня школы.
Вся школа ревела, приветствуя Крама и это было искренняя радость. Многие девчонки бесновались и пытались судорожно найти перо, в их числе были и Лаванда с Парвати.
" Квиддичные игроки ценятся выше, чем победители Тёмных лордов." - признал Гарри и ловким движение трансфигурировал веточку в перо.
- Держи. - равнодушно сказал он, отдавая перо своей девушке. Лаванда благодарно поцеловала своего парня и побежала с Парвати за автографом.
" Даже неприятно." - задумчиво признал Поттер и засунув озябшие руки в карманы, с остальными "брошенными" парнями побрёл в родную школу. - Но не смертельно. - обронил Поттер на змеином языке и заставил вздрогнуть мелких слизеринцев идущих рядом с ним. Малыши испугались и побежали жаловаться старшим на Поттера. Грюм, услышав змеиный язык, тоже попытался сдержать дрожь - господин часто размышлял на партселтанге. После таких размышлений обязательно кто-то страдал, поэтому фразы на языке Слизерина, проскальзывавшие в обычном диалоге считались плохим знаком для Пожирателей.

0

21

Глава 21.

Гарри вместе с остальными учениками зашёл в Большой зал. Все факультеты Хогвартса смешались между собой и теперь все разбредались по своим столам. Поттер одним из первых уселся на своё привычное место, а Невилл сел по левую руку от своего лидера, на бывшее место Рона.
- Занято. - сказал Гарри Гермионе, которая пыталась сесть с права. - Здесь Лаванда сидит. - пояснил он пытаясь не смотреть на доставучую сокурсницу. - И здесь тоже. - процедил гриффиндорец указывая на место рядом с местом своей девушке.
" Достала... Каждый раз пытается сесть на эти места. Я ей не попугай, чтобы каждый раз повторять."
- Ну их же нет. - воспротивилась Грейнджер.
- И что?! - взвился Гарри. - Это Их места, и они предназначены для Них.
- Но раньше я здесь сидела! - Гермиона махнула на пустое место Лаванды.
- Это было раньше. Ты потеряла возможность сидеть рядом со мной. - едва скрывая мрачную радость прошипел Поттер.
- Ты о чём? - удивилась девушка.
- Просто сядь на другое место. - пытаясь не придушить назойливую подругу прорычал Гарри.
Через каких-то пару минут Парвати и Лаванда вернулись.
- Мы передумали. Нам не нужен ни чей автограф. - осторожно сказала Браун смотря на задумчивого парня.
- Делайте что хотите. - равнодушно отвернулся Гарри и с превышенным интересом уставился на французов, которые даже в зале не сняли одежду. Трое из них даже не размотали замотанную шарфом голову.
- Идиоты, ещё бы по легче оделись. - хмыкнул Невилл, про следя за насмешливым взглядом Поттера.
Тем временем в зал грозно вошли дурмстрангцы под предводительством Каркарова. Увидя их, многие присвистнули - гости по размерам не уступали Креббу и Гойлу. Правда стоило гостям снять свои шубы, как те превратились во вполне нормальных, но несомненно накачанных студентов. Дурмстрингцев приветствовали сильнее, чем французов, благодаря славе Крама. Каждый факультет хотел, чтобы великий ловец сел с ними. Даже обычно тихие и сдержанные слизеринцы приветливо(!) махали руками. Гарри тоже очень хотел, чтобы болгары сели за его стол. Он хотел увидеть зависть и злость на лице Малфоя. Поттер даже хотел встать и позвать гостей к своему столу, но сдержался. Гарри Поттер, стоящий по среди зала как какой-то слуга, лакей, ничтожный домовик... Никогда.
" Пусть катятся к чёрту! " - решил Поттер провожая взглядом дурмстрангцев, которые располагались за столом Слизерина.
Стоило всем рассесться, как Дамблдор двинул речь и покровительственно махнул рукой - столы мигом наполнились блюдами. На какое-то время Гарри выпал из реальности, ощущение было такое, как-будто весь шум проходит через какую-то преграду. Обычно внимательный и расчётливый разум просто отказывался принимать информацию из вне.
- Я такого ещё не пробовал! - воскликнул Рон и жадно накинулся на французские блюда.
- Животное. - презрительно шепнул Гарри на ухо Невиллу. Сам Поттер ограничился обычной, британской кухней.
- Передайте пожалуйста буй-я-бес! - попросил кто-то со стола когтеврана. Этот кто-то оказался красивой семнадцатилетней блондинкой. Пытаясь не выглядеть идиотом перед незнакомкой, Гарри судорожно пытался угадать, какое из незнакомых блюд за его столом буйябес.
- Вот это. - снисходительно улыбнулась француженка, видя лёгкую растерянность на лице парня.
- Возьми. - равнодушно ответил Поттер и отлеветировал блюдо девушке. Временный отказ мозга чуть было не подставил своего хозяина: парень чуть было не сказал "возьмиТЕ". И это девушке, старше его всего-лишь на три года!? Непонятно почему дали о себе знать старые принципы, давно вбитые Дурслями: уважение к тем, кто старше тебя и прочая ерунда.
- Вы уже поели? - поинтересовалась она с лёгким акцентом.
- Я не хочу, а остальные, я думаю, не против. - усмехнулся Гарри, пытаясь не обращать внимание на возмущённого Рона, который всё открывал и закрывал рот. Он не мог поверить, что тарелка улетела прямо из под его носа.
- Вы уверены? - ещё раз спросила блондинка, смотря на Поттера.
- Да. - заверил гостью Поттер и отвернулся. Ему не понравился этот взгляд. На него смотрели как на маленькое дитя.
" Сразу видно, насколько она избалованна. " - подумал Поттер. " Красивая, скорее всего богатая... Почти взрослая. Понятно, почему у неё такой взгляд и снисходительный тон. Взрослая красавица заговорила с "маленьким" мальчиком... Слава ей! Привыкла, что все ползают у её ног. Вот даже Уизли оторвался от еды, да что там Уизли, Невилл, и тот оживился!" - удивился Гарри. Он заранее решил, чтобы не случилось, он никогда не будет ничего просить у этой девушке.
" Я не буду бегать перед ней. Я даже не буду пытаться разуверить её насчёт "маленького меня". Мне вообще плевать на её мнению. Даже в коридорах замечать не буду." - обиделся Гарри, пытаясь как можно безболезнее проглотить обиду.
- Какая красавица! - восторженно шепнул Невилл. На памяти Поттера, пухлый гриффиндорец впервые завёл беседу о девушках.
- Красивая... Но мне больше нравятся девушки с тёмными волосами. - признался Гарри, прекрасно зная, что Лаванда услышала его. " Что же, мой навык убийства одним выстрелом двух зайцев только улучшается." - Гарри старался каждую свою фразу направить на повышение мнения окружающих о себе.
- Нет, ты не прав! - горячо заспорил Долгопупс. - Она идеал! Богиня... - с придыханием произнёс парень.
- Или вейла. – тихо подсказала Парвати.
" Чёрт, только второго озабоченного Рона мне не хватало...! От одного избавился - появился второй... Я что, на вас так плохо влияю?!" - мысленно возопил Гарри. Влюблённый Долгопупс пугал его и отчасти вызывал омерзение. Красавица и Невиллл... " Брррр... Всё-таки я слишком высоко ценю женскую красоту, и красоту вообще. Не люблю девушек "любовью Дамблдора", а ценю их внешность. Интересно, почему внешне красивые люди автоматически вырастают в моих глазах до уровня сверхлюдей? " - задался странным вопросом Гарри. Он сосредоточенно искал ответ на этот вопрос и благополучно пропускал мимо ушей восторженный шёпот Невилла. Долгопупс поняв, что его не слушают, безлобно покачал головой.
" Гарри ушёл в себя." - это значило, что нужно почтительно молчать и ждать его возвращения. Гарри тем временем рассеяно смотрел по сторонам в поисках ответа на вопрос.
" Взять к примеру эту блондинку и, допустим, Лестрейндж. Они красивы, поэтому я заранее к ним лучше отношусь. Или взять эту идиотку и главную страшилу Хогвартса Элойзу Митчел... Элайзу... короче её. Первые - люди, вторая - получеловек." - нашёл решение Поттер и даже придумал доказательство для закрепления своей теории. "Если бы я убивал их, то первых я убил бы Авадой, сохранив их красоту, а эту уродку уничтожил, стёр бы Бомбардой!" - Поттер привёл пример и ужаснулся. Да он бы никогда не убил девушек! Он - мужчина. " А в крайних ситуациях?" - коварно зашептал внутренний голос. Поттер махнул головой, будто говоря, поговорим потом.
Праздничный ужин закончился и все толкаясь стали выходить из зала. Гарри предложил Невиллу, Лаванде и Парвати подождать пока все разойдутся. Поэтому четыре представителя Гриффиндора выходили из зала одними из последних. Они в отличие от остальных шли молча и не обсуждали возможных чемпионов. Как назло, гриффиндорцы попали между дурмстрангцами и шарбатомцами, которые оказались такими же умными, как и англичане. Дурмстрангцы такой же грозной и мощной колоной шли к выходу. Поттер заметил, что они чем-то напоминают роботов - тупых и исполнительных. Студентов вёл важный Какраров. Он выглядел как генерал, выведший на парад свой маленький отряд.
- С дороги! - прикрикнул на маленького когтевранца директор дурмстранга. Худощавый мальчик что-то извинительно пролепетал и поспешил исчезнуть с дороги Каркарова и его студентов.
" Если бы сейчас Дамблдор видел своего друга Игоря." - улыбнулся Гарри, желая увидеть грусть на лице вечно доброго и уже порядком надоевшего старика.
- Виктор, ты хорошо поел? Как себя чувствуешь? - отеческим тоном поинтересовался Каркаров у своего самого знаменитого и самого любимого ученика.
- Всё в порядке. - ответил Виктор.
- А я бы хотел вина, директор. - нагло заявил другой студент.
- Тебя никто не спрашивает, Поляков! - рыкнул директор из голоса которого мигом исчезли все отеческие и добрые нотки. - Ты опять заляпал свою мантию, свинья!
Пристыженный Поляков замолчал и поспешил затеряться в конце колоны.
- Пропустите! - опять рыкнул Каркаров, смотря на квартет в мантиях гриффиндора.
" Тупые дети..." - мысленно простонал Игорь. Один из парней повернулся в его сторону. Он ничего не сказал, а просто внимательно посмотрел на Игоря. Каркаров тоже остановился и также внимательно посмотрел на юношу. Первое, что он увидел это немного длинные тёмные волосы, ярко зелёные глаза и тонкие губы, а все остальные черты лица вырисовались потом. Игорю стало интересно, почему этот юноша смотрит на него без страха. Он всё-таки директор школы, где изучают тёмную магию. Мало того, этот мальчишка смотрит на него одновременно вызывающе и вежливо, даже с некой степенью снисходительности, будто даря награду, которую мужчина не заслуживает. Многие приняли бы выражение лица парня за вежливое, но Каркаров не зря считался крайне скользким типом, поэтому разглядел под доброй маской раздражение, лёгкую насмешку и сильный интерес. В общем, весь вид парня предупреждал - не трогай меня и я не трону тебя.
Поттер усмехнулся из-за чересчур тщательного осмотра и легонько махнул головой, пропуская мужчину вперёд. Из-за лёгкого движения головой чёлка растрепалась и тёмный волшебник увидел шрам в виде молнии.
- Гарри Поттер... - ошарашено выдохнул он и сделал шаг назад. Все остальные, кто наблюдал за этой сценой также ошарашенно вздрогнули и стали пристальней разглядывать знаменитость. Правда французы смотрели на него с интересом и восхищением, а дурмстрангцы с интересом и опасением.
- Да, это он, Каркаров. - проскрипел подоспевший Грюм. - Тебе есть что сказать победителю Волан-де-морта?
- Ты!? - воскликнул Игорь, пытаясь сдержать страх. Он был настолько поглощён разговором с Дамблдором, что не заметил старого мракоборца.
- Я. - усмехнулся Грюм. - Давно же мы не виделись... С тех пор как...
- Не важно. - рыкнул Каркаров, буравя Аластора ненавистным взглядом. После панического рыка, Гарри стало особенно интересно узнать подробности.
- Если тебе нечего сказать ему, то проходи и не задерживай других. - посоветовал Грозный Глаз.
- Всем на корабль! - приказал бывший Пожиратель, голос которого снова приобрёл командные нотки
- Подождите, сэр. - громко сказал Поттер смотря на отвернувшегося Каркарова. Тот быстро повернулся к Поттеру и раздражённо поднял бровь.
- Рад знакомству. - вежливо улыбнулся Гарри пытаясь скрыть шаловливый взгляд. Он прекрасно понимал, что каждая лишняя секунда в обществе Грюма заставляет северного гостя всё сильнее и сильнее паниковать. Грозный Глаз поняв задумку своего студента криво улыбнулся и с гордостью посмотрел на смельчака.
- Взаимно. - соврал Каркаров и поспешил покинуть место встречи со своим злейшим врагом. Стоило мужчине отвернуться, как Поттер мгновенно из прилежного и ответственного ученика преобразился в ухмыляющегося и коварного демона.
- Не хорошо издеваться над теми, кто старше вас как минимум в два раза. - по мальчишески ухмыляясь укорил учитель своего распоясавшегося студента.
- Простите, профессор. - невинно сказал Гарри. - Просто он так быстро убежал от вас.
- Ничего страшного, Поттер. - прохрипел Грюм. - Пять балов Гриффиндору.
- С каких это пор Грюм даёт очки просто так? - удивилась Лаванда, когда профессор ухромал в сторону своего кабинета.
- Я ему нравлюсь. - пошутил победитель Тёмного Лорда.
- Вы и вправду Гарри Поттер? - спросила одна француженка.
- Да. - подтвердил гриффиндорец.
- Приятно познакомиться, меня зовут Флер Делакур. - поприветствовала Гарри та самая девушка, которая попросила буйябес. Парень мило улыбнулся и кивнул головой. После Флер его поприветствовали остальные гости из Франции, имена которых он не запомнил.
- Спокойной ночи. Надеюсь Хогвартс вам понравился. - попрощался Поттер у выхода из школы. Гости что-то пожелали ему по франц узки, по-видимому, спокойной ночи, и заспешили в свою карету. Задержалась только Флер:
- Спокойной ночи, Гарри. - искренне пожелала девушка. От её улыбки Поттер внутренне возликовал, но через секунду его лицо приняло мрачное выражение. Его желание не обращать внимание на эту принцессу было только что уничтожено.
"Какая-то не знакомая девушка, за какие-то пять минут смогла так взволновать меня. Как? Почему? Это не возможно! Мне же плевать на всех кроме себя." - недоумевал Поттер.
- Не смей флиртовать с этой Флер при мне! - яростно прошипела Лаванда, на которую, как и на других спутников Поттера не обратили внимание.
- Что? Я не флиртовал. Она сама познакомилась со мной. - спокойно ответил Поттер с интересом наблюдая первую в своей жизни сцену ревности.
- Ты этого хотел. - упрямо заявила она.
- Мне интересно побольше узнать про Шарбатом. - признался Поттер. - Да и вообще, неужели ты и вправду думаешь, что Она обратила на меня внимание, не будь я победителем Волан-де-морта?
- Я предупредила. - уже более спокойно сказала девушка.
" Я здесь главный." - про себя буркнул Гарри, у которого совсем не было желания спорить с Лавандой. Он вяло отвечал на шутки своих спутников и неохотно брёл в башню родного факультета. Его душа требовала тишины и спокойствия, которые почти всегда отсутствовали в месте проживания гриффиндорцев. В гостиной как он и предполагал, царил шум и гам, все носились и кричали. Рон и Гермиона опять попробовали восстановить дружественные отношения с Гарри. Но все попытки бывших друзей разбились о задумчивость Поттера. Он сослался на головную боль и поднялся в спальню, Невилл конечно же, засеменил с ним. Лаванда и Парвати, наоборот, решили проявить характер и остались веселиться. Гарри сидел и лениво читал книгу про защитные чары. Это была книга, которую посоветовали учителя "для более глубокого понятия". Всё это значило, что книга скучная и не интересная, а заклинания в ней лёгкие.
- Офигеть, я не мог представить, что про этот щит можно написать целую главу! - воскликнул гриффиндорец. Он не понимал, зачем столько ненужной информации, если можно написать только слова заклинания и краткую инструкцию.
- Не все гении, как ты. - завистливо сказал Невилл.
- Если ты будешь со мной, то станешь могущественнее Гермионы. - пообещал Поттер.
- Невозможно. - обессиленно уткнулся головой в подушку Долгопупс.
- Я обещаю тебе. - уверенно сказал Гарри и откинул книгу. – Хочешь, я покажу тебе кое-что?
- Конечно. - мгновенно приободрился Невилл.
- Смотри, вот рецепт, который вернёт мне зрение. - возбуждённо заявил Гарри махая исписанным пергаментом. - Я сделаю этот ритуал и смогу видеть без этих неудобных линз и очков.
- Ты нашёл?! Всё-таки нашёл возможность? - радостно захлопал верный пёс. - Невероятно! Никто же не знает об этом... Ты расскажешь? - моляще попросил Долгопупс.
. . . - Получается, его запретили только из-за того, что в нём присутствуют тёмные составляющие? - удивился Невилл.
- Наше Министерство и всё тупое общество предпочитают откинуть всё тёмное из-за панического страха, даже если это тёмное идёт на благо. - невозмутимо сказал Гарри вслух выражая протест против неправильной системы. - Ты не мог бы достать вот эти редкие ингредиенты через бабушку? - внезапно спросил Поттер. - Они разрешены. - добавил он.
- Попробую. В крайнем случае, обращусь к дяди. Он много путешествовал и много знает. - вдохновился Долгопупс. Он очень редко имел возможность помочь своему идолу.
- Заранее спасибо. А ты не знаешь какие-нибудь названия тёмных лавок в Лютном переулке? Эти составляющие нигде больше не достать. - пояснил Гарри.
- Нет. - не задумываясь сказал Невилл. - Только "Горбин и Беркс", но они только артефактами торгуют.
- Жалко. - буркнул Гарри. - Как много преград на нашем пути, а сколько их будет в будущем? - Гарри задумчиво провёл по нижней губе.
- Мы справимся. - уверенно сказал Невилл. - Я верю, что ты утрёшь нос всем, кто не верит в тебя.
- Только ты понимаешь меня. - тепло улыбнулся Гарри своему единственному, как ему иногда казалось, другу.
"Верный, неуклюжий и смешной Невилл... Он, по-моему, единственный, кто никогда не предаст меня."
Постепенно в комнату возвращались остальные жильцы. Но Гарри хорошо изучил чары миража. Он потратил огромное количество сил, но зато все сейчас думали, что он спит в своей постели, когда на самом деле парень спокойно сидел на подоконнике. Он чувствовал себя умиротворенным, ведь всё шло по плану. Правда у этого плана пока не было конца и он менялся почти каждый день... Но всё-таки новые знания и потрясающую магическую мощь никто уже не отберёт, а прислужники всё сильнее и сильнее привязываются к лидеру.
Так наступило тридцать первое октября, день, который должен перевернуть всю жизнь Поттера. Гарри настолько погрузился в свои мысли, что ни разу не вспомнил о родителях, которые погибли в этот день тринадцать лет назад защищая его жизнь.

0

22

Глава 22.

Утром тридцать первого октября Гарри проснулся от назойливой возни в комнате. Вчера парень легко обманул сокурсников и просидел на подоконнике ни один час, поэтому сегодня проснулся позже, чем обычно. Рон злился и не будил его из принципа, Невилл просто боялся нарушить покой Поттера, а Симус и Дин сами любили поспать, поэтому никого никогда не будили - давали возможность выспаться. В это утро Поттер был спокоен как удав, даже пассивен. Было лень куда-то идти, поэтому подросток решил прогулять завтрак. Дождавшись, когда все уйдут, Гарри поднялся с постели и нарочито медленно оделся. Сегодня как ни как первый день каникул и Хеллуин. Особых планов на сегодня у парня пока не было, поэтому он планировал провести день как обычно, в обществе верных сторонников и книг. Одеваясь, он поймал себя на мысли, что не прочь "случайно" встретиться в коридоре с Флер и поболтать с ней минут пять. Он и вправду стал думать над осуществлением плана, но его раздумья прервал говорящий Патронус.
- Гарри, если тебе не сложно, то подойди в мой кабинет. Филиус Флитвик. - потусторонним голосом сообщил призрачный бурундук.
- Бурундук... - насмешливо хмыкнул парень, вспоминая защитника-кроху. Ему было интересно, почему профессор позвал его в первый день каникул, поэтому гриффиндорец спустился в гостиную и стал ждать Парвати, Лаванду и Невилла. Он, конечно же, мог пойти без них, но Поттер чувствовал, что в этот раз стоит друзей взять с собой.
Гарри в сопровождении верной троицы поспешил в кабинет заклинаний. Маленький профессор радостно поприветствовал любимого ученика и поздравил с Хеллуином. Хитро усмехнувшись, Флитвик подозвал к себе Поттера и предложил ему заманчивое предложение: Гарри если захочет, может пойти украшать коридор на первом этаже. Оказывается, Пивз умудрился уничтожить большинство украшений наколдованных учителями. Не раздумывая, Поттер согласился - ведь он может помочь Хогвартсу и лично Флитвику, к тому же появляется ещё одна возможность выделиться перед друзьями, которые топтались за его спиной.
- Я другого от вас и не ожидал. - радостно запрыгал учитель.
- Что вы задумали, сэр? - обеспокоенно поинтересовался Гарри, желая узнать причину странного веселья профессора заклинаний.
- Я решил устроить практическую работу для самых способных учеников с вашего потока. - сообщил Флитвик едва не потирая руки. - Я хочу поверить вашу смекалку и ваши знания как по школьной программе, так и по вашей самостоятельной работе. Вы можете накладывать различные чары, примерять Трансфигурацию... - стал перечислять профессор.
- А кто участвует? - прервал профессора Гарри.
- Вы, мисс Грейнджер и мисс Лестрейндж. - подтвердил догадку парня профессор. - У вас троих впечатляющие результаты по моему предмету. Можно сказать, это у вас в крови. Ваша мать и мать Дианы были настоящими мастерами по чарам... Такое творили на уроке... - зажмурился от приятных воспоминаний учитель.
- У кого получится лучше всех... Он получит баллы? - спросил Гарри.
- Баллы, и мой личный подарок. - поправил ученика профессор.
- Какой? - полюбопытствовал Поттер, на памяти которого, профессора впервые кому-то обещали подарки.
- Дополнительные занятия со старшекурсниками.
" Достойная награда." - мгновенно сориентировался Поттер. Эти занятия посещали только шести-семикурсники, причём самые способные. "Таланты Хогвартса", так называли их остальные, менее одарённые ученики. " Это мой шанс. Нельзя его упустить. Следующего приглашения можно ждать полгода. Гермиона мне не ровня, у неё воображения нет - одних летучих мышей и тыкв наколдует. С Лестрейндж всё сложнее..." - мозг гриффиндорца лихорадочно работал.
- Уже можно идти? - нетерпеливо спросил Гарри.
- Конечно. - Гарри кинул пару слов своим друзьям, и ушёл из кабинета не дожидаясь Гермионы. В коридоре на первом этаже было пустыно - все сидели по своим гостиным и гадали, кого выберет кубок. Достав палочку, Поттер приступил к украшению коридора. Не успел он произнести и одной сотой всех планируемых заклинаний, как почти одновременно пришли Грейнджер и Лестрейндж. Девушки получили послания от Флитвика позже, поэтому пришли с небольшим опозданием. Слизеринка видя своих противников кривилась, по всей видимости, она не считала, что эти двое смогут составить ей достойную конкуренцию. Когда все наконец приготовились выполнять задание, то коридор условно поделили на три части: часть Гарри, часть Гермионы и часть Дианы. Следует отметить, что хитрый Поттер пришёл раньше всех и занял самую тёмную часть коридора.
Гарри сначала использовал в основном трансфигурацию, нежели чары и превратил чистый и ухоженный коридор в пыльный и мрачный склеп. По мановению палочки с потолка свисали летучие мыши, а маленькие злобные тыквы стали парить над землей. Блестящие доспехи стали ржавыми и скрипящими, заляпанные лжекровью. Чтобы превратить гоблинские доспехи в украшения к Хеллуину, парню опять пришлось накладывать чары миража. На этом первая часть плана закончилась, начиналась вторая - более тяжёлая.
Настроившись, Гарри наложил хитроумные сигнальные чары на свою часть коридора. При приближение человека они должны были запустить остальные эффекты, порождённые изощренным сознанием начинающего тёмного мага. Когда срабатывали сигнальные чары, то доспехи начинали скрипеть и из них выбегали маленькие пауки - ужас девушек с первого по седьмой курс. А если ещё добавить лёгкий туман и заклинание понижения температуры, то выходило вообще прекрасно, то есть ужасно. Под конец Гарри наложил на свой "коридор страха" одно редкое, но интересное заклинание - заклинание паники. Все, кто входил в этот коридор, начинали испытывать необъяснимый страх. После стольких магических трюков парень устал, но устал приятно, он осознавал всё своё могущество.
- Почему ты ничего не делаешь? - спросила Гермиона в перерывах между колдовством.
- Я уже закончил. - лаконично ответил Гарри.
- Неужели ты уже всё? Я только... - затараторила Грейнджер. Ей казалось, что ещё чуть-чуть и завяжется дружеская беседа, как в старые добрые времена. Но парень ни как не хотел идти на контакт, поэтому девушка прекратила все попытки завести беседу. Минут пять прошло в тишине, но Гермиона опять начала натиск на неприступную и молчаливую крепость "Поттер". Но Гарри упорно молчал, пытаясь не замечать грустное выражение лица у бывшей подруги.
- Грейнджер, заткнись! - прошипела слизеринка, которая находилась между гриффиндорцами и пыталась колдовать. - Поттер не хочет с тобой говорить, а я не хочу слушать твой противный голос.
- Не слушай! Я не с тобой говорю. - взвилась Гермиона и снова повернулась к Гарри. - Так ты... - начала она.
- Помолчи, Гермиона. Ты мешаешь мне думать. - плюнул на приличия Поттер и довольно грубо ответил своей бывшей подруге.
- Ты...! - девушка махнула рукой и отвернулась. Старый Гарри почувствовал бы себя конченым человеком, но новому было всё равно. Чтобы не искушать лохматую зубрилку начать новый контакт по возвращению дружбы, победитель Волан-де-морта сел на постамент статуи спиной к девушкам.
- Вы многое знаете о страхе. - прохрипел чей-то скрипучий голос. - Немногие могут заставить других бояться.
Гарри вздрогнул и крепче сжал палочку, которую до сих пор держал в руке - близость Лестрейндж внушало состояние опасности. Парень повернулся и увидел задумчивого Кровавого Барона, главное привидения подземелий Слизерина.
- Вы мне? - спросил гриффиндорец у привидения.
- Вам, мистер Поттер. - подтвердил Барон, до сих пор прибывающий в каком-то трансе. Он впервые за много лет заговорил с гриффиндорцев и сейчас пытался понять причину своего поступка.
- Спасибо. - неуверенно ответил Поттер с интересом рассматривая Барона. Раньше он считал призрака исчадием Ада и старался не смотреть на него вообще, сейчас же выпала уникальная возможность рассмотреть "врага" с близкого расстояния.
- Вам спасибо, мистер Поттер. Вы единственный из всей школы, кто смог создать настоящую обстановку для праздника смерти. - задумчиво изрёк призрак сканирую парня своими жуткими глазами. При жизни он был тёмным магом, поэтому после смерти мог чувствовать тёмную ауру человека. Ещё год назад аура у мальчика была добрая, наивная и неинтересная. Сейчас же перед ним стоял совсем другой человек, внутренне и внешне полная противоположность прежнего Поттера. Призрак мог чувствовать мощь и силу этого подростка, тёмную силу, которую никто ещё не заметил. Барон втайне наблюдал за Поттером последние два месяца. Гриффиндорец был внешне добр и спокоен, но под маской спокойствия чувствовалась великая сила. Часто в его голосе можно было слышать насмешку, издевку, повелительные нотки, а в глазах раздражение, скукоту и холод. Кроме Кровавого Барона ещё несколько слизеринских привидений чувствовали мрачное обаяние, исходящее от Поттера, но они молчали по приказу Барона.
" Всё идёт к тому, что должно быть." - подумал Барон. " Человек, обладающий змеиным языком, не может быть другим. А Дамблдор глупец, до сих пор думает, что этот щенок полностью на стороне света. Стареет, наверное, Тома он быстрее раскусил."
Юноша и призрак смотрели друг на друга и что-то решали для себя. Гарри почти наслаждался этим мгновением. Он всегда любил смотреть на кого-либо и размышлять, но это было неприлично, поэтому подросток был лишён этой возможности.
- Счастливого Хеллуина. - наконец проскрипел Барон и полетел по своим делам. Две девушки удивленно смотрели на странное происшествие. Подумать только, два совсем противоположных создания миролюбиво говорили друг с другом!
- Лестрейндж! Что нашло на вашего Барона? Почему он такой общительный? - спросил Гарри у Слизеринки. После разговора с этим жутким призраком очень хотелось услышать человеческую речь, хотя бы свою. Диана конечно же не ответила, вместо ответа она села на скамейку и стала ждать прихода Флитвика.
" А вот ты не общительная..." - мысленно пробурчал Гарри. " Кто сегодня сдох, что он полез говорить со мной?" - недоумевал Поттер. " Поздравляю с праздником смерти... Спасибо! Ровно тринадцать лет назад мои дорогие родители оставили наш бренный мир." - съехидничал четырнадцатилетний безбожник и криво усмехнулся. " Зато их нет и некому контролировать меня... За время, проведённое без родителей я стал намного приспособленнее к жизни чем все эти идиоты. Я даже благодарен тебе, Тёмный Лорд... С родителями я бы вырос не таким духовно совершенным как сейчас. Многие назвали бы моё психическое состояние моральным уродством, но я то знаю, что все эти добрые принципы Дамблдора не прокатывают в нашем мире и ужасно осложняют жизнь. Поэтому я решил верить только в себя и надеяться только на свои силы, полученные любыми путями и из любых источников."
Минут через десять пришёл Флитвик.
- Все готовы? - спросил учитель. Получив положительный ответ, коротышка стал проверять работы. Гермиону он похвалил, Лестрейндж похвалил ещё сильнее, а Гарри... Стоило профессору подойти к парню... он ещё долго не мог прийти в себя. Поттер рассказывал о своих изобретениях и то и дело слышал восторженные восклицания учителя.
- Невероятно! Потрясающе! Я и Минерва должны гордиться вами. Вы создали такое, чего бы не смог создать и выпускник! Вы не просто наложили чары, как мисс Лестрейндж, а сплели целую цепочку из чар. Вы соединили сигнальные чары с остальными "эффектами". Эта довольно сложная магия, которая многим не по силам. - захлёбывался слюной Флитвик - он впервые видел такой уровень у студента.
- Скажите, а как вам удалось превратить сияющие доспехи в ржавые и покрыть их кровью? - заинтересованно спросил профессор, обратив внимание на декорации. - Это же гоблинская работа. Она не поддаётся трансфигурации и заклинаниям.
- Я наложил чары Миража, сэр. - не удержавшись от ухмылки ответил Гарри. Сейчас часы, потраченные на изучения этих чар, окупятся в стократ. " Лучший. Я лучший. Сегодня я поставил высокую планку и буду её держать." - душа парня вибрировала от переизбытка чувств.
- Что вы сделали...? - севшим голосом переспросил профессор.
- Чары Миража. - невозмутимо подтвердил Гарри. Его нервы и чувства были напряженны до предела, но лицо оставалось бесстрастным, а фигура расслабленной.
- Их не проходят в школе. - тихо пропищал Флитвик. - Их не знает ни один ученик.
" Я особенный." - читалось в горящих глазах гриффиндорца.
- Я случайно наткнулся на них в библиотеке и решил изучить. - скромно ответил Поттер, потупив дико горящие глаза. Ему впервые не пришлось врать, всё произошло действительно так. Пока профессор распинался перед победителем, между Поттером и Лестрейндж шла молчаливая дуэль. Насмешливый и торжествующий взгляд гриффиндорца заставлял слизеринку всё сильнее и сильнее сжимать палочку. Дочь самых известных пожирателей впервые проиграла и до сих пор не могла поверить в случившееся.
" Как? Он не может это знать... Он не мог победить меня. Почему он?" - читалось в глазах девушки.
" Ненавижу!" - чуть не крикнула Лестрейндж, когда насмешливый взгляд врага сменился на снисходительный. Невинная красота девушки, которая многих сводила с ума и являлась оправданием в случае проступков, мгновенно преобразовалась в красоту разъярённой демоннесы: щеки заалели, глаза зло засверкали, а злая улыбка предупреждала Поттера о скорой мести, казалось, что изменились все черты лица и даже волосы непокорно растрепались из идеальной причёски.
Гарри смотрел на прекрасную девушку и не чувствовал ничего кроме мрачного, безумного торжества. Сейчас он понимал выражение "хочется петь и танцевать." Если бы не было рядом профессора, то Гарри стал бы издеваться над побеждённым врагом, насмехаться над её проигрышом. Но Флитвик стоял в двух метрах и что-то назойливо восклицал, поэтому оставался только взглядом унижать гордую аристократку. Сменив торжество на снисхождение, победитель Тёмного лорда имел удовольствие лицезреть задыхающуюся от ярости слизеринку. Он видел как она крепко сцепила зубы чтобы не прикончить своего врага, видел её медленно поднимающуюся грудь, побелевшие тонкие пальцы, судорожно сжимающие волшебную палочку.
" Крах ледяной королевы." - холодно оскалился Гарри. Он словно энергетический вампир высасывал силу из побеждённой, оставляя только ещё большее отчаяние. Подростка больше не волновали баллы, подаренные восторженным Флитвиком и его обещания великого будущего. Сейчас был ЕГО триумф, а мельтешение этого гнома только мешало. Во время триумфа хотелось скинуть маску благодарного ученика и выпустить на свободу свои настоящие чувства и эмоции - нужно было побезумствовать в одиночестве.
- Спасибо, сэр. Я рад, что смог вас впечатлить. Можно мне сходить умыться, а то я немного устал. - кое-как улыбнувшись, спросил Поттер.
- Конечно, идите. Я прекрасно понимаю, колдовство такого уровня отнимает уйму сил. - понимающе сказал профессор заклинаний.
- Удачного дня. Встретимся на ужине. - пожелал Гарри и не торопясь удалился в ближайший туалет.
Сидя на подоконники Поттер медленно приходил в себя.
" Всё получилось! Я смог." - восторженно думал парень. " За два месяца постоянных тренировок я смог стать лучшим не только в классе, но и в школе. Это... так легко... так просто. Остальные ничего не знают, они глупцы, идиоты. И это я использовал только светлые чары, а что будет при тёмных... Правду Лорд Волан-де-морт говорил - сильные должны управлять слабыми. Слабые маги должны подчиняться сильным, не говоря уже о магглах." - открывал для себя новые истины гриффиндорец.
. . . Гарри задумчиво шёл в сторону библиотеке. Многие студенты оглядывались на него и шептались - видно слух о мощи гриффиндорца прошёлся по школе. После конкурса Поттер проголодался и решил впервые сходить на кухню. Кухня была легендарным местом, о местоположении которой почти никто не знал. Близнецы Уизли часто заходили туда и таскали еду, но не смотря на свою доброту никому не говорили точное место её расположения. Сам Гарри ещё в самом начале года выпытал у Миртл всю нужную информацию про кухню и про Выручай комнату. Стоило Поттеру зайти на кухню, как его облепили маленькие уродливые существа.
" И как Гермиона в этих уродцев видит что-то милое?" - недоумевал подросток, сдерживаясь чтобы не пнуть досадливых слуг. Его мысли были прерваны восторженным воплем - " Гарри Поттер!", это орал... ДОББИ?
" Добби? Что этот псих делает здесь?!" - панически подумал Гарри, видя с какой скоростью к нему подлетает фанатичный домовик. После десяти минут сбивчивого рассказа Поттер вкратце узнал о жизни домовика после освобождения из рабства. Выслушав грустную историю о том, как Добби выгоняли, когда он просил деньги, подросток не удержался и закатил глаза. В голове парня созрел садистский план: нанять Добби на работу и использовать его как манекен. Всё отлично, да и домовик был бы не против... но всевидящее око Дамблдора...
" Облом." - признал Поттер. Добби не успокоился на истории своей жизни, он схватил(!) Гарри за ногу и потащил в сторону Винки.
- Не трогай меня. - сквозь зубы прорычал Поттер, чувствуя, как тонкая, нечеловеческая рука сжимает его штанину. Хотя..., Винки изрядно позабавила героя магического мира. Он с интересом рассматривал пьяную в хлам домовиху.
" Из всех этих ничтожеств, она самая ничтожная." - скривился Гарри. Кто-то из домовиков плеснул ей в лицо воду и бывшая служанка Крауча пробудилась. Увидя Гарри, она стала восхвалять Крауча и рыдать о своему потерянном положении рабыни. Пока эльфы разогревали ему еду, Поттер пытался сильнее ранить несчастное существо. Он невзначай сказал, что Барти Крауч и Людо Бэгмен сегодня будут в школе, как судьи Турнира Трёх Волшебников. Вообще, гриффиндорец любил наблюдать за муками других, поэтому следовал принципу - "сделал гадость, на сердце радость" Услышав имя своего любимого хозяина, домовуха мгновенно протрезвела и стала молить гриффиндорца рассказать ей побольше о Крауче. Сделав грустное лицо, парень сообщил, что по сравнению с Чемпионатом мира по Квиддичу, Крауч заметно похудел и осунулся.
Винки ещё сильнее забилась в истерике. Она то и дело повторяла, что её бедному хозяину не справится без неё. Между её завываниями Гарри уловил нечто важное для себя.
- Людо Бэгмен плохой волшебник? -удивился Поттер, вспоминая круглое мальчишеское лицо мужчины.
- Плохой! Очень плохой! Мой хозяин не любит его. Винки знает... Винки знает много секретов своего хозяина... Но она никогда не скажет... Никогда. - как сумасшедшая повторяла домовуха раскачиваясь из стороны в сторону.
- Что за секреты? - не удержавшись ляпнул Поттер.
- Секреты моего хозяина... - пробормотала Винки. - Они только его! Я никому не скажу, никому... - с этими словами она заползла под свой грязный плед.
" Тайны Крауча... Бэгмен плохой..." - вертелось в голове гриффиндорца. Есть ему, уже конечно же не хотелось, его голову забивали совсем другие мысли. " Для ничтожной рабыни она знает слишком много. Как бы мне извлечь всю информацию из её головы? Империус? Сыворотка правды? Если она знает настоящие тайны Крауча... Крауча можно шантажировать, анонимно конечно... Сколько перспектив. " - Поттер готов был рискнуть ради такой важной информации. Поблагодарив домовиков за еду, Гарри поспешил в библиотеку, но пройдя половину дороги, передумал. Все студенты начинали вылезать из гостиных своих факультетов и носиться туда-сюда. Даже Гарри начинал понемногу чувствовать праздничную атмосферу, плюнув на Крауча и Винки, Поттер поспешил к Лаванде, надеясь провести с ней часик-другой.
. . . Невилл, Парвати и Лаванда скучали в гостиной. Девушки листали каталог духов, Невилл гипнотизировал пустым взглядом стену. Без Гарри все чувствовали себя неуютно и одиноко. За два месяца он смог занять важное место в душе каждого. Портрет Толстой Дамы отъехал в сторону и в гостиную зашёл Гарри Поттер. Стоило ему зайти, как каталог и стена перестали интересовать его ближайших друзей - все повернулись к нему и радостно замахали руками. Лёгким движением палочки Гарри приманил из своей комнаты маленькую шкатулку. Жестом он приказал друзьям пересесть в Дальний угол гостиной.
- Дорогие друзья. - растягивая слова начал говорить Поттер. - Я хотел бы поздравить вас со светлым праздником Хеллуина. - Невилл хихикнул, и девушки улыбнулись. - В честь этого события я хочу вам вручить полезные подарки. - пасс палочкой и в руки каждого прилетело по пергаменту.
- Любимый, ты решил нам подарить пустой пергамент? - подколола своего парня Лаванда.
- Конечно же нет. - возмутился Гарри. - Я вас слишком ценю. Это специальные пергаменты, которые служат для связи. - стал объяснять лидер молодёжной организации.
- Полезная вещь. - серьёзно сказал Долгопупс рассматривая пергамент.
- Полностью с тобой согласен, мой друг. - Гарри покровительственно похлопал Невилла по плечу.
- Такие только у нас? - поинтересовалась Лаванда. - Если ты не забыл, то в нашем клубе состоят ещё Криви, близнецы и Вейн.
- Я это прекрасно помню. - более холодно сказал Гарри. - Но вы мои самые близкие и верные друзья, поэтому только вам даруется такая привилегия.
- Ну спасибо, повелитель. - шутливо поклонилась Парвати.
- Хватит паясничать. У меня к вам важный разговор. - серьёзно оборвал шутки Поттер. Он чувствовал, что его последователи морально созрели для разговора.
- Какой? - спросил Невилл.
- Как вы думаете, для чего мы создали клуб? - поинтересовался Поттер, глаза которого включили режим рентгена и сканировали собеседников.
- Сдать экзамены.
- Знать больше других.
- Чтобы быть сильными и не то кого не зависеть. - выпалил Невилл, который стал понимать смысл начатого разговора.
- Это уже ближе. - усмехнулся Поттер, лениво поглаживая Браун по спине.
- Побеждать слизеринцев? Отличаться от всех? Устроить своё будущее? - высказывались всё новые и новые догадки.
- Что я вам скажу, может, не понравится учителям... - задумчиво проговорил Поттер. Многие предложения были верны, но верны отчасти. Пришло время собрать все эти разрозненные догадки и впихнуть их в голову слушателям. - В нашем мире очень важны сила, знания, деньги и связи. Всё это служит для достижения одного - власти. Мы учимся в Хогвартсе, где нас окружают добрые учителя и всепонимающий Дамблдор. Директор всегда говорит: все равны, все должны помогать друг другу, любовь это главная вещь в жизни, честность превыше всего. - Поттер тихо засмеялся. - Да что я говорю, вы и сами прекрасно помните знаменитые афоризмы Дамблдора. - собеседники насмешливо закивали головой. Они всегда воспринимали речи Дамблдора как утопию, отрывки доброй детской сказки. - Благодаря идеям Дамблдора в школе появляется орава глупых и слабых детей, искренне верющая, что можно стать "великими волшебниками с великим будущем." Возьмите многих наших знакомых - они ничего не делают, а хотят всего. - Но за пределами школы главными критериями твоего благополучия и успеха становятся то, что почти не ценилось, а точнее не замечалось в Хогвартсе: связи, деньги, происхождение, сила. Все стремятся в Министерство не для того, чтобы служить народу, а для того чтобы урвать себе побольше власти. Им плевать на преступников и обычных людей, за деньги они могут сделать многое, раздавить любого из нас. - проникновенно говорил наследник рода Поттеров. - Поэтому я и создал Клуб. В него входят способные ученики, которые не будут, как скот слушаться министерство. Я предлагаю приобретать знания и использовать их ради НАШЕГО блага. Сейчас все притворяются, клянутся, что будут работать на благо общества... - лёгкий смешок. - Я же говорю честно: мне плевать на большинство людей в нашей школе и в обществе, на вас мне не плевать, поэтому вы сейчас и сидите здесь.
Гриффиндорцы молча сидели и пытались понять смысл слов их лидера. С одной стороны многие взрослые говорили - власть зло. Но Гарри смог интерпретировать это совсем в другом, более логичном варианте. В более заманчивом...
- Сила и знания дают уважение и богатство, с помощью богатства приобретаются связи, а уже с помощью связей - власть. Многие понимают только самый простой смысл этого слова: власть над другими, море денег и слава. Так думают только ограниченные личности. Для меня власть это гарант безопасности. Чем выше у тебя пост или должность, тем тяжелее раздавить тебя. Власть - это свобода, а свободу я ценю превыше всего. - Поттер закончил свою проникновенную речь и выжидающе смотрел на слушателей. Сейчас всё решится. Сейчас он узнает. Сейчас он или выиграет всё, или потеряет. Остаётся только надеяться, что за последние два месяца он смог хоть что-то впихнуть в их головы.
- Значит, ты хочешь направить все свои силы на достижения власти? - поражённо спросила Браун.
" Нет, блин, я просто так перед вами десять минут распинался." - чуть не закатил глаза гриффиндорец.
- Я же сказал: для меня власть означает свобода. - спокойно повторил Поттер вглядываясь в чересчур задумчивые лица обычно беспечных людей.
- Всё ради свободы и независимости от других... - повторила Парвати и легонько улыбнулась.
- Поймите, люди делятся на две категории: те, кто управляет и те, кем управляют.
- Свои желания ставить превыше желаний остальных. - заинтересованно переспросила Лаванда. Эти разговоры взбудоражили её, наверное, она уже представляла себя королевой.
- Это звучит очень цинично и аморально, но это правда. - откинулся в кресле Поттер. Он чувствовал, что его друзья будут с ним. Точнее уже не друзья, а последователи.
- Это правильные мысли. - твёрдо заявил Невилл. На радость Гарри, девушки почти всегда думали только о себе, поэтому приняли его идею с редким энтузиазмом.
"Это правильно. Нам это пойдёт на пользу." - думали все. " Стать выше других, стать элитой." - крамольные, амбициозные мысли приживались в головах гриффиндорцев. Гарри торжествующе смотрел на довольные лица последователей. Он впервые видел в их глазах алчность и предвкушение.
" Власть это возможность вершить чужие судьбы. Это возможность управлять другим живым существом. Вы если и достигнете власти, то всё равно будете подчиняться мне. Существуют господа и существуют слуги. Сегодня я окончательно стал господином троих слуг. " - смеялся в душе Поттер. " Подумать только, я пообещал им немного призрачной власти в далёком, светлом будущем и получил реальную власть в данный момент. Слава мне! Аве Поттер! "
- Я согласен. - заявил Невилл.
- Ты прав. Каждый может встать на вершину власти, почему бы и нам не попробовать? - горячо зашептала Лаванда, в глазах которой разгорался неведомый огонёк.
- В твоих идеях нет ничего преступного. Конечно, они аморально, но и мы не в сказке живём. - согласилась Парвати.
- Умнички. - приобнял девушек Гарри, целуя их поочерёдно. - Я знал, что вы будете со мной, что вы выше всех предрассудков светлой стороны.
- Невилл, в тебе я никогда не сомневался. Прости, но поцелуй от меня ты не получишь. - пошутил Гарри.
. . . Идя в Большой зал на праздник, Гарри чувствовал себя немного взволнованным. К его глубокому удивлению, выбор чемпиона от Хогвартса заинтриговал его. Честно говоря он не представлял никого из родной школы в этом образе. Многие ставили на Диггори, но Поттер чувствовал к нему глубокую неприязнь по всем известным причинам. Все студенты Хогвартса и гости сидели и боялись пошевелиться. Перед притихшими учениками сидела судейская коллегия турнира. Крауч что-то шепнул Дамблдору. Директор встал и подошёл к кубку. Все понимали, что через пару секунд узнают имена счастливчиков.
Кубок заполыхал и выплюнул кусок пергамента.
- Чемпион Дурмстранга - Виктор Крам! - громко объявил Дамблдор. Зал разразился аплодисментами, под которые великий ловец немного неуклюже проследовал в комнату для чемпионов.
- Чемпион Шарбатома - Флер Делакур! - объявил Дамблдор. Счастливая Флер лёгкой походкой устремилась к первому чемпиону, не обращая внимание на плачущих подружек. После громких воплей зал утих, все понимали, что остался чемпион от Хогвартса. Казалось, что все перестали дышать... кубок вспыхивает... Дамблдор ловит свиток с фамилией.
- Чемпион Хогвартса - Седрик Диггори! - объявил счастливый директор. Со столов гриффинора и слизерина раздались шепотки недовольства, но они мгновенно растворились в вопле Пуффендуйцев. Обычно тихие барсуки счастливо вопили и хлопали. Факультет, который годами обделяли вниманием, оказался лучшим.
- И этот дебил будет представлять Хогвартс. - разочаровано выдохнул Гарри. Он, как и многие не одобрил выбор кубка.
- Сейчас, когда нам известны имена представителей школ... - начал свою речь Дамблдор, но неожиданно замолчал. Гарри, который уже настроился пропустить речь мимо ушей, встрепенулся. Кубок почему-то загорелся в четвёртый раз и выплюнул аккуратно свёрнутый пергамент. Магический огонь ослепил учащихся и многие непроизвольно поежились, а Бэгмен, сидящий недалеко от кубка, испугано вскрикнул. Даже не смотря на небольшой опыт в тёмной магии, победитель Волан-де-морта уловил шлейф тёмной магии. Директор Хогвартса поймал пергамент и медленно развернул. На его лице отобразилось неверие и потрясение. Когда директор поднял глаза на стол львиного факультета, у Гарри засосало под ложечкой и свело челюсть.
" Этого не может быть, невозможно..." - твердил себе Гарри, но взгляд Дамблдора, направленный на парня выносил приговор.
- Гарри Поттер. - уже без улыбки произнёс великий волшебник. После этих слов гриффиндорец напрочь забыл о своих потрясающих магических способностей, непререкаемом авторитете среди друзей, необычайной смелости и несгибаемом характере. Он чувствовал себя маленьким мальчиком, ещё более ничтожным, чем во время сортировки на первом курсе. Страх был такой, что захотелось оказаться в чулане у Дурслей, желательно запертом на десяток замков. Все изумлённо смотрели на него, от этих взглядов он чувствовал тошноту и первобытный ужас. Ему уже приходилось сталкиваться с такими взглядами, на втором курсе, когда все думали, что он наследник Слизерина. Правда, те взгляды были только жалким подобием этих. Поттер понял - это конец. Никто ему не поверит, его все предали. С этой минуты он изгой, на которого скоро начнётся травля. Уже сейчас в изумлённых глазах проскальзывала ненависть, зависть и радость, вызванная падением Поттера.
Макгонагл подбежала к Дамблдору и стала что-то ему шептать, но директор отмахнулся от неё и настойчиво повторил:
- Гарри Поттер, подойдите, пожалуйста, сюда.
После слов директора с гриффиндорцем произошло то, что происходило и раньше, в казалось, тупиковых ситуациях. У него как-будто открылось второе дыхание, разум и тело мгновенно подчинились почти пришедшему в себя парню. Адреналин и жажда не опозориться заглушили страх. Он собрал всю волю и глубоко вздохнул.
- Иди. - кто-то шепнул с "родного" стола.
" Чтобы не случилось отмазаться я всегда смогу." - утешил себя Гарри, медленно вставая из-за стола. " А мнения этих идиотов никогда не волновали меня, а с этого момента будут волновать ещё меньше. Все, кто сейчас тайно смеётся надо мной - ответят. Я всем докажу чего я стою. Когда-нибудь они удавятся от зависти. А если не удавятся, я сам их удавлю." - с ненавистью думал Поттер идя по молчаливому залу и пытаясь не смотреть в лица сокурсников.
Понимание, что время для мщения когда-нибудь да придёт, заставили парня мрачно улыбнуться и возликовать. Всё самое плохое и тёмное вылезало из недр души подростка и окутывало его защитным куполом, отгораживая от внешней опасности. У гриффиндорца появилось ощущение, будто поверх его кожи появилась вторая. Эта новая кожа позволяла сохранять лицо при любых ситуациях и ничего не боятся. Благодаря её, он чувствовал себя всемогущим и смог уверенным шагом дойти для комнаты чемпионов.
Гриффиндорцы после провозглашения имени четвёртого чемпиона имели удовольствие наблюдать растерянного и шокированного Поттера. Но через каких-то пять секунд парень взял себя в руки и снова превратился в обычного и величественного человека. На лице даже заиграла тень улыбки, отчего все сильнее подумали, что Поттер специально подложил своё имя в кубок. После этого даже те, кто сомневался в причастности победителя тёмного лорда к этой афере, поверили в его виновность.
Никто не знал, что тень улыбки посвящена не радости из-за участия в турнире, а полной уверенности на неотвратимую месть.

Лучше? Вроде всё логично: сначала запаниковал, потом взял себя в руки.

0

23

Глава 23.

Гарри Поттер пытался как можно тише зайти в комнату Чемпионов. Виктор Крам, Седрик Диггори и Флер Делакур стояли у камина. Их тёмные силуэты, освещённые тусклым камином, выглядели внушительнее, чем в жизни. Гарри бесшумно прошёл в комнату и встал почти за спинами настоящих чемпионов. Он не знал, как сказать им о своём нечаянном "чемпионстве". Пока он думал, Флер сама повернулась в сторону задумчивого четверокурсника и ободряюще улыбнулась.
- В чём дело? - спросила она. - Нам надо вернуться в зал? - после её слов парень сильнее приуныл.
" Как же тебе сказать, что я не посыльный, а чемпион." - подумал Гарри.
Молчание длилось недолго, но гриффиндорцу всё равно пришлось сильно постараться, чтобы не покраснеть и не отвести взгляд от трёх старшекурсников сканирующих его взглядом. Поттер старался принять невинный вид и тем самым заставлял чемпионов сильнее хмуриться.
" Они начинают всё понимать... Дьявол, что же мне делать?! Отпираться, всё равно, что признаться, а стоять с дебильным невинным видом... " - решал для себя парень. Чаша весов в его голове стала склоняться в сторону дебильного вида - " я ни при чём, просто проходил мимо." Эту пытку прервал вломившийся Бэгмен.
- Невероятно! - схватив руку Гарри. - Необычайное происшествие! Прошу вас поприветствовать... - обратился он к чемпионам таща мрачного Гарри к камину. - Четвёртого чемпиона, участника Турнира!
После этих слов наследник Поттера попытался улыбнуться, но улыбка вышла какая-то жалкая. Крам уже смотрел на него, как на главного противника, Седрик всё ещё недоуменно хлопал глазами, а Флер взмахнула блестящими волосами и с улыбкой промолвила.
- Очень весёлая шутка, мсье Бэгмен! - стоило сияющему Бэгмену уверить девушку в обратном, как от доброй улыбки не осталось и следа.
- Это ошибка. - в голосе девушки звучало презрение к Гарри. - Он не может соревноваться. Он ошшень маленький.
" Я не маленький!" - возмущённо кричали изумрудные глаза гриффиндорца. Он понимал, что таким поведением практически признаёт свою вину, но ничего не мог поделать с собой. Сейчас в прекрасной и надменной девушке он видел прямого противника. Бэгмен округлил свои глаза и продолжил глупо радоваться счастливому случаю.
В комнату громко топая влетели остальные судьи Турнира.
- Что это значит? - наперебой кричали Каркаров, Мадам Максим и, как ни странно, Снейп.
- Мадам Максим! - негодующе воскликнула Флер - Он говорит, что этот "пти гарсон" будет участвовать в Турнире. - взгляд девушки отражал возмущение и обиду.
Злость Гарри сменилась гневом. Маленький мальчик! В душе стала подниматься волна злобы, даже мелькнула безумная мысль проклясть чемпионку от Шарбатома. Флер презрительно посмотрела в глаза Поттера, посмотрела, и отшатнулась - злой взгляд заставил её на миг испугаться. У девушки появилось ощущение, что не было бы свидетелей, и Поттер обязательно покарал её. Она не знала, почему испугалась какого-то четверокурсника, может быть из-за слухов, которые заявляли, что этот парень самый могущественный тёмный маг, то ли из-за мрачной ауры парня. В общем, он действовал на неё угнетающе.
Следующие пять минут Каркаров и мадам Максим громко ругались с Дамблдором, требуя отменить решения кубка. Пока взрослые ругались, студенты прожигали друг-друга взглядами. Когда в беседу включился Снейп, который обвинял гриффиндорца во всех грехах, Гарри не удержался и закатил глаза.
- Поттер! Хватит закатывать глаза! - рявкнул профессор зельеварения.
- Простите, профессор. - усмехнулся студент к которому возвращалась его привычная дерзкая и немного развязная манера поведения.
- Мистер Поттер, из-за вас возник конфликт между тремя школами, а вы ещё и огрызаетесь? - возмущёно воскликнул Крауч.
- Я не понимаю вас, сэр. Для меня это стало такой же неожиданностью как и для вас. - умение правильно вести беседу вернулось к парню. - Ещё десять минут назад я и представить не мог, что стану чемпионам и получу кучу неприятностей в подарок. - негромко сказал Гарри, принимая оскорблённый вид.
" Лучшая защита, это нападение. По-другому они меня не выслушат." - решил Поттер.
- Неприятности? О чём вы говорите? - проблеял Каркаров.
- Я никогда не хотел становиться чемпионом от Хогвартса. У меня и так хватает проблем, поэтому чемпионство... - Гарри неопределённо махнул головой. - ... мне ни к чему.
- Он говорит неправду! - воскликнула директриса Шарбатома.
- Я говорю правду. - отчеканил Поттер.
- Ты точно не кидал своё имя в Кубок? - серьёзно спросил Дамблдор, видно решив взять весь этот хаос в свои руки.
- Я не кидал своё имя в Кубок. - упрямо повторил Поттер.
- Ты попросил кого-то из старшекурсников? - строго спросил директор.
- Нет. - честно ответил Гарри, пытаясь не обращать внимание на недовольство со стороны остальных, полностью уверенных в его лживости.
- Он врёт! Он как-то кинул своё имя в Кубок! - протестующе прогремела Мадам Максим.
- Послушайте, пожалуйста, меня. - повысил голос парень. Когда все перестали переругиваться и выжидающе уставились на гриффиндорца, то он продолжил. - Я не кидал своё имя в Кубок и никого не просил об этом. Я вообще никогда не хотел участвовать в этом состязании. Вы, конечно же, не поверите мне, поэтому я готов подтвердить это под Сывороткой правды.
После этих слов Мадам Максим не нашла что сказать. Видно победителю тёмного лорда повезло, и чаша весов дёрнулась в его сторону.
- Мальчишка снова лжёт! - прошипел Снейп. - Он прекрасно знает, что запрещено использовать зелье без одобрения специальной комиссии Министерства магии.
- У нас есть представители Министерства, а я могу подписать документ позволяющий вам применить её ко мне. - не сдавался Гарри, прекрасно зная, что никто не будет допрашивать его с помощью такого дорогого и запрещённого зелья. Трюк удался, теперь чемпионы смотрели на него более милостливо, а Грюм и Дамблдор довольно улыбались.
- Вот видите! - воскликнул Бэгмен. Все недоуменно посмотрели на него - всё стало намного запутаннее. Если положил не Поттер, то тогда кто?
- Давайте выполним требование "чемпиона". - предложил Каркаров, выделяя слово "чемпион."
- Конечно же нет, Игорь. - возмутился Крауч, который произнёс имя директора северной школы более холодным тоном. - Мы не будет использовать такое мощное зелье на ребёнке!
- Если это сделал не он, то тогда кто? - не удержалась от вопроса трёхметровая директриса.
- Я не знаю кто это. - нахмурился Гарри. - Может быть это чья-то неудачная шутка, а может... - парень заметно помрачнел и сильнее сжал зубы. - ... меня кто-то подставил.
Он только сейчас понял, что даже не задумывался о личности возможного шутника. Это была шутка из разряда близнецов, но те сами не смогли преодолеть черту и многое отдали, чтобы оказаться на месте Гарри. Старый Гарри свалил бы всё на коварных слизеринцев, но нынешний Поттер понимал абсурдность обвинения. Никто не стал бы оказывать парню такую честь. Так что остаётся Волан-де-морт, чья кандидатура ещё менее реальна, чем слизеринцев. Ну не мог он представить духа, пробирающегося в Хогвартс и подкладывающего имя своего врага в кубок.
" Видно у меня врагов больше, чем я думал." - невесело прикинул герой магического мира.
- Подставил?! - засмеялась Флер. - Кто-то дал тебе возможностью получить славу и деньги. Все мы долго тренировались, чтобы стать чемпионами, а ты вот так стал, не прикладывая усилий. - для пущей убедительности вейла топнула ножкой.
- Вот-вот! Я тоже не верю не единому вашему слову! - стал запаляться Каркакор, тыча указательным пальцем в грудь самого молодого чемпиона.
- Слава? Деньги? - усмехнулся Поттер поворачиваясь к блондинки. - О чём ты? Если вы забыли, то мне четырнадцать, а вам по семнадцать. Согласись, что мне будет не просто соревноваться с вами? - саркастически спросил гриффиндорец. Флер неохотно качнула головой в знак согласия и что-то залепетала своему директору. - Мне почему-то даже кажется, что они... - он кивнул в сторону первых трёх чемпионов. - ... будут соревноваться за первое место, а я за свою жизнь и здоровье.
- Ради тысячи галеонов многие готовы рискнуть жизнью. - заявила Флер внимательно смотря в зелёные глаза.
- Я ценю свою жизнь выше каких-то тысячи галеонов. - мягко улыбнулся парень. - Честно говоря, я считаю свою жизнь бесценной. - эта мягкая улыбка и насмешливый взгляд начинали бесить красавицу. - Я конечно не знаю, как Вы оцениваете свою жизнь, но могу предположить, что дороже мешка галеонов. - во время защитного диалога Поттер так увлёкся, что перешёл в наступление, тем самым поразив присутствующих. Никто не ожидал от "ребёнка" таких умных речей и такого достойного поведения.
" Умный мальчишка. Даже отмазывать не пришлось - сам выкрутился. Да так выкрутился... Умный поганец." - признал Крауч-младший, готовый в любую минуту рассказать историю про конфундус и некую четвёртую школу.
" И где он научился так выкручиваться? Почти всех убедил в своей невиновности... Мне бы так договориться с гоблинами." - молча завидовал Бэгмен, не забывая про восторженную улыбку. В его голове созрел план, который должен был существенно поднять его благосостояние.
Дамблдор наоборот перестал улыбаться. Он не мог понять, где Гарри научился таким умелым разговорам. Он, наверное, и сам не смог лучше построить беседу и удачно противостоять толпе разозленных волшебников. Он был рад за своего маленького героя, но в тоже время он стал бояться. Сейчас Гарри как никогда был похож на Тома. Он вроде использовал тот же метод: защита - нападение-вежливая улыбка-нападение.
" По крайней мере, эта способность лорда пригодится мальчику." - пытался утешить себя величайший светлый волшебник. " В любом случае, это лучшее, что могло достаться Гарри от Тома. Хоть в жизни пригодится..."
Больше вина Поттера в досадном инциденте не поднималась, все стали считать его полноправным чемпионом. Слушая инструкции от Крауча, Гарри даже чувствовал внутреннее удовлетворение: не каждый день выкручиваешься из такой передряге. Самовосхваление было прервано Дамблдором:
- Мальчики, уже поздно и вам пора идти. Мы же не можем лишать ваших друзей возможности устроить весёлые посиделки? - хитро улыбнулся директор, обращаясь к своим чемпионам.
- Спокойной ночи, профессор. - синхронно ответили юноши.
- Вот мы и снова противники, Гарри. - произнёс Седрик. По всей видимости, у пуффендуйца внезапно проснулся приступ благородства, и он решил успокоить "меньшего" товарища.
- Да, снова. - невесело пробормотал Гарри, попутно вспоминая к чему привело прошедшее столкновение.
"Ну уж нет, барсук." - мстительно думал Поттер. " На этот раз я приложу все усилия, чтобы обойти тебя."
- Как тебе всё-таки удалось преодолеть возрастную черту? - осторожно поинтересовался Диггори. - Не бойся, я никому не скажу. Мне просто интересно. - попытался подобрать слова пуффендуец.
- Я же сказал, что это не я. - сцепив зубы прошипел гриффиндорец.
- Ну да ладно... Пока. - махнул рукой Седрик и пошёл в родную башню. По его весёлой походке Гарри понимал, что в гостиной его ждёт толпа верных поклонников. Сам то Поттер не очень хотел идти в родной гриффиндор. Он уже представлял, как орава однокурсников будет приставать к нему и требовать подробностей "преступления."
" Кто-то будет радоваться, не за меня, конечно, а за факультет, кто-то будет тихо ненавидеть меня. В общем, всё как обычно." - мрачно думал Поттер засовывая руки в карманы и сутулясь. Гриффиндорца бесило состояние незащищённости, ведь от сплетен нельзя спастись, используя одну палочку. Но больше возможных сплетен его бесило, что все желания, надежды и чаяния оказались погребены под "чемпионством." Порядком расшатанные нервы и эмоции то успокаивали своего хозяина, то призывали к мести. К удивлению Поттера, его не хуже злости терзал стыд. Да, Гарольду Джеймсу Поттеру было ужасно стыдно, что он стал чемпионом, нарушил вековую традицию и вызвал международный конфликт.
По мере приближения к башни Гриффиндора, Поттер всё чаще и чаще инстинктивно дотрагивался через карман до палочки. Перед последним поворотом к портрету Толстой Дамы он остановился и глубоко вздохнув, привёл все свои мысли в порядок. На его лице снова появилась холодно-равнодушная мина.
" Нет ничего такого, с чем я бы не справился. Возможно, меня ждёт толпа поклонников за стеной, а может весь разъярённый Гриффиндор. Не важно. Я морально сильнее их всех. Я справлюсь." - заклинал себя Гарри, пытаясь унять лёгкую дрожь. Перед самым входом он перестал переживать, скорее он чувствовал предвкушение и ожидание. Парень лёгким кивком головы поприветствовал Толстую Даму и сказал пароль.
Стоило портрету отъехать в сторону, как чемпиона оглушил радостный рёв сокурсников. Десятки рук тянулись к нему, все желали дотронуться до своего чемпиона.
- Поздравляем! - кричали одни.
- Ты чемпион! - не отставали другие.
- Как ты это сделал? - недоумевали третьи.
- Как ты это провернул? почему не поделился с нами? - завопил Фред.
- А где же борода? Класс! - сияя улыбкой воскликнул Джордж и с силой хлопнув Гарри по плечу.
- Пусть не я, главное - гриффиндорец! - кинулась ему на шею Анджелина.
- Покарай Диггори за наше прошлое поражение! - сверкая глазами воскликнула Кети Белл. Кто-кто, а члены команды по квиддичу всегда недолюбливали пуффендуйца. После Анджелины на шею Гарри кинулись Парвати с Лавандой, он приобнял их и притянул к себе. Через толпу гриффиндорцев пробился Невилл. Он не кинулся поздравлять Поттера, а просто кивнул. Этот понимающий кивок обрадовал Гарри больше, чем все овации Гриффиндора. Он в который раз удостоверился в понимании и верности со стороны Долгопупса.
Постепенно Гарри окружили те, кого он более или менее с ним общался. Ли Джордан, не взирая на протесты чемпиона, накинул на него гриффиндорское знамя. Минут десять Гарри пытались всучить конфеты, чипсы, сливочное пиво, кто-то даже сувал огневиски. От всего Поттер вежливо отказывался, правда, бутылку огневиски всё-таки взял - пригодиться. Впервые за вечер Гарри почувствовал себя Настоящим Чемпионом. Для своего курса он первый чемпион, а не четвёртый, как для всей остальной школы. Конечно, не все признали его - в стороне демонстративно стояла группа пятикурсников, а Рон зло цедил пиво в уголке и пытался даже не смотреть в сторону чемпиона.
- Как ты это сделал? - спрашивали все, призывая гриффиндорца к ответу.
- Я ничего не делал. Кто-то подбросил моё имя. - раздражённо повторял Поттер в сотый раз.
" Они всё-таки идиоты. Если бы я и был виноват, то всё равно никогда не признался. "
- Да что вы его слушаете! Он всё врёт. - выкрикнул чей-то знакомый голос. Этот "кто-то" пробился к чемпиону и Гарри узнал в обвинители Рона.
- Это ты сказал Рон? - холодно поинтересовался Гарри.
- Да, я! - дерзко подтвердил рыжий юноша. Пара бутылок выпитого пива и злость заставила его забыть о стеснениях и комплексах. Он был в таком состояние, когда ему было плевать на мнения окружающих. - Ты лжец и предатель, Поттер! Ты ночью подбросил своё имя, а сейчас стараешься нас всех убедить в обратном. Бедненький Поттер, "случайно" стал чемпионом, давайте пожалеем его! - распалялся рыжик. - Все знают, что именно ты бросил своё имя. А ты трус, даже сейчас не можешь признаться в этом. Конечно, как победитель Тёмного лорда может врать? - издевательски выкрикивал Уизли, не обращая внимания на Невилла, который не оглушил его только благодаря быстрому взгляду Гарри.
Трус, лгун, лжец, врун... Эти слова звучали каждые пять секунд. Поттер чувствовал, как какой-то арктический холод изнутри поглощает его, и от этого холода застывают все эмоции и желания. Рон кричал всё громче и громче, а Гарри становился всё задумчивее и задумчивее, слова доносились до него через какой-то звукопоглощающий кокон.
- Даже Дамблдор, и тот, идёт у тебя на поводу. Конечно, герою надо потакать. - издевательски вопил Рон. - А я вот не буду тебе потакать, по мне, тебе не место на Гриффиндоре!
Между Поттером и Уизли образовалась буферная зона. Ещё пять минут назад дружные гриффиндорцы, готовые целовать следы своего чемпиона, расползлись по гостиной. Малышня, первый-третий курс, полным составом поднялись ко входу в свои комнаты. Им было страшно и одновременно любопытно. Шестой и седьмой курс также отошли в ранг "зрителей." По их виду становилось ясно, что они считали себя слишком важными для участия в мелочной потасовке. Пятый курс, напротив, встал на сторону Рона. Маклагген и Ко не могли упустить возможность поиздеваться над выскочкой-Поттером.
Невилл Долгопупс сразу и не понял, как вечеринка переросла в словесную баталию, которая с минуты на минуту могла перерасти в дуэль. Всё вроде началось с бессвязных воплей Рона, от которых за милю несло завистью. Он полез к Гарри и стал оскорблять его. Сам Гарри стоял не шелохнувшись, мрачнел и о чём-то напряжённо думал, по крайней мере, этот равнодушно-отрешённый вид немного пугал. Невилл недоуменно опустил палочку, когда Гарри предостерегающе посмотрел на него.
" Что такое? Гарри должен был уже давно пришить язык рыжика к нёбу." - Невилл не мог понять поведения друга. Долгопупс смотрел на поведения остальных однокурсников и сильнее злился. Всё происходило так, как говорил Гарри! Все, кто не участвовал в перевалке, пытались оказаться как можно дальше от эпицентра.
" Гарри прав: они друзья на словах, а при реальных угрозах мгновенно переходят в разряд зрителей." - парень с отвращением смотрел на Симуса с Дином. Двое парней, с которыми они делил комнату с первого курса, стояли в сторонке и пытались принять наиболее равнодушный вид.
Невилл был прав, но лишь отчасти. Его голова была забита выводами Гарри, которыми он делился со своим самым понимающим последователем. Младшекурсники и вправду первыми перешли в состав зрителей, но возраст был им оправданием. Седьмой курс считал ниже своего достоинства вмешиваться в дела малышни. Они просто развалились на дивани и наблюдали за развивающимися событиями. На шестом курсе близнецы были главными заводилами, и их решение было решающим. Сейчас же они находились в очень щекотливой ситуации: они знали, что Гарри не виноват, но и ссориться с родным братом не хотели. Им оставалось только стоять в стороне и с бессилием наблюдать за спором двух дорогих людей.
Гарри стоял напротив долговязого Рона и его нежданных союзников. Он чувствовал насколько напряжены Лаванда и Парвати рядом с ним, чувствовал, как Невилл постепенно теряет терпение. Но состояния друзей волновала парня меньше, чем своё. Когда Рон торжествующе заявил, что ноги Поттера больше не будет в его доме, и Гарри может катиться к магглам, ненавидящим его, то Поттер вместо сожаления почувствовал лёгкую радость.
" С прошлым надо кончать. Окончательно и бесповоротно. Уизли, Нора... всё это отжившая часть моей жизни. Если рубить концы с глупым прошлым, то рубить их до конца." - именно сейчас он чувствовал, как его мысли собираются в кучу и позволяют хотя бы примерно прикинуть будущее. Интересное будущее, в котором не будет место рыжему выводку. " Катись к магглам..." - мысленно передразнил Гарри и мрачно улыбнулся - в его будущем их тоже не будет. Гарри посмотрел на свою жизнь с другой стороны и понял, что все эти вопли и крики - мелочи. Конечно, за такие мелочи надо карать, но смертельными назвать их было определённо нельзя.
Задумчивая улыбка медленно превращается в змеиную усмешку, а отрешённый взгляд в презрительный.
"Стоит только заглянуть в себя, и ты понимаешь, насколько несовершенны окружающие... насколько глупы." - думал Поттер презрительно смотря на окружающих его насекомых. Презрительный взгляд немного потух, когда Поттер окинул им своих друзей.
" Отчаянная." - восхищённо подумал он останавливая взгляд на Вейн. " Я на втором курсе старался вести себя тише воды ниже травы." - признал парень.
- Чего молчишь? Правда глаза колет? - спросил Уизли, чувствуя за спиной поддержку всего пятого курса.
- А о чём мне говорить с таким завистливым идиотом как ты? - презрительно хмыкнул Гарри. - Ронникс хотел стать чемпионом, но чемпионом стал плохой Гарри. - издевательски просюсюкал гриффиндорец. - Мне противно находиться с тобой в одной комнате. - выплюнул Поттер. - Ради призрачных денег и славы ты обвинил меня во всех грехах. И вообще, Рон, мне надоел твой возмущённый лепет. Приведи аргументы... - Гарри насмешливо кивнул на палочку в руках бывшего друга. -... или иди и поплачь в уголке о несправедливости жизни. Хотя, тебе же не привыкать: ты то в тени братьев, то в моей. - жестоко закончил Поттер и мгновенно выхватил палочку призывая разъярённого Уизли к дуэли.
- Экспелиармус! - взревел Рон и кинулся на бывшего друга. Все зрители кинулись по своим комнатам или за укрытия - расстояние между противниками было метра четыре - первый же залп мог разгромить пол гостиной.
- Протего Максима! - быстро бросил Поттер, закрывая себя и друзей мощным щитом.
- Протего! Протего! - крикнули Невилл и Лаванда.
- Импедимента - спокойно сказала Парвати, но её заклятие легко отбили. Ромильда была на голову ниже всех, поэтому она использовала своё единственное преимущество - девочка не раздумывая бухнулась на правое колено, тем самым оказавшись на уровне пояса противников. С такого выгодного положения Вейн без труда поразила двух пятикурсников прямо... в пах. Даже у оглушенных парней были скрюченные от боли лица.
Рон опять попал в ситуацию, как во время битвы в коридоре. Он храбро бросился на Поттера, видно надеясь победить того в кулачном бою, но снова оказался на линии огня. Эти несчастные четыре метра, разделавшие противника озарились лучами и щитами. В Уизли попали заклятия и от своих, и от чужих. В общем, через две секунды он тюфяком свалился на пол.
Невзирая на потерю троих бойцов, пятикурсники обрушили на своих противников шквал заклятий. От их напора Гарри не то что не успевал атаковать, еле успевал защищать себя, а если везло, то и своих друзей. Невилл умудрился попасть замораживающими чарами в коленку противницы, но через секунду оказался разоружённым и отброшенным в сторону.
- Перкусио! Релашио! Протего! Рематрио! Протего! Замри! - скороговоркой шептал Гарри. Он никого не задел, зато смог приостановить непрекращаемый поток атакующих проклятий. Дуэль шла от силы секунд двадцать, а уже в гостиной были переломаны многие вещи и по углам валялись оглушенные, связанные и парализованные "зрители". Семи-шестикурскини прятались за щитами и призывали к остановки драки. Ожин староста попытался встать между дерущимися, но был связан и парализован отбитыми заклинаниями.
- Нужно остановить их! - завопила Анджелина, обращаясь к Фреду.
- Как?! - воскликнул он, отбивая отражённое кем-то заклятие.
- Релашио! Локомотор! Протего! Экспульсо! Ритусепра! - тихо рычал Поттер стреляя по противникам. Его отвлёк девчачий визг: одно из проклятий попало Парвати в плечо. Как позже оказалось, это было обжигающее проклятье, которое обожгло до волдырей плечо индианки.
- Импедимента - Секо - Релашио! - на одном дыхании выпалил Поттер, который остался практически один, - Лаванда забила на дуэль и успокаивала рыдающую Парвати, благо, кто-то с седьмого курса прикрыл их щитом. Конечно, была ещё Вейн, но она забаррикадировалась за перевёрнутым креслом и палила по старшекурсникам практически не целясь.
- Агуаменти! Протего! - прошипел Поттер, который перестал отвлекаться на защиту соратников и полностью перешёл в наступление. Мощная струя ледяной воды выиграла для своего заклинателя пару секунд, за который он послал в противников стул. Противника Поттера ожидали различные проклятия, но никак не ожидали стул. Таким оригинальным способом Гарри вывел из боя ближайшего противника.
- Инкарцео! Ваддивази! - рявкнул Гарри отправляя в девушку небольшой полёт. - Секо! Инсендио! - после такой мощной атаки, повлекшей магический костёр на ковре, оставшиеся двое противников ушли в глухую оборону.
- Экспульсо! Конфундус! Лабарданис! Голус! - наступал Поттер, заставляя противников сильнее прижиматься к стене.
- Он горит! Горит! - завопила староста шестого курса. Этот вопль заставил противников притормозить. Увиденное потрясло оппонентов Поттера. Они подняли руки и кинулись к горящему сокурснику. Оказалось, что зажигательное заклятие Гарри подожгло ковёр вместе с парализованным пятикурсником. Спина бедняги горела, а но он не мог даже пошевелиться, не то что скинуть с себя огонь.
- Агуаменти! - грянуло двадцать голосов. От такой лавины воды парализованный пятикурсник отлетел в сторону, а гостиная окончательно превратилась в руины. Через пару мгновений Гарри был окружен старостами шестого и седьмого курса. Трое старост направили палочки на парня и предупредительно закричали:
- Убери палочку! Не сопротивляйся!
Гарри торжественно оскалился, рассматривая поверженных и плачущих врагов, и демонстративно подняв палочку двумя пальцами, положил себе в карман.
- Довольны? К вам у меня всё равно нет никаких претензий. - примирительно сказал победитель тёмного лорда.
- Отдай палочку! - приказала староста с седьмого курса.
- Размечталась. - фыркнул Поттер скрещивая руки на груди. - Моя палочка будет только у меня.
- Но... - заикнулась девушка.
- Не трогай его, Ли. Мы не имеем права забирать палочки у студентов. - напомнил высокий семикурсник.
- Да отпустите вы уже палочки! - прошипел Гарри, чувствуя себя беззащитным перед тремя палочками направленными в грудь. Старосты нехотя подчинились и вспомнив о своих обязанностях кинулись к пострадавшим.
- И что мы будем делать? - тихо спросил сам себя Гарри, с интересом оглядываясь по сторонам. Некогда уютная гостиная представляла собой Хаос. Центр гостиной, где собственно и шла дуэль, особенно пострадал: всё, что могло быть сломано - было сломано. Диванчики, столики, стулья, пуфики, на первый взгляд, восстановлению не подлежали. Весь пол был залит водой, в которой плавали прожжённые остатки ковра и куски мебели и лепнины со стен. Камин был затушен, пару картин разорвано в клочья, свечи и светильники практически не горели, от барельефа с изображением льва над камином было отколото пару кусков. Ещё одна гордость Гриффиндора - гигантское шёлковое полотнище с изображением льва было прожжённым в нескольких местах и висело на стене как тряпка. Если учесть, что стены и потолок забрызганы водой, какой-то мутной жидкостью, напоминающий гной и покрыты небольшими вмятинами от отражённых проклятий, то чересчур бледные лица участников дуэли переставали вызывать удивление.
- Плохи дела. - мрачно изрёк Фред обессилено садясь на пол. Он догадывался, что Рона посчитают за главного зачинщика драки и с семьи Уизли срубят круглую сумму на восстановление гостиной.
- Нам крышка от Макгонагл. - не мог отойти от шока Маклагген. Его недавно привели в чувство, а он уже опять хотел в спасительную тьму. Пятикурсники сидели с похоронными минами, как впрочем, и старосты с двух последних курсов. Они понимали, что от декана получат ничуть не меньше главных участников. Когда младшекурсники попытались вылезти из своих спален и побродить по разрушенной гостиной они так рявкнули, что малышня за две секунды очутилась в комнатах и забилась под одеяла.
" По-моему, никто кроме меня не знает, как всё исправить." - мысленно потирая руки радовался Гарри. В голове сразу набрасался коварный план: подождать, когда все окончательно отчаются и спасти положение. Он тепло улыбнулся пострадавшим за него соратникам.
" Заслужили." - лениво думал Гарри. Пока он шёл к друзьям через пол гостиной, все, кто встречался у него на пути старались как можно быстрее отойти в сторону.
- Парвати, всё хорошо? - заботливо проговорил Гарри, садясь на корточки перед рыдающей девушкой.
- Моя рука... Кто-то попал в меня. - сквозь зубы пробормотала пострадавшая.
- Обжигающие чары. - тихо сказала Кети Белл, единственная из пятого курса, кто осталась нейтральной в этой битве.
- Фред, Джордж! - позвал Гарри бледных близнецов. - Принесите противоожоговую мазь. Вы же часто используете её после неудачных экспериментов. - Лаванда, Анджелина, - Поттер обратился к девушкам. - Обработайте Парвати рану. - и близнецы и девушки не раздумывая подчинились Гарри. Он был единственным, кто трезво мыслил в разрушенной гостиной.
- Невилл. - теперь Гарри обращался к своему заместителю. - Прогресс на лицо. Я горжусь твоими успехами.
- Спасибо. Я знаю всё только благодаря тебе. - скромно ответил Долгопупс. - Что будем делать? - тихо спросил он окидывая взглядом хаос вокруг.
- План есть. - успокоил его Поттер. - Нас не только не накажут, но ещё и за спасителей считать будут. - усмехнулся Гарри.
- Ромильда. - четвёртый чемпион опустился на правое колено перед растрёпанной девочкой, скромно сидящей на перевёрнутом кресле. - Ты молодец. Ты проявила себя лучше всех. Можешь собой гордиться. Я рад, что могу положиться на тебя и доверить пару тайн. - Гарри тепло улыбнулся и заправил прядь волос за ухо. Щёки у второкурсницы заалели от похвалы кумира. - Не волнуйся, я всё улажу. Тебя никто не накажет. - Гарри успокаивающе гладил девочку по голове.
- Я не боюсь наказания! - заявила Вейн, гордо встряхивая волосами.
- Я знаю, но подставляться лишний раз не надо. - хитро прищурил глаза Поттер.
- Я теперь буду всегда заниматься с тобой? - она умоляюще смотрела в зелёные глаза парня. Хотя нет, в изумрудные глаза, того зелёного цвета, напоминающего о лете, уже не было.
- Конечно. Ты доказала всем, что лучшая. - заверил парень свою маленькую соратницу.
- Что будем делать? - спросил смутно знакомый староста седьмого курса. - Есть предложения? - с надеждой добавил он.
- Есть. - уверенно заявил Поттер выходя вперёд.
- И какие?
- Ну во-первых, много пострадавших? - игнорируя вопрос старосты спросил Гарри.
- Да. - буркнул семикурсник. - У Уизли... - он бросил презрительный взгляд на распластавшегося на полу Рона. - ... сильное сотрясение мозга. В этого идиота попало два оглушающих, связывающее, парализующее и чары помех. У Патил сильный ожог плеча.
- Да? - насмешливо переспросил Гарри.
- Мне Лиана сказала. - смутился семикурсник указывая на невысокую девушку в очках, ту самую, что так рьяно рвалась конфисковать палочку Поттера.
- Этих двоих... - выпускник кивнул на двух бледных пятикурсников, сидящих на полу. - ... оглушили в район паха. Не знаю, кто у тебя такой меткий... Ну в общем ничего серьёзного. - несчастные лица пострадавших кричали об обратном. - Один немного обгорел, а у одной девушки синяки по всему телу. - светским тоном сообщил староста.
- Эта та, которую я в стену запустил. - не удержался от вопроса Гарри.
- Да. - сухо ответил староста.
- Как тебя зовут? - вспомнил о приличиях чемпион. Имя этого старосты напрочь вылетело из головы, а может быть его там никогда и не было.
"Вроде странное имя и начинается на Д. Де... Да..."
- Дарен Барнз. - представился староста. - Приятно познакомиться.
- Как я понимаю, для устранения последствий ссоры нам придётся действовать вместе. - не спрашивал, а утверждал Гарри. - Чтобы осуществить мой план по спасению положения, надо разогнать по спальням всех тех, кто не участвовал в ссоре. Старосты конечно тоже останутся. - предложил Поттер.
- Нам? - недоуменно спросил староста с шестого курса, остальные старосты также вопросительно смотрели на Гарри.
- Ну вы же по идеи должны поддерживать порядок. Так что, вы по мнению Макгонагл тоже виновны... Она может вас лишить значков. - сказал Поттер. - Так что нам лучше действовать вместе.
- Он прав. - признал Дарен. После того, как Гарри изложил им свой план, то сразу заручился поддержкой четырёх старост. Унылые старшекурсники оживились и принялись исполнять приказы немного наглого, но гениального четверокурсника. Старосты, используя полномочия и следуя плану Поттера, мигом разогнали всех студентов по комнатам. Пятый курс отконвоировали по комнатам и наложили на дверь запирающие чары до восьми утра. Гермиона и Джинни упирались и стали обвинять наследника Поттеров в отсутствие терпения и называли его одним из главных зачинщиков конфликта... В конце концов, расшатанные нервы чемпиона дали сбой и он наложив на них Силенцио ласково попросил удалиться в свои комнаты. Девушки, слыша ласковый тон с шипящими нотками, приняли мудрое решение и удалились, предварительно по смотря на парня как на последнею сволочь.
Поттеру такие взгляды не затронули никаких "потайных струн души", скорее всего потому, что все эти струны превратились в ледышку и больше не беспокоили своего хозяина.
- Наконец-то ушли. - взлохматил и так растрёпанные волосы подросток.
- Что дальше? - спросил семикурсник с большими губами и очень грубыми чертами лица. - Они нам ничего не говорят. - пояснил он кивая в сторону довольных старост.
- Мы решили, что ты сам захочешь озвучить свою гениальную идею. - с шутливым поклоном пояснил Барнз.
- Уизли кто-нибудь из старост отлеветирует в больничное крыло с легендой о падении с лестницы. Я отправлюсь на кухню и позову с десяток домовиков. - озвучил свой план Гарри.
- Гениально! - воскликнул кто-то с седьмого курса.
- Как ты до этого додумался? Использовать домовиков для устранения последствий дуэли... - покачала головой девушка с короткими русыми волосами до плеч.
- Просто. - удачно скрыв торжество, скромно ответил Гарри. - Домовики всё уберут и починят здесь за ночь, а что не починят... - четверокурсник толкнул ногой опалённое кресло. - На то я пожертвую в фонд школы немного золотишка. Уверен, администрация не будет против, не тратя ни кната заменить половину мебели.
- Я думаю, здесь многое не подлежит восстановлению... - задумчиво протянула какая-то семикурсница, критично осматриваясь по сторонам. - Сумма будет не малая.
- Это неважно. - махнул рукой Поттер.
- Ты надеешься скрыть дуэль от учителей? - внезапно спросила Лиана.
- Скрыть не удастся. - поморщился Гарри. - Кто-нибудь да ляпнет лишнего. Надо хотя бы просто восстановить гостиную.
- Тебя накажут? - поинтересовался Генри.
- Может чуть-чуть. - равнодушно пожал плечами Гарри. - Ведь главный зачинщик драки Рон. Пятый курс поддержал его. Они кинулись на Меня... Значит, жертва здесь Я. Мои друзья вступились за меня и проявили благородный поступок достойный истинных гриффиндорцев. Их за это только похвалят. В итоге попадают только пятикурсники и Рон. - подвёл итог Поттер.
- Хочешь юристом стать? - хохотнул кто-то. - "... жертва здесь я... " и "они проявили благородный поступок...". Тебе с такими речами только в Визенгамоте выступать.
- Может быть... - неопределённо пожал плечами Гарри.
- Если ты здесь не при чём, то почему суетишься и восстанавливаешь гостиную? - удивлённо спросила та самая девушка, которая говорила про большую сумму. Гарри внимательно посмотрел на неё: высокая, красивая, с каштановыми волосами до середины спины, идеальный макияж. Она выглядела такой взрослой и невозмутимой, что Гарри принял бы её в Лондоне за студентку, но ни как за школьницу.
- Не знаю. Скорее всего просто не хочу, чтобы с нас сняли кучу баллов. Макгонагл ведь всё равно с какого факультета снимать. Она же честная. - фыркнул Поттер. - Хоть раз бы пример со Снейпа взяла.
- Да, наша старушка чужих щадит больше своих. Бей своих, чтобы чужие боялись. - признал Дарен.
- Благородные мотивы. - усмехнулась красавица, лениво садясь на стол и закидывая одну ногу на другую. Двое парней восхищенно посмотрев на неё встали по бокам.
- Ну я же гриффиндорец. - неискренне улыбнулся Гарри, открывая портрет. Всем было ясно, что новоявленный чемпион просто ушёл от ответа.
- Куда он? - воскликнула Лиана. - Он же не староста! Его могут поймать.
- Что ему будет? Насколько я знаю, Поттер всегда плюёт на правила и никогда не попадается. - махнул рукой Барнз. - Ладно, пойду отлеветирую пострадавшего в больничное крыло. - староста нехотя достал палочку.
- Я сам дойду. - буркнул зелёный Рон.
- Так даже лучше. - усмехнулся семикурсник.
Гарри понадобилось десять минут, чтобы добраться до кухни. На кухне он обнаружил одного древнего домовика рьяно натирающего блестящую тарелку. Через этого домовика Поттер позвал Добби и ещё с десяток мелких энтузиастов. Стоило Гарри заикнуться о маленькой помощи его друзьям, попавшим в беду, как Добби уже рыдал и клялся сделать всё возможное для друзей "великого и добрейшего Гарри Поттера."
Таким образом, четверокурсник вернулся в гостиную героем. Старосты выразили ему глубочайшее признание.
" Вот вы у меня и на крючке." - торжественно думал Поттер пожимаю руку Дарену. Он прекрасно знал, что благородные старосты, которым он спас значки и сохранил кучу нервов, выручат его из любой сложной ситуации.
- Может мы...Это. - неуверенно спросил толстый семикурсник держа бутылку того самого огневиски, что Гарри принял от Ли и поставил под стол перед самой ссорой с Роном.
- Нет! Это запрещено! - взвилась Лиана и осуждающе посмотрела на прыщавого толстяка.
- Да ладно, Ли. Это по сравнению с разгромом гостиной сущий пустяк. - пытался переубедить коллегу Дарен Барнз.
- Это вообще-то Поттера. - сказал кто-то.
- Можно? - запросили все.
- Берите. - равнодушно пожал плечами Гарри и приманил с полки три бутылки Колы для себя и друзей. Поттер призывно размахивая бутылками сел на диван между Невиллом и Ромильдой, к ним сразу же подсели семикурсники. Кто-то сел в на трансфигурированные стулья, кто на поломанные кресла. В общем, вокруг Гарри собрался почти весь седьмой курс и пару человек с шестого. Они радостно смотрели на самого молодого собутыльника и рассказывали всякие шутки. Таким образом, при помощи подаренной бутылки, победитель тёмного лорда стал своим среди выпускников и старост. Первый час Гарри активно принимал участие в разговорах, рассказывал смешные истории. Постепенно ему стало надоедать быть душой компании, и он решил тихо сидеть и слушать разговоры окружающих.
" Теперь я понимаю что такое бесконечно долгий день." - думал Гарри, лениво попивая маггловский напиток, до огневиски он так и не дотронулся. Вокруг тихо суетились эльфы, затихающие разговоры старшекурсников вызывали дрёму. За разговорами пролетело ещё два часа, а половина старшекурсников уже разошлась - после первой бутылки они притащили другую, затем следующую. Вейн сладко спала свернувшись клубком и положив голову ему на колени. Невилл откинувшись на диване, сонно смотрел на умелую работу домовиков, которые медленно, но верно приводили гостиную в божеский вид. Ещё через час кроме задумчивого Гарри и его двух сонных друзей остались Дарен, Миранда ( та самая красавица) и парень с грубыми чертами лица.
- Она так на котёнка похожа. - задумчиво сказала Миранда кивая головой на второкурсницу. Девушка тоже не пила огневиски, а ограничилась колой.
- Немного. - согласился Гарри и зевнул. - Отнесёшь её в спальню? Я то пройти не смогу. - попросил парень.
- Конечно. А что бы ты делал без меня? - поинтересовалась Миранда.
- Сидел бы с ней до утра. – признался четверокурсник.
- Пошлите уже все спать. - предложил Дарен и помог встать перебравшему другу.
- Пошли. - с этими словами Поттер толкнул Долгопупса. - Спокойной ночи. - пожелал Гарри своим новым знакомым.
- Спокойной ночи, Гарри. - пожелал староста.
- Спокойной ночи, чемпион. - усмехнулась Миранда ведя за руку сонную Ромильду в спальню.
" Ничто так не сближает как общая проблема и ночная посиделка. " - сонно думал Гарри, осторожно поднимаясь по лестнице в спальню.

0

24

Глава 24.

- Гарри Поттер... Мистер Поттер... Проснитесь, пожалуйста... - именно этот пищащий и крайне достававший голос умолял о пробуждении победителя тёмного лорда.
- Добби...? - еле пробормотал спросонья Поттер.
- Это я, сэр Гарри Поттер. - закивал головой домовик с такой скоростью, что его длинные уши задевали парня по голове.
- Я понял... Перестань дёргаться... Хватит! – не выдержав прошипел Гарри. - Что хотел? Как дела с гостиной? - холодно поинтересовался Поттер, смотря полуслепыми глазами на расплывчатый силуэт домовика.
- Простите, мистер Поттер! - зарыдал домовик. - Нам не удалось всё восстановить... У нас не получилось. Я вас подвёл. - уже громче рыдал Добби.
- Говори тише! - осадил рыдающее существо гриффиндорец. - Что вам не удалось восстановить?
Оказалось, всё вышло не так плохо, как ожидал Поттер.
- Иди, поспи, Добби. И дай мне поспать. - приказал Гарри и снова уснул. Домовик что-то пролепетал и аппарировал.
Во второй раз его разбудил уже Невилл - оказалось, что большинство гриффиндорцев отказываются идти на завтрак без своего чемпиона. Поразившись в который раз двуличностью людей, Поттер принялся нехотя одеваться.
- Гарри, неужели ты сможешь выйти, как ни в чём не бывало? - неожиданно спросил Невилл. - Я бы не смог. Закрылся в комнате и не выходил.
- Пойми, Невилл. У меня сейчас паршивое чувство. Очень паршивое... Настолько паршивое, что хочется взять палочку и крушить всё вокруг. Но я должен быть этим чемпионом. Если я буду хоть немного выглядеть неуверенным или испуганным, то слизеринцы и прочие мои "доброжелатели" просто раздавят меня. - горячо зашептал Поттер схватив друга за плечи и заставляя смотреть в обречённые и усталые глаза. - Но я никогда не забуду всех, кто был против меня. - криво улыбался Гарри и прикусил губу. - Я со всеми сведу счёты.
После этих слов Гарри Поттер уверенным шагом спустился в гостиную. При его появлении сокурсники-фанаты засвистели и захлопали. От этого проявления эмоций, в основном не искренних и ни как не заслуженных, настроение со злого упала до безразличного.
" Плевать. Если они хотят, чтобы я претворялся куклой, то я буду. По крайней мере, не будет никаких лишних подозрений по поводу моих тайных занятий. " - именно такие мрачные мысли терзали чемпиона пока он угрюмо кивал на приветствия гриффиндорцев. Через толпу лжепоклонников пробилась Лаванда и попыталась взять парня за руку. Гарри со скрытым отвращением засунул руку в карман - он чувствовал отвращение ко всем.
В Большой зал четвёртый Чемпион шёл в окружение восторженных гриффиндорцах, которые кажется, забыли о вчерашней ссоре.
" Предпочитаете не думать... Забыть обо всём. А вот я не забуду." - мрачно думал Поттер, идя в окружении сокурсников. С его появлением опять начались шепотки, разговоры, многие тыкали в него пальцами.
" И что я имею?" - думал Гарри, сидя за столом и иногда попивая сок. " Пуффендуй, Когтевран и конечно же Слизерин ненавидят меня. Учителя тоже, мягко говоря, недовольны моим чемпионством. Шарбатом всем составом смотрит на меня как на конченого жулика. Ирония судьбы, один Дурмстранг остался в нейтралитете."
- Мистер Поттер. - над самым ухом Гарри раздался голос Макгонагл.
- Что-то случилось, профессор? - не отрывая пустого взгляда от стакана, переспросил гриффиндорец.
- Не прикидывайтесь дураком! - холодно сказала декан. - Через час в кабинете директора. - отчеканила женщина.
- Что случилось? - недовольно спросил Гарри у Невилла.
- Незнаю. Наверно из-за вчера. - пожал плечами Долгопупс и принялся за кашу. Стоило декану гриффиндора выйти из зала, как семикурсник Барнз подсел к мрачному и ничего не понимающему чемпиону.
- Доброе утра, Гарри. – поприветсвовал староста своего меньшего друга.
- Привет, Дарен. – таким же тоном отозвался Гарри. – Ты хочешь мне что-то сказать?
- Да. Возникли некоторые проблемы… - тише заговорил Барнз. – Помнишь того идиота, которого ты чуть не сжёг вчера? – дождавшись утвердительного кивка, парень продолжил. – Мы дали ему противоожоговую мазь и закрыли в комнате. Сегодня утром оказалось, что у него температура под сорок, его трясёт и постоянно рвёт… - болезненно поморщился он.
- И? – переспросил Гарри.
- Что и? Он еле приполз к Мадам Помфри, пытался обмануть её, говорил что зелье на себя перевернул… Но она же не дура – всё сразу поняла. Вчера Рон, сегодня он. А там уже всё по системе… - грустно вздохнул Дарен. – Вызвали Макгонагл, до неё уже дошли слухи о дуэли в гостиной. После короткого разговора паренёк раскололся. – презрительно хмыкнул Барнз.
- Всех сдал? – возмущено прошипел Гарри.
- Не знаю, но тебя точно. – мрачно сказал староста и добавил. – Встретимся в кабинете директора. Старост тоже вызвали. – с этими словами семикурсник покинул зал. Поттер задумчиво взлохматил волосы и отпил тыквенного сока. Он был настолько погружён в мысли, что не заметил пристальных взглядов оставшихся учителей и директора.
- Попали. – присвистнул Невилл. Гарри встрепенулся и с небольшой улыбкой прошептал:
- Выкрутимся.
Кажется, слова для успокоения Невилла успокоили и самого Гарри. Он незаметно обвёл взглядом зал и не почувствовал злость и отчаяние как до этого.
« И почему меня должны волновать эти идиоты?» - недоумевал Гарри, внутренне радуясь возможности забыть про ненависть со стороны соседних факультетских столов. «Да уж, дожился… Очередную выволочку от учителей воспринимаю как спасение от чертовых эмоций и окружающих.»
. . . – Значит, вы утверждаете, что защищались? – строго спросила Макгонагл у победителя Тёмного лорда.
- Значит так, профессор. – пожал плечами гриффиндорец.
- А вам не кажется странным, дорогие коллеги, что Поттер всегда выступает в роли жертвы? – как бы невзначай вставил Снейп. Услышав это предположение, Грозный Глаз досадливо тряхнул головой. Старому аврору, а точнее Барти Краучу Младшему, надоело участвовать в этом глупом педсовете. Из-за какой-то дуэли собрали всех учителей и они «вершили правосудие» над мелкими гриффиндорцами.
- По-моему здесь все виноваты, только в различной степени. – миролюбиво пропищал Флитвик.
- Я может и спровоцировал каким-то образом начала драки, но заверяю, что не хотел этого. – признал Поттер и тяжело вздохнул. Благо, что хотя бы вздох не пришлось подделывать. Когда Гарри шёл в кабинет директора, то он и не думал, что соберутся все учителя. И не думал, что его и остальных главных участников будут допрашивать с таким пристрастием.
Само собой, Поттер смог отмазать всех своих друзей, сославшись на то, что те пытались защитить его. Правда и пятикурсники, кроме Маклаггена (он громко возмущался и валил всё на других) отмазались так же. Скрепя сердцем, парень даже взял идею по запиранию пятикурсников в комнате на себя, тем самым выгораживая Дарена и наживая себе проблем.
«Надеюсь, Дарен оценит мою жертву.»
- Мистер Поттер и что нам с вами делать? – внимательно смотря на парня, поинтересовался Дамблдор.
- Вам решать, сэр. Я сказал всю правду. – пожал плечами Гарри и переступил с одной затёкшей от длительного стояния ноги на другую.
- Если с Поттером всё более или менее понятно, то что делать с мистером Уизли? Он главный зачинщик драки. – сказала Стебль. Все профессор уставились на бледного, как смерть Рона.
- К сожалению, мы ничего не сможем решить до среды. – вздохнул директор и показал длинное письмо. – Родители пострадавшего мальчика хотят лично присутствовать при детальном разборе происшествия. – все учителя мигом помрачнели, никто не хотел слушать вопли очередной мамаши. В результате вызвали родителей Рона, а «суд» перенесли на среду.
… - Как тебе это удалось? – потрясенно спросила Лаванда. Она всё ещё не могла поверить в благоприятный исход истории.
- Гарри может всё. – поддержал друга сияющий Долгопупс.
- Дело ещё не закрыто, в среду будет продолжение, но уже с родителями пострадавшего . – нахмурившись, пробормотал Дарен. Староста был благодарен Поттеру за спасение репутации. На педсовете он был уверен в выволочке от родного декана, да и остальные страросты тоже… А тут такое! «Мол, старосты кинулись нас разнимать, но у них не получилось…» и «я предложил запереть их в комнате». Короче Гарри очень и очень помог им.
«Если бы я не присутствовал во время дуэли, то также послушно съел историю Гарри.» - признал тогда Дарен, вспоминая смущённого Поттера с невинной и расстроенной улыбкой, перевирающего часть фактов.
« А Маклагген – чмо и слабак.» - презрительно скривился староста, вспоминая пятикурсника валящего свою вину на всех подряд.
- Конечно, будет. Но я там уже в качестве свидетеля и отчасти жертвы. – все присутствующие прыснули. – Вот Рон сильно попал. Но это его проблемы. – Поттер опасно сузил глаза, вспоминая бордовое лицо Уизли, орущего, что ноги Гарри больше не будет в Норе.
- Родители обгоревшего заранее ненавидят тебя. Боюсь, ты услышишь много нового о себе. – Парвати сочувственно посмотрела на Гарри.
- Плевать на них. – отмахнулся Гари и лениво потянулся. – Уверен, что их упрёки не идут ни в какие сравнение с обзываниями противников моего чемпионства.
- Сильно достают? – спросил Барнз. – Хочешь, я особо рьяных недоброжелателей урезоню отработками? Если есть человек, то причина наказания всегда найдется. – заговорщицки подмигнул семикурсник.
- Составить список? – саркастически протянул Мальчик-который-выжил. – Записывай: Слизерин, Пуффендуй, Когтевран и Шарбатом. – загибал пальцы Гарри. - Да ладно шучу, пока кроме косых взглядов и пары выкриков ничего не было. – признался парень.
- Никто не хочет нарываться на того, кто уложил половину пятого курса. – засмеялась Лаванда с восторгом смотря на своего парня.
После этого разговора Гарри написал длинное и оптимистическое письмо Сириусу. Чтобы заметить в плохом что-то хорошее и правдоподобно написать, пришлось потратить целый час. Лаванда предложила Гарри прогуляться до озера, но парень устало мотнув головой - отказался. После этого девушка обиженно надула губки и ушла с Парвати в башню Когтеврана – навестить Падму. Невилл тоже ушёл следить за опаданием листьев какого-то редкого растения. Таким образом, Поттер остался один в комнате. Он упал на кровать и принялся смотреть на голубое небо в окне. Ему ничего не хотелось. Совсем. Даже если бы сюда притащили Хвоста и предложили пытать, то парень наврят ли поднялся с кровати. Гриффиндорец чувствовал, как постепенно впадает в ужасную апатию. Недавно испеченный чемпион пытался прочитать книгу по защите, но в конце концов плюнул на всё и просто уснул.
- Ты ответишь, Поттер. – прошипел чей-то голос, тем самым разбудив спящего гриффиндорца. Стоило Гарри открыть глаза, как он увидел нависшего над ним Рона, который сжимал палочку в бледной от напряжения руке.
- За что? – нахально улыбнулся Поттер и принял сидячее положение.
- Вызвали моих родителей! Из-за тебя. – прорычал Уизли.
- А мне плевать. – хрипло засмеялся юноша, не обращая внимание на нацеленную палочку. – Сам виноват. В следующий раз будешь думать, перед тем как лезть к тому, кто сильнее тебя.
- Диффиндо! – крикнул взбешенный парень и кинулся на бывшего друга с кулаками. От заклятия Гарри снова упал на кровать, а через секунду над ним навис Рон и стал бить по лицу.
- Получай! Ненавижу! Ненавижу! – орал Рон и изо всех сил бил Гарри. Он чувствовал всё нарастающую ярость, когда Поттер после каждого удара всё сильнее и сильнее хохотал. Рон хотел зажать уши, чтобы не слышать этот безумный и иссупленный смех. Казалось, что избиваемый получает необычайное удовольствие после каждого удара.
- Ты псих! Ненормальный сумасшедший! – окончательно перешёл на маты шестой Уизли, со страхом и отвращением смотря на окровавленного, но отчаянно ржущего Поттера.
У Гарри в голове была каша из мыслей. Но он почему-то продолжал безумно смеяться лёжа на кровати. Мысль, что его только что избил бывший друг, причём с его разрешения вызывала безудержный смех. Видеть испуганного Рона, мнушегося с палочкой в руке у его кровати было ужасно смешно.
- Рон. Ты же знаешь слово . – прохрипел Гарри. – Круцио… Ты же хотел отомстить мне? Давай! Я не буду сопротивляться и никому не скажу.
Рон с нескрываемым страхом смотрел на бывшего друга, который с таким фанатичным блеском в глазах говорил о круциатусе.
- Не упусти свой шанс – другого не будет. – вытирая кровь рукавом сказал Гарри.
- Да пошёл ты. – опуская палочку буркнул Уизли. – Я из-за тебя в Азкабан не поеду.
- Слабак. – Поттер сплюнул кровь. – И зачем было доставать палочку, если ты всё равно боишься её использовать? – спросил сам себя победитель тёмного лорда. Рон схватился за волосы в бессильном раскаянии, он понял, что Гарри специально выводил его из себя.
« Как ему удаётся даже с разбитым лицом и под нацеленной палочкой оставаться таким самоуверенным?»
- Дай я залечу порез. – после минутной паузы тихо сказал Рон, указывая на кровавое пятно на груди.
- Совесть замучила? - усмехнулся Поттер. – Видишь ли, сейчас моя очередь. – с этими словами Гарри взял палочку с тумбочки и задумчиво направил на Рона.
« Он остановит меня или нет?» - сгорал от любопытства начинающий тёмный маг. Но Рон опустил палочку, и сжав руки в кулаки не шелохнувшись стоял перед бывшим другом. Весь его вид кричал о раскаяние и готовности понести заслуженное наказание.
- Акцио! – палочка Рона перелетела в руки Гарри. – Петрификус Тоталус! – шестой Уизли плашмя рухнул между кроватями. –Риктусемпра!
От заклинания щекотки даже парализованное тело напряглось ещё сильнее. Поттер с нездоровым интересов следил за немым криком голубых глаз бывшего друга. Сначала он не прекращал заклинание минуту, потом сделал перерыв, во время которого залечил свои синяки и порез на груди, а потом продолжил пытку.
Через двадцать минут, во время которых Поттер то прекращал, то снова начинал пытку, Уизли был насквозь мокрый от пота, а его мышцы буквально завязались в узлы и ужасно болели. Даже некоторые сосуды в глазах полопались.
- А я говорил – не упусти свой шанс, другого не будет. – издевательски покачал головой юный любитель пыток смотря в слезящиеся глаза жертвы. Такого обречённого и молящего взгляда не было даже у Живоглота после Круциатуса.
- Может быть, ещё минутка щекотки поможет тебе понять эту простую догму – больше не лезть ко мне! – Гарри в конце предложение перешёл на рык. – Риктусемпра! – пропел юноша с непослушными тёмными волосами. Он горящим взором смотрел, как дрожат ноги и руки парализованного ничтожества, как слёзы ручьями льются из глаз.
«Хватит! Ты доконаешь его!» - воспротивился разум парня через две минуты.
«Ещё чуть-чуть…» - шептал монстр в душе. Тело Уизли странно дёрнулось, и на штанах появилось мокрое пятно, постепенно замочившее ноги и живот. После такого унижение рыжеволосый парень зарыдал сильнее, а потом потерял сознание.
« Дементор побери… Он – жив?! Не сошёл с ума?» - впервые испугался Гарри, чувствуя, как чьи-то невидимые липкие и холодные руки сжимают его шею и заставляют судорожно втягивать воздух. Только сейчас он понял, что зашёл слишком далеко в своём желание развлечься.
- Колортопус! – срывающимся голосом приказал парень, запечатывая дверь. – Финита. – к его ужасу Рон не закричал и не кинулся с кулаками, а просто свернулся клубком на полу и еле слышно заскулил. Казалось, он совсем не замечает лужу мочи, в которой лежит.
- Рон? – Гарри пытаясь скрыть страх, обратился к лежащему другу. – Вставай! Очнись! Я не хочу сидеть с тобой весь день. – стал молоть чушь Поттер, безрезультатно пытаясь достучаться до бывшего противника. – Энервейт! – отчаянно прошептал Гарри. Но Рон не встал после заклинания, приводящего в чувство, а перевалившись на спину, выгнулся дугой и отчаянно захрипел и задёргался.
Поттер в ужасе смотрел на здорового и крепкого парня, который вёл себя как законченный паралитик и эпилепсик. Гарри перевёл взгляд на дверь, надеясь не видеть эти полусогнутые и дергающиеся руки и ноги.
- Асклепио! Асклепио! Асклепио! - пытаясь унять нарастающую панику, шептал победитель тёмного лорда. После трёх заклятий лечения Уизли попытался привстать на дрожащих руках, но обессилено упал.
- Что ты делаешь? Я чуть не умер. – испуганно шептал Рон, закрываясь руками от Поттера, чьи щёки покрыл лихорадочный румянец. – Тебя за это исключат! Ты меня пытал! – срываясь на крик, воскликнул Рон.
- Это чары щекотки, идиот! – засмеялся в ответ парень, у которого упал камень с души. Он -то уже готовил себя к самому худшему варианту.
- Ни в таком количестве. – хныкал Уизли, пытаясь отползти от противной лужи на полу.
- Ты сам виноват. Не надо было меня злить! – повышая тон рявкнул Гарри и направил палочку на скрючившегося на полу однокурсника. – Мне кажется, что ты этого так и не понял. Может быть ещё минуту? – издевательски приподнял брови Поттер.
- Нет! Нет! Пожалуйста! – завопил Рон и в ужасе вжался в пол. Сейчас он молил Мерлина и даже маггловского бога, чтобы оказаться в любом другом месте, только не со своим соседом по комнате.
- Ты разбил мне лицо, а я наложил на тебя чары щекотки – всё справедливо. – взлохматил волосы Гарри и чему-то улыбнулся. Рон что-то несогласно простонал. – Похоже, ты со мной не согласен. Если честно, то мне плевать на лицо, плевать на порез… - Гарри показал на покрасневшую часть рубашке. – Но мне было очень неприятно, когда ты заявил, что я жил в Норе только из жалости. – прошипел Поттер и скривил тонкие губы. – Жалость, это самое мерзкое, что можно испытывать. И жалость к проигравшему… - Гарри с отвращением ткнул палочкой в сторону Рона. - …тоже величайший грех. И я не имею этого греха. Поэтому, Уизли, это была плата за твою ошибку.
- О чём ты, Гарри? – простонал уже принявший сидячее положение Рон.
- Как ты думаешь, кто будет виноват в дуэли? Я, мальчик-который-выжил или эти идиоты пятикурсники? – задал риторический вопрос гриффиндорец. – Нет. Конечно ты. Богатые родители этих сопливых ничтожеств выгородят своих чад и сделают тебя козлом отпущения. На тебя наложат штраф по восстановлению мебели в гостиной, и твоим родителям придётся очень туго. – безжалостно продолжал Гарри следя за реакцией друга. – Но я, в память о твоих родителях и братьев, так и быть выгорожу тебя. А это была просто плата за мою лояльность и помощь. Запомни, Рон: я ничего не прощаю и ничего не забываю. С этого момента между нами нет никаких отношений. Ни дружественных, ни враждебных. Но если ты будешь против меня, то я сделаю с тобой и Джинни такое, по сравнению с чем, чары щекотки под Петрификусом покажутся цветочками. – пообещал Поттер.
- Ты угрожаешь? – просипел Рон.
- Просто предупреждаю.
- Сука. – едва шевеля губами прошептал рыжеволосый парень.
- Я всё слышу. – усмехнулся Поттер. – А сука ты сам. Знаешь мои отношения с Дурслями и кричишь «катись к магглам».
Рон опять что-то пробурчал и пополз за чистыми вещами к своей кровати.
« Идиот, только разбудил меня.» - пробурчал Гарри и завалился на свою помятую кровать, предварительно испарив лужу на полу, проветрив заклятием комнату и открыв окно.
. . . Прошло пару дней, и наступила среда – день встречи с родителями обгоревшего пятикурсника. Гарри и остальные провинившиеся стояли перед учителями, приглашенными родителями и попечителями школы. Наличие последних весьма удивило Гарри, как он понял из их вступительной речи, то кто-то, а скорее всего Люциус Малфой и его собачонки, заинтересовались инцидентом в Хогвартсе и решили лично в этом разобраться. Поэтому сейчас в шикарных креслах восседало четверо почтенных джентльменов с плохо скрытым скучающим выражением лица. Поттер отметил про себя, что наверняка этих пердунов оторвали от молоденьких любовниц и отправили на скучные разборки в школе.
С самого начала было видно, что крайним окажется Рон. Во-первых, члены попечительского совета кряхтя встали с кресел и пожав руку Гарри, поздравили того с чемпионством. Во-вторых, когда мать пострадавшего пятикурсника попыталась вывалить на Поттера гору обвинений, то было остановлена ненавязчивым касанием своего мужа.
Гарри стоял и внимательно слушал мерлин какой по счёту вопрос, задаваемый шестому Уизли. Мать Рона уже давно рыдала в цветастый платок, а мистер Уизли мрачно хмурился и лишь изредка делал попытки защитить своего сына. Сам Гарри стоял в сторонке с виноватым лицом и внутренне восторгался своими привилегиями.
« А раньше я обижался, когда Малфой говорил о моих привилегиях Золотого Мальчика.» - поражаясь детской наивности, вздохнул Поттер. Сейчас эти привилегии действовали в полную силу. К нему практически не было никаких вопросов и никаких обвинений, можно сказать, что он экстерном, ещё до начала собрания стал лишь второстепенным свидетелем. По-видимому, всё шло к отстранению Рона от учёбы в Хогвартсе. По крайней мере, именно такие предложения проскальзывали в обвинительных речах матери обгоревшего, имя которого Гарри опять пропустил мимо ушей.
- Но мы не можем исключить мистера Рональда Уизли. – терпеливо повторял Дамблдор, устало смотря на раскрасневшуюся от крика женщину.
- Рон сделал это не специально. – рыдала Молли Уизли. – Ведь так, Гарри? – обратилась она к неподвижно стоящему подростку.
- Он виноват не больше всех остальных. – скрепя сердцем ответил Гарри, с отвращением понимая, что за всё добро, которое тебе якобы бескорыстно подарили, приходиться когда-то платить.
- Какое благородство, Гарри! - излишне фамильярно проскрипел лысеющий джентльмен. Гарри еле удержался, чтобы не скривиться в ответ. В конце-концов, Гарри и Дамблдор смогли добиться трёхмесячных отработок для Рона вместо требуемого отчисления. Штраф взял на себя тоже Поттер.
«Зато Дамблдор смотрит не меня всё с тем же умилённым выражением лица.» - успокоил себя Гарри . « А меня за одни непростительные в Азкабан сажать надо.» - не удержался от шпильки Поттер. Играть в послушного и предсказуемого мальчика ему нравилось всё сильнее и сильнее, чем сильнее все верили в его непогрешимость, тем сильнее хотелось творить беззаконие и когда-нибудь открыть всем глаза на свою реальную сущность.
- Мистер Поттер! – раздался чей-то голос. Это оказался отец «обгоревшего». – Надеюсь, обвинения моей жены не расстроили вас? Понимаете, она очень любит сына и порой готова обвинять любого … Что ж поделать, все матери такие. – признался мистер Келси.
- Наверное. – пожал плечами Гарри, с лёгким отвращением вспоминая суету Петуньи вокруг ненаглядного Дидички.
- Простите. – смутился мужчина. – Я не хотел вас обидеть.
- Всё в порядке, сэр. – заверил его Поттер, гадая причину этого разговора.
- Наверное, вас удивляет причина этого разговора? – наконец спросил мистер Келси. – Мне кажется странным, что двое настоящих гриффиндорцев, таких как Вы и мой сын враждуют друг с другом. Гриффиндорцы должны помогать друг-другу! – воодушевлялся родитель.
- Полностью с вами согласен, мистер Келси. - учтиво согласился Гарри.
- Зовите меня Колин. Я хотел бы принести извинения за моего сына и жену. – серьёзно продолжил старший Келси. – Может быть, вы приедете к нам в гости и поближе познакомитесь с моим сыном? Попробуйте начать ваши отношения сначала. Ну так что? Сможете на выходных?
- Боюсь, что нет, сэр. Я же чемпион от Хогвартса и у меня скоро первый тур. – вежливо отказался Поттер. – Может когда-нибудь потом?
- Понимаю – понимаю. – кивнул головой мужчина и откланялся.
Семья Келси исчезла в камине, а только расслабился, как к нему подошёл попечитель Хогвартса, тот самый старик, обвинивший гриффиндорца в излишнем благородстве.
- Лорд Генри Гилберт Моррисон. – поприветствовал пожилой аристократ победителя тёмного лорда.
- Приятно познакомиться. – вежливо склонил голову Поттер. Между подростком и чрезмерно важным аристократом начался ничего не значащий разговор. Поттер отметил, что лорд Моррисон говорит с ним со снисхождением , в отличие от пытающегося угодить Колина. Всю эту беседу, во время которой Поттер пытался вести себя как можно более непринуждённо, его буквально сканировали с ног до головы Снейп и Грюм. Два профессоа стояли за спиной собеседника Поттера и кидали на самого гриффиндорца немного насмешливые взгляды. Видно, во время разговора с настоящим лордом, Гарри потерял часть своей спеси.
- Если у тебя возникнут какие-то проблемы, то можешь написать мне, Гарри. – покровительственно сказал старик и исчез в изумрудном пламени.
« Что-то слишком многие хотят со мной познакомиться.» - нахмурился Поттер, начинающий проникаться идеей о всемирном заговоре против его любимого.
- Давайте я провожу вас, Поттер. – миролюбиво предложил Аластор Грюм и вцепился когтистой рукой с мантию парня.
- Конечно, профессор.

0

25

Глава 25.
- Профессор Снейп. – пробормотал Колин Криви, не смело заглядывая в дверь мрачной лаборатории. Профессор посмотрел на второкурсника своим фирменным взглядом и скупо кивнул. – Гарри Поттера вызывают наверх.
- Поттеру ещё предстоит час работы с зельями. Наверх он поднимется после урока. – отрезал зельевар.
- Сэр… профессор Снейп, его ждёт мистер Бэгмен. – испугано пролепетал Колин, чем вызвал недовольство Гарри.
« Почему все так пугаются этого сальноволосого упыря? А ещё говорят – храбр как гриффиндорец.»
- Все чемпионы должны идти. Их должны фотографировать для Пророка. – привёл «аргумент» третьекурсник, чем вызвал смешки слизеринцев и злую ухмылку их декана.
- Хорошо, Поттер. Ради такого события, я официально отпускаю вас с моего урока. – издевательски поклонился профессор, смотря на равнодушного и не выспавшегося студента. Весь его вид показывал полное безразличие к таким уколам.
« Жаль. Видно за неделю у него появился стойкий иммунитет. Ему стало всё равно. А как было приятно опускать нашего Золотого мальчика, и Драко молодец, придумал и распространил значки.» - огорчился зельевар продолжая смотреть в глаза гриффиндорцу.
- Спасибо, сэр. – ничего не выражающим тоном и без всякого почтения сказал Гарри, запихивая вещи в сумку. Он старался как можно быстрее сложить свои конспекты, боясь, что профессор напоследок напоит его какой-нибудь отравой.
- Куда вы спешите, боитесь, что опоздаете на фотосессию? – комментировал Снейп действия своего студента. – Постойте, Поттер. – не скрывая злорадства начал профессор. - Сегодня вечером в семь часов я жду вас в этом кабинете. Слава чемпиона не освобождает вас от работы над противоядиями.
- Конечно, сэр. – вздохнул Гарри аккуратно закрывая за собой дверь. Малфой напоследок активировал свой значок, и тезис «Поттер-Смердяк» снова царапнул по самолюбию студента.
- Гарри, круто! Твои фото будут в Пророке! – восторженно шептал Колин на безопасном расстоянии от кабинета зельеварения.
- Ага, классно. Малфой сможет рассылать свои значки совами по всей Англии. – пошутил Гарри, ненароком вспоминая события последней недели. Больше всех возмущались даже не слизеринцы, а пуффендуйцы. Обычно добрый факультет объявил бойкот не только Поттеру, но и всему Гриффиндору. Из-за этого даже поссорились некоторые влюбленный пары, состоящие из студентов разных домов. Так что помимо обвинения в обмане кубка, на парня налетело пару визгливых студенток с потоком обвинений в наглом вмешательстве в их « дела сердечные». Именно тогда Гарри понял, что иметь враждебные отношения с противоположным полом намного тяжелее, чем с парнями. Вторых можно было шарахнуть заклинанием, а первых приходилось выслушивать и успокаивать.
« Дарен долго смеялся, когда какая-то пуффендуйка дала мне пощёчину.» - вспомнил Поттер и улыбнулся – именно такие моменты сильнее сближали его со странным старостой.
После инцидента с девушками матерелизовались новые проблемы с чёртовым изобретением слизеринцев – значка. Неизвестно точно, кто был этот умник, может быть и Малфой, но после трёх дней постоянного мигания Поттер-Смердяк, у самого Поттера стала прекрасно получаться Авада. К сожалению, после этого руки просто чесались применить её к Захарии Смиту, его самому рьяному противнику на Пуффендуе.
За неделю такого вот «радостного» чемпионства, Гарри стал замкнутым, раздражительным и мрачным. Он мог спокойно общаться только с Невиллом или Дареном: первый молчал, а второй говорил. С Лавандой Поттер стал, наоборот, более холоден и сдержан. Её постоянное щебетание выводили из себя, а некоторые маленькие ошибки и оплошности просто бесили.Чтобы уйти от осуждения окружающих, Гарри всё сильнее и сильнее погружался в книги, а девушка, пытающаяся его растормошить, наталкивалась на стену отчуждения. Поттер понимал, что этой беззаботной девушке не место рядом с ним, всё сильнее и сильнее погружающегося во внутреннюю тьму, но он изо всех сил поддерживал иллюзию отношений.
В общем, юноша всё сильнее погружался в мир всего запретного и по немного приобщал к этому Невилла. Чтобы отвлечься от проблем, Поттер решился сыграть в опасную игру – обокрасть Снейпа. Для зелья от близорукости не хватало всего пару ингридиентов. По крайней мере, это была версия для Невилла. Сам Поттер хотел позаимствовать сыворотку правды, ту самую, которую Снейп время от времени грозил случайно опрокинуть над его стаканом. Причиной всему были случайно оброненные в полупьяном бреду слова бывшей домовихи Крауча- Винки . Гарри было интересно, почему добродушного и наивного Людо обозвали плохим волшебником и какие тайны хранит кристально чистый Крауч. Конечно, он не был уверен в том, что эта недочеловек знает что-то важное, но проверить стоило. Во всяком случае, это хоть как-то отвлечёт от турнира.
« А может заманить её в Выручай комнату и шарахнуть империусом?» - размышлял Гарри идя на сбор чемпионов и краем уха слушая лепет Колина. Он сначала так и хотел сделать ,но к счастью заглянул в библиотеку и узнал, что все эльфы связаны какой-то мудреной магией со своими хозяевами. Во время службы у хозяев, из эльфа невозможно вытянуть информацию никаким путём, а вот после отстранения… В школьной книги для подростков не было написано, скажет ли что-нибудь эльф под Империусом или нет.
- Удачи, Гарри. – искренне пожелал старший Криви и пошёл на свой урок.
- Пока, Колин. – негромко сказал Гарри и отворил дверь. В небольшой аудитории были остальные чемпионы, Бэгмен, женщина лет сорока и какой-то коротышка с громоздким фотоаппаратом.
- А вот и четвёртый чемпион! – радостно воскликнул Бэгмен и подлетел к Поттеру. - Не стесняйся, Гарри сейчас пройдёт обычная процедура – проверка волшебных палочек.
- Проверка палочек? – удивился Гарри, одновременно прикидывая, сколько всего запрещённого он сотворил этой палочкой.
- Мы должны проверить, исправна ваша палочка или нет. Как ни как, это ваш главный инструмент для победы в Турнире. – подсказал Бэгмен.
- Единственная вещь, которая поможет вам спасти вашу жизнь. – жеманно вставила женщина и встала между мужчиной и парнем.
- Рита Скитер. – Людо вежливо представил женщину. – Она будет делать небольшой материал по Турниру.
- Не такой уж и небольшой, Людо. – поправила Рита, не отрывая взгляд от Поттера.
- Приятно познакомиться… -
«мисс или миссис?»
- … миссис Скитер. – после небольшой заминки закончил Гарри.
- Просто Рита. – обворожительно улыбнулась журналистка, показывая на обозрения три золотых зуба. – Не против маленького интервью? – заботливо поинтересовалась женщина.
- Ну… - начал Поттер, но был прерван.
- Замечательно! – смешно шевеля губами сказала Скитер, и впившись в плечо, потащила гриффиндорца в какой-то чулан. В темноте чулана женщина надавив на плечи усадила Гарри на коробку, а сама умело перевернула ведро и уселась на него. Ловким движением рук она достала из своей крокодиловой сумочки свечи и стала зажигать их.
- Рита, давайте лучше я. – предложил Поттер и наколдовал яркий шар, который завис над потолком и сразу же осветил чулан. Сравнивая жалкие попытки Риты и свою, Гарри неудержался от самодовольной улыбки.
- Сразу видно в вас победителя Того-кого-нельзя-называть. – сделала комплимент Скитер.
« Да вы что? А мне кажется, что вы видите того, кто просто доучился до четвёртого курса?» - мысленно съязвил Поттер.
- Ты не против Прытко Пишущего пера? – поинтересовалась Рита, доставая ядовито-зелёное перо.
- Нет. – просто ответил Гарри.
- Ну тогда начнем. – сверкнула глазами блондинка и стала задавать свои вопросы.
Ты кидал имя в кубок – нет. Его «нет» чудным образом преобразовалось в длинный абзац на бумаги.
Ты рад, что стал чемпионом – его простое «нет», опять волшебным образом превратилось в абзац текста.
- Как бы на это отреагировали твои родители? – спросила журналистка, впиваясь своими глазами в парня.
- Откуда я могу знать, они же умерли?! – возмутился Поттер и одарил Скитер своим препарирующим взглядом.
« Что ей надо?» - прошипел в голове внутренний Поттер. Не та оболочка, что смиренно сидела перед женщиной, а тот, который изнутри управлял ею. Гарри на миг задумался и остановил свой взгляд на алчных глазах Риты. Эти умные и мгновенно похолодевшие глаза заставили Риту смягчить вопрос.
- Как вы думаете, они бы были счастливы?
- Я не знаю. – сказал Поттер и откинул чёлку со лба. – Скорее всего. – гриффиндорец легко пожал плечами и прислонился спиной к стене чулана. – Наверное родители гордятся своими детьми. По крайней мере так должно быть. – впервые в глазах журналистки появилось подобие сострадания.
- Тебе тяжело без них? Хочется иметь близкого человека? – секундное сострадание женщины пропало, видно желание покопаться в душе юноши и написать материал пересилило оставшиеся крохи человечности.
- Нет, не тяжело. Я чувствую себя отлично и прекрасно справляюсь один. – не раздумывая ответил Поттер. Для него родители были синонимом слова контроль и визгливым выражением - Ты похудел!
- Вы… - начала корреспондентка, но её прервал Дамблдор, открывший дверь чулана. Увидя старого волшебника, Рита мгновенно спрятала свои вещи в сумку и поспешила к коротышке-фотографу.
- Спасибо, профессор. – искренне произнёс Гарри, смотря на директора. Вместо былого детского обожания он чувствовал небольшой страх и неудобство. А если Дамблдор узнает о его новых увлечениях? Неужели, после лукавого мигания голубых глаз в него полетит парализующие? Или Авада… Как там вообще поступают с преступниками?
- Иди, Гарри, надо сделать коллективное фото всех чемпионов. – директор выделил слово «всех» и ободряюще улыбнулся.
- Конечно, сэр. – опустил глаза гриффиндорец и быстрым шагом пошёл к своим товарищам. К недовольству Гарри, его поставили впереди всех – как самого низкого и знаменитого.
- Мистер Оливандер ждёт вас. – проинформировал чемпионов Бэгмен и первым же вошёл в комнату к именитому мастеру волшебных палочек. Видимо, проверка палочек казалась ему диковинным зрелищем.
Взгляд Оливандера опять пробрал Гарри до костей. В голову полезли всякие мысли: а вдруг он поймёт по палочке, а вдруг…
« Успокойся!» - внутренний голос дал невидимую пощёчину своему хозяину.
- Мистер Поттер. – негромкий голос мастера вырвал Гарри из размышлений на тему волшебных палочек. – Подойдите ко мне.
- Моя палочка, сэр. – с лёгким кивком юноша отдал свою палочку в руки мастеру.
- Оооо… - мгновенно расцвел Оливандер, с трепетом держа свой шедевр. – Я очень хорошо её помню. – тише добавил он, внимательно всматриваясь в студента. – Как она? – вырвалось у старика помимо воли.
- Она оправдала все ваши ожидания. Замечательная палочка, ни разу меня не подвела. – вежливо ответил Поттер.
- Остролист и перо феникса. Одиннадцать дюймов. – еле слышно пробубнил Оливандер, и принялся рассматривать её со всех сторон. – Отличное состояние. Нет никаких поломок и трещин. – наконец вынес вердикт мастер. – Надеюсь, она поможет совершить вам много великих дел, так как и … - итак еле слышный шёпот мастера стал ещё тише, а потом и совсем оборвался.
- Как и все палочки, изготовленные вами. – закончил Поттер смотря в лицо, излучающее лишь тень раскаяние.
« Он гордится своим творением, всё равно гордиться.» - внезапно понял юноша и не удержался от ухмылки.
- Именно так. – громко сказал Оливандер, и с небольшой заминкой отдал палочку своему владельцу.
«Он совершал великие дела, ужасные, но великие…» - именно эта фраза, которая оправдывала поступки начинающего тёмного мага в редкие минуты сомнения, читалась в глазах мужчины и подростка.
Пока гриффиндорец шёл к своему месту, с него не сводили взгляд все присутствующие, которым было интересно, о чём он шептался с мастером.
- Такое ощущение, будто мне опять одиннадцать, и я только что получил палочку от Оливандера. – задумчиво сказал Седрик, вглядываясь в свою проверенную палочку.
- Это из-за его взгляда. – предположил Гарри. – Кажется, что он видит тебя насквозь.
- О чём вы говорили? – внезапно спросил Крам.
- Спрашивал, в порядке моя палочка или нет. – пожал плечами Поттер, удивляясь, что болгарин заговорил с «отверженным» чемпионом.
- Седрик, ты обещал показать мне короткий путь до Большого Зала. – напомнила блондинка.
- Конечно, Флер. – улыбнулся Диггори и взяв девушку за руку, отвернул в боковую галерею.
« А я знаю ещё более короткий.» - отстранённо подумал Гарри.
- А Грегорович, это мастер из Европы? – поинтересовался Гарри у хмурого Крама. Хочешь –не хочешь, а хоть с кем-нибудь надо наладить отношения.
- Да. У вас в Англии главный мастер это Оливандер, а у нас Грегорович. – стал объяснять оживившийся дурмстрангец. Вот так и завязался разговор между двумя разными людьми. Сначала он шёл как бы нехотя, потому что каждый продумывал свою речь, а потом стал превращаться в настоящий разговор двух друзей. С разговором к Поттеру возвращалось и его желание жить, а не существовать в постоянной обороне.
Те, кто видел двоих чемпионов, разговаривающих друг с другом без всякого неудобства, даже забывали мигнуть значком «Поттер-Смердяк» или попросить автограф.
В вечер того дня, ни одна насмешка Северуса Снейпа не смогла вывести из себя знаменитого гриффиндорца.
. . . – Как отработка? – осторожно спросила Лаванда, садясь на подлокотник кресла своего парня.
- Нормально. А как у тебя дела? Из-за турнира мы стали мало общаться. – заботливо спросил Гарри, отрываясь от новенького тома по зельеварению.
- Как обычно… - мгновенно поскучнела гриффиндорка. – Из-за этого Турнира, ты постоянно чем-то занят. И причём эти дела никак не связанны со мной. – возмутилась девушка.
- Ну прости. Мне надо было подумать. Одному. – виновато улыбаясь сказал Гарри.
- А Невилл и Дарен? Может быть предпочитаешь общаться с ними, чем со мной? – пошутила Браун. От этой школьной шутки про половую ориентацию Гарри внутренне напрягся: при выборе между своей девушкой и друзьями, он бы выбрал последних. И не потому, что он любит мальчиков, упаси Мерлин, а потому что они... ближе по духу.
- Я предпочитаю девушек. Хочешь докажу? – юноша окинул дьявольским взглядом свою подругу.
- Обломись. – фыркнула Лаванда и картинно отвернулась.
- А я думал, ты хочешь пойти на романтическую прогулку. – огорчился Гарри.
- Куда?
« До Выручай-комнаты устроит?» - съехидничал Гарри.
- В запретный лес. – невинно уточнил Поттер. - Луна, романтический вой оборотней. Ты согласна? Не боишься?
- Полнолуние было пять дней назад. – парировала Браун. – Прорицание надо учить. Так что я согласна.
- Круто. – обрадовался Поттер, отмечая лишь тень радости.
- Что читаешь? Зельеварение?! – поперхнулась девушка.
- Да. Надо запомнить кое-что. – ушёл от ответа гриффиндорец. Не скажешь же, что надо сначала запомнить эти картинки, а потом спереть из кладовки Снейпа точно такие же по виду, но только настоящие ингредиенты.
- Опять какие-то тайны. Ты постоянно над чем-то думаешь и привлекаешь к этому Невилла. Что вы задумали? – спросила Браун.
- Ничего. – усмехаясь соврал Поттер.
- Может быть, я тоже хочу поучаствовать. – дерзко сказала гриффиндорка.
- В чём? – насмешливо переспросил парень.
- Да хоть в чём! – горячо зашептала Браун . – Ты из всех гриффиндорцев выбрал горстку достойных. Из этой горстки ты отобрал меня, Невилла и Парвати. Мы создали Клуб. Мы вместе изучали магию под твоим предводительством. – горячее дыхание обжигало ухо и щеку юного тёмного мага. – Почему же сейчас мы собираемся всё реже? Почему ты самостоятельно решаешь какие-то дела, только иногда привлекая к ним Невилла, не говоря уже о нас? Я всегда на твоей стороне. Ты можешь мне доверять больше, чем остальным. – речь девушки закончилась лёгкими поцелуями.
« Я в очередной раз удивляюсь твоим сочитанием острого ума, хитрости и интуиции.» - думал Гарри, смотря на столь покорную и красивую сокурсницу. «Ты видела мою мощь, прониклась моими идеями. При моей помощи ты стала намного больше, чем глупой сплетницей. Как же ты боишься всё это потерять… Ты боишься опоздать на мой поезд, пассажиры которого займут высокое положение в будущем. По крайней мере, должны, следуя моим обещаниям.» - не удержался от кривой улыбки брюнет. « В твоих действиях есть смысл, даже если ты и сама не понимаешь его. С твоими знаниями и не очень богатыми родителями тебе не светит никаких высоких постов в Министерстве, а со мной у тебя появляется большой шанс. Ты любишь роскошь и деньги, любишь командовать окружающими, блистать среди них, вызывать зависть. На твои запросы не хватит никакой зарплаты средней служащей Министерства. Поэтому тебе придётся или похоронить свои мечты, или стать чьей-то любовницей, что с твоей внешностью будет очень просто… и унизительно. Возможно, ты сейчас и не понимаешь этого, возможно, я не понимаю женскую логику... но ты сделала единственный правильный для себя выбор. Мне же только осталось окончательно привязать тебя к себе. Вот только как это сделать? Придумать для тебя какое-то дело? Или просто переспать с тобой?» - лихорадочно думал Гарри, прекрасно понимая, что его дальнейшие слова решат всё. Как парень он склонялся ко второму варианту, но на ум сразу приходил о романтизированный образ потери девственности, о котором так мечтали все девушки. Наконец здравый смысл с большим трудом переборол гормоны: спешка в интимных делах может отдалить девушку. Да и светлый образ свадьбы некстати всплыл в голове гриффиндорца. « Ну уж нет. Лучше какое-нибудь громкое и крайне бесполезное дело, которое наполнит Лаванду адреналином и чувством вседозволенности, чем ЭТО.» - решил Поттер, мгновенно меняя все свои планы.
- Я всегда верил в тебя. Я просто не хотел подвергать тебя опасности. – мягко сказал Гарри, аккуратно беря руки девушки в свои и нежно смотря в голубые глаза. – Но если ты хочешь, мы можем что-нибудь придумать. Что-нибудь интересное. – хитро улыбнулся юноша и подмигнул.
- Я хочу. – твёрдо заявила девушка, радуясь своей мнимой победой над скрытым и упёртым парнем.
- Сама согласилась. – коварно прошептал Поттер. - Мы планировали тряхнуть старину Снейпа. – невинно добавил демон под маской ангела.

0

26

Глава 26.

- Чёрт. – буркнул Гарри, пытаясь разогнуть затёкшую шею. Во время сна, он опять настолько смял свою подушку, что она из нормальной превратилась в маленький, утромбованный свёрток. Понимая, что после вчерашних приключений он опять что-то проспал, парень принялся лихорадочно искать свои часы.
- Конец завтрака. –точно определил гриффиндорец. - Неужели никто не может меня хоть раз разбудить? Те дибилы - понятно, но Невилл?! – прошипел Поттер. Посмотрев по сторонам, он увидел Долгопупса, дрыхнущего без задних ног.
« Так, надо собрать мозги в кучу. Вчера мы побеспокоили Снейпа, точнее его хранилище.» - хмыкнул Гарри, вспоминая ночную операцию. А вспомнить было что… Чтобы потешить своё самолюбие, юноша решил всё вспоминать с самого начала.
Лаванда напросилась на дело, обещая выполнять все приказы. Поэтому Гарри расщедрился и решил провернуть присвоения школьного имущества в ту же ночь, без всякой подготовки. Невилл услышав план настолько охренел, что стал похож на былого слабачка. Прождав пару часов по спальням, троица собралась в пустой гостиной. Лаванда и Невилл, как самые одарённые хотели пройти через портрет Толстой Леди, но Гарри буквально схватил их за шиворот и перевёз по одному на метле к одному из потайных ходов в школу. Когда соратники стали спрашивать юношу причину таких кривых путей, то он доходчиво им объяснил, что при желание Леди может сказать про кого-то, выходившего ночью из спален Гриффиндора.
Под прикрытием мантии Невидимки, троица дошла до хранилища Снейпа. Стоя под дверью столь желанного места, Поттер невзначай наблюдал за друзьями. Лаванда, впервые нарушающая столько правил была очень взволнована. Можно было принять её за больную: лихорадочный румянец, неестественно горящие глаза и дрожащие пальцы говорили за себя. Невилл, постепенно привыкавший к незаконным действиям своего предводителя только крепче сжимал палочку и кусал губы. Нахождение Снейпа, а точнее его сон в комнате, постоянно отслеживалось по Карте, поэтому Поттер замудрённым движением палочки отпёр дверь. Не обращая внимание на торжествующий шёпот друзей, он готовился услышать вой тревоги, какие-нибудь сигнальные чары. К его изумлению и бесконечной радости ничего не произошло. Видно Снейп был настолько уверен в слабохарактерности и трусости студентов, что даже не позаботился о сохранности хранилища.
Когда Лаванда захотела вслух восхвалять своего парня, то Гарри чуть не сломал ей челюсть. Он с такой силой закрыл ей ладонью рот, что девушка в страхе отпрянула. Только после знака тишины и шипения она успокоилась и закивала головой.
После недолгих поисков, показавшимися для юных воров вечностью, они нашли всё что искали. Поттер еле удержался, чтобы не забрать все четыре пузырька с Сывороткой правды. Он дрожащими от волнения руками похитил только два, молясь, чтобы Снейп заметил пропажу как можно позже. Щедрым движением руки Гарри сгрёб в сумку горсть безоара, потом подумал… и стал класть всё по-немногу, чего было много, и следовательно, было бы тяжелее заметить пропажу маленькой части. Краем глаза он видел, как Лаванда что-то прячет в кармане. Невилл тоже не стесняясь, по-хозяйски достал банку с зелёной гадостью и восхищённо рассматривал. Повинуясь жесту Поттера, гриффиндорцы покинули святую святых Снейпа и ушли, не забыв запереть дверь.
- Гарри, всё хорошо? – осторожно спросил Невилл, вглядываясь в задумчивого однокурсника, неподвижно сидящего поверх одеяла.
- Да. Вспоминаю… - встрепенулся Поттер и почему-то хмыкнул.
- И…? – переспросил Невилл.
- Мы идиоты. – взлохматил волосы гриффиндорец и подошёл к окну. Было видно, что он напряжённо думает.
- Почему? – недоумевал Невилл.
- Мы взяли заспиртованное магическое растение. Ты взял. – резче добавил Поттер. – Снейп поймёт, что этой гадостью заинтересуешься только ты. Великий ботаник. А где ты, там и я. – докончил юноша. Выражение «где ты там и я», заставило его усмехнуться – в жизни всё было наоборот.
« Поттер и его верный пёс.» - издевались слизеринцы, не понимая, что тешут самолюбие героя школы.
Долгопупс на секунду нахмурился и захотел что-то сказать, но потом обессилено опустился на кровать.
- Прости, Гарри. Прости. – пробормотал подросток, понимая, какой он совершил проступок. – Мы сможем что-нибудь сделать?
- Нет. Уже нет. – тяжело вздохнул Гарри присел на подоконник. Лучи солнца освещали юношу со спины и превращали его в размытую тень. – Но нам нечего бояться. Он не сможет ничего доказать. – вдоволь насладившись смятением друга добавил Гарри. – Так будет даже интереснее. Он всё поймёт, но доказать не сможет. А доставать нас сильнее всё равно не сможет.
- Точно? – с надеждой спросил Долгопупс. Этот наивный и преданный взгляд заставил Поттера снисходительно улыбнуться краюшком губ.
- Точно. – уверенный голос героя магического мира успокоил запаниковавшего гриффиндорца. - Гермиона на втором курсе украла составляющие для оборотного зелья. Снейп думал это я, но доказать конечно же не смог. Он пытался угрожать Сывороткой правды, но это были лишь пустые слова. Она запрещена Министерством магии. Стоит Снейпу применить её к нам, как он поедет в Азкабан.
- Это моя вина. Я постоянно что-то путаю, делаю не так. – злясь на самого себя прошипел Долгопупс и скомкал идеально выглаженную рубашку. – Ты стараешься мне помочь, а я подставляю тебя. – в порыве угрызения совести Невилл вцепился в свои кудрявые волосы.
- Не говори глупостей. – устало вздохнул Поттер. – Ты намного лучше остальных. Ты прокололся всего один раз, а помог мне с десяток. Да и моя вина в этом есть. – прикусил губу брюнет. – Если бы я головой думал, а не другим местом… Идиот. Пытался потрясти Лаванду. Показать какие мы крутые и бесстрашные. – выплюнул он и скривился, показывая, что расстроен из-за своего нелепого поведения.
- Ты и так крутой и бесстрашный. – заверил своего друга Невилл. Опять эта восхищена улыбка заставила Гарри отвести взор.
- Куда уж там. Будь я бесстрашным, то уже бы давно послал Дамблдора на х… - концовку фразы подросток проглотил.
- Дамблдора? Чем тебе он не нравится?
- Достал со своими советами. – буркнул Гарри. – Я советую тебе это… сделай то… прости их…
- Бывает. Моя бабушка тоже всегда учит меня уму-разуму. – наивно поделился Невилл.
- Она твой родственник. А он мне никто. – сухо сказал Гарри и натянул мантию. – Неужели он и вправду думает, чтоя буду жить по его идеалам. По этим сказочным шаблонам? – скривился Гарри. - Любовь это величайшая сила. – передразнил Гарри и мрачно засмеялся. – Какая сила? Как она проявляется? – оратор закидал вопросами своего друга.
- Ну… - Невилл чувствовал, что у его кумира на душе накипело много чего. Время от времени он выступал в роли немого зрителя во время разглагольствований и восклицаний Поттера.
- Что ну? Любовь – это ничто. Люди прячут банальный секс за этим возвышенным чувством. Любовь – величайшая сила. – повторил Гарри и перевёл дыхание. – Мои родители любили друг друга. Они любили меня. Но Тёмный Лорд не обращая внимание на их силу любви просто убил их. Понимаешь, две Авады и нет ни любви, ни людей! По сказкам Дамблдора он должен был пасть от этого возвышенного чувства, но не пал. А моей дорогой мамочке хватило этих великих сил только на банальную мольбу: Не трогайте Гарри, не трогайте Гарри. – Поттер опять рассмеялся,м только уже презрительно и зло. – И где её любовь? После смерти родителей мне пришлось десять лет гнить в неведение о магии у магглов!
- Просто Дамблдор директор Хогвартса. Он должен говорить такую возвышенную чепуху детям. – несмело предположил несуразный гриффиндорец.
- Он просто врун. – отрезал Гарри. – А любовь, это всё что угодно, но не оружие. Если я трахну Лаванду, то ничего не изменится в этом мире. Волан-де-морт окончательно не здохнет, окружающие не поумнеют, слизеринцы не перестанут строить из себя властелинов мира.
- Ты прав. – признал Долгопупс, удивляясь упоминанием своего друга о личной жизни. Обычное поведение Гарри не предусматривало не то что проявлений бурных чувств на людях, но и просто упоминаний об этих отношениях. Это всегда казалось странным Лаванде, раздражало её, но из-за упёртости Гарри она терпела.
- Конечно. – довольно улыбнулся Гарри и снова сел на подоконник. Резкие изменения его настроения всегда удивляли спокойного как удав Долгопупса. – Всё отлично. Пошли на урок. – невесть откудо взявшаяся сумка с учебниками небрежно висела на плече.
- Подожди. Дай хоть рубашку одену. – сказал полный гриффиндорец и потянулся за новой аккуратно сложенной рубашкой.
. . . – Скитер. – прошипел Гарри, отрываясь от Ежедневного пророка, который ему вручила разве что не сияющая Лестрейндж. Невилл пытался заглянуть через плечо друга в газету, но у него не получалось.
« Что же там такое написали, если Слизеринцы глумились над Гарри весь урок Трансфигураци?» - сгорал от любопытства Невилл.
Гарри тем временем внимательно читал газету. Его лицо то омрачалось, то наоборот он усмехался.
- С каких пор Лаванда будущая Миссис Поттер? И как это Гермиона умудрилась превратиться в сногшибательную красавицу? – гриффиндорец снова оторвался от статьи и усмехнулся слизеринцам.
- Ты признаешь, что она лохматое недорозумение? – удивлённо спросил Забини. – Всегда догадывался, что её ненавидят и на вашем факультете. – лениво докончил слизеринец.
- Я признаю, что она не красавица. – уклончиво ответил Гарри и протянул своим извечным врагам газету. – Спасибо. – оскалился в милой ухмылки Поттер. Как Невилл понял, то причиной мнимой доброты был присутствующий рядом с ними Флитвик. Профессор пытался придать своему лицу равнодушное выражение, но цепкий взгляд маленьких глазок выдавал его подслушивания с головой.
- Оставь себе. Может быть, сэкономишь чуть-чуть мелочи. И у тебя появятся пару лишних кнатов.– ядовито улыбнулась в ответ Лестрейндж.
- Как хочешь. – пожал плечами Гарри и протянул газету Невиллу. Невилл аккуратно взял газету и увидел статью: Чемпион Хогвартса Гарри Поттер.
« Рита Скитер. Эта женщина всех обливает грязью. Продажна, как и все в нашем Министерстве.» - вспомнились парню давно обронённые слова бабушки.
- Правильно, сквибу подари. – одобрил Нотт и горделиво разогнул сгорбленную спину. - Всё равно у него денег нет. Зарабатывать ведь некому. – сказал Нотт, открыто намекая на состояние родителей противника.
- Пока, слизни. – тихо прошипел Гарри и бесстрашно повернулся спиной к опасной компании.
- Иди, поплачь о своих родителях. Сиротка. – ещё тише прошипел Малфой. После этого слизеринцы заулыбались.
- Невилл! – Лестрейндж позвала верного спутника Поттера. Невилл услышав своё имя, удивлённо обернулся.
- Как мама с папой? – издевательски прошептала слизеринка, а Крэб с Гойлом умело изобразили паралитиков-дегенератов. Долгопупс дёрнулся чтобы ударить девчёнку, но Поттер вовремя с грабастал его за шиворот.
- Пошли. – буркнул Гарри и встряхнул своего друга. Пока двое гриффиндорцев шли, им в спину тыкали пальцами и смеялись с десяток слизеринцев.
« Уроды. Тупые, избалованные, богатые твари. Правильно Слизерин называют гадюшником. Никто другой не стал бы говорить такое Невиллу.» - внутренне кипел Гарри, буквально таща своего друга за руку.
« Сука. Проклятая тварь. Ненавижу!» - трясся от бессильной злобы Долгопупс. Он был готов не то что задушить эту змею, а просто насмерть забить ногами и руками.
. . . - Успокойся. – негромко и миролюбиво попросил Гарри у пылающего от злости друга. – Они специально выводят тебя. Сейчас мы не можем ничего сделать.
- Можем. Я смогу. – Долгопупс упрямо мотнул головой.
- Не глупи. – серьёзно сказал Гарри. – Потерпи немного.
Поттеру было самому тошно от своих пресных и бесполезных утешений. Уж кто-кто, а герой магического мира знал, насколько тяжело забыть оскорбления и ждать подходящего времени для ответного удара.
- Не могу! – Невилл впервые зло смотрел на своего кумира.
- Надо ждать. – невозмутимо повторил Гарри.
- Научи меня ещё чему-нибудь. Я ведь знаю, что половину ночей ты проводишь в Выручай-комнате. – просил Невилл.
- Что ты готов учить, чтобы суметь отомстить? – коварно спросил Гарри. Он попытался придать своему лицу выражение Змея-искусителя во время разговора с Адамом и Евой.
- Всё. Всё что угодно. – с жаром прошептал гриффиндорец.
- Темная магия… непростительные? – с легкой усмешкой уточнил Гарри. При этих словах сын известных мракоборцев перестал излучать праведный гнев и застыл. Широко раскрытые глаза наткнулись на непроницаемые зелёные.
« Он их знает. Он изучает тёмную магию. Он – тёмный маг.» - пришло озарение к гриффиндорцу. Раньше все поступки Гарри казались желание проявить себя, дурачеством, тягой к знаниям и приключениям. Да чем угодно… Но сейчас же…
« Ну и что с того?» - воспротивился внутренний голос. - « Гарри как был твоим кумиром, так и остался. Таким же могущественным, сильным, умным… Ты клялся ему в верности, ты прикрывал его в случае с Филчем. Ты наиболее приближен к нему… его правая рука.» - гордость поднялась в Невилле и заставила его сглотнуть страх.
- Согласен. – тихо сказал Невилл и ссутулился. Он безоговорочно верил в Гарри, но мысль, что ему придётся уподобиться Пожирателям, порядком угнетала.
- Нев. – серьёзно сказал Гарри, впервые сокращая имя соратника. – Я не тороплю тебя. Подумай пару деньков. Прими решение. Будет очень тяжело идти со мной против всего мира.
- Я согласен. – упрямо повторил Невилл.
« С Гарри хоть в Ад.» - про себя добавил он, и резко выдохнул.
- Ты настоящий друг. – тихо сказал Гарри с благодарностью смотря на бледного Долгопупса. – Мы не станем монстрами, обещаю. Мы подчиним себе всю магию, она станет нашим оружием. – с блеском в глазах пообещал красивый гриффиндорец.
- Я тебе верю. – в сотый раз сказал Невилл и несмело улыбнулся.
«Я знаю.» - почему то без прежней радости подумал Поттер. Он только что приблизил своего некогда светлого друга ещё на один шаг ко тьме.
- Я рад, что ты со мной. Ты один понимаешь меня. – без всяких притворств признался Поттер, у которого с души упал огромный камень. – Я никогда не забуду.
« Честно.» - добавил начинающий тёмный маг про себя.
. . . Поттер внешне спокойный, но ужасно взволнованный внутри, уверенным шагом шёл на кухню. Вот-вот должен был наступить момент истины - пора было разузнать тайны Крауча. Пузырёк с зельем правды чуть-чуть оттягивал внутренний карман кофты и грел душу.
« Надеюсь, весь этот риск окупится.» - надеялся Поттер. Он и сам не знал, зачем потратил последние пару дней на всё ЭТО. Скорее всего это из-за крика интуиции, а чему-чему, ей он доверял больше, чем здравому смыслу.
Гарри придумал идеальный план, намного лучше всех предыдущих. После памятного разговора с Невиллом прошло уже два дня, а Винки всё никак не попадала на огонёк в Выручай-комнату к победителю тёмного лорда. Эти два дня Поттер как бы случайно заходил в кухню по три раза в день, но каждый раз заставал одну и ту же картину: вдрызг пьяную Винки, спящую в кресле и с десяток суетящихся эльфов вокруг. После каждого такого похода от перенасышения булочками тошнило, но эти неудобства не уменьшали рвение гриффиндорца.
« Сейчас всё сработает, и я с чистой совестью пойду завтра с Лавандой в Хогсмид.» - убеждал себя Поттер. На кухне он обнаружил Добби и позвал того на «дружественную» прогулку. Как ни странно, это прогулка закончилась в Выручай-комнате.
- Добби, позови пожалуйста Винки. – попросил Гарри. – Я хочу устроить ей сюрприз, а то она сильно пьёт от горя. Я расскажу ей про её любимого хозяина, про Барти Крауча. На днях мы встречались с ним по делам Турнира. Пусть бедняжка знает, что с ним всё хорошо. – Гарри тяжело вздохнул и устало опустился в кресло. – Только не говори ей, что это я зову. Скажи, что по делам Хогвартса. Возможно, так она сильнее обрадуется. – предположил Гарри.
- Гарри Поттеру и вправду важно состояние бедной Винки? – восхищённо заверещал Добби и его глаза увлажнились. – Гарри Поттер переживает о каждом эльфе? – бывший раб семьи Малфоев потрясённо воскликнул на самой высокой ноте. – Вы ещё более велики и добры чем я думал, сэр Гарри Поттер!!! Вы лучший волшебник из все существующих! Лучше Альбуса Дамблдора. – тише произнёс домовик и в страхе оглянулся назад. Привычка уважать хозяев, привитая Малфоями, до сих пор давала о себе знать.
- Я сам вырос в плохих условиях. Кому как не мне уважать труд домовиков. – мягко напомнил Гарри. – Позови Винки, Добби. Только не говори про мня ни ей, ни остальным домовикам. Пусть это будет наш секрет.
- Общий секрет с Гарри Поттером?! – окончательно обалдел эльф и зарыдал, прижимаясь к ногам невозмутимо сидящего парня.
« Всё-таки Добби конченный шизик.» - в который раз понял Гарри, пытаясь как можно более аккуратно стрехнуть неприятное существо с ног.
- Именно так. А теперь иди. – более настойчиво попросил Поттер. – Вернись через час.
- Будет сделано, сэр! – вытянулся по струнке получеловек и аппарировал.
- Надеюсь, этот идиот не будет орать о великом Гарри Поттере на всю кухню? – задумчиво спросил Гарри у своего отражения в потемневшем от времени зеркале. – А то мало ли, выживет ли эта пьяница после моих расспросов или нет. – без всякой жалости закончил Поттер и хищно усмехнулся. Смотря на своё коварное лицо он засмеялся и почему-то подмигнул.
С громким хлопком на коврике перед Поттером появилась шатающаяся Винки, а хитро улыбающийся Добби помахал рукой из угла и дисаппарировал.
- Добрый день, Винки. – расслабленно сидящий юноша в кресле-троне негромко поприветствовал домовиху.
- Гарри Поттер…? - протирая свои красные от постоянной пьянки глаза пропищала Винки.
- Он самый. – кивнул головой Поттер и усмехнулся. Сейчас он чувствовал, как что-то необычайно тёмное поднимается изнутри: вот невинное существо, которое скоро подвергнется допросу.
« Всё случится так, как я захочу.» - пронеслось в голове. « И никто меня не остановит.» - опять совсем недетская улыбка исказила тонкие губы.
- Вы меня звали, сэр. – пробормотала Винки и рыгнула.
« Тупое существо! – взбесился Гарри, с нескрываемой брюзгливостью смотря на позор всех живущих домовиков. «Как она смеет в таком состояние находиться перед волшебником?!»
- Сядь, Винки. – уже без чеширской улыбки продолжил Поттер и указал на простой стул. – Я расскажу тебе про твоего хозяина. Ты же любишь его, беспокоишься о нём? – участливо спросил Гарри, поражаясь мягкости и доброте своего голоса.
- О мистере Крауче? – медленно повторила домовиха и буквально запрыгнула на стул. - Пожалуйста, сэр! Я сделаю всё что вы захотите… чай, кофе, завтрак, ужин. – как безумная повторяла Винки, надеясь услышать хоть что-то про своего бывшего хозяина.
- Выпей, это вода, смешанная с антипохмельным зельем. Она уберёт остатки алкоголя в твоей крови. – улыбающийся юноша протянул стакан с кристально чистой жидкостью. – Пей до дна, иначе не будет нужного эффекта. – сверкнул глазами гриффиндорец. Винки спрыгнула со стула и трепетно вяла стакан у парня. Она доверчиво посмотрела на гриффиндорца и залпом опрокинула в себя всё содержимое небольшой тары. Уже через пару секунд она застыла, по её телу прошла дрожь, и стакан выпал из обессилено опустившихся рук. Ещё через мгновение Винки вздрогнула и упала на колени перед «троном» Поттера.
- Ты меня слышишь? – тихо спросил Поттер и инстинктивно вцепился левой рукой в подлокотник кресла, вправой он уже держал палочку.
- Да. – также тихо, но без всяких эмоций ответила бывшая рабыня Крауча. У неё были широко раскрытые глаза, в которых отражалась одна пустота и беспрекословное послушание. Зрачки были настолько расширены, что даже не было видно радужки глаз.
- У Барти Крауча есть тайны? Он что-то скрывает? – спросил Поттер.
- Да. – тихо ответила Винки.
- Ты знаешь их? – осторожно спросил её Поттер. Этот разговор стал напоминать ему одно шарлатанство Трелони. Старая стрекоза при помощи карты и блюдца решила вызвать дух Годрика Гриффиндора. Неудачно, конечно же…
« Я не она.» - самоуверенно подумал гриффиндорец и ещё пристальнее впился в склоненную голову допрашиваемого существа.
- Да. – так же тихо подтвердила Винки.
- Расскажи о них! – потребовал Поттер.
-Мой хозяин поддался уговорам своей жены и спас своего сына из Азкабана. – безэмоционально продолжила Винки.
- Стоп! Какая жена?! Какой сын?! Говори обо всё по порядку! – процедил Гарри и еле удержался от мощного пинка.
- Барти Крауч младший родился… - монотонно бубнила Винки. Чем дольше Гарри слушал это безэмоциональное признание, тем сильнее поражался своему чутью.
« Одно случайно обронённое слова этой уродки, дало мне информацию Министерского уровня!» - не мог поверить в свою удачу волшебник. « Святой Крауч проглядел своего единственного сына, потом прилюдно осудил его на пожизненное в Азкабане. Через год он поддался уговорам жены и вызвалил его, поменяв на свою жену. После этого он наложил на него Империус и держал в доме больше двенадцати лет. Да за такое ему самому светит Поцелуй Дементора!» - усмехнулся Гарри, прекрасно понимая, что в его руках судьба одной из наиглавнейшей министерской фигуры и одного из символов войны с Волан-де-мортом. « И этот человек, ещё смел упрякать семью волшебников, которые дали своему сыну поиграться волшебной палочкой на чемпионате мира по квиддичу?!» - не удержался от смешка Поттер.
- Почему Людо Бэгмен плохой волшебник? – спросил Гарри у неподвижной домовихи.
- Мой хозяин разузнал, что молодой Бэгмен передавал сведения о Министерстве магии пожирателям смерти. Во время суда была доказана его невиновность. Бэгмен заявил, что не знал о том, что Руквуд Пожиратель смерти. Мой хозяин до сих пор уверен, в виновности Бэгмена… - даже под Сывороткой правды Винки отзывалась о Крауче как о божестве и просто говорила его цитатами.
« О старшем Крауче.» - подчеркнул Поттер. « Младший Крауч до сих пор в отчем доме.»
Пока Гарри размышлял, Винки по-видимому становилось всё хуже… её лицо исказилось сильнее, а руки задрожали. В конце концов, её скрутило и вырвало на пол.
- Чёрт… - прошипел Поттер и инстинктивно отодвинулся на кресле. После этого, Винки как ни в чём не бывало уставилась на Поттера своими пустыми глазищами – зелье всё ещё действовало.
- Ты знаешь ещё тайны своего хозяина? – спросил Гарри, не ожидая услышать ничего нового.
- Да. Три года назад, когда старшего хозяина не было дома, к нам зашла Берта Джоркинс… - услышав знакомую фамилию, Поттер дёрнулся как от удара тока. – Она услышала многое, чтобы понять о младшем хозяеве. Эта плохая женщина стала обвинять отца в измене и мистер Крауч стёр ей все воспоминания о том вечере. Он сказал, что её память навсегда повреждена. – сглотнуло существо и перевело сбивчивое дыхание.
Следующие тридцать минут Гарри расспрашивал всё в подробностях, правда, пришлось использовать второй пузырёк с Сывороткой правды. Околдованная домовуха рассказала о неудачной попытки бегства младшего Крауча не чемпионате мира по квиддичи. О том, как он хотел покарать Пожирателей-отступников, о его удачном запуске Чёрной метке, при помощи палочке Рона.
К концу разговора мозг самого лучшего ученика четвертых курсов представлял из себя кашу. Он настолько зависал в своих мыслях, что чуть не пропустил приход Винки в здравый ум. Гарри оглушил её и стёр ей часть памяти. Про себя Поттер молился об удачном исходе своего первого в жизни «Обливиэйта».
«Получилось или нет?» - гадал Гарри, наматывая десятый круг вокруг бессознательной жертвы. Внезапно он остановился, будто налетел на что-то.
- А это идея. – расцвёл юноша и облизнул губы. Ему случайно вспомнились свои первые «невинные» опыты с проклятиями-ритуалами.
«На Дурсля вроде получилось наслать часотку, сейчас надо проклясть Винки. На смерть.» - при последних мыслях Поттер опять улыбнулся своей загадочной и манящей улыбкой. Он не испытывал страх и угрызения совести, ему было просто интересно провести ритуал и замести возможные следы.
- Да начнётся ритуал! – хрипло сказал Поттер и засмеялся от переполнявшего его чувства безнаказанности. После недолгого смеха парень повернулся к зеркалу и шутливо поклонился собственному отражению.

0

27

Глава 27.
Смех постепенно утих, Поттер встрепенулся как ото сна и танцующим шагом подошёл к креслу. Под ним он прятал толстую тетрадь с выписками из различных книг.
« Моя тайна.» - лаского подумал гриффиндорец, аккуратно открывая толстенную тетрадь. Можно сказать, что это обычная маггловская тетрадь, наполовину исписанная выписками из различных библиотечных книг, была единственной уликой против незаконных действий Гарри. Конечно, там не было сплошных описаний тёмных ритуалов и пыточных проклятий (точнее их там было даже меньшинство), помимо их там были выписки по дуэлингу, щитовым и боевым чарам, заметки из истории магии, краткие планы по сбору кружка, даже нелепые рисунки на полях. В общем, это был ещё один отдел мозга гриффиндорца, хранившийся отдельно от своего хозяина.
- Где же он… - пробормотал Поттер, пролистывая тетрадь в который раз. В конце концов, он смирился с мыслью, что просто не переписал нужного ему ритуала. А может он и вообще его не встречал… Мало ли теоритических книг он проштудировал за последние месяцы. Он хорошо помнил парочку мало понятных ритуалов, для которых нужно было то огонь, то серебряное блюдце. Да, точно одно как раз маячило на горизонте сознания…
- Гарри Поттер! Винки плохо? – спросил Добби, заставив Поттера мгновенно покрыться холодной испариной и нелепо подскочить.
- Мммм… Да. Видно, у неё передозировка Сливочным пивом. – выдавил из себя Гарри, пытаясь унять сердце, безумно бившееся где-то под горлом. – Она меня слушала, а потом упала в обморок. – на ходу придумал Гарри. – Час уже прошёл? – резко спросил гриффиндорец и резко схватил домовика за плечо.
- Один час и три минуты, сэр. – отрапортовал Добби, не отрывая взволнованного взгляда от лежащей на полу Винки. – Я проверял по часам. – гордо добавил бывший слуга Малфоев и показал ужасно разбитые часы на своём тонком запястье. – Добби нашёл их в мусорной корзине в гостиной Пуффендуя. Какой-то студент выкинул их только потому, что разбилось стекло и порвался ремешок, сэр! Видно ещё первокурсник… - задумчиво пробормотал домовик и с необычайно важным видом произнёс – Я всё починил. Они работают.
- Я горжусь тобой. – восхищённо улыбнулся Гарри, даже не стараясь сделать правдоподобное выражение лица. – Я подарю тебе один подарок. – сладким голосом сказал Гарри и насмешливо сщурил глаза.
- Носки?! - счастливо возопил недочеловек и вопросительно посмотрел на усмехающегося кумира.
- Закрой глаза и узнаешь. – попросил Гарри, намереваясь сыграть на доверчивости и глупости этой низшей расы.
- Обливиэйт! – еле слышно шепнул темноволосый юноша, страстно желая, чтобы домовик забыл последние два часа. Добби странно дёрнулся и сделал неопределенное круговое движение головой.
- Ты собирался убраться в гостиной Пуффендуя. А до этого ты спал. – внушил Гарри своей жертве, пока она ещё не пришла в себя и легко поддавалась внушению после стирании памяти.
С таким же пустым взглядом домовик аппарировал.
« Надеюсь правда, что после стирания памяти, можно внушить всё, что угодно, а жертва ничего не вспомнит.» - чуть-чуть нахмурился Поттеп, особенно не переживая по поводу Добби. Домовики вообще крайне глупые существа, которым можно внушить всё и без стирания памяти, и без империо.
« Можно было бы сбагрить ему Винки, и быть уверенным, что он и не задастся вопросом, почему она лежит без сознания в Выручай комнате в моей компании. Но, раз уж она здесь, то грех не провести над ней пары экспериментов.» - в этот самый момент Поттер смотрел на оглушенную жертву как скульптор на кусок гранита, из которого надо сваять прекрасную статую.
« Раз уж нет точного описания ритуала, по постепенному убийству жертвы, то придёться импровизировать. Например, взять часть от этого ритуала, и добавить к нему вот это. Может быть, что-нибудь и получиться. Я вроде о таком даже и читал, вспомнить бы ещё подробности.» - воодущевился Поттер, забывая, что эксперименты и шутки с тёмной магией, и тем более с ритуалами, к добру не приводят.
Небрежный взмах палочки разжёг на столе небольшой огонёк. Второй взмах трансфигурировал из забытой шапки Добби красивую серебряную тарелочку. Заклятием Левитации он поднял бесчувственную домовиху и положил её прямо на стол, рядом с миниатюрным жертвенным огнём.
- Где же… - пробормотал Гарри, лихорадочными движениями открывая форзац тетради, на которую была приклеена вырванная страница из библиотечной книге по самым распространённым рунам, используемых в тёмных ритуалах. Книга, конечно же, была из самых недр Запретной секции. Гарри нашёл её около месяца назад, и до сих пор искренне недоумевал, зачем хранить ТАКИЕ книги в ШКОЛЬНОЙ библиотеке? Используя одну эту книгу можно было натворить столько дел, о которых потом верещал весь магический мир.
- Так… -юноша взъерошил тёмные волосы, смотря на непонятные комбинации непонятных символов. Он не понимал и десятой части написанных рун, к счастью нужная ему комбинация из четырёх несложных символа уже была кем-то подчёркнута и подписана автором внизу. Поттер уже поднял палочку для надрезания плеча Винки, но на секунду остановился.
« Что со мной твориться?! Я практически наугад выбираю ритуал, соединяю его с другим, а потом ещё и собираюсь написать эти непонятные руны её кровью…» - неуверенность заставила Гарри опустить палочку и заломить пальцы левой руки. « Это очень большой риск. Теоретически всё должно сработать, но я …» - злость мгновенно отрезвила голову и отогнала раздумия.
- Не боюсь. – на партселтанге прошипел Поттер, игнорируя голос разума и полагаясь на случай и свою феноминальную удачу. Самоуверенность и гордость в последнее время всё чаще стали побеждать в мысленных перепалках с остальными чувствами.
Остальное Гарри видел особенно чётко и разплывчито одновременно. Его руки работали отдельно от головы. Во время начертания кровью рун в голове прозвучала поговорка – «глаза боятся, а руки делают.» Эта поговорка часто было жертвой извращённых шуток Гарри и его товарищей по комнате. Раньше при упоминание о ней подросток думал исключительно о пошлом, сейчас же он наблюдал настоящий смысл поговорки. Его руки как-то сами умудрились правдоподобно написать руны.
« А в маггловской школе у меня и ровный круг не получался.» - почему то промелькнуло в голове и тут же пропало. Гарри тщательно вытер окровавленные пальцы правой руки об грязное платье Винки. Потом он взял серебряную тарелочку и неумело наполнил её кровью из надреза своей жертвы. В книгах процесс набирания крови заключался в одном предложение, гриффиндорец же провозился с этим непростительно долго. Из пореза текла кровь, но как то слабо, к тому же она растекалась по плечу, будто намеренно отказываясь капать в тарелку. После пяти минут злобного шипения и перемазанных кистей рук Поттер всё-таки набрал нужное для него количество красной жидкости.
« Осталось ерунда.» - подумал Гарри и подозрительно нахмурившись, закусил верхнюю губу. Весь этот ритуал всё сильнее казался ему смешным и не страшным. « Какой то он глупый для тёмной магии.» - снова задумался Гарри, совершенно забывая про заляпанные кровью кисти рук и парализованную Винки, лежащую на столе с разрезанным плечом.
Юноша постоял ещё пару секунд, а потом уверенным движением кисти правой руки отлеветировал серебряную тару с кровью на импровизированный костёр. Несмотря на то, что костёр был магический и не требовал дров, на столе уже обуглилась окружность в два раза превышающая диаметр огня.
Стоило гриффиндорцу поставить серебряную тарелку на огонь, как маленький, тёплый огонёк заполыхал фиолетово-синем пламенем. Поттер отшатнулся от этого дьявольского огня и восторженно заулыбался, словно ребёнок, впервые увидевший Диснейленд. С таким же восторженным лицом он стоял до тех пор, пока тошнотворный запаз закипающей крови не заставил его скривиться. Одновременно с этим запахом гриффиндорец почувствовал ещё один, только ещё более противный: запах гриндилоу, которого он без всякой жалости после продолжительных пыток сжёг на берегу озера.
Судорожно вздохнув и сглотнув комок в горле, мгновенно посерезневевший юноша поднял палочку. Он направил палочку на свой «жертвенный» огонь и чётко, почти по слогам выговаривал длинные фразы на певучем латинском языке:
- Сupidus moriri… Articulo mortis… Venit mors velociter… Factum eris…Ad patres!!! ( Томимый желанием смерти…Одной ногой в могиле… Смерть приходит быстро… Приносит смерть… Отправляйся к праотцам!!!) – слышались обрывки фраз.
Произнося эту фразу Гарри чувствовал, что внутри всё сжимается от страха перед этим мёртвым языком, но одновременно с этим, что-то тянется к этому величественно-красивому языку. По телу прошла приятная дрожь, руки покрылись мурашками, а волосы на затылке зашевелились как на электролизованные, а в груди что-то приятно заурчало. Что-то такое он чувствовал, когда Лаванда делала ему минет. Только во время встреч со своей девушкой гриффиндорец не чувствовал примесь едва уловимого страха и такого детского восторга.
После латинских заклятий огонь стал чёрным, а кипевшая кровь приобрела цвет протухшего мяса.
- Amplexys Sum! (соеденись) – мрачно и торжественно произнёс Поттер, грациозно взмахивая палочкой. Из кипевшой крови потянулась маленькая струйка отравленной тёмной магией жидкости к разрезанному плечу Винки. Она была похожа на маленькую, багровую радугу. Хотя нет, скорее на призрачную змейку. Стоило этому жидкому мостику соединить жертву и огонь, как гнетущая тишина, разбилась удивлённым полустоном-полувскриком Поттера.
« Что за…?» - только и успел подумать Гарри, как его накрыло очень странное чувство и одновременно с этим произошло странное событие. Палочку юноши, ритуальные огонь и Винки соединил неполный крест неизвестной магии. Стоило, этой трёхсторонней связи появится, как силы у начинающего тёмного мага стали уходить с чудовищной скоростью. Ощущение было такое, словно Гарри это полная раковина воды, а связь это чья-то рука, выткнувшая затычку слива. Поттер чувствовал, как все его силы высасываются подобно пылесосу и передаются этой странной связи. Помимо потери сил, гриффиндорец видел, как тончайшая струйка крови, насквозь пропитанная магией смерти медленно ползёт к нему по этому каналу, возникшему после странных смешениев ритуалов. И Гарри стало страшно, когда он представил, что будет, когда она дотянется до его дрожащей от слабости и напряжения руки.
- Нет! – прорычал Поттер и вложил в эту связь ещё больше своих силы. Парня тошнило, от усталости он еле стоял, перед глазами забегали серые точки. Это был своего рода бред – ему казалась, что он дерётся с собственной смертью. Уже через десять секунд из него перешли, казалось, все силы, он чувствовал себя пусто, но почему-то стоял и упорно противостоял разбушевавшемуся ритуалу.
Гарри по звериному оскалился и посмотрел мутными глазами на Винки. Домовиха до сих пор была парализована, но оглушение с неё спало. Её безумные глаза на выкат метались по комнате, а порез на плече превратился в огромную гниющую обожжённую дыру. На глазах Гарри вся энергия впитывалась в эту обожжено-гниющую рану и исчезала в домовихе. На глазах подростка изо рта и ушей Винки брызнула кровь и кусочки мозгов, через мгновения её огромные глаза лопнули, а из дыр брызнула какая-то гадость.
Когда первая капля мозгов жертвы упала на белоснежную как снег рубашку гриффиндорца, тело Винки просто разорвало изнутри от переизбытка энергии, насильно загнанной в хлипкое вместилище. От выплеска энергии оглушенный Гарри отлетел на пару метров и обессиленный упал на потемневший от времени паркет. Не успел он полностью распластаться на полу, как был буквально залит волной крови и мяса от разорванной жертвы. Правда, он даже и не заметил эти неудобства - в его голове как-будто что-то разорвалось, по ощущениям, лицо мгновенно побагровело, во всяком случае, оно ужасно горело. Во время болезненного приземления на пол, палочка каким-то чудом осталась в руке Гарри, но ненадолго. Поттер почувстволвал чудовищную боль в правой руке, будто с кисти сдирали кожу и поджаривали оголившиеся мясо.
Гарри растратил все свои силы на борьбу с вышедшем из под контроля ритуалом, но адская боль в кисте заставила его кататься по полу и дико орать. От боли он просто не мог видеть. Обычно уверенный в себе парень, без труда переносивший множество ран, просто орал и выгибался от нестерпимой боли дугой. Катаясь по окровавленному полу он до хруста сжимал левой рукой обгоревшую правую. Да обгоревшую… Правая рука сильно обгорела, особенно указательный и средний палец. Они просто расплавились до костей, а кожа стала похожа на сгоревший бекон. Обгоревший Квирелл, и тот выглядел лучше, чем этот страшный ожог.
Комнату сотряс ещё один пронзительный вопль, и из глаз гриффиндорца потекли предательские слёзы, постепенно перешедшие в глухие рыдания. От боли и шока он даже не замечал своих текущих слёз. Он даже не мог презирать себя за них, не при такой боли. Гарри то орал, то стонал, то выл, как зверь… Юноша катался по полу, выгинался дугами, сжимал запястье правой руки, до крови и фиолетово-белых шрамов впивался зубами в левую руку. Боль от укусов он совсем не чувствовал, поэтому и не заметил капель алой крови, медленно вытекающие из белых следов такого родного и правильного прикуса.
В таком отвратительном состоянии Поттер провёл ещё минут десять, пока адская боль в руке не заменилась шоковом состоянием всего тела. После сильнейшей боли, такое полубессознательное состояние вызвало странное умиротворение на лице гриффиндорца. Можно сказать, что он чувствовал ранее неизвестную ему разновидность счастья.
« Нет никакой боли… Можно просто лежать и лежать… Ничего не делать, ни о чём не переживать.» - путались мысли в пустой от пережитого голове парня. В голове была одна каша, чтобы приоткрыть глаза требовались титанические усилия, а в конечностях рук и ног что-то покаловали то холодными, то горячими иголками. С этими мыслями и такими чувствами Гарри свернулся калачиком и закрыв глаза погрузился, как ему казалось, в мир между жизнью и смертью, явью и вымыслом. В таком странном состоянии, он пролежал до тех пор, пока не понял, что замерз.
« Всего-лишь холод…» - вяло подумал Поттер даже не пошевелившись. Лежа на полу он ощущал, как капли крови, попавшие на лицо, высохли и стали неприятно стягивать кожу, а окровавленная рубашка буквально присохла к телу. Собрав силы, гриффиндорец кое-как встал на колени, опираясь на здоровую руку и стараясь не шевелить поврежденной правой. А лучше и не смотреть на неё. И не думать о ней. А то и так тошнит. Приняв более или менее горизонтальное положение, Поттер скривился от острого приступа тошноты. Стоило открыть глаза, как свет растормошил нервы и вызвал неприятное онемение челюсти и языка. Начались зевки, и что-то липкое и живое стало подниматься к горлу парня.
Гарри с трудом поднялся на ноги и шатаясь побрёл к углу комнаты, где его и вывернуло. Дрожащей левой рукой он извлёк из кармана носовой платок и вытер губы.
- Мерзость… - простонал он, и скривившись от прогрессирующей брюзгливости выкинул испачканный кусок ткани. После процесса опорожнения желудка лучше не стало, в голове также всё шаталось, а челюсть сводило. К тому же, вкус недавно съеденной булочки с сахаром и выпитой чашки кофе ( стандартное угощения на кухне) превратились в такую отвратительную смесь, что хотелось оттереть язык вехоткой и снова засунуть два пальца в рот.
« Никогда больше не буду пить кофе и есть эти проклятые булочки.» - пообещал себе Гарри, обессилено прислоняясь к стене. Несмотря на шоковое состояние, он уже почти пришёл в себя и осматривал «результат» своего ритуала. Всё было забрызгано кровью и кусками мяса, стол разлетелся в шепки, а паркет под ним почернел. На полу лежала худая нога Винки…
« Это неправильно…» - думал Поттер. «Так всё просто… Она была, и разлетелась на куски…Так странно…» - парень не мог понять результат ритуала, не мог понять, свой не то что равнодушный, а скорее рутинно-усталый тон своих мыслей. Обычно такие мысли появляются после того, как делаешь одно и тоже дело много раз.
« У меня получилось. Почти получилось.» - бледный как смерть Гарри посмотрел на изуродованную руку и несмело улыбнулся. Шатаясь как последний алкоголик, Поттер поднял свою палочку с пола, и неуверенным движением левой руки наложил чары лечения на свою травму. Рука, конечно же, осталось такой же…
« Я всё исправлю…» - как мантру повторял начинающий тёмный маг, пытаясь не поддаться нарастающей паники. «Для начала надо покинуть это место… и переодеться.» - рациональный мысли наконец то появились в гудящей голове. Чтобы оценить насколько его одежда перемазанная кровью, гриффиндорец подошёл к зеркалу, тому самому, в которое он самоуверенно ухмылялся пару часов назад. Сейчас это зеркало потрескалось и с десяток бледных подростков с горящими глазами отражались в нём.
- Чёрт. – прорычал Гарри и его взгляд нервно заметался по комнате, на стуле у входа в комнату лежала его джемпер, который не был зляпанный кровью. В самом начале разговора с Винки он стянул его и кинул на ближайший стул. – Повезло. – нарочиво бодрым тоном сказал Гарри, пытаясь забыть про постоянно зудящую боль в руке.
« Пока зудящую. Через полчаса ты будешь рыдать от боли. Сам побежишь к профессорам, будешь молить о сохранение руки…» - мерзко захихикал внутренний голос, заставляя юношу одним движением оторвать половину пуговиц с ало-белой рубашки. Работать левой рукой было непривычно, но пуговицы на груди оторвать было легко, намного тяжелее было оторвать их на руках. Их он оторвал зубами, при этом легонько задев рану на руке.
- Бля… - рыкнул Гарри, чувствуя, как влажнеют глаза от такого болевого «прострела». Гарри постоял с минуту, чтобы унять рвущиеся из груди стоны и мученически закатил глаза – по всей видимости, это его конец.
« Хренова маскировка…» - мысленно пробурчал Поттер, представляя себя со стороны: шерстяной джемпер на голое тело, брюки заляпанные не понять чем, обгоревшая рука и засохшие красные разводы на лице. Неуверенным движением руки он подманил себе изрядно потрепанную тетрадь и попытался прибрать в комнате, но малейшее напряжение сил заставило его закрыть рот.
« Опять тошнит!» - даже мысли были переполнены страданиями. «Потом уберу.» - отмахнулся гриффиндорец, пытаясь не смотреть на окровавленную комнату, больше похожую на подсобку мясной лавки. Он повернулся к двери, ведущей из комнаты.
« Господи, помоги мне выкрутиться из этой ситуации.» - в отчаяние подумал Поттер, понимая, что его бог уже не услышит, а если и услышит, то не поможет. Он потерял право на сочувствие и сопереживание, с этого момента. « Не бог, а Мерлин. Я же не маггл, чтобы так говорить.» - поправился Гарри, удивляясь пробуждению маггловских понятий о Всевышнем. Он машианально накинул мантию отца. Отца… это слово заставило юношу передёрнуться от отвращения к себе и к нему. Последние события сводили их родство на нет, теперь это стало больше похоже на бред. Отец по идеалам на одной стороне, а сын на другой.
« Теперь я могу рассчитывать только на себя.» - и почему то с этими мыслями парень ошутил какой-то укол в груди – всё становилось на свои места. « Так должно быть. Это моя судьба.» - прозвучал холодный и равнодушный голос. И опять какой-то холод пронзил терзаемого физической болью юношу. И к его ужасу это был не сквозняк, коих много в пустынных коридорах, а что-то из глубин души, будто легонько открылась дверь, ведущая в неопределённое, а может уже и определённое будущее.
« Как будто со мной всё уже решено, будто кто-то отметил меня жирной галкой.» - горький смешок вырвался у бесшумно бредущего парня – так было даже лучше, он никогда не умел и не любил выбирать. Любой выбор ставил его в неловкое положение, заставлял долго и мучительно размышлять. Хоть Поттер и стремился к полной самостоятельности, но внутри он понимал, что гораздо проще следовать за кем-либо, чем выбирать самому.
Постепенно впадавший в глубокую депрессия гриффиндорец добрёл до Больничного крыла. В общем зале лежало пару весёлых учеников, а через приоткрытую дверь можно было увидеть читающую какой-то очередной женский роман Мадам Помфри. Целительница казалась такой домашней, такой родной… Сразу же захотелось скинуть проклятую мантию, скрывающую своего хозяина ото всех, подбежать к ней, показать руку, попросить о помощи… Вместо этого Поттер как то печально, но одновременно гордо улыбнулся и отошёл в дальний угол палаты. Одним движением палочки он перерезал бинт, приподнимающий поломанную ногу какого-то малолетнего гриффиндорца над кроватью. После этого скрытого жеста, нога пострадавшего упала и ударилась о косяк кровати. Мальчик закричал от неожиданности и дурным голосом позвал добрую хозяйку лазарета. Помфри уже через секунду прилетела к пациенту и принялась успокаивать. В образовавшуюся заминку Гарри успел проникнуть в незапертое хранилище медикаментов. Первым делом он замахнул пузырёк с болеутоляющим. Проглотив огромную порцию юноша чувствовал, как в голове громко забился пульс.
« Как часы.» - оторопел Гарри и блаженно закатил глаза – наверное, такое состояние и называют опьянением. Запихав в карман брюк ещё пару пузырьков и тюбик с мазью против ожогов, Поттер поспешил покинуть лазарет.
Обычно он отсиживался в Выручай комнате, но при нынешних обстоятельствах ему оставалось идти в родную башню. Самое тяжёлое было с портретом, как назло никто не хотел проходить в гостиную. Простояв какое-то время, Поттер всё-таки дождался открытия злополучного портрета. Не успел портерт открыться, как Гарри вломился в него, сильно оттолкнув Ли Джордано, выходящего из комнаты. Ли оторопело оглядовался по сторонам, не понимая причины мощного толчка в плечо. В конце концов, он махнул рукой и поспешил по своим делам.
Поттер из последних сил дополз до родной спальни.
« Не везёт, так не везёт.» - со злостью подумал он, видя, ВСЕХ своих соседей по комнате. Его «друзья» лежали по своим кроватям и занимались своими бесполезными делами.
- Слипеус! – прошептал Гарри, тяжело ворочая сухим, как кора дерева языком. Голова Рона опустилась на книгу по Зоти. Ещё три усыпляющих, и все однокурсники крепко спали. Очень крепко.
Закончив дело, Гарри уже с нескрываемым стоном стянул мантию и кинул под свою кровать. Чувствуя, как подгибаются и дрожат колени, он добрался до душа и не церемонясь, рухнул на колени. Следующий час он помнит плохо. По крайней мере, он точно помазал руку противоожоговой мазью и даже сгрыз кусок безоара. При этом он пытался не думать, о происхождение лечебного камня. Из полотенца он смастерил какой-то кулёк, лишь отдалённо напоминающий повязку и обмотал вокруг кисти руки. На своё медицинское творение он наложил чары недосегаемости и принялся отмывать своё тело от крови. Как назло, кровь не хотела смываться – лицо пришлось тереть жесткой мочалкой. Но ослиное упрямство победило, и голый Гарри с исцарапанным лицом и намотанным полотенцем-повязкой на руке сидел, прислонившись спиной к стене, и подставляя голову тёплым струям. Не смотря на горячий душ - было холодно. Части тела, не попадавшие под прямые струи мгновенно коченели.
- Надо научиться согревающим чарам. – пробормотал Гарри, съёживаясь под струями воды. «Дьявол, как я хочу в тёплую ванну.» - тоскливо подумал юноша, чувствуя, как бегут мурашки по ногам.
Из душа он вышел в чём мать родила и переоделся во маггловскую одежду. Вся его старая одежда была уничтожена, он не мог снова одеть её, что-то противилась в нём, да и пятна крови смотрелись подозрительно. Несмотря на огромную дозу болеутоляющего, рука болела, тем самым раздражая своего хозяина. Эта неуловимая боль распространилась по всему телу, заставляя хозяина ходить из угла в угол. Вдруг ему на глаза попалась злополучная тетрадь, как ни в чем не бывало, лежащая на стуле. Подаваясь неведомому порыву гриффиндорец схватил виновницу своего провала и взмахом палочки раскрыл окно. Холодный ноябрьский ветер ворвался в комнату, но Гарри не обратил на него ни малейшего внимания. Юноша залез на подоконник и замахнул левую руку с зажатой в ней тетрадью. Поттер задумчиво пролистнул свои записи, и тяжело вздохнув, кинул их на свою кровать. После борьбы с самим с собой его лицо выражало бесконечную усталость. Взлохматив мокрые волосы, Гарри стал любоваться видом из окна. Было всего восемь часов, но на улице была кромешная темнота, холодный ветер изредка завывал, а оборванные листья загадочно шуршали. От такой «весёлой» погоды самому молодому чемпиону стало ещё тоскливее и он поспешил закрыть окно – по скорее отгородиться от враждебного мира. В комнате он почувствовал себя на редкость уютно и тепло. Маггловские джинсы и свитер грели куда лучше, чем хваленые мантии Мадам Малкин. Кстати о ней…
« Хитрая женщина…» - беззлобно подумал Гарри, сидя на самом краю своей кровати, практически опираясь на вытянутые ноги. « Приняла меня как взрослого…» - фыркнул подросток, вспоминая себя во время последного захода в Косой переулок. « Вам это подходит… А это замечательно смотрится с вашими глазами… Прекрасный материал… Великолепно» - мысленно передразнил он продавшицу мантий. « А я как идиот покупал эти дорогущие и непрактичные наряды…Мантии из шёлка, серебряные запонки… туфли из кожи дракона…» - скривился юноша. « Потратил кучу галеонов, а получил практически ненужные вещи.»
Под «практическими ненужными вещами» он подразумевал половину накупленных вещей. Только недавно он понял, что после того, как он ощутил кашелёк из Гринготса в своих руках, то вёл себя как идиот. Он искренне верил восклицаниям Малкин и покупал всё, что она предлагала. В итоге, половину его вещей была уже уничтожена или повреждена. Особенно большие потери были среди рубашек и мантий. Соплохвосты Хагрида и разная мерзость в теплицах портила одежду, не разбираясь в её цене. Соплы жгли подолы мантий и прожигали брюки, а растения плевались ядом и рвали рубашки. Испарения зелий коптили и прожигали те же бедные рубашки, а постоянные стычки с недоброжелателями… В общем, обычные мантии дольше выдерживали напор всего этого, а элитная одежда, предназначенная для деловых встреч и балов погибала под такими ударами судьбы. Коротко говоря, почти вся «особая» одежда выбыла из строя и постепенно заменилась обычными качественными школьными мантиями.
«Я был идиотом.» - со вздохом признал Гарри, подмечая, что после первой же недели не одевал чертовы запонки. « С ними выделяешься как олень. Пропадает весь образ бедного сиротки. На какого-то мажора был похож.»
Соседи по комнате крепко спали под заклятием сна, постепенно перешедшего в реальный сон, а герой магического мира то сидел на своей кровати, то ходил из угла в угол. Сколько бы часов не проходило - сна всё не было. Поэтому Гарри просто сидел, накрывшись тёплым одеялом, и пытался разобраться в своём состоянии. А состояние было странным: после ритуала как-будто выгорели все чувства. Юноша сидел, не ощущая ни сожаления по поводу отнятой невинной жизни, ни жалости к себе, ни страха… Н-и-ч-е-г-о. Он просто сидел и смотрел в одну точку, даже не моргая, и лишь изредка вскакивал, и делал пару кругов по темной комнатке. У него даже нормализовалось состояние из-за «букета» настоек и зелий поглощенных им.
- Я не буду чувствовать ничего ещё часов восемь… А что потом? Нельзя пить эти зелья ещё раз. Это равносильно яду. А без этих зелий будет адская боль. – прошептал Гарри и протёр противно зудящие глаза. Они болели из-за того, что линзы высушились и стали присыхать к белкам глаз. А мальчик даже не мог закапать себе в глаза капли - только не левой рукой.
О Барти Крауче Младшем, косвенным виновником этой авантюры, Гарри даже ни разу не вспомнил за этот вечер и ночь. В его голове плескался страх из-за завтрашнего дня. Дня, когда он, скорее всего, окончательно лишиться пальца или сойдёт с ума от проснувшейся боли.
Стоило первым лучам солнца пробиться в комнату, как Поттер решительно откинул одеяло с плеч.
Пришло время зубами и когтями вырывать свою руку из лап тлена и окончательного уничтожения. Он сделает всё ради этого. И он даже знает, кто ему в этом поможет. Этот человек не откажет ему в дружественной просьбе.
После многих часов отчаяния и неопределенности, тень былой уверенной улыбки исказила губы красивого юноши. Горящий взгляд зеленных глаз ухмыльнулся своему отражению в зеркале. Снова. С такого же взгляда в зазеркалье и начался весь этот неудачным эксперимент.

0

28

Глава 28.

Рон Уизли проснулся от того, что его правая нога вылезла из под одеяла и стала замерзать. Перевернувшись на другой бок, Рональд ещё какое-то время пытался уснуть, но в конце концов осторожно приоткрыл левый глаз. Комната была освещена каким-то тусклым и неприветливым светом, отчего захотелось завернуться в одеяло и снова уснуть. Порыв ветра ударился об окно и заставил гриффиндорца поёжиться.
« На сегодня назначем поход в Хогсмид. Все так его ждали, а сейчас и идти не хочется.» - уныло вздохнул Рон и открыл второй глаз. На подоконнике сидел Гарри Поттер и со вселенской тоской смотрел в окно. Уизли прикрыл глаза, чтобы не раскрыть своего бодрствования и стал пристально наблюдать за своим бывшим другом и виновником неудач последнего месяца.
«Ненавижу тебя! Из-за тебя я презираю и себя…» - признал Рональд. Только недавно он понял, что Гарри был его билетом в светлое будущее. До первой ссоры с ним он об этом и не догадывался, а после ссоры стало поздно что-то исправлять. Шестой Уизли закрыл глаза, чтобы не видеть пугающе-задумчивого Поттера и начал вспоминать всё с начала. Образы всплывают в голове и заставляют сильнее биться сердце:
Первый курс… Знакомство с худеньким мальчиком в поезде…Их первый вечер в гостиной гриффиндора…Вот они идут на несостоявшуюся дуэль с Малфоем…Гарри храбро бросается на тролля и спасает Гермиону… Образование Гриффиндорского Трио… Философский камень… Хрупкий мальчик, так похожий на ангела, без сознания лежит на больничной койке… Гарри сидит за решётками у Дурслей, ещё более бледный и несчастный…
Перед глазами пролетают события второго и третьего курса. Вот Гарри прошается с Роном и Гермионой на платформе и уныло бредёт к своим ненавистным родственникам.
Лето перед четвёртым курсом… Писем от Гарри нет, а если и есть, то они напоминают короткие записки. Ссора Гарри и его дяди… Тогда, казалось, от ненависти закипит воздух. Перекошенное от ярости лицо Поттера, маниакальный блеск зелёных глаз. Мрачное настроение Поттера до чемпионата по квиддичу, его черный юмор в приватной обстановке, от которого ежилась Гермиона. Болезненная тяга к знаниям. Встреча с остальными гриффиндорцами в поезде. Странное и слегка надменное поведение друга по отношению к остальным друзьям. Лаванда и Парвати тогда буквально слюнями капали, не обращая внимание на затаенную злость в каждом смешке. Школа. Живописное появление Лестрейндж. Неперадаваемые выкрутасы Гарри со слизеринцами и остальными учениками. Безжалостная коллективная дуэль после статьи о родителях Рона. Укоры со стороны учителей и Гермионы по поводу опасных чар, которые разбиваются об равнодушную усмешку. Ночные посиделки с мечтами о клубе Избранных. Лаванда Браун и Гарри Поттер встречаются! Первая ссора с Гарри. Недолгое примирение. Клуб избранных оказывается клубом ботаников. Постоянно задумчивый Поттер, исчезающий по каким-то делам. Цепной пёс Невилл. Три малолетних фаната – братья Криви и Вейн. Грандиозная ссора. Гарри и его друзья против пятого курса и Рона. Следовательно, шестой Уизли в наичернейшем списке местной знаменитости. Жалкое положение противников Поттера. Поттер как-то выкручивается. Рон Уизли в лазарете. Учителя допрашивают участников драки, к Гарри опять никаких претензий, а он, простой парень Рон Уизли становится козлом отпущения. Родители в школе. Гарри милостиво берёт оплату поломок на себя. Учителя разочарованно смотрят на Рона, родители впервые синхронно орут, близнецы объявляют бойкот. Гиганские отработки, запрещено ходить в Хогсмид, конфискация немногочисленных денежных запасов, вплоть до кната. Слух о предательстве Рона распространяется по школе. Куча насмешек, слизеринцы вообще смотрят на него как на мусор: предать сокурсников для них, сдать учителям, последнее дело. Потом пытка щекоткой и внимательный препарирующий взгляд сияющих тёмно-зелёных глаз.
« Всё равно ненавижу Поттера.» - упёрто подумал Рон. « Это уже не мой друг. Он сильно возгордился. » - убеждал себя Уизли.
На самом деле Рон ненавидел вторые роли, ненавидел быть тенью друга. Вначале не было никакой конкуренции между детьми, но на этот год в школу приехали парни, которым было не по пути.
Рыжий парень так задумался, что даже упустил из виду, как Гарри аккуратно слез с подоконника. Юноша как всегда был собран, но бледный вид лица и перемотанная рука заставили долговязого парня сильнее присмотреться к молодому Чемпиону. Поттер сел на свою кровать так, что оказался спиной к псевдоспящему соседу и что-то стал делать, почему-то держа палочку в левой руке. Послышалось шипение и полотенце полетело в сторону мусорной корзины. Гарри повернулся и Рон отметил, что он стал нездорового землистого цвета, да и руки бывшего приятеля сильно дрожали. Он шатающейся походкой поспешил удалиться из спальни, предварительно подняв полотенце и засунув в корзину. При чём последнее действие включало в себе явные истерические нотки. Так могла кинуть вещь Лаванда, но не вечно спокойный Гарри.
« Странно… Был бы я его другом, то попытался разузнать причину такого поведения. Но я не его друг… Точнее он не МОЙ. Пусть сам разбирается. Пусть бежит к своей сук… Лаванде.» - зло подумал Рон и повернулся на другой бок.
Нет, Гарри не бежал к Лаванде. Напротив, именно сейчас, ему как никогда было плевать на неё. В его голове созрел план, в котором ключевую позицию занимал староста-семикурсник Дарен Барнз. Дело не требовало никаких особых нагрузок от старосты, но всё-таки было бы лучше предупредить того заранее. Юноша сидел в гостиной перед камином как на иголках и ждал появление великолепного старосты. То, что он был великолепным и имел авторитет во всей школе, не вызывало сомнений. Люди, хоть раз встречающиеся с Дареном, долго не могли забыть этого «умного и достойного молодого человека», как они сами и выражались. Стоило Парвати и Лаванде увидеть его впервые, как они никого не стесняясь, стали расхваливали семикурсника, сразу после его ухода. И Гарри в глубине души с ними полностью согласен. Дарена бесспорно, можно было назвать красивым, но его красота отличалась от красоты Седрика. Как Гарри давно понял, Диггори был пустышкой. Конечно, девушки любили его, но у него была какая то не «мужская» красота: добрые кристально чистые наивные серые глаза, слишком доброжелательная улыбка, от которой сводит челюсть и вопрос, возникающий при встречи с ним – «Как твой маникюр, пида…?». В общем пуффендуец не внушал ни уважения, ни доверия, ни тем более страха. А по мнению Поттера, настоящий мужчина должен вызывать хоть толику страха у окружающих, страха перед его силой или знаниями. В Диггори не было ничего такого, что могло действительно «зацепить» человека. Он просто обладал смазливым лицом и белоснежной голливудской улыбкой. Дарен, наоборот, сочетал в себе всё то, что должен иметь настоящий «мачо» и даже больше. У него был рост под метр восемьдесят, отличная фигура, как у древнегреческой статуи. У кого бы он не спрашивал общие детали на счет Дарена, то все буквально со священным трепетом упоминали атлетичную фигуру парня, что уже выделяло его перед остальными парнями Хогвартса, редко утруждающих себя физическими упражнениями. Лицо у него тоже было красивое и вызывало вздохи многих девушек. Ещё бы, одни умные пронзительные карие глаза с опасно-манящим глубоко тлеющим огоньком вызывали желание познакомиться, а если к этому добавить абсолютно правильные черты лица, волевой подбородок, длинные темные ресницы, бледные губы, вечную еле заметную насмешку над окружающим миром, небрежную челку на лбу…
Гарри настолько погрузился в детальный разбор Дарена, что не заметил, как прошло пол часа.
« Да я о Лаванде и Флер меньше думал, чем о Дарене! Я что, влюбился в него?!» - возмутился Гарри, стирая с лица лёгкую улыбку. Одна мысль о любви к парню вызвала искривлённую мину как от лимона. « Конечно, нет. Просто он такой, каким бы хотел стать я в его возрасте. Он это то, к чему я должен стремиться.» - оскорблено добавил юноша.
Несмотря на всю внешнюю привлекательность, природный магнетизм и состояние полного доверия, которое он внушал, что-то заставляла многих остерегаться его, уважать и слушаться. Его с первого взгляда, пассивное поведение, скрывало бесшумную походку самого опасного хищника, ленивые и небрежные движения подчёркивали его силу и самоуверенность, а взгляд умных глаз с опасно-манящим огоньком, иногда превращался просто в опасный взгляд, с примесью вседозволенности, граничащий с легким безумием. Гарри всего пару раз видел, как отрешенно-невинное лицо, когда на него падала «особая» тень, превращалось в маску порока и соблазна, а глаза становились красно-карие, цвета чая или дорогого коньяка. Они манили, заставляли остерегаться и бояться. Самое интересное, что юноша и не старался придать своему лицо такое выражение, оно появлялось само и покоряло девушек. «Он ангел!» сказала Парвати после первой встречи. «Падший.» добавила Лаванда. « А ты мой ангел. Настоящий.» влюбленно сказала Браун, смотря на Гарри. Тогда Гарри заворожено кивнул. Девочки дали замечательную характеристику. Он верил, что существуют редкие люди, которые могут называться «ангелами», или высшими людьми, по красоте, уму или манере держаться. Со временем, они или становятся обычными, или переходят на высшую ступень, превращаются в падших ангелов… демонов. Это такие люди, от которых перехватывает дыхание и чей насмешливый и опасный взгляд говорит– «Хочешь? Всё равно не получишь!» Такими людьми надо восхищаться. Они не пустышки, как серая масса, они лучшие, самые редкие и совершенные особи. Красивые, умные, могущественные, те кто с одинаковым выражением лица может помочь нищему и убить человека. Те, кто заставляет других одновременно хотеть их, и ужасаться своим подобным мыслям.
« Выше остальных. Они имеют право вершить судьбы других.» - видно, лошадиная порция болеутоляющего вызывала не слабое наркотическое опьянение, по другому потоки мыслей в голове Гарри объяснить было нельзя.
Таких людей можно распознать по особому гипнотизирующему взгляду, который нельзя передать словами, но при встречи с которым, невозможно забыть. В своей жизни Поттер встречал четверых таких человек: Тома Реддла, Дарена Барнза, себя и Лестрейндж, как ему не было прискорбно это признать. При чём если сравнивать взгляд Барнза и взгляд Гарри, то можно было сказать, что первый – уже состоявшийся демон, а второй ещё нет. У Гарри такой взгляд появлялся лишь иногда, но всегда заставлял своего хозяина любоваться им, как самым ценным, что у него есть. Именно в такие моменты Поттер признавал, что он конченный нарцисс… Возможно даже немного помешанный на своей личности. Но вернёмся к Дарену.
Понятно, что девушки на него вешались гроздями, но он и тут отличался от всех парней. По словам близнецов, он ни с кем на их памяти серьёзно не встречался, а если учесть, что они всего на год его младше, то получается, что он никогда ни с кем серьёзно не встречался. Почему? Как ему удаётся спать с самыми красивыми девушками школы и даже не притворяться влюбленным? Почему они знают, что ему плевать на них, но всё равно проводят ночи вместе? Гарри завидовал ему чёрной завистью, и пытался разгадать секрет, чтобы самому в будущем не усложнять жизнь ненужными отношениями. Ещё одной отличительной чертой Дарена было, что девушками он считал только красивых представительниц слабого пола, остальные были «неправильными мужчинами», на которых он не обращал и толику внимания. Староста шестого курса, простая девушка в очках, просто вилась вокруг предмета своего обожания, всячески показывая своё отношение к нему. Сам же «предмет обожания» не обращал на неё никакого внимания, в лучшем случае говорил ей какую-то стандартную чепуху, потом отворачивался… и сразу же забывал о существование доставучей персоны.
Гарри снова встрепенулся, понимая, что слишком сильно погрузился в отношения Дарена к противоположному полу. Да что там скрывать, он уже представлял себя на его месте.
« Я стану таким. Даже лучше.» - пообещал себе Гарри. « Лицо вроде красивое. Только фигуру подкачать и…» - распрямил плечи Гарри и разогнулся в кресле.
Парни Хогвартса остерегались Дарена и никогда не злили, даже слизеринцы. Он ни к кому не лез, и никто не лез к нему. Те же близнецы шепнули Гарри, что у семикурсника слава того, кто может всё, немного мрачная слава, передающаяся лишь в тесном кругу гриффиндорцев. Для всех остальных факультетов и учеников он был идеальным студентом. Шёпотом близнецы сказали, что он пару лет назад провернул настолько «плохие» розыгрыши, что его боялись даже тогдашние семикурсники. Вот что сказал Фред:
« Он опасен. Обычно он спокоен как удав, но если его задеть или у него плохое настроение, то он без малейших сожалений сделает с тобой такое…» - близнец многозначительно поднял брови, намекая на самые худшие варианты. « Вы кстати похожи. Ты тоже иногда бываешь пугающим. Ну не то что пугающим… просто у вас такая игривая улыбка появляется, что бррр… » - признался Фред.
И Гарри это знал, в странном старосте он чувствовал родственную душу. И семикурсник чувствовал тоже. И Гарри и Дарен любили пристально смотреть собеседникам в глаза о время первого знакомства, заставлять тех нервничать и отводить взгляд. При первой же беседе они долго смотрели друг-другу в глаза своими немигающими глазами, пока одновременно не отвели взгляд. Достойные союзники. Это была не совсем дружба, ведь разница в возрасте не давала юношам свободно общаться, во всяком случае пока.
С такими странными мыслями в голове Гарри просидел около часа. В гостиной уже было куча народу, а заветного семикурсника всё не было. Конечно, можно было пойти к нему в спальню, но это выглядело как-то слишком… Словно он молит о помощи. А он просто предлагает помочь ему.
Наконец на горизонте замаячил однокурсник Дарена. Гарри подошёл к нему со спины и вежливо кашлянув поинтересовался о местоположение заветного старосты. Бугай что-то пробормотал про спальню и опять отвернулся.
- Можешь позвать его? – попросил Гарри и запрокинул голову, надеясь достучаться до заторможенного выпускника. Собеседник четверокурсника посмотрел на юношу как на пустое место и демонстративно развернувшись, покинул гостиную.
Следом за ним пронеслась Лаванда под руку со счастливой до безобразия Парвати. Девушки синхронно пожелали Гарри доброго утра, а Лаванда напомнила про совместный поход в Хогсмид, видно мерзкая погода её совсем не смущала, после этого они не сказав больше ни слова удалились. Поттер попытался что-то крикнуть своей девушке, но вспомнив обещания, которое он всё-равно собирался нарушить, быстро закрыл рот и с невинным лицом подсел к подозрительно шепчущимся близнецам. Неутомимые братья Уизли обсуждали возможность продажи своих изобретений через объявления в Пророке, поэтому Поттер слушал их краем уха, сосредоточившись на поиске семикурсника. В голове слова: товары, галеоны и совы чередовались каждые пять секунд.
Наконец, заспанный и немного растрёпанный Барнз с криво нацепленным значком старосты появился в гостиной, к тому времени, Поттер уже успел услышать с десяток гениальных планов близнецов по реализации их изобретений в деньги. Когда Гарри заговорил с семикурсником, то отметил, что его собеседник смотрит сквозь него, куда-то в даль. Пока Гарри с невинной улыбкой предложил Дарену аппарировать с ним в Косой переулок «на пару минут» во время их прибывания в Хогсмиде, то герою магического мира казалось, что слова пролетают сквозь ушей сонного собеседника. Во всяком случае, ощущение было такое, будто староста спал с открытыми глазами, но к удивлению Гарри, семикурсник необычайно осмысленно сказал:
- Выход в Хогсмид в одиннадцать. С одиннадцати до часу я буду занят, поэтому в час мы аппарируем в Лютный переулок, как ты и хочешь. – видя непередаваемое лицо четверокурсника, старшекурсник хмыкнул, при этом мигом пропали все признаки сна в его поведение. – В час у Кабаньей головы, не опаздывай. – немного строго добавил он.
- А… - начал было Гарри.
- Гарри, - мягко сказал Дарен. – Я заканчиваю седьмой курс, поэтому прекрасно знаю, что если студенту надо в «Косой переулок», то это значит, что конечной точкой всегда будет Лютный.
- А я думал, что у меня вид слишком подозрительный. – пошутил Гарри, опуская взгляд в пол и смотря на искалеченную руку, находящеюся под маскирующими чарами.
- Вроде нормальный... – пожал плечами Дарен. – Ты только не опаздывай, я не люблю ждать. – попросил Дарен и снова погрузился в свои мысли.
«И о чём он только может думать с такой мечтательной улыбкой?» - нахмурившись, подумал Гарри.
- И тебе даже не интересно узнать, зачем я хочу попасть туда? – удивился Поттер, заранее зная ответ. Дарен зевнул и посмотрел на собеседника со снисходительной улыбкой.
- У каждого должны быть свои маленькие секреты. – пожал плечами Дарен, видно вспоминая про многочисленные свои. - А если эти секреты нарушают общепринятые правила, то это даже интересней. Мы волшебники, нам можно больше, чем остальным. – семикурсник сказал это так, что любой бы человек поверил ему на слово, в голосе было столько уверенности в своей правоте. – К тому же, мы одарённые волшебники, поэтому… - Барнз посмотрел на Поттера, и призывно махнул рукой, предлагая закончить высказывание.
- Нам можно всё? – полусказал-полуспросил Поттер, странно смотря на старосту. Его неуверенный тон не вязался с уверенным, цепким взглядом.
- Именно так. – кивнул Дарен и снова чему-то улыбнулся. – Встретимся в Хогсмиде.
- Кабанья голова. В час. – кивнул Поттер и снова уселся в кресло – рука стала сильно болеть. Ещё недавно это боль была еле заметна, но действия зелий постепенно спадало, а принятия новых зелий, было равносильно передозировки наркотиками. Бледный юноша с грустными зелёными глазами старался не обращать внимание на зуд, в конце концов он плюнул на неудобное кресло и поднялся в спальню. Первое, что бросалось в глаза, была его смятая постель, которую он так и не потрудился заправить. Кроме этого, в комнате был такой тусклый свет из-за дождя идущего на улице, что становилось противно переступить порог. Сейчас спальня как никогда напоминала его комнату у Дурслей: такая же тусклая и сырая. Тяжело вздохнув, Гарри уныло дошёл до своей кровати и лёг на неё.
«Так и есть, одеяло влажное от погоды за окном.» - константировал Поттер и подложил левую руку под голову. Почему-то именно сейчас он представил себя в камере строгого режима в роли заключенного, у которого впереди целая вечность, а из дел, только возможность пролёживать бока на смятой и влажной от сырости постели.
За окном завывал ветер, а по телу всё интенсивнее и интенсивнее бежали мурашки. Юноша поменял свою вольготную позу на скромную позу эмбриона. Он свернулся калачиком, поджал ноги под грудь и уставился немигающими зелёными глазищами в окно.
« Холодно, мерзко, противно, скучно, больно…» - верно охарактерезовал своё положение Поттер. По-мимо больной руки у него был синяк на всю левую ягодицу, полученный во время падения на паркет, больной копчик по той же причине, прокушенные губы и язык.
Так Гарри лежал, пытаясь построить хотя бы приблизительный план, начиная с прибытия в Лютный, но мысли расползались как змеи, казалось, что ещё чуть-чуть, и ответ всплывёт… Но пока не всплывал.
Уже вернулись соседи по комнате. Рон бурча что-то про сквозняк в коридоре, натянул шерстяные носки и пошёл на свои вечные отработки, Дин и Симус лениво играли в карты, а Невилл пытался соблазнить Поттера двумя бутербродами, взятыми с завтрака.
- Попробуй. – наставительно сказал Невилл, напоминая нерадивого родителя. – Тебя не было сегодня на завтраке, и вчера ни на завтраке, ни на обеде, и ни на ужине.
- Я не голоден. – отчеканил Гарри, даже не по трудясь встать с кровати.
- Как хочешь. – сдался Долгопупс. – Ты в Хогсмид идёшь? – легкий кивок. – Купи мне что-нибудь, а то мне не охота тащиться в такую погоду. Лучше посижу в нашей комнате, почитаю что-нибудь.
- Конечно. Если увидишь в комнате небольшой сюрприз, то не удивляйся – это от меня. – криво усмехнулся Гарри, представляя реакцию друга на успевшие завонять останки Винки.
« Зря ты сегодня ел.» - позлорадствовал Поттер, с отвращением смотря на бутерброды в руках друга.
- Всё понял. Предупреждён, значит вооружён. – мудро сказал Долгопупс, для важности подняв указательный палец вверх.
- Надейся. - лениво пожал плечами Гарри и обнял подушку. Невилл ушёл по своим делам, но через пол часа влетел в комнату с безумными глазами и с перекошенным лицом бледно-зелёного цвета. По едва ощутимому неприятному запаху Гарри понял, что его товарища вывернуло, и не раз. Долгопупс посмотрел на Поттера так, будто видел впервые, затем качнулся, скинул сумку и кинулся в сторону туалета.
Смотря на реакцию Невилла, Гарри довольно улыбнулся. Понимание, что кто-то почувствовал то, что чувствовал он – радовало. Гриффиндорец наложил на руку ещё раз маскирующие чары, для верности ( ведь колдовство левой рукой получалось довольно жалким и недолговременным). Уже через минуту мрачный Поттер спускался к весело щебечущим Лаванде и Парвати.
« Это только на два часа, Гарри. Всего-лишь два часа.» - простонал Поттер, понимая, что жаловаться ему не на что, девушки были красивыми и многие парни поменялись с ним местами. А заморочку с ритуалом он затеял по собственной глупости.
Стоило трио выйти на улицу, как непогода обрушилась на них. Ветер и дождь заставили гриффиндорцев закутаться в тёплые мантии и натянуть капюшоны. Девушки одели шапки.
- Может не пойдём? – сквозь шум ветра голос Парвати был плохо слышен. – Погода ужасная. Почти никто из школы не идёт.
- Я хочу. – заявила Лаванда. Парвати покачала головой – её подруга порой была ужасно упрямая. К тому же сейчас она не хотела показаться слабой перед Гарри, а то не дай бог он снова станет общаться с морозоустойкой Грейнджер, готовой послушно бежать за бывших другом хоть на край света.
Через полчаса окоченевшие студенты добрели до первых строений Хогсмида. По пути им попадались такие же упёртые студенты, упорно шедшие к кафе и пабам. В магической деревне из-за непогоды были закрыты многие заведения, а в Трёх метлах было непривычно пусто.
- Здесь мерзко. Пошли в другое место. – дрожащим голосом попросила Лаванда. Окидывая взглядом полутёмное помещение.
- Ну уж нет. – невольно взвился Гарри, осторожно сгибая и разгибая окоченевшие пальцы. – Опять на этот ветер и дождь? Лучше здесь сидеть. – буркнул Поттер и увидел благодарный взгляд Парвати.
« Сегодня у нас свидание на троих.» - не чуть не расстроился Гарри и предложил сесть за дальний столик. Через три кружки горячего шоколада девушки пришли в себе и даже скинули зимние мантии, оставшись в школьной форме. Самое неприятное было то, что среди немногочисленных посетителей была Рита Скитер со своим фотографом, Хагрид, Грюм и Людо Бэгмен. Получилось так, что взгляды всех этих людей впивались с разных сторон в Поттера и заставляли его нервничать. Первая подошла Скитер и попросила самого молодого чемпиона познакомить её с «этими прекрасными девушками». Гарри еле успел опередить Лаванду и Парвати, счастливых до одури возможности сотрудничать с Пророком. Юноша плавно перехватил разговор и перевёл его на первый турнир. Журналистка с плохо скрываемым торжеством намекнула, что ей известно про задание. Не успел Гарри придумать новый вопрос, как Рита уселась за их столик и достала блокнот. Фотограф стоял за ней как часовой. Благо, Грюм заметил стеснённое состояние своего лучшего студента и поспешил на помощь. Лязг протеза вместо ноги и мерный стук посоха заставил Риту спрятать свой блокнот в сумочку ядовито зелёного цвета.
- До скорой встречи, Гарри. – жеманно улыбнулась Скитер, храбрясь под выжидающим взором Экс-мракоборца. – Желаю удачи! – произнесла женщина и удалилась.
- Я не помешал, Поттер? – прорычал Грюм, сверля довольного юношу магическим глазом.
- Как раз вовремя, сэр. – Гарри легонько склонил голову в знак благодарности. – Эта ненормальная меня уже достала. – без зазрения совести признался гриффиндорец.
Аластор Грюм хрипло засмеялся и довольно похлопал Поттера по плечу.
- Скитер это заноза в заднице Министерства и всего магического мира вот уже как пятнадцать лет. – смех Грозного глаза утих, когда он случайно заметил руку Гарри.
« У него же глаз. Мои маскирующие чары бесполезны.» - из парня будто выпустили воздух. Не смотря на секундную заминку гриффиндорец улыбнулся и нежно и преданному посмотрел на покорёженного старика.
- Как состояние здоровья? Голова не болит? Вы какой-то бледный. – с кривой ухмылкой поинтересовался Грюм.
- Просто не выспался, сэр. – виновато опустил глаза четверокурсник.
- Что же, надеюсь сегодня вы выспитесь. – благодушно сказал старик. – У вас Турнир через пять дней – надо быть готовым. – строго сказал Аластор, разве что не покачал указательным пальцем в подтверждение значимости своих слов.
- Я готов. – уверенно заявил Гарри, чем вызвал прищуренный взгляд профессора.
- Очень на это надеюсь, Поттер. – сильнее прищурил здоровый глаз мракоборец. – Я поставил на твою победу. Если ты проиграешь, то мне придётся съесть свои шляпу. А если я съем свою шляпу, то ты у меня на уроке волком выть будешь. – пообещал мракоборец.
- Ещё одна причина выиграть. – пошутил второй чемпион Хогвартса.
- Ну я пошёл. Передаю эстафету общения с тобой Хагриду. Вон он уже совсем замаялся, почти до невменяемого состояния. – фыркнул профессор, показывая на лесничего-профессора, пьющего что-то из огромной кружки, больше напоминающей кастрюлю.
- Жуткий тип. – еле слышно прошептала Лаванда. – Ещё этот его чёртов магический глаз! Он же видит всё до нижнего белья, а может и до голого тела.
- Старый извращенец. – горячо поддержала Парвати. – Понятно почему он преподавать пошёл. С таким лицом и в борделе никто не даст.
- Угарный дед! – возмутился Гарри. – И глаз у него супер. На старости лет куплю такой же и буду подсматривать за красивыми девушками. – он подмигнул собеседницам и поморщился из-за очередного прострела в руке.
- Ты можешь только попросить и всё увидишь. – промурлыкала Браун ложа руку на колено своего парня. Эту милую идиллию прервал Хагрид, спешивший сообщить что-то важное. Великан поприветствовал своих студентов и попросил Гарри быть возле его хижины в определённое время.

0

29

После Хагрида подошёл сияющий Людо Бэгмен, который отвёл Гарри в сторону и ненавязчиво предложил помощь в Турнире. Поняв намек, самый молодой чемпион возликовал внутри, но вместо столь желанного «да», сказал что подумает. Людо ни чуть не расстроился, наоборот, засиял ребяческой улыбкой и с радостью принял предложение Поттера посидеть с ним и девушками.
Стоило бывшей легенде квиддича оказаться за столом, как он пустился в комплименты девушкам и стал травить шутки. Он сам предложил автограф, сам достал лист из кармана, сам написал пожелание в десять строчек, потом ещё одно, и с гордым видом вручил их смутившимся гриффиндоркам.
- Мистер Бэгмен… - начал Гарри, но его прервал обиженный вид мужчины. – Людо. Вы не знаете такое место, где можно посидеть в тишине и покое? А то не хотелось бы снова столкнуться с Ритой Скитер. – понимающий кивок. – Я знаю, что на втором этаже есть комнаты, но туда не пускают учеников. Вы не знаете почему? – поинтересовался Гарри.
- Конечно знаю. – обрадовался Бэгмен и растянул свой монолог на минут десять. В итоге он посоветовал совсем другое место, где на втором этаже была уютная комната с камином. На слове «уютная» Бэгмен выразительно подмигнул Гарри и показал большой палец. Наконец гриффиндорцы избавились от Бэгмена и по предложению Гарри пошли проведать место, о котором с таким воодущевлением отзывался судья Турнира.
- Он на вас запал. – издевался победитель тёмного лорда, смотря за реакцией спутниц.
- Он на тебя запал. – серьёзно сказала Лаванда и не добро улыбнулась, видя вытянувшееся лицо своего парня.
- Что? Я общался с пидора…? – громко воскликнул Поттер, отчего получил легонький толчок в бок.
- Здесь дети! – прошипела Лаванда, показывая на третьекурсников. – Ещё летом к папе приходили друзья. Ну они там сидели разговаривали на разные неинтересные темы, как и должно быть в их возрасте, а я просто проходила мимо. – быстрее заговорила Лаванда, пытаясь пропустить фактическое признание о подслушивание. - Там я услышала, что Бэгмен азартный игрок и влез в огромные долги. Он занял у друзей, коллег по министерству, даже у гоблинов. И конечно же всё проиграл. Гоблины уже бы давно убили его, да только со смертью Бэгмена галеоны не вернуться в свои хранилища, поэтому они поставили его на счётчик. Они сказали, что Бэгмен опустился до такого, что собирал ставки на Чемпионате мира по квиддичу. – презрительно скривилась девушка. – Представляешь, глава магических игр и спорта опустился до уровня среднего ростовщика с Лютного переулка!
« Всё равно, что министр магглов продавал бы хот-доги.» - пронеслось в голове Гарри.
- В общем, у Бэгмена и галеона за душой нет. Он нищий. Вот и подбивается к тебе. – пожала плечами Браун. – После школы тебя, наверное, сразу же сделают главой какого-нибудь Департамента.
- Вот почему он мне помощь предлагал. – задумчиво протянул чемпион школы. За своей задумчивостью он пытался скрыть интерес – теперь он ещё больше узнал о Бэгмене.
- Зачем мы сюда пришли? – недовольно спросила Лаванда, рассматривая старое здание.
- Ради интереса. – уклончиво ответил гриффиндорец, открывая дверь. За дверью находилась маленькая комнатка. Поттер и девушки завертели головой в поисках хозяйки или хозяина этого странного заведения. Наконец вышла какая-то немолодая женщина и окинула гостей выжидательным взглядом.
- Кто вы? Что вам надо? – недоброжелательно спросила она и для вида упёрла руки в бока.
- Нам сказал один человек, что у вас можно снять комнату на день. – прямо сказал Гарри, честно смотря в чёрные глаза.
- Вы ошиблись. – холодно заявила женщина и и указала рукой на дверь. – Я сдаю комнаты минимум на сутки и только совершеннолетним волшебникам, окончившим Хогвартс.
- Но нам сказали, что вы можете сделать исключение. – чуть заметно улыбнулся Гарри.
- Вас обманули. Я не сдаю комнаты озабоченным подросткам, ищущим место для интимной близости, даже если среди них великий Гарри Поттер. – улыбнулась владелица дома. На этих словах девушки одновременно опустили глаза и сжали зубы.
- Боюсь, вы меня не правильно поняли. – максимально вежливо сказал Гарри. – У нас и в мыслях не было ничего такого. Просто на улице ужасная погода, и мы бы хотели посидеть в тепле.
- В нашей деревни множество тёплых пабов и кафе соответствующих вашему возрасту. – непреклонно заявила хозяйка.
- Мы бы хотели оказаться по дальше от шума и суеты. – выкрутился Поттер, пытаясь не вспоминать пустынную деревню. – И нам по-секрету сказали, что у вас самые удобные и тёплые комнаты в деревне. От этого будет выгодно и вам, и нам. Мы заплатим за сутки, а пробудем всего часа три-четыре. Точнее будут только они. – парень кивнул на спутниц. – А мне надо встретиться с одним другом. Неужели вы думаете, что нынешняя молодёжь НАСТОЛЬКО озабоченна, что две юные девушки могут сделать что-то аморальное? – ядовито усмехнулся Гарри, искренне любуясь смущением на лице собеседнице.
- Поттер… -одновременно прошипели гриффиндорки.
- Конечно нет. – поспешно ответила женщина. – В таком случае… - задумалась она, прикидывая возможные последствия своего ответа. - Администрация школы не должна знать не при каких обстоятельствах. В противном случае, вы не подойдёти к моему дому на расстояние выстрела. У меня постоянные клиенты, снимающие эти комнаты на время приезда в Хогсмид. Влиятельные клиенты. И мне бы не хотелось выслушивать обвинения ваших учителей и родителей, что их студенты занимаются не понять чем в моём доме.
- Нам и самим это не выгодно. – заверил собеседницу гриффиндорец. – После окончания школы, когда мы будем приезжать сюда по делам, нам надо будет где-то жить.
- Мы друг-друг поняли. – подвела итог хозяйка. – Сейчас вы может быть наконец спросите о цене? – она дружелюбно улыбнулась, предчувствуя возможных постоянных будущих клиентов.
- И какая цена? – поинтересовался Гарри и прошёл к лестнице, ведущий на второй этаж.
- Похоже вы уже всё решили. С вас шесть галеонов. Вы ведь хотите лучший номер на целые сутки? – с лёгкой улыбкой переспросила владелица дома-отеля.
- Конечно. – сказал юноша и протянул горсть монет.
Хозяйка и её гости поднялись на третий этаж и остановились у красивой тёмной двери. Лёгким движением руки женщина отворила номер и жестом пригласила студентов пройти во внутрь. Стоило Гарри пройти во внутрь, как он чуть не присвистнул – внутренне убранство комнаты сильно отличалось от внешнего фасада дома. Первое ощущение, когда гости пересекли порог было такое, что они оказались в девятнадцатом веке. Массивные резные столы, стулья, шикарная люстра, подсвечники…
- Красиво… - призналась Парвати.
- Интерьер девятнадцатого века. Этим вещам более чем сто лет. – любезно поделилась владелица этой красоты. – Моя бабушка говорила, что в этом номере останавливался сам Геллерт Грин-де-вальд в 1899 году.
- Будущий тёмный лорд? – задумчиво сказал Поттер и скользнул оценивающим взглядом по комнате.
- Да. Но тогда он был простым юношей. Ему было всего семнадцать лет. Тогда он ещё не был одним из самых опасных тёмных лордов, развязавший вторую мировую войну. Бабушку всегда говорила, что он был необычайно красив и умён. Всё ещё жалела, что тогда не было фотоаппарата. – вздохнула рассказчица, до конца не понимая, почему рассказала семейную тайну трём подросткам.
- Тёмными лордами не рождаются, а становятся. – пожал плечами Гарри, смотря за разглогольствованиями глупой женщины, рассуждающей о судьбе несчастного юноше, ставшим тёмным лордом. « Небось ещё думает, что ей единственной известны скрытые мотивы Грин-де-вальда. Философ в фартуке…» - мысленно усмехнулся Гарри.
- Конечно. А можно мне сделать фотографию с вами? – спросила она. – А то моя семья уже упустила одного выдающегося волшебника, не хотелось бы упустить и второго.
- Я тёмным лордом пока не планирую становиться. – весело рассмеялся Поттер, вспоминая свои шалости и чувствуя гордость за отличие от серой массы вокруг и собеседнице в частности. – Но если захочу, то обязательно заеду к вам и оставлю автограф.
- Только не забудьте. – притворно грозно сказала владелица дома и покинула комнату.
- Я пошёл. – коротко сказал Гарри спутницам, бросив нетерпеливый взгляд на дверь.
- Куда? Я думала ты шутил. – захлопала глазами Лаванда и накрутила прядь волос на палец.
« Не будь моей травмы, я бы с радостью уединился с тобой. А так, моё состояние важнее тебя.»
- Я не шутил, Лаванда. Мне надо кое с кем встретиться. – нахмурился Гарри. – Это правда очень важно.
- Интересно с кем? – ядовито поинтересовалась Браун. – Дай угадаю… с Дареном?
- Ты как всегда права. – пропел Гарри и легко поцеловал свою девушку. – Ну прости, это правда очень важно. Я вернусь через час, может через два. – на миг задумался Поттер. – Подождёте?
- Куда мы без тебя денемся. – вздохнула Лаванда, грустно смотря на любимого юношу. Теперь она поняла почему он был сегодня таким отрешённым и равнодушным ко всему, ему просто было плевать на свидание, плевать на них. Он был в предвкушение чего-то, что они должны сделать с семикурсником. И это «что-то» скорее всего незаконное, но по предвкушающему блеску, иногда проскальзовавшему в глазах Гарри, было видно, что ему на это наплевать.
- И что нам здесь делать?
- Закажите что-нибудь. Полистайте журналы. – предложил Поттер и кивнул в сторону журнального столика, одновременно с этим высыпал горсть галеонов. – Посплетничайте, какой я негодяй и козёл, что оставил вас здесь одних и куда-то смылся. – хитро подмигнул победитель тёмного лорда.
- Лаванда отзывается о тебе исключительно хорошо. – встала на защиту подруги Парвати.
- Надеюсь. – усмехнулся Гарри и закрыл дверь.
. . . Кабанью голову оказалось найти не просто. Местом встречи оказался полузаброшенный паб с различными отбросами магического общества. Среди бродяг и сомнительных личностей восседал Дарен и невозмутимо жевал мармеладных червячков.
- Пошли. – покровительственно махнул рукой семикурсник и покинул паб.
- Что ты знаешь об трансгрессии? – видя лицо четверокурсника Барнз махнул рукой. – В общем тебе на шестом курсе расскажут. Сейчас твоя главная задача крепко держать меня за руку и ни в коем случае не отпускать. Это называется парная трансгрессия.
Гарри протянул руку.
- Кстати, я впервые трансгрессирую с пассажиром. – поделился Дарен. - Как бы нас не расщепило… А то будет неприятно, если куски наших тел разлетятся по всей Великобритании. Это называется расшеп и часто случается с новичками. – светским тоном сообщил староста и схватил спутника за руку. – Но не бойся. Я везучий. – обнадёжил он и закрутился в вихре трансгрессии.
Двое студентов появились возле каких-то трушоб. Староста невозмутимо оглядывался, будто прикидывая – туда он попал или нет. Гарри после первой в жизни трансгрессии кинулся к стене одной жалкой лачуги и опорожнил желудок.
- Мерлин… - простонал Поттер, чувствуя, как желудок сжимается.
- Получилось. – жизнерадостно сказал Дарен и ободряюще похлопал напарника по плечу. – В первый раз часто такое случается. Экскуро! – он быстро кинул очищающие чары на испачканную стену. – Не стоит ещё сильнее портить этот жалкий вид.
- Встретимся через час? – прямо предложил Гарри, понимая, что у семикурсника есть свои дела, иначе он не отправился в Лондон. Не настолько они пока доверяют друг-другу.
- Осторожно. Здесь каждый второй может ограбить тебя, а каждый третий убить. Колдовать можно только в пределе магического района. – произнёс наставительную речь «гид» и обвёл окружающее пространство концом палочки. – Я же надеюсь ты оденешь капюшон?
- Всё понял. Одену. – отмахнулся Гарри.
- Подожди, дай наложу пару маскирующих чар, изменяющих внешность. А то твоё фото в Пророке известно половине этой мусорной ямы.
- Спасибо. – поблагодарил Поттер.
- Надеюсь ещё увидимся. – ехидно усмехнулся Дарен, закончив манипуляции с палочкой, и свернул в настолько узкий проход, что ещё бы чуть-чуть и мантия бы испачкалась об грязные и влажные стены. Следующие пять минут Поттер шёл по каким-то закоулкам, даже приблизительно не напоминавших плохо знакомый ему Лютный переулок. Видно семикурсник переместился не на главную улицу, а на самую второстепенную. На которой даже людей не было.
Немного проплутав по переулкам, Гарри вышел на знакомую главную улицу. На ней, в отличие от места прибытия, были люди. Конечно, они лениво копошились по углам, были вонючие и грязные, поголовно подозрительные и неприятные… но всё же были людьми. Студент Хогвартса оказался в месте, о котором грезил последние сутки. Но только сейчас понял, что он не знает, что делать дальше. Стоять на месте при таком скопление опасных личностей было «верхом идиотизма», как любил выражаться всем известный зельевар, поэтому Гарри быстро зашёл в халупу с гордым названием « Приют Асклепия».
« Приют Асклепия. Прямо в Греции побывал.» - нервно прикусил губу юноша и осторожно толкнул дверь, по наивности ища глазами коврик, о который можно было вытереть ноги. Душераздирающий скрип заставил застыть кровь в жилах, отчего в аптеку гриффиндорец зашёл с таким видом, будто его закинули в клетку ко львам. Юноша зашёл и скривился от неприятного запаха и банок с разной заспиртованной живностью, расставленной по углам. Когда он увидел хозяина лавке, то мигом избавился от презрительной и кислой мины лица – аптекарь был два метра в высоту, один в ширину с огромным животом и напоминал мясника.
- Вы свободны? – тихо спросил Гарри, но испугавшись своего жалобного тона уверенно переспросил. – Вы свободны?
- Я по твоему чем-то занят, щенок? – прорычал аптекарь и продемонстрировал клиенту своё изрытое оспой лицо с торчащими клочками бороды.
« Да уж, не бог медицины.» - вздохнул про себя Поттер.
- Можно у вас проконсультировать? – вежливо поинтересовался Гарри.
- Катись к чёрту, сопляк. – прикрикнул толстяк. – Нашёл дурака давать тебе консультацию. Гони монету, потом и поговорим.
- Сколько?
- Галеона пока хватит. Давай-давай. Я сразу вижу, что ты сынок министерских работников. –прикрикнул громила.
- Держите. – галеон из кармана перекочевал на стол.
- Настоящий? И много у тебя таких монеток? – алчно улыбнулся аптекарь и утёр рукавом свой нос, отчего на засаленной ткани появились сопли.
- Было бы много, пошёл бы в другую аптеку. – зло огрызнулся Гарри, поражаясь собственному поведению. Хамить такому великану было немного не разумно.
- И как вас проконсультировать? – стал обезьянничать хозяин аптеки, пытаясь копировать вежливое поведение посетителя.
- Можете вылечить? – глухо сказал Гарри и протянул свою правую руку, предварительно сняв маскировочные чары. Громила протянул волосатую лапу и дёрнул посетители за запястье, чтобы рассмотреть травму поближе. Стоило этому уроду прикоснуться к юноше, как того сразу затошнило. А когда «лекарь» достал палочку, то парень приготовился к смерти, уповая лишь на то, что мужчина из-за своей жадности пощадит его.
- Всё понятно, парень. – дружелюбно сказал гигант. – Я помогу тебе.
Неизвестно почему, но облегчение почему-то не пришло к гриффиндорцу. Перемена настроения была какой-то странной, казалось, что сейчас раздастся издевательский смех… Но вместо этого аптекарь вскочил и дурным голосом проорал парализующие заклинание. При чём он так замахнулся палочкой, что чуть не проткнул посетителя.
- Так-так-так… - злобно протянул аптекарь. –Ритуалами балуешься, молокосос? Руны пальчиком вырисовывал, сопляк? – издевательски про сюсюкал амбал, заостряя внимание на возрасте посетителя. – Это карается Азкабанам на Мерлин-какой-знает-срок. По остаточному следу магии понятно, что ты далеко не животное приносил в жертву. Неужели человека?
Гарри стоял неподвижно и зло смотрел на пляшущего от радости мужика.
- Не поверю… чтобы в твоём возрасте провести ритуал, убить человека. Может быть на тебе маскирующие чары? – возбуждённо прошептал волшебник и применил простенькое Фините.
- Гарри Поттер… - голос странно сел, а сам волшебник отступил на шаг. – Невозможно. Сам маленький герой всея Британии балуется тёмной магией и бродит по Лютному переулку. – ноздри волшебника возбуждённо раздувались. – Знаешь, Министерство платит большие деньги за доставку к ним тёмных магов. У них от этого повышается статистика. Я сначала хотел так и поступить. Но твоё истинное лицо открыло для меня невиданные перспективы. Ты даже не представляешь, сколько есть волшебников, готовых выложить целое состояние за возможность убить того, кто поверг их Тёмного Лорда. – поделился волшебник, походя на безумного. – Ты не думай, что я был Пожирателем или разделяю идеи Того-кого-нельзя-называть, просто бизнес есть бизнес. А так называемые «тёмные» предлагают больше зажравшихся министерских выродков. – почему-то стал оправдываться громила. - Ты одним своим появлением поможешь мне ни в чём не нуждаться до конца дней. – скалился громила и нежно провёл по шеке Поттера своей грязной рукой. – Не завидую я тебе. - искренне добавил он.

0

30

Глава 29.
« Я оторву тебе эту руку.» - читалось в глазах Поттера.
- Какой злобный взгляд. – зацокал языком аптекарь. – Наверное мечтаешь убить меня? Испробовать пару пыточных заклинаний? А, Поттер? – издевался волшебник. – Что ты можешь мне сделать? Без палочки… - он извлёк палочку из кармана Гарри. …- парализованный. Ты беспомощный щенок! – упивался властью громила.
- Может быть ты расскажешь мне, как Герой магического мира и символ света встал на тёмный путь? – продолжал свой монолог амбал. – А? – неожиданно рявкнул волшебник и больно ткнул палочкой в рёбра пленника. – Впрочем, мне плевать. – выплюнул мужчина и мерзко захихикал, похрюкивая, как свинья.
Такие перемены настроения постепенно стали пугать Гарри. По всей видимости его схватил какой-то псих, свободно разговаривающий сам с собой. Тем временем уродливый волшебник неопределённого возраста продолжал непринуждённо болтать и размахивать руками. Поведение десятилетнего ребёнка ни как не вязалось с внешностью и манерами закоренелого палача.
Вдруг дверь распахнулась и из пустоты вылетело пару сияющих лучей. Они все угодили в неповоротливую фигуру аптекаря.
« Это ещё кто был?» - подумал Гарри, смотря на парализованного, оглушенного, связанного и безоружного противника. Несмотря на непонимание окружающих его событий, Поттер злорадно щурил глаза, всматриваясь в перекошенную тушу своего пленителя.
« Жаль я всё ещё парализован, а то бы пнул этого ублюдка.» - искренне пожалел Гарри. Вдруг юноша почувствовал едва уловимое дуновение ветра рядом с собой, ощущение было такое, будто кто-то прошёл. Но никого не было.
- Как дела? – прозвучал знакомый голос и из пустоты появился Дарен.
« Дарен? Но как?» - недоумевал Гарри, смотря на странно радостного знакомого. Семикурсник как ни в чём не бывало повернулся к неподвижному Поттеру спиной и взмахами палочки стал закрывать окна и дверь лавке.
- Фините. – небрежно взмахнул Барнз, возвращая своему менее удачному другу возможность двигаться. – Только не убей его. – попросил староста, но стоила заклятию парализации спать, как Гарри со всей ярости пнул схваченного волшебника. Потом ещё раз, и ещё…
Гарри вымещал на этом выродке злость из-за повреждённой руки, из-за своего глупого разоблачения, из-за того, что его спас человек, которому нельзя показывать свои слабости. Наврят ли Дарен сделал это просто так, без всякой выгоды и интереса.
Более старший юноша с лёгкой улыбкой смотрел, как Гарри Поттер методично и безжалостно избивает обездвиженного волшебника. Разъярённый гриффиндорец не обращал внимание ни на разбитое лицо противника, ни на разбитые костяшки левой руки .
« Сколько злости, ненависти, остервенения.» - восхищался красивый шатен во все глаза смотря на предоставленное зрелище. « Сегодня я встретил того, кто хоть немного похож на меня. Мы вместе хорошо развлечёмся. Я наконец-то смогу похвастаться перед кем-то своими магическими способностями.» - старший юноша довольно провёл указательным пальцем по губам. Жест получился каким-то предвкушающим. Поттер процедил какое-то замысловатое ругательство, и прижал левую руку к животу.
«Выбил кулак.» - сразу понял староста, смотря за новыми попытками сокурсника причинить боль. Теперь Гарри просто пинал бедного аптекаря, не замечая, что удары худого школьника, наврят ли причиняют сильную боль двухметровому толстому громиле, прошедшему через многое в своей жалкой жизни.
- Передохни. – предложил Дарен, с заботой смотря на раскрасневшегося и запаханного чемпиона Хогвартса. – Потом продолжим.
Гарри медленно повернулся к своему освободителю и удивлённо поднял левую бровь.
- Продолжим? Ты тоже хочешь принять участие?
- Конечно. Он напал на моего товарища-гриффиндорца, а я староста Гриффиндора, отчего я должен защищать своих подопечных.
- Присоединяйся. – усмехнулся Гарри, продолжая тяжело дышать. – Только, боюсь, учителя не оценят твоего рвения. – съязвил Поттер.
- Они не узнают. Старосты не должны отчитываться перед руководством школы о каждом мелком происшествии. – подыграл семикурсник, без слов леветирую пленника в кресло и приковывая к подлокотникам.
- Если об этом узнают, нам сильно достанется. – серьёзно сказал Гарри.
- Никто не узнает. Мы не скажем, а он не сможет. – Барнз говорит так уверенно, что у него даже поменялся тембр голоса, а руки неосознанно крутили палочку.
- Мне сначала надо расспросить его и моей травме. – предупреждает Гарри, которого до легкой дрожи по телу заинтриговал тон друга.
- Можешь его расколдовать, пусть кричит. Я поставил заглушающие чары. – Дарен улыбнулся и сел в побитое молью кресло. Единственный зритель незапланированного спектакля. Во всяком случае, четверокурсник не был посвящён в него.
- Назад пути не будет. Ты готов рискнуть? – насмехается Гарри, неудачно скрывая неуверенный тон. Впервые со дня приезда в школу, он чувствует себя так неуверенно. Легкое возбуждение Дарена вызывает опасение, Гарри почему-то понимает, что теперь он несмышленый ученик, находящийся в комнате с акулой.
«И как Невилл такое терпит.» - выдохнул Поттер, сильнее сжимая палочку и поворачиваясь в сторону пленника. В мыслях он делал такое много раз, но на практике, да и ещё под наблюдением, появился страх облажаться.
« Надо было, чтобы первые проклятия были от Дарена. Вдруг он хочет меня здать?» - промелькнула паникёрская мысль. « Всё равно уже поздно – придётся рискнуть.»
- Я готов рискнуть. – обезоруживающе улыбнулся зритель.
- Фините. – чётка произнёс Поттер и сразу же пожалел.
- Уродливые сопляки!!! Сранные школьники!!! – орал пленник, снова употребляя одни и те же ругательства, касающиеся возраста посетителей.
« У него комплекс, что-ли…»
- Заткнись! – рявкнул Поттер и направил палочку на орущего и плюющего мужчину. – Отвечай на вопросы!
- Пошел на…! – заорал в ответ волшебник. – Хер я что вам скажу, молокососы! Я вам шею сверну! А тебя, Поттер, ещё и трахну со своими друзьями!
Пленник орал всякие оскорбления, касающиеся двух гриффиндорцев, но Поттер их уже не слышал. В его голове крутились слова «…ещё и трахну со своими друзьями…!» Когда до юноши дошёл смысл слов, то он почувствовал такое небывалое отвращение, что чуть не применил Круциатус.
« За такие угрозы заранее надо убивать.» - прорычал внутренний зверь, вспоминая недвусмысленные поглаживания по щеке. « Вот что бы меня ждало, если бы не Барнз.» - медленно подумал юноша, потом ещё раз, и ещё…
Наверное лицо настолько исказилось от ярости, что прикованный человек на миг сжался, но потом продолжил кричать.
Взмах палочки, и шею пленника охватила призрачная верёвка. Мужчина продолжал выкрикивать ругательства, выпуская из лёгких драгоценный кислород. Вскоре он перестал кричать и просто сидел, сжав зубы и закрыв глаза. Лицо стало бордовым, а на виске билась жилка, шириной в палец.
Медленно досчитав до десяти, Гарри отменил заклятие. Пленник жадно вздохнул и прочистил горло.
- Пытать меня вздумали, щенки? Кишка тонка! Кроме таких детских чар ни хрена не можете! Я в аврорате два раза был, из меня ни псы Грюма, ни подчинённые Крауча ничего не вытянули! Даже под Круциатусом молчал! – исступленно выкрикнул пленник и смачно плюнул в сторону Гарри. Расстояние между мужчиной и юношей было меньше трёх метров, отчего вероятность попадания была большая, но плевок разбился о щит, установленный Дареном.
- Плеваться вздумал, тварь? В аврорате не раскололи? Круциатус вытерпел? – шипел семикурсник, довольно улыбаясь и сканируя пленника своими жуткими глазами цвета коньяка. Обычный карий цвет глаз уступил месту красно-карему, а зрачок сузился до размера кончика булавки. Смотря на внешние изменения друга, Гарри в который раз убедился, что тёмная магия может менять отдельные черты внешности. Состояние души отражается в чертах лица и особенно видом глаз.
«Видно хреновая у тебя душа.» - ехидно подумал Поттер, смотря в неестественный цвет глаз.
– Посмотрим, что ты скажешь через час. – расплылся в улыбке шатен и направил палочку на аптекаря. Слов Гарри не расслышал, но через секунду комнату потряс вопль. Вопль принадлежал человеку, которому, как минимум, отрубили руку. Но у человека, сидящего напротив все части тела были на месте, да и вообще, никаких видимых повреждений не было.
- Что это было? – с уважением спросил Гарри.
- Фантомная боль. Ему показалось, что ему только что вырвали рёбра. – просто сказал Дарен, легко передёргивая плечами и поудобнее перехватывая палочку.
Теперь Гарри с уважением посмотрел на привязанного противника. Для человека, который испытал такую боль, он держался молодцом: не плакал, не просил пощады, даже не скулил, а просто судорожно вдыхал воздух сквозь плотно сжатые зубы.
- Может повторишь? – задорно попросил Гарри.
- Конечно, у меня много козырей в рукаве. – прищурился Барнз, оценивающе всматриваясь в мужчину. В следующие десять минут Гарри всё острее и острее ощущал свою ущербность. В отличие от Дарена, обладающим нескончаемым запасам проклятий, не оставляющих следов на теле, знания Гарри ограничивались пальцами на одной руке. Ну, это если взять в расчёт такие, какие могли соревноваться с фантомной болью от сгорания за живо и с вызовом самых страшных воспоминаний. Гарри умело применил проклятие, от которого мышцы во всём теле сводятся судорогой, но пленник, обработанный до этого Дареном, даже ничего не почувствовал. Поэтому Гарри психанул и наложил на него заклятие, от которого оплавляются ногти и сползают с пальцев.
- Эй, Гарри! – предупреждающе повысил голос Дарен. – Не порть его внешний вид! Сам будешь ему ногти отрашивать.
« Уф. Значит мы не убьём его.» - немного успокоился Гарри и наложил на вошебника удушающие чары. На этот раз он держал их так долго пока объект не стал биться в судорогах. После отмены чар, пленник снова сплюнул кровь вперемежку с желчью. Плевок упал на колени, до этого испачканные рвотой. Голос он уже давно сорвал.
Гарри отошёл от жадно дышащего хозяина лавки и задумался. Видно, вся бравада оказалась правдой, и этот тролль перенёс все пытки в аврорате. По крайней мере, на допросе у двух студентов, он переносил такие чары, о каких авроры наверное и не слышали. Даже после фантомной боли от сгорания за живо он позволил себе всего пару слезинок.
- Дарен, хочешь увидеть одну шутку? – игриво поинтересовался юный брюнет, надеясь догнать товарища по живописности и разнообразию пыток.
- Не откажусь. – склонил голову семнадцатилетний юноша, не скрывая радости от энтузиазма младшего однокурсника. - Только не калечь его сильно. – попросил он, видно осуждая за инцидент с удалёнными ногтями. Поттер закатил глаза и шутливо поклонился.
- Силенцио! – прошептал Гарри и следом наложил чары щекотки. Староста не стал смеяться над детскими чарами, а наоборот внимательно посмотрел на дёргающегося волшебника.
«Гениально!» - читалось в глазах. Семикурсник как завороженный поднялся с кресла и тоже наслал щекотку. Теперь мужчина дёргался в два раза сильнее. По искажённому лицу было видно, что продолжительная щекотка терзает его сильнее пяти-десяти секунд мнимого горения за живо.
Верзила дёргался в кресле, стирая прикованные руки до костей, выламывал себе пальцы, чтобы унять безумные ощущения, открывал рот в немом крике. Через какое-то время, показавшееся ему вечностью, он обмочился, чем вызвал хриплый смех мучителей. Ещё через какое-то время он фонтанам выплеснул содержимое желудка и наконец потерял сознание.
- Эффективно. – присвистнул шатен. – Сам придумал?
- Да. Я на Роне уже испытывал. – отмахнулся Гарри, всматриваясь в жертву. – Он тоже обмочился.
- Этот, крепкий лоб. – признал Дарен. – Может быть наконец спросим его про твою руку, а то пытаем в холостую, ничего не спрашиваем. Может он рад бы сказать, да то кричит от боли, то парализован, то под Силенцио. Умели бы мы применять Легилеменцию, было бы быстрее. – сокрушенно вздохнул староста.
- Легилеменцию? Что это? – поинтересовался Гарри.
- Чтение мыслей. Довольно сложная наука, но полезная. Существует ещё Оклюменция, это, наоборот, защита он вторжения в разум.
- Полезная штука, надо бы на досуге выучить. – задумался Гарри и направил палочку на пленника.
- Энервейт. – шепнул Поттер. Аптекарь зашевелился, но его сил хватило только на то, чтобы поднять мутные глаза. Он силился что-то сказать, но язык явно не слушался хозяина. – Перестарались.
- Нормально всё. – оборвал друга староста. - Такому громиле двойную порцию надо.
Дарен брезгливо достал баночку с укрепляющим зельем с витрины и влил в рот прикованного колдуна. Колдун проглотил всё до капли и попытался плюнуть в ответ – юноша кое-как увернулся.
- Ах ты тварь! – рявкнул молодой человек и зло улыбаясь, направил палочку в живот врага. Неизвестно что он сказал, но колдун снова неистово задёргался.
- Стой, Дарен! – крикнул Поттер и встал между противниками. – Он так сдохнет, а мне надо вылечить руку, иначе я потеряю палец.
Взбешённый старшекурсник сделал пару глубоких вздохов и нехотя наложил базовые лечащие заклятия. Прикованный волшебник силился что-то сказать, но у него были напрочь сорваны связки. Из-за такой проблемы он получил два сильных удара по коленям и зелье для восстановления связок из своего же магазина.
Аптекарь говорил быстро, задыхаясь и харкая кровью. После часа пыток его компетентность и вежливость переросла мадам Помфри. Он быстро кивал и предлагал все свои зелья и мази, предлагал взять кассу.
- Отпустите меня, я никому не скажу. Берите зелья, за счёт заведения. – видно было, что громила окончательно сломался. – Возьмите деньги из кассы – сходите в бордель. В кассе, конечно, не много, но на пару часов хватит. Расслабьтесь с девочками. – хныкал мужик.
- Силенцио! – махнул рукой Поттер, затыкая поток слов, льющихся из грязного рта. Гарри сел на край стола, ощущая, что очень устал от пыток. С самого момента неудачи в ритуале он чувствовал себя выжатым, неспособным и на десятую часть от себя прежнего, но стресс во время разоблачения и дальнейшая эйфория в стократ увеличили силы парня. Но по мере ухода пьянящего чувства безнаказанности, приходила страшная усталость. Он действительно устал. После удачных пыток жертвы, в такие моменты в фильмах человек должен закинуть ногу на ногу и вальяжно закурить дорогую сигарету. Но сейчас была реальность и эйфория от пытки стала понемногу утихать, уступая место неопределённости будущего. Чтобы продлить чувства безнаказанности, «зеленоглазый дьявол», как в шутку его назвал Барнз, после трюка с щекоткой, решил сыграть ещё одну шутку. Главое не отключиться на половине представления.
- Дарен, хочешь ещё одну шутку? – предложил четверокурсник, смотря на раскрывающиеся в ужасе глаза пленника, ещё не отошедшего от прошлой «шутки». Его рот судорожно открывался и закрывался, а по губам можно было прочитать одно повторяющееся в немом крике слово «Нет!».
- Давай. – пожал плечами парень и звякнул склянками с зельями. – Только не убивай – у меня сил и концентрации на трансфигурацию такого борова не хватит.
- Серпенсортия! – выкрикнул Гарри, собирая остатки сил в кулак и игнорируя головокружение. Из его палочки вылетел приличный метровый уж. Ещё одни взмах, сопровождающийся громким стуком пульса в голове, и он заставил змею увеличиться в два раза. Лицо Дарена зажглось понимание и он сосредоточившись увеличил змею ещё метра на два. Теперь по среди комнаты лежал четырёхметровый монстр шириной с ногу. Увеличение тела вызывало неприятное чувство, поэтому машина убийства смиренно лежала только благодаря прямому приказу Гарри.
- Сожми его в своих объятиях. Но не убивай. Заглоти его голову. – приказал змеяязычний волшебник, не скрывая злорадства.
- Будет сделано, говорящий. – прошипела змея и поползла в сторону прикованного колдуна.
Мерное шуршание чешуи о пол, яростный стук цепей. Монстр делает своё первое обвёртывание вокруг пояса колдуна. Потом ещё одно кольцо, и ещё одно. Обезмолвленный и обездвиженный мученик наблюдал за тем, как он медленно, но верно заворачивается в змею. Точнее змея вокруг него. Он чуть не потерял сознание, когда монстр открыл пасть и стал поиздевательски медленно заглатывать его голову.
Два гриффиндорца следили за этим и не дышали. Такого нельзя было и представить, а тут увидеть в живую...
-Хватит. – лениво приказал Гарри. – Отпусти его.
- Как прикажете, хозяин. – cклонил морду змей и плавно сполз с жертвы.
В помещение стояло нереальная тишина, прерываемая шуршанием чешуи. Всё это казалось таким странным, таким неестественным.
- Сейчас даже жаль убивать. – грустно вздохнул Гарри, отчего пленник дёрнулся, приняв это на себя.
Поттер тяжело поднялся со стола и подошёл к своему порождению. Он аккуратно сел на корточки перед животным и позволил себя обнять.
- Вы уничтожите меня, хозяин? - понимающе прошипела змея.
«Дьявол, какой печальный у неё тон.» - опустил глаза Гарри и лаского погладил морду питомца.
- Мне жаль. – просто сказал Поттер.
- Не переживайте, хозяин. Вы меня создали, вы можете меня уничтожить.
- Ты живая? - спросил долго мучивший его вопрос юноша.
- Незнаю. – покачало мордой животное. – Но я чувствую, что через пару часов всё равно исчезну. Мой век коротк.
- Понятно. Ты мне очень помогла.
- Спасибо, говорящий. Для меня честь служить вам. И я с радостью превращусь в Ничто ради вас. – раздвоенный язык коснулся губ застывшего на полу юноши, укутанного изящным и сильным телом пресмыкающегося. От этих слов Гарри поёжился, как от холодного ветра. «Превратиться в Ничто» звучало пугающе. Немного поколебавшись, Поттер поцеловал змею в морду.
-Прощай. – прошипел Гарри отстраняясь от абсолютно покорной змеи, ждущей смерти, напоследок проведя изуродованной рукой под её мордой, на том месте, где должна быть шея у человека. Ещё один взмах, и верная прислужница превращается в страшное Ничто.
- Уходим? – поинтересовался Дарен.
- Я сотру ему память, а ты подлечи раны. – безэмоционально сказал Гарри. Дарен согласно кивнул и стал лечить жертву, попутно очищая его одежду и пол от разных жидкостей, вытекшей из их хозяина.
- И надо было ногти срывать. – пробубнил Барнз, капая бадьяном на пальцы жертвы.
- Ну прости. У меня в арсенале только такие заклятия, которые оставляют следы. – взвился Поттер.
- Хочешь научу разным фантомным болям? Их почти никто не знает. Изящная пытка, как раз для вражды между факультетами. – промурлыкал старшекурсник. – Можешь спокойно применить к Малфою. Никто не узнает, ЧТО ты применял. Смогут только определить, что это тёмные чары, но не смогут определить какие. Получишь одну-две отработки.
- Хочу. – признал Гарри. – Хочешь научу Непростительным? – не остался в долгу Поттер.
- Видно урок Грюма не прошёл даром. – подмигнул Барнз, отрываясь от восстановления ногтей. – К сожалению, я их знаю. Но можем вместе испытать их в Запретном лесу. Там хоть человеческие жертвы приноси – никто не узнает. Аура слишком тёмная. – пояснил новоявленный знаток всего тёмного и запрещенного.
- Какие-то мы неправильные гриффиндорцы. – вздохнул Гарри, которому частно становилось смешно от соотнощения себя и идеалов, присущих львиному факультету.
- То есть да. – подвёл итог слизеринестый гриффиндорец.
Гарри устало сел на стол. Он вымотался, окончательно вымотался. Смотря на свежего Дарена он не понимал, откуда берёт силы эта идеальная машина, применявшая чары раз в пять больше его самого?
- Готово. Может я сотру ему память? – предложил семикурсник, видя плохо скрываемую усталость своего поддельника.
- Я сам. – упёрся Поттер.
- Ты уверен, что он не попытается понять, почему плохо себя чувствует? – в третий раз спросил Гарри, после того как стёр память.
- Нет, Гарри, не будет. Я влил ему пузырёк болеутоляющего и Сна Без Сновидений. Тело у него будет болеть, но причину боли искать он не будет. Завтра он будет рад, что выжил сегодня. – хмыкнул инициатор расправы.
- В Лютном радуются и этому. – покачал головой Гарри.
- Дай руку. Мы аппарируем отсюда. – гриффиндорец напоследок оглянулся по сторонам, ища зацепки, указывающие на их нахождение здесь, но удостоверившись в их отсутствие, протянул руку.

0

31

Снова вихрь, каша в голове… Гарри не упал только потому, что вцепился другу в рукав мантии. Медленно открыв глаза Гарри понял, что его неугомонный попутчик пока не собирается заканчивать веселье, во всяком случае, они аппарировали не в Хогсмид, а на какую-то улицу того же Лютного.
- Где мы? – пробормотал Гарри, снова игнорируя приступы тошноты. Что-то ему подсказывало, что такой способ передвижения он возненавидет сильнее Летучего пороха.
- Надо подкрепиться. Зря мы что-ли из Хогсмида удрали. Почувствовать экзотику Лютного, ну и всё такое.
- Кинь мне чары на лицо, а то в следующем выпуске Пророка будут обсуждать причину моего появления в этом месте. – с иронизировал Гарри.
В бар зашёл никому неизвестный Дарен Барнз с юношей, таким же неизвестным, как и он сам. Гарри впервые был в таком странном и противоречивом месте. С одной стороны, в нём было куча сомнительных личностей, но с другой бар был каким-то уютным и даже домашним. В любом случае, приятнее Кабаньей головы. Да и «сомнительные личности» явно не относились к жалким нищим, валяющимся в грязи посреди улицы. Они были на более высокой иерархии подпольного мира Лютного переулка.
- Ты будешь здесь есть? – опешил Гарри, стоило им усесться в середине зала.
- Наверное. – пожал плечами Дарен и углубился в меня.
« У него вообще нервов нет. Спокойно попытал человека с почти незнакомым однокурсником. Натворил дел лет на десять Азкабана. Потом спокойно аппарировал в кабак и сейчас не торопясь выбирает какие-то бисквиты. И ему пофиг, что нас окружают гоблины, оборотни, вампиры, вейлы и ещё не понять какая помесь разных рас.» - подумал Гарри.
- Будешь что-нибудь?
- Аппетита нет. Эти болеутоляющие зелья и прочая мерзость, влитая мной в аптеке, отбивает аппетит на неделю. – буркнул Поттер.
- Расслабься и не смотри по сторонам. Здесь тебя никто не тронет, как ни как, один из лучших притонов на этой улице. – не отрываясь от меню, сказал Барнз.
- Лучших? – еле слышно хмыкнул Гарри.
- Поверь мне, бывают намного хуже.
- И как определить качество баров?
- Здесь есть вейлы. – тише пробормотал Дарен, кивая на двух девушек, болтающих с накаченными типами. – Эти утонченные существа по местам, где ошиваются всякие нищие и попрощайки не ходят. А лучше всего по своему опыту. Со временем, с первого взгляда будешь различать такие места.
С минуту юноши сидели молча. Старшекурсник старательно выбирал между тремя пирожными, а Гарри с интересом смотрел по сторонам. В конце концов, семикурсник заказал все три и позвал домовика.
- А здесь вообще много народу живёт? – спросил Гарри, пытаясь не смотреть на друга, блаженно вкушающего пирожные. Он понял, что проголодался, как ни как, он не ел уже двое суток, но предвидя ещё одну аппарацию, решил воздержаться.
- Ну как тебя сказать. – протянул Дарен, отрываясь от кулинарных изысков. – Как ты понял, Лютный переулок это не только улица, отходящая от Косого переулка. Это сеть улиц. Точнее даже район. Посередине проходит главная улица, где такие легендарные магазины как Горбин и Бэркс, темномагические аптеки, Зверинец... Уже от неё отходят улочки с лачугами, где живут обитатели этой дыры, дома с дешёвыми комнатами по съёму, пару борделей. Есть район, где обитают исключительно оборотни. В другом районе, а точнее в большом доме, ютятся вампиры. В километре отсюда, расположены магические склады. Там кстати и работают все дееспособные оборотни.Между такими районами напиханы кабаки, лавки и прочая мелочь, необходимая для поддержания жизни неприхотливых обитателей. – рассказчик перевёл дыхание.
- В самом Лютном и рядом с ним обитает около трёхсот волшебников и волшебниц. Ходит заблуждение, что все он поголовно нищие, попрощайки, уголовники, убийцы. Это не так. Многие официально работают здесь, кто-то работает в Косом переулке, но живет тоже здесь. У кого-то нет своего жилья и они ютятся в съёмных комнатах, хоть и работают в нашем великом Министерстве. Здесь живут те, кто освободился из Азкабана. – перечислял Дарен, сбивчиво вспоминая основные факты. Гарри захотел что-то спросить, но Барнз кивком головы попросил помолчать.
- Про оборотней я говорил. Они здесь на полулегальном положение. Им официально можно находиться здесь, но в то же время, по другому документу «рекомендуется» жить в резервациях. Резервации для оборотней расположены в глухих местах. Там их кормят за счёт Министерства, дают какой-никакой кров. За это они должны работать на власть. – презрительная улыбка давала понять, что четверокурсник услышит ещё кое-что нехорошее про магическое законадательство Великобритании. – Им милостиво разрешают внести свой вклад на самых тяжёлых и унизительных работах. Они могут ухаживать за троллями, гипогрифами или прочими опасными животными. Те, кто посильнее, пашут на шахтах гоблинов. Короче им проще отказаться от таких «даров» власти и попытаться выжить здесь самостоятельно. А так как образование ни у кого нет, в Хогвартс «опасных тварей» не принимают, они так же пашут здесь с утра и до вечера. Они зарабатывают, но надо деньги на Ликантропное зелье для себя или семьи, если есть. Поэтому большинство просто приковывают себя в подвалах и воют всё полнолуние. Здесь периодически проводятся обыски и бедолаг сгоняют обратно в резервации, а тех кто сопротивляется, или просто не понравился аврорам отправляют в Азкабан.
- Просто так?
- Оборотни тоже не безгрешны, почти каждое полнолуние кто-то срывается и нападает на волшебников или магглов. В таких случаях проводятся акция против них. Зверя убивают, а с десяток его соплеменников отправляют в Азкабан.
- Безвыходное положение. – признал Гарри.
- Всегда есть выход. Большинство из них просто тупы. – передёрнул плечами Дарен и продолжил.
- Чёрт с этими оборотнями. Волшебники. Много волшебников по всей Британие связаны с Лютным. Причин много, даже говорить о них не буду. Как-нибудь потом. Сейчас будет самое интересное: волшебники, которое оказались зависимые от Лютного после войны с Тёмным лордом. – семикурсник подготовил почву для рассказа и отхлебнул сок из стакана.
- Как ты знаешь, доблестные авроры проигрывали Пожирателям смерти. Первая магическая война началась в начале семидесятых. Тогда Пожирателей смерти и Тёмного лорда перестали считать обычными бандитами, они превратились в армию. К восьмидесятому-восемьдесят первому Министерство висела на волоске от поражения. Настоящие авроры закончились в бесконечных сражения, молодняк погибал в первых же сражениях с Пожирателями . Чтобы про них не говорили сейчас – они были мастерами своего дела. - Гарри молча слушал экскурс в прошлое, а перед глазами мелькали красочные картинки.
- Понятное дело, Министерство в панике. В нём полно шпионов. Каждую ночь кто-то из сопротивляющихся погибает от рейдов последователей тёмного лорда. О магглов уже никто и не говорит. Стиратели памяти просто уничтожали все сведения о существование убитых и запытанных простецов. Тут появился один волшебник – Барти Крауч Старший. Он предложил радикальные меры – применять непростительные чары против врагов, призывал не брезговать тёмной магией в такой «сложный для нас период». Говорят, Дамблдор противился этому как мог, идиот. – Барнз закатил глаза. – Наш директор говорил, что нельзя уподобляться противникам, надо сохранять веру о светлом в наших сердцах, любовь нас спасёт… бла-бла-бла. – издевался Дарен, копируя тон почтенного мага. – Призывал всех на баррикады с одними оглушающими, парализующими и разоружающими. Представляешь, и его ещё слушались! Этот «оплот света» ещё хрен знает когда создал организацию с гордым названием Орден Феникса. Незаконную организацию, борющуюся с Тёмным лордом и его слугами. Эта организация в основном состояла из сопляков, только что закончивших школу, по семнадцать-восемнадцать лет. Тогда все гриффиндорцы, что заканчивали седьмой курс гордо шли в легендарный Орден. Дамблдор это своё «пополнение» сразу же благословлял на благородную борьбу и отправлял на защиту «свободы и будущего». Он кидал их против матёрых Пожирателей. Понятно, что все герои погибали через полгода –год. Но Дамблдор не унывал и продолжал призывать к борьбе с наступающей тьмой. Он видно не хотел понимать, что вчерашний школьник, пусть даже и с горячим сердцем, но с разоружающим на устах, не может победить Пожирателя, кидающего непростительные и прочую убойную мерзость. – Дарен, кажется, во всю забавлялся и издевался над директором Хогвартса.
Перед глазам Поттера пролетали могущественные Пожиратели смерти и погибающие орденовцы, а сзади за трибуной стоял Альбус Дамблдор и отчаянно жестикулировал.
- Что-то я опять отдалился. – пришёл в себя староста. – Идею Крауча поддержали с радостью. Теперь уже авроры убивали Пожирателей, нападали на их дома, убивали их семьи. Пленных Пожирателей пытали ни чуть не слабее, чем пленных авроров. Эти меры позволили приостановить падения Министерства, но не могли спасти его. Но тут Тёмный лорд почему-то нападает на твой дом и погибает. Пожиратели в шоке, Министерство ликует.
С минуту парни молчали.
- Сейчас говорят, что Пожирателей было в разы больше. – хрипло сказал Барнз. – Это всё бред. Реально Пожирателей, которые имели тёмную метку и видели своего лорда, было не более восьмидесяти. Ну это я так думаю. Остальные были пушечным мясом, сбродом. Но на этом пушечном мясе и держалось превосходство тёмных. Без этого сброда, они не могли держать паритет с Министерством. Они были профессионалами, элитой, но никак не могли соперничать с машиной Министерства. Эту элиту бы просто смели тысячи министерских простофиль. К тому же их этой элиты, большинство поверило в смерть своего хозяина и побежало сдаваться. Они притворялись,что мол, были под Империусом, боялись за свои семьи, ежедневно получали Круциатусы от злого Лорда. Сопротивляться остались или самые фанатичные, или те, кому нечего было терять. Я думаю, их было около тридцати. – задумался Дарен. – В общем не важно. – он неопределённо мотнул головой.
- При таком раскладе Министерство отыгралось за годы унижений и поражений. Те кто сдался, наивно полагая на эйфорию светлых от нежданной победы, были тщательно допрошены при помощи Круциатусов и Сыворотки правды. Может быть ты и вытерпишь пытки, но под зельем всё расскажешь. И про себя и про товарищей. В общем, выкрутились или сказочно богатые, типа Малфоя, или самые трусливые, типа Каркарова. Первые озолотили всех судей, публично раскаялись и отреклись от хозяина. А уроды типо Каркарова сдали с десяток сочувствующих режиму Лорда и оказались на свободе. Стоит признать, что из главных последователей лорда, против которых не было явных улик, откупились многие. Кто-то платил семейными деньгами, кто-то занимал у товарищей по «Пожирательскому» несчастью. Ходили слухи, что Люциус Малфой не только купил себе свободу, но и активно давал деньги менее богатым товарищам.
- Хитрый Малфой. С одной стороны и на свободе остался, и от Лорда до конца не отрёкся. Стоит его Хозяину вернуться, как Люциус сможет вымолить себе прощение. – вставил Гарри.
- Но больше всего досталось мелким Пожирателям. Тем, кто был на должности подай-принеси. Это в основном обычные волшебники, надеющиеся разбогатеть с приходом их Повелителя к власти. Их поголовно в Азкабан отправили. – продолжил знаток истории войны с Темным лордом.
- Они были пешками. Тем самым пушечным мясом. – грустно улыбнулся Гарри.
- Да. Но меня больше интересует судьба продолжавшихся сопротивляться тёмных магов. Их была горстка. Они не были связаны между собой. Были разбросаны по всей стране группками по два-три человека. Но они заставили Министерство трепетать – атаки стили ещё безжалостнее, а Пожиратели ещё отчаяннее. – гриффиндорец говорил с таким восхищение, что становилось понятно, за кого он. – Полмесяца после падения Лорда было затишье. Остатки пожирателей приходили в себе, и всё явственнее ощущали, что пощады им не будет, судьба добровольно сдавшихся заставляла из сражаться до конца.
- Логично. Я бы тоже добровольно в Азкабан не пошёл. Устроил бы напоследок такую бойню, что они бы были не рады моей смерти. – признался Поттер.
- Они думали так же. Они прятались по всяким маггловским трущобам и лесам, впереди их ждали только пожизненный срок в Азкабане или Поцелуй. Тогда-то они и сорвались с цепи. В основном это были просто нападения, цель которых была убить всё живое. Несмотря на свою малочисленность, убийств стало в три раза больше, чем во время бодрствования Лорда. Их выслеживали, но Пожиратели всегда дрались до конца. За их «подвиги» смерть была лучшей наградой. Тогда озлобление дошло до такой степени, что пленные Пожиратели просто умирали во время допросов от пыток. Каким-то образом Пожирателям удалось провести оборотней и инфервалов в Лютный переулок и отсюда сделать нападение на Косой переулок. Это произошло уже в начале декабря, более чем через месяц после падения Лорда. После этого марша было уничтожена половина улицы, куча мирных волшебников и почти все оставшиеся сторонники лорда. После этого всем стало казаться, что угроза миновала. Но Пожиратели снова затаились. В середине декабря было нападение на тогдашнего Министра магии Милисенты Багнолд, прямо в министерстве магии. Один Пожиратель смерти проник под обороткой в Атриум министертсва, где выступала с речью министр. Он послал в неё Аваду, но Грюм успел оттолкнуть Министра. Понимая провал своей затеи, Пожиратель-смертник стал кидаться Взрывными заклятиями, угробил кучу народу. Из-за паники он смог проникнуть в чей-то кабинет и забарикодироваться там. На предложения сдастся он что-то прокричал про верность тёмному лорду и вызвал Адское пламя. Хотел спалить всех к чертям, но там был Дамблдор и остановил пламя. В итоге сгорел только он сам. Его имя так никто и не узнал.
Юноши опять замолчали. Гарри потрясённо пил сок Дарена, пытаясь усвоить услышанное. С момента его прихода в магический мир все твердили, что тёмный лорд и его сторонники были трусами, давящие врагов числом и отрекающиеся от своего хозяина при малейшей опасности. А тут такое… Фанатизм тёмных магов вызывал чувство глубочайшего уважения.
« Насколько надо верить в Идею и своего Лорда, чтобы сражаться с таким отчаянием, зная что никогда не победишь?» - спросил себя Гарри, чувствуя злость за оклеветанных мёртвых героев. Что они были герои не подлежало сомнению. У каждой армии свои герои. Светлые маги или тёмные. Только про светлых героев всем прожужжали уши, чету Долгопупс подняли до уровня национальных мучеников. «Какой у них подвиг? У них хотели выпытать местоположение Лорда, которое они и не знали даже. Понятное дело, что они ничего не сказали.» - недоумевал Гарри, радуясь, что Невилл никогда не узнает про эти мысли.
- Я не знал. – глубоко задумавшись сказал Гарри.
- Сейчас мало кто знает об этом. – буркнул семикурсник. – После этого министерство снова шерстила всех подозреваемых. К тому времени они поймали или уничтожили всех Пожирателей, за исключение семьи Лестрейндж. – Барнз смотрел куда-то вдаль и скривил тонкие губы. – Они были самой большой занозой в заднице Министрества. На них ложилась ответственность за организацию мясорубки в Косом переулке и подготовки смертника. Только Лестрейнджи не лыком были шиты: они преспокойно ночевали в своём поместье, под Фиделиусом, и каждую ночь топили страну в крови. Общественность кричала о поимке извергов, но изверги всегда обманывали авроров. Несмотря на то, что весь аврорат воевал всего с тремя пожирателями, он нёс стабильные потери. Говорят, что любимым развлечением Рудольфуса была поимка пары авроров, он называл это Игрой. Двоих бедолаг пытали до такой степени, пока один из них не ломался и не пытал своего товарища, до тех пор, пока от не умирал. Единственного выжившего отпускали на свободу, предварительно наложив чары замедленной смерти. Это необратимые чары, человек плохеет, плохеет и загинается примерно через месяц. Выживший мучился муками совести последний месяц своей жизни, а только потом умирал.
- Фантазия у него была весьма богатая. – крутя стакан, протянул Гарри.
- Но самый их «подвиг» произошёл в Рождественскую ночь. Они похитили чету Долгопупсов и издевались над ними двое суток. Специально не убивали, намеренно сводили с ума. Через двое суток обезумевших Долгопупсов обнаружили на пороге больницы Святого Мунго. После ЭТОГО случая, начались народные волнения. Все требовали поимке садистов, но обнаружить поместье не удавалось. Может быть, Лестрейнджи буянили ещё долго, но по чистой случайности поймали Барти Крауча Младшего. Видно сама судьба решила вмешаться и помочь министерских лохам. Время от времени министерство проводило обыски в поместьях мёртвых и раскаявшихся Пожирателей. В одном из поместий обнаружили дочку мертвого Пожирателя в постели с мелким Краучем. Может быть его и не поймали, трахаться-то не запрещено законом, но он запаниковал и напал на служителей порядка. Ранил двоих, но его быстро спеленали и в одних трусах доставили к Грюму. Там пару капель зелья правды и ошарашенные авроры, с недоверием смотрят на юного Пожирателя, принимавшего участия в самых кровавых рейдах. Наложили на него Империус, накачали зельями подчинения и заставили назначить встречу Лестрейнджам. Тогда в поимке учавствовал сам Дамблдор, помимо половины аврората. Так поймали последних и самых фанатичных сторонников лорда. Незнаю, как их не растерзали служители света, и не запытали в казематах. Наверное, вмешательство Дамблдора. Их сразу же доставили в зал суда. Лестрейнджи с гордостью рассказывали о своих «подвигов» во имя хозяина. От подробностей присяжные и судьи ещё не одну неделю отходили, кого-то стошнило, многие плакали. Эта четвёрка натворила дел на десять поцелуев, но Дамблдор выступил с предложением посадить их в Азкабан на пожизненное. Так ещё ни разу никто не орал в зале суда. Судьи чуть не растерзали профессора, а Августа Долгопупс пыталась проклясть. Многие выступали за сожжение на костре. Не знаю как, но Дамблдор убедил всех, что смерть, это слишком легко, и настоял на пожизненном сроке. Так, в январе восемьдесят второго были осуждены последние сторонники Тёмного лорда. – подвёл итог Дарен.
- Герои по обе стороны. – отсалютировал пустым стаканом Гарри.
- Герои по обе стороны. – вторил Барнз.
Минут десять парни сидели молча и думали каждый о своём, о причине этого разговора они забыли.
- Так к чему это я. – встрепенулся Дарен. – За два года своего правления, Крауч забил Азкабан под завязку. Особенно после падения Лорда. Он не мог ничего поделать с Пожирателями, поэтому вымешал злобу на всех вокруг. За малейшее высказывание в адрес Министерства отправляли на Райский остров сроком до трёх лет. В отделах министерства, где работали Пожиратели, были проведены тотальные проверки. Там почти половину отправили в Азкабан за их начальниками-Пожирателями. Даже если ты честно работал на Министертство, а твой начальник по иронии судьбы поддерживал Тёмного лорд, ты с большой вероятность отправлялся в Азкабан с пометкой в документах «за помощь Пожирателям смерти». Всем плевать, что ты не знал или не хотел. Работал под его началом – значит помогал. Крауч сломал жизнь сотням волшебников. Он был безумцем, его ненавидели свои. Хоть он и давал невиновным небольшие сроки в знак «профилактики», то волшебники и волшебницы выходили из Азкабана со стойкой ненавистью к министерству магии. Они были больные и нищие, многим не давали палочки на время срока реабилитации. Если у тебя в документах печать, что был в Азкабане, и не дай бог с пометкой «помогал Пожирателям смерти», то тебя не примут на работу не в одно нормальное место. Все эти освободившиеся некогда честные граждане оседали в Лютном и постепенно становились его постоянными жителями. Благодаря Краучу, Лютный вырос в два раза.
- Может пойдём?
- Мои истории выматывают, Гарри? – грустно улыбнулся Дарен.
- Нет. Просто нам пора.
. . . Третья совместная аппарация в жизни Гарри Поттера прошла довольно удачно. Его просто прошиб холодный пот и потемнело в глазах.
- Дарен, ты знал, что я соглашусь на игру? – завуалировал вопрос Гарри.
- Да. У меня есть способность в интуиции. Мне почему-то показалось, что ты не такой как все, что мы сможем поладить. – пытался объяснить свои чувства Барнз.
- Бывает такое ощущение. А если бы я тебя сдал? – не удержался от вопроса Поттер.
- Стёр бы тебе память, делов то. – отмахнулся староста.
- Ты интересно мыслишь. Не так ограниченно как все. – серьёзно сообщил Гарри.
- Ты тоже. Поэтому мы и подельники. Это гораздо лучше, чем друзья. – Дарен хлопнул по плечу четверокурсника и быстро ушёл.
« Друзья.» - повторил про себя Гарри и счастливо улыбнулся. Семикурсник принял четверокурсника как равного себе. Настоящие друзья… По слухам, Барнз никогда не отягощал себя друзьями. У него были товарищи и поклонники. А он, Гарри, стал другом. Поддельником. Собеседником. И наоборот.
Две змеи в стане львов нашли друг-друга. Их дружба возникла из боли и страдания. Первой жертвой этого жестокого союза стал грузный мужчина, владелец маленькой магической аптеки.

0

32

Глава 30.
- Я вернулся. – холодный голос заставил девушек вздрогнуть. Они вздрогнули и покосились на открытую дверь, в которой, облокотившись на косяк, устало стоял Гарри. На какое-то время комната погрузилась в тишину: девушки смотрели на нереально бледного, но чрезвычайно довольного юношу, а Гарри беззастенчиво рассматривал однокурсниц. Хотя нет… это гриффиндорки рассматривали своего друга, а сам Гарри позволял им делать это. Его мысли были далеко, и он не обращал особого внимания на окружающих. После произошедших событий, к нему вернулось пьянящее чувство превосходства. Превосходства над всеми. Он знал, что особенный, выше всех правил и законов. Мысль, что он сделал такое, о чём многие боялись и думать, заставляла задыхаться от гордости. Он ещё раз доказал, что выше остальных существ, слепо выполяющих правила. Воздуха катастрофически не хватало, каждый вздох не наполнял лёгкие даже на половину.
Лаванда и Парвати продолжали рассматривать Гарри, будто видели в первый раз. Они расстались с ним три часа назад, но за эти три часа он… изменился! Во-первых, в глаза сразу же кидалась бледность и худоба лица. Его черты стали более тонкие и завораживающие. Тёмные круги под глазами, почему-то удивительно прекрасно гармонирующие с остальными чертами лица. Из-за таких трансформаций он стал похож на усталого ангела. Маленький ангелочек. Невинное существо, непонятно каким образом очутившееся в пошлом земном мире.
Гарри приветственно улыбнулся и с неуловимой грацией сел в массивное кресло. Лаванда подготовила гневную тираду, в которой осуждались действия её парня, оставившего подруг на три часа. Но видя Его, она вмиг позабыла все обвинения – Его нельзя было ненавидеть. Особенно, когда он так очаровательно улыбается.
- Вы не скучали? – спросил Гарри, придавая своему голосу максимум заинтересованности.
- Нет. Но твой час-полтора тянулись немного дольше. – ехидно прокомментировала Лаванда действия своего парня.
- Прости. Непредвиденные обстоятельства. – пожал плечами Поттер.
- Хочешь вина? – предложила Парвати, кивая на бутылку вина с каким-то итальянским названием.
- Нет. Нам всё равно пора уходить. – прямо намекнул гриффиндорец.
- Но Гарри! – надула губки Браун, походя на маленького, капризного ребёнка. Весьма очаровательного, кстати. – Ты мне мало уделил внимания! Поцелуй меня! – капризно потребовала гриффиндорка и призывно посмотрела на своего парня.
Услышав предложение, Гарри оторвался от своих мыслей и полностью уделил внимание девушкам. Только сейчас он понял, что они сидят в одних топах, через которые можно было разглядеть лифчик. К тому же, по легкому румянцу на шеках, игривым улыбкам и двум пустым бутылкам от вина можно было точно сказать, что без него они не скучали. А может и скучали, но топили тоску в вине.
- Я вижу вы всё-таки смогли убедить хозяйку продать вам вино. – юноша усмехнулся краешком губ.
- Нам было скучно и тоскливо. – снова надула губки Лаванда. Её многообещающая улыбка могла бы порадовать Поттера, если бы не полное физическое и моральное истощение. Ещё бы три дня назад он не раздумывая схватил её и отправился в Выручай-комнату. В данный момент из-за своего состояния он мечтал отправиться только в свою спальню, выпить хрустальный пузырек с каким-то замудрённым зельем и блаженно проспать пару суток. – И ещё, вино ненамного крепче Сливочного пива. Хочешь? – повторила девушка, задавая провокационный вопрос со скрытым контекстом.
Гарри снова вежливо отказался, вспоминая антиалкогольную позицию Дарена, ещё час назад твердившего, что алкоголь зло, а алкогольное состояние опускает человека до уровня домового эльфа.
- Я себя плохо чувствую. И нам пора в Хогвартс. – настойчиво повторил Поттер.
- А хоть поцелуй будет? – вздохнула Браун, принимая своё поражение.
- Это всегда пожалуйста. – широко улыбнулся Гарри и приблизился к своей девушке.
- Закончили, голубки? – ехидно протянула Парвати, натягивая мантию. Ей было странно присутствовать при ласках двух друзей. Как-никак, Лаванда была её лучшей подругой, даже ближе родной сестры, и видеть её резкое взросление было неприятно. С одной стороны, она по-дружески ревновала Лаванду к Гарри, потому что боялась потерять их совместные разговоры и сплетни. С другой стороны, она всё явственнее ощущала лёгкую зависть, которая просыпалась при виде пары. Нет, не к Гарри, не смотря на его великолепные внешние и внутренние характеристики. Ей просто было обидно, что это не она первой завела серьёзные отношения, не она прибегала со свиданий с горящими глазами и смущённым румянцем. Она чувствовала себя монашкой Грейнджер, когда подруга «по секрету» рассказывала подробности близости с парнем. Да что там говорить, Парвати уже искала кандидатов на роль своего парня.
- Да. Нам пора уходить. – во второй раз повторил Гарри, радуясь, что хоть у одной его спутницы остались крохи разума.
– Стой! – рявкнул гриффиндорец, отчего девушки подпрыгнули. – Что это! – прошипел Гарри, сжимая руку Патил в железные тисках тонких пальцев. – Это от того проклятия?
Герой магического мира гневно смотрел на шрам, навсегда оставшийся от ожога на смуглом плече соратнице.
- Да. Он зажил быстро, но след останется навсегда. – опустила глаза Парвати.
- Почему ты не обратилась к Помфри?! – воскликнул Гарри.
- Тогда и так много пострадавших было. Она бы всё поняла. Да и вообще не стоило переживать из-за такой мелочи. – отмахнулась девушка, выскальзывая из хватки однокурсника.
- Ты помнишь, кто в тебя попал? – нарочито лаского поинтересовался Гарри, пытаясь скрыть многообещающее выражение лица. Весь его вид кричал, что относительное перемирие последнего времени выльется в новую скрытую войну.
- Нет. – покачала головой индианки. – Там столько всего летало. Честно говоря, я вообще ничего не поняла. Просто кидалась заклинаниями. Да там все палили без разбора!
- Мы пока на уровне дикарей с палочками. – пошутил Гарри. – Знаешь, раньше в маггловских войнах, армии противоборствующих сторон выстраивались друг против друга в шеренги, и когда расстояние между ними было пару десятков метров, они по команде стреляли друг в друга. – Поттер задумался. – В маггловской школе нам показывали отрывок фильма, но я никак не мог понять смысл такой бойни. Зачем становится, зная, что если ты в первых рядах, то всё равно умрёшь.
- Я не уловила смысл высказывания. – призналась Парвати, внимательно вдумываясь в слова Гарри. В таком сосредоточенном состояние он всегда выдавал простые, но необходимые жизненные истины, до которых она почему-то не могла додуматься самостоятельно.
- Мы ещё глупые, надо технику разрабатывать, а не как попугаи заучивать новые заклинания.
- Время не хватит. И так, много свободного времени уходит на дополнительные занятия. У нас всё-таки не школа авроров. – хмыкнула Лаванда, лениво потягиваясь и демонстрируя Гарри свою немалую для её возраста грудь. Женщины всегда созревают быстрее мужчин, но Лаванда созревала слишком быстро даже по меркам женщин. Во всяком случае, Парвати частенько завидовала груди подруги, и даже не скрывала этого. У неё, в отличие от Лаванды, был скромный первый размер.
- А я не министр магии, а вы утонченные девушки, а не грубые авроры. – весело подхватил Гарри.
- Ты-то Министр, но только среди Клуба почитателей Мальчика-который-выжил. – от скрытой лести Лаванды становилось теплее на душе. – Но ты прав, бойцы из нас никакие. Как бы ты нас не обучал, Лестрейндж из нас не получится.
« Да вы ей и по красоте уступаете.» - вздохнул Гарри. Даже с позиции гриффиндорца, он и не думал отрицать, что слизеринка красивая. Да и никто в школе. Рон и тот, пытался видеть в ней только врага, человека с противоположного курса, соперницу. Сам Гарри относился к слизеринке не то что враждебно или благосклонно, ему просто было всё равно. Наплевать. Бывало, что она часто бесила и злила его, особенно когда обходила по учёбе, то есть почти всегда. В такие моменты её хотелось убить, но через какое-то время он успокаивался и старался опередить её по учёбе. Гарри бы никогда не признался самому себе, но в глубине души он был даже рад, что Лестрейндж появилась в Хогвартсе. Она была тем, кто заставлял его перебороть приступы преступной лени и совершенствоваться. Стараться стать лучше. Сильнее. Опередить её, стало неким стимулом. К тому же, «маленькая Беллатриса» отвлекала на себя всё пристальное внимание Дамблдора, который с бессилием наблюдал медленное, но верное создание клуба «Юного Пожирателя». В этот раз его проникновенные душеспасительные беседы были бессильны.
- Я не теряю надежды. – серьёзно заявил юноша. – У вас есть скрытые таланты. Они есть у всех. Правда, я пока не знаю какие. Может медицина, или руны… Существует много отраслей магии, о которых мы и не слышали. – оптимистически взлохматил волосы Поттер, приободрив спутниц.
« Ну, у тебя, моя дорогая девочка, один определённый талант точно есть.» - похоже, Браун смогла понять скрытый подтекст, во всяком случае, облизывать губы, специально демонстрируя розовый кончик языка, она бы просто так не стала. Гриффиндорка из-за спины подруги просто дразнила своего парня, исполняя свою маленькую месть за долгое одиночество.
Парвати же, не понимая подтекста, напряженно размышляла, о своих скрытых магических талантах.
- У тебя будет свободный часик после прихода в школу? – еле слышный страстный шёпот, и горячее дыхание опалили ухо, заставив юношу судорожно втянуть воздух. Перчатка гриффиндорки, как и подозревал Поттер, не просто так упала возле его ног.
- Конечно. – предвкушающая улыбка парня и лёгкое прикосновение к груди заставили Лаванду удовлетворённо замурлыкать.
- Люблю. – лаского прошипела гриффиндорка, ненароком касаясь паха Поттера.
« Дьявол.» – про себя прошипел Поттер, в котором пробудились гормоны. « Если бы не Парвати, то я бы прямо здесь. Может отправить её одну в школу? Не галантно. Нагло закрыться в туалете? Не прилично. Придёться терпеть до школы.»
. . . Хогвартс. На улице темно, последний отблеск заката медленно растворяется в наступающей темноте. Ветер пронзительно завывает и заставляет стынуть кровь в жилах у тех, кому не посчастливилось услышать этот предсмертный стон природы. Настроение у всех студентов подавленное, мало того, что в Хогсмид почти никто не пошёл из-за природных ненастьев, так ещё и резкое похолодание окончательно отбило желание даже у самых стойких влюбленных парочек прогуляться хотя бы по коридорам школы. Все чувствовали, что что-то опасное сгущается над школой.
Обычный полутёмный кабинет на пятом этаже, коим никто не пользовался уже долгое время. Под потолком летают пару световых шаров, освещая небольшой участок вокруг двух влюблённых. Ощущение такое, будто персональная луна освещает эту тайную встречу. Юноша легко вжимает счастливую девушку в парту и целует. Их тяжёлые мантии небрежно валяются на полу. После долгого поцелуя парень отстраняется от девушки и самодовольно усмехается. Его правая рука не торопясь, нарочито медленно расстегивает школьную мантию спутницы. Одна за другой пуговицы расстегиваются и открывают вид на белоснежный топ. Тяжёлое дыхание девушки и предвкушающий блеск глаз парня – ещё одна часть гардероба исчезает из поля зрения. Гриффиндорец довольно проводит по груди, скрытой лишь тонким слоем ткани. Две мантии и топ только сильнее распалили его, ощущение, что она в твоих руках, а снятие одежды только оттягивает каких-то пару секунд не бывало взводит юношу. Даже бледность лица заменилась лихорадочным румянцем. Руки спускаются до бёдер, ложатся на них и поднимают девушку на парту. Снова поцелуи, в перерывах которых лифчик оказывается на парте, рядом со своей полураздетой хозяйкой. Лаванда покраснела от смущения, всё-таки в первый раз она оказывается в таком положение в школьном кабинете. Риск, что кто-то войдёт, заставляет её возбудится ещё сильнее, а соски буквально закаменеть. Гарри ухмыляется и делает шаг назад – он ощущает неподдельное восхищение, видя однокурсницу, скромно сидящую на парте абсолютно без верха. Грудь отчётливо видно, несмотря на полумрак, а волосы, кокетливо перекинутые через плечо дополняют картину ложной невинности. Уверенный шаг вперёд и руки по хозяйски гуляют по груди, а пальцы легонько сжимают соски. Вдоволь насладившись таким образом, Поттер наклоняется и целует грудь. Сначала легко, потом всё требовательнее и требовательнее. Гарри пытается взять каждую грудь в рот по отдельности, сосёт их, покусывает. Лаванда не скрываясь стонет и дрожит от удовольствия. Стоило парню провести языком мокрую дорожку по животику девушки, как та на миг потеряла ощущение реальности и со всей силы вцепилась в волосы Гарри.
- Прости. – испугалась гриффиндорка, думая, что причинила любимому боль.
- За что? Всё в порядке. – удивился Гарри, отрываясь от изучения прекрасного тела, из-за нелепых извинений своей девушки. От искренне не понял причину. В его понимание это он должен извиняться, при чём постоянно. Во-первых, из относительно невинной девочки, на совести которой было всего пару поцелуев, он за пару месяцев сделал оторву, способную с наслаждение начать отсасывать ему в заброшенном кабинете по его же первому желанию. Стоит ему сейчас только захотеть и Лаванда не раздумывая снимет всю оставшуюся одежду и будет зябнуть в холодном кабинете до тех пор, пока Гарри не насладиться ею. Стоит ему захотеть, и она с влюбленной улыбкой опустится перед ним на колени и…
Видно угадав шестым чувством последнюю мысль Поттера, гриффиндорка попыталась расстегнуть его ремень.
- Лаванда, тебе не кажется, что теперь моя очередь сделать тебе приятное? – с легким смешком сказал Гарри, заглядывая в округлившиеся голубые глаза. Не разрывая взгляда Гарри провёл рукой между немного раздвинутых ног. Желание сделать девочке приятное, познать неизвестное и шокировать, натолкнуло его на одну очень интересную мысль. Правда, по-мимо интереса, его предложение содержало и обоюдное смущение, которое выводило их отношения на новый уровень. Да что там скрывать, гриффиндорец и сам был немного не уверен, разумно полагая, что зашёл слишком далеко.
Такое нежное, ненавязчивое движением, с примесью задумчивости заставило Браун плотоядно облизнуться.
- Может быть. – еле слышно пробормотала девочка, стесняясь сказать это громче.
- Вот и прекрасно. – хрипло прошептал Гарри и засунул руку под юбку, осторожно ощущая ткань колготок. Кажется, он забыл, что такое дышать: он впервые трогал женщину ТАМ. То, что женщине пятнадцать лет, он опустил.
В одну мантию он заботливо закутал Лаванду, не лежать же ей и вправду голой в холодном кабинете?! Остальную снятую одежду он закинул на парту, а следом положил гриффиндорку.
Лаванда лежала, стараясь унять сердце, бьющееся где-то под горлом. Неторопливые поглаживания её ног, сводили с ума. Она видела, как Гарри осторожно, но по-хозяйски водит руками по её ногам и получает несравнимое удовольствие. Что-что, а идеальные фигурные ножки были второй гордостью гриффиндорки после шикарной груди. Легкое движение рук, и стук, с которым её туфли свободно падают на пол. Сердце забилось ещё сильнее. После резкого звука замка, с которым расстегнулась её юбка, захотелось зажмуриться. Прохлада, давшая понять, что юбка, как деталь гардероба уже отсутствует, почему-то наоборот придала сил. Отступать всё равно уже не куда, да и к тому же и не хотелось. Просто было ужасно стыдно, что Гарри увидит самую потаённую часть её тела, ту, которую не видел никто, за исключением матери в младенческом возрасте дочери.
«Мама… что подумала бы она, узнав, чем занимается её дочка?» - с интересом подумала Браун, чувствуя, как колготки сползают с бёдер своей хозяйки. Отношения с матерью у девушки были доверительный в одностороннем порядке. Мать обожала доченьку, но дочь относилась к матери с… предубеждением. Скорее всего этому послужило то, что в раннем детстве родители недооценили разум крохи дочки и её сообразительность. Поэтому, когда маленькая Лаванда ночью лежала без сна или тихонько, в тайне от эльфов, играла в куклы под одеялом, едва различимые стоны матери с другого этажа особняка давали ясное понимание происходящего. Мама занимается любовью с папой. Неизвестно, как детский ум понял это, но результат был на лицо. С тех пор Лаванда не могла воспринимать мать как великолепного, непорочного и доброго ангела, хранительницу света, каким воспринимают все дети своих матерей. Для неё это было женщина, которая спит с её папой и считает дочку настолько глупой, что даже не ставит заглушающие чары. Именно поэтому в жизни гриффиндорки просто отсутствовал детский мираж непоколебимой уверенности в правоте родителей. Именно поэтому, она так помешалась на всём, что связано с любовью. Всё, что хоть как-то относилось к любви и сексу казалось ей таким запретным и желанным, что она поклялась узнать все тонкости любви. И попробовать. Познать любовь во всех проявлениях. Ещё до Хогвартса она подслушала/узнала от старших подруг/догадалась/ о таком, о чём такие как Гермиона Грейнджер узнают, дай Мерлин, к пятому курсу. Её же взрослые отношения с Гарри, которые уже очень далеко выходили за рамки не то что их возраста, но и вообще запрещались до совершеннолетия, окончательно свели её с ума. Подсадили на любовную иглу. В Гарри они видела не только замечательного и сексуального парня, но и мудрого наставника, в глубине души приписывая ему роль отца-наставника. В какой-то мере, она и считали его нечто большим, чем просто парень. Он был любовью во всех проявлениях. Без него она просто не мыслила о любви, а не думая о любви, она просто переставала быть собой, чахла как цветок.
Именно поэтому её безумный коктейль покорности и энтузиазма вызывал у Гарри такое неподдельное удивление и заставлял частенько корить себя за совращение девочки. Может быть он и был человеком с тёмной душой, начинающим тёмным магом, но всё, что относилось к отношению с девушками зависело от внутреннего кодекса чести. Именно поэтому он не понимал, почему она так старательно и с наслаждением глотает его семя; не понимал, почему с восторгом позволяет делать с собой всё, что угодно. Гарри думал об этом часами, ища у себя изъян, но не находил, поэтому снова думал. Он не понимал, что является ВСЕМ для неё. Считал всё это запущенной стадией глупой влюблённостью, не понимая, что это нездоровая одержимость.
Гарри тем временем, закусил нижнюю губу от дикого перевозбуждение. Неизвестно, кто был более пунцовый их этих двоих. Девушка, лежащая на парте в одной мантии или парень аккуратно дотрагиваясь между девичьих ног.
Поттер с детским восторгом гладил впадину между ног у своей девушки. Такая манящая, такая гладкая и горячая. Он не удержался и осторожно поцеловал её. Девушка перестала дышать. Гриффиндорец осмелел и лизнул прямо между складками. Всё напряжение девушки вылилось в громкий стон, распугавший устоявшуюся тишину. Услышав довольный стон Гарри осмелел и продолжил уверенно, к нему возвращалась чувства безоговорочной власти над партнёром.
Язык, губы и пальцы заставляли девушку стонать и шептать бессвязные мольбы.
- Нравится? – хрипло спросил Гарри, смотря на юркие пальчики Лаванды, заменившие его отсутствие в ней на время вопроса.
- Да! Да! Божественно! Люблю тебя. Ещё, пожалуйста, ещё! – молила Браун призывно раздвигая ноги на уровень профессионального шпагата.
- Ты сделаешь мне приятное? – усмехнулся Гарри, прекрасно зная ответ. Он просто хотел немного помучить Лаванду, справедливо полагая, что не он один должен терпеть муки. Сам он уже стоять ровно не мог, то и дело переступая с ноги на ногу.
- Конечно! Сколько хочешь раз! Только… - попыталась сказать девушка.
- Ты любишь меня? – требовательно спросил Гарри, и сжал бугорок между ног партнёрши.
- Да! Больше всех! Больше родителей! Больше жизни! Клянусь… - чуть не плакала Лаванда, теребя грудь.
- Поклянись, что у тебя никого не будет. Поклянись, что не будет даже поцелуя ни с кем, кроме меня! – настолько ледяной холод в голосе был несвойственным для Гарри, но Лаванда, балансирующая на пике экстаза, ничего не заметила. – Пока мы встречаемся, конечно же. – смягчился Поттер, оставляя себе пути к отстранению девушки от себя в крайних случаях её надоедания ему.
- Обещаю! –простонала Лаванда, преданно смотря в лицо Гарри Поттера. - Только ты мой единственный. Мой любимый. Я буду только твоя. Слушаться только тебя. Принадлежу только тебе. – бессвязно бормотала гриффиндорка какой-то бред, который Поттер просто пропустил мимо ушей. Ну что можно взять с глупого бормотания? Она сама в таком состояние, что не понимает его.
Гарри усмехнулся улыбкой, в которой кроме мрачного торжества ничего не было. Недавние чувства влюбленности, счастья и нежности заменилось злорадством. Теперь она только его. И в случае чего, он без зазрения совести накажет ту, что предала свою клятву. Или лучше того безумца, кто осмелится покуситься на его девушку.
Уже через минуту Лаванда лежал на парте и тяжело дышала, её ягодицы и бёдра были мокрые от выделений.
- Моя очередь. – усмехнулась гриффиндорка сползая на пол. Но у Гарри были другие планы, раз она его, то и он может делать всё, что захочет. Два пальца углубились в лоно девушки, доставая до границы девственности. Уверенным движением пальцы оказались во рту гриффиндорки и были нежно обсосаны.
- Нравится? – дьявольски усмехнулся Гарри. Его лицо пылало, а дыхание сбилось.
- Ты вкуснее. – чуть поклонилась Лаванда, признавая пальму первенства за парнем.
«Неужели ты думал,что я никогда не пробовала себя?» - удивилась Лаванда, нежно двигая рукой по стволу Гарри. К своему стыду, девочка начала трогать себя очень рано. К своему лону она с дошкольного времени относилась очень трепетно, поэтому оно было всегда идеально гладким.
« Не то что джунгли у Грейнджер.» - довольно зажмурилась Лаванда и нежно заглатила член парня. В общей комнате три гриффиндорки ни один раз видели себя голыми. Сначала брилась только Лаванда, но вскоре за ней стала повторять и Парвати. Грейнджер так и ходила со своими космами и даже слышать не хотела о таком слове как «гигиена». Смотря на бритых соседок по комнате она однажды пробормотала что-то типа «шлюхи» и получила такие издевательства и насмешки в ответ по поводу «джунглей», что потом плакала и извинялась. Лаванда жестоко требовала встать на колени, чтобы доказать своё раскаяние, но Парвати так шокировано на ней посмотрела, что угроза мигом стала шуткой, а Гермиона стала ещё сильнее ненавидеть Лаванду. Отличница люто ненавидела эту высокомерную, наглую, эгоистичную и красивую соседку по комнате, по мановению пальца которой любой сокурсник готов прыгать на задних лапках. Она завидовала, потому что была не такой.
Гарри тем временем заканчивал и должен был вот-вот кончить. Лаванда приготовилась проглотить, но Гарри достал своё орудие изо рта гриффиндорки и излился на грудь. Лаванда с удивлением смотрела на струю семени, льющиеся на её грудь и живот. Такого обильного «орощения» ещё ни разу не было! Гарри сам не ожидал от себя такого, поэтому с удивление вспомнил одну порнокассету Дадли, на которой один накаченный мужчина также обильно кончил на хрупкую девушку.
«Расту.» - самодовольно подумал Гарри и позволил Лаванде облизать опавшего бойца. Девушка попыталась встать, но Гарри с кривой улыбкой сообщил, что ещё не закончил.
. . . В темном коридоре, у разбитого витража стояли парень и девушка. Они оба были
гриффиндорцами, но это можно было разглядеть только на расстояние вытянутой руки. С более далекой дистанции они больше смахивали на призраков.
- Тебе понравилось? – игривая улыбка и горячий шёпот казались чем-то аномальным в мрачном коридоре. Пивзу почему-то взбрело в голову разбить многие витражи в школе и выкинуть в них факела. Профессора оказались не готовы к такому неподчинению полтергейста, ведь раньше он никогда не смел портить школьное имущество в таком масштабе. А может им было просто всё равно. Личные апартаменты учителей разительно отличались от продуваемых гостиных факультетов и остальных помещений школы.
- Да. Конечно, Лаванда. Ты превзошла сама себя. – Поттер даже не потрудился улыбнуться, ведь лицо, практически высунутое в окно тяжело было увидеть. Восторг быстро поутих, а с оргазмами ушли остатки сил. Сейчас ему все его действия казались омерзительными и несоответствующие их возрасту. Гарри Поттеру было стыдно. Он злился на себя, злился, что в такие моменты теряет контроль над собой и творит такие вещи, о которых не смог бы и вслух сказать. Все говорят, что тёмная магия затягивает с головой, Гарри же точно знал, что это происходит не в его случае. В его случае, секс затягивал гораздо сильнее. И почему-то он сомневался, что это была хвалёная сила любви, о которой с таким восхищением отзывается Дамблдор. Это были какие-то первобытные, звериные инстинкты, которые требовали большего наслаждения, большего риска, большего подчинения, большего сумасшествия. На ум пришло воспоминание, которое выглядело таким диким и нереальным, как будто черно белое кино. Он криво усмехающийся, и Лаванда, стоящая на коленях и облизывающаяся как кошка. Но главное не это, странными были его чувства в тот момент. Тогда захотелось провести ногтями по голому телу и оставить на нём глубокие царапины.Его следы на ней. Доказательства, что она принадлежит ему. Просто помеченная вещь. Даже сейчас рука всё ещё дёргается и её приходится сжимать в кулак. Такое может происходить по трём причинам: сильная ненависть, нереально безумная любовь, или помешательство. Ни ненависти, ни безумной любви он не испытывал, поэтому остаётся третий вариант. Лучше уж был первый…
Временами он не мог себя контролировать, превращался в какого-то извращенца. Обычно он делал с Лавандой такое, о чём приятно вспомнить и ему, и ей, но то, что было сегодня, вспоминать было противно. Во всяком случае ему. Неприятно чувствовать себя монстром, совращающим девочку. Он перешёл какую-то невидимую границу. Странное чувство извиваясь, копошилось в груди. Какой-то монстр довольно урчал в нём и набирал сил от таких случаев потери контроля над собой. Смотря на донельзя счастливую Лаванду он ощущал стыд, непонятно каким образом пробившийся через броню обычного равнодушия.
« Как я устал.» - билось в голове.
- Я старалась. – зарделась девушка и прижалась к юноше. Юноша вздрогнул и залез на подоконник, свесив ноги наружу так, что пять этажей разделяли его от мокрой земли.
- Что ты делаешь? – возмутилась Лаванда и настойчиво потянула за рукав героя магического мира. Тот дёрнул плечом и тяжело вздохнув повернулся к девушке.
- Просто сижу. Думаю. – лёгкая улыбка и невообразимая пустота в глазах. Игривая улыбка на очаровательном личике выцветает и становится грустной. Он снова не с ней, а где то в своих мыслях. Чёртовы мысли привлекают его больше, чем красивая, чистокровная девушка, готовая на многое ради своей первой любви. Милый эгоист. Такой отрешённый и задумчивый, будто и не он делал ей такое, за что бы все девушки школы продали душу Тому-кого-нельзя-называть.
- Ты грустный.
- Я всегда такой. – отмахнулся Гарри. – Просто мысли лезут в голову и не дают мне покоя. Через пять дней Первый Тур. А я даже не знаю с чем предстоит столкнуться.
- Ты сможешь всё!
- Лаванда, я не всемогущ. Может быть я и знаю проклятия и щиты, но для соревнования с лучшими учениками школ этого маловато. – горький смешок. – Не дай бог этому идиоту Диггори проиграть.
«Лучше думать о Турнире.» - схватился за соломинку гриффиндорец, надеясь забывая ощущения от прикосновения к тёплому телу. Забыть свой промах.
- Мне лучше уйти? – осторожно спросила девушка, надеясь на то, что Гарри остановит её.
- Подожди. – ласковый шёпот, владелиц которого пытается сдержать рвотные позывы от таких нежностей. После методичного отравления организма тёмной магией такие речи становятся глупыми и нелепыми. Бездумное использование трёх Непростительных делает из души машину, способную сражаться, пытать, может даже убивать без зазрения совести, но не способную чувствовать банальные светлые чувства. Душа постепенно замерзает. Это пока проявлялось не сильно, но время от времени нападали «приступы мрачности» и тогда хотелось ненавидеть весь мир.
– Надень мою мантию, а то замерзнешь. – благодарная улыбка гриффиндорки абсолютно не задевает Гарри, а ощущение прохлады, пробежавшего по телу после снятия мантии, вызывает раздражение. Пока Лаванда радостно кутается в мантию своего парня, Поттер немигающе смотрит на неё. Влюблённая улыбка и глаза преданного щенка вызывают чувство злорадства.
«Она даже не представляет, КТО перед ней. Она думает, что я всего-лишь мальчик, непомерно долго заигравшийся в солдатиков и строящий нереальные планы на будущее. Она не знает, НАСКОЛЬКО я зашёл далеко. Для неё хорошие чары оглушения -могущественная магия. От одной демонстрации Непростительных на уроке она жалась ко мне как собака жмётся к хозяину. Великий Гарри Поттер защитит от всего плохого и мерзкого. Гарри Поттер ПОПРОБУЕТ всё плохое мерзкое. Гарри Поттер мазохист и ему нравится ощущение опустошения после долгого использование тёмных чар. Ему нравится доходить до такой кондиции, когда можно сидеть на полу в пустой комнате и безумно хихикать над элементарными вещами.»
- Спасибо. А как же ты? – от настойчивой заботы хочется скрипнуть зубами. Вспоминается рыжая, толстая курица-наседка. А вместе с ней понимания того, что столько времени было впустую потрачено в той дыре гордо именуемом «фамильным домом». И самое обидное, что он искренне верил, что это и есть его дом. Настоящая любящая семья.
«Мне не нужна семья.» - Гарри прошипел про себя, плюясь смертоносным ядом.
- Со мной ничего не будет. Не так уж и холодно. – равнодушно ответил Поттер.
- Гарри, сейчас очень холодно. – попыталась донести до юноши гриффиндорка. Чёрт! Всплывает ещё одно воспоминание. Хочется скрипнуть зубами. Лаванда, в одной мантии,накинутой на плечи, сидит на ледяном полу, а он жестко говорит в третий раз – я ещё не закончил.
- Мне кое-что надо сделать. Иди, пожалуйста, в гостиную. – прерывая подругу, просит Поттер. Лучше её не видеть, а то ощущение собственной подлости раздражает юношу.
- Хорошо, Гарри. – покорно соглашается Браун и засовывает руки в безразмерные карманы мантии. Вид побитого щенка заставляет Гарри уверенным голосом, с виноватыми нотками оправдаться перед… своим партнёром.
- Пойми, сегодня ночью я смогу узнать о первом туре. С секретностью у организаторов проблемы. Мне сказали по секрету, как можно узнать про задание. – саркастический смешок и поза ленивого зверя, растянувшегося на подоконнике.
- Спокойной ночи. – кивает Лаванда и улыбается на ухмылку юноши, который явно не ждёт спокойной ночи. Только у неё такой парень. Такой независимый, странный, непохожий на других. Он то мрачный, то безумно весёлый... Лучший.
Лаванда уходит, а Поттер сильнее высовывается в окно. Кажется ещё немного и он вывалится. По уходу девушки к Гарри вернулись привычные чувства.

0

33

На улицу! На улицу! Кричит сердце и прежняя апатия меркнет перед неистовством природы. Мёртвая природа, промёзшая природа, безжалостный ливень и ветер заставляют чувствовать пьянящее чувство вседозволенности. Природа как никогда гармонирует с внутренним миром волшебника. Затишье, гром, свист… Появляется странное чувство бессмертности и неуязвимости. Поттер накидывает Мантию Невидимку и бежит на первый этаж. Старина Филч отправился на пенсию, а новая старуха-завхоз никогда не патрулирует коридоры по ночам.
«Верит детям, идиотка.» - на ходу покачал головой подросток по своему опыту зная цену такой веры.
Он уже на улице. Дождь и ветер. Последняя белая рубашка промокает. Пришло время чёрного цвета. Гарри вдыхает морозный воздух и счастливо скалится. Он знает, что в такую погоду активизируются люди с нездоровой психикой, и знает, что с недавних пор он такой. На какое-то время Поттер полностью отдаёт себя дождю и ветру.
«Погода конечно класс, но надо идти к Хагриду. Даже такой похуист как я, должен узнать о первом туре.» - хмурится Гарри и весело хлюпает мокрыми ногами по расквашенной земле.
. . . «Драконы. Мать их, драконы!» - про себя шипит Поттер, бредя куда-то. Сонливость и безумие на миг уступили место рациональности. «Хагрид. Чёртов кретин. Амбал недоразвитый. Мадам Максим его использовала, и у красавицы Делакур появится намного больше шансов. Каркаров, козлобородый ублюдок, тоже знает, следовательно и Крам. Я знаю. Три четвёртых чемпионов знают эту «великую тайну»! Крауч бы повесился, если бы узнал.» - Поттер даже не знает, огорчаться или радоваться. С одной стороны, драконы это драконы. Но с другой… Опасная игра. То, что пытается искусствено создать Гарри, специально ища приключений на задницу, создавая проблем, а потом с энтузиазмом их расхлёбывающий. Ещё появился повод подставить Седрика и осуществить законную месть. « Диггори… Ты расплатишься за ту игру в квиддич. Своей жизнью и здоровью. Своей репутацией.» - радуется Гарри и злобно хихикает. Нет, всё-таки это удивительная новость. Погибнуть ему никто не даст, а его бесценная репутация не стоит и кната, следовательно, и пострадать не может. Лишний повод пощекотать нервы и по возможности выпендриваться, в крайнем случае, можно всё свалить на возраст, мол они семикурсники, а я…
« Аля бедный и несчастный.» - кривится гриффиндорец и резко останавливается. Какой-то леший занёс его к берегу озера. Парень стоит какое- то время, качаясь с носков на пятки, погружаясь в грязь, а потом решительно идёт прямиком в озеро. Он не знает, что его с подвигло на такой шаг, наверное просто захотелось, а в таком состояние, как сегодня вечером, он всегда потакал своим желаниям. И сейчас, стоя по колено в жутко ледяной воде, он чувствует мало знакомое по детсва чувство радости. В детстве, он наивно полагал, что придёт кто-то большой и добрый и осуществит все его мечты. Сейчас он вырос, и уже привык осуществлять свои мечты и прихоти самостоятельно. Очень часто эти прихоти затрагивали окружающих, но какая ему разница на других. Мир сам виноват в его эгоизме и самовлюблённости. Гермиона, когда узнала о детстве Волан-де-морта грустно покачала головой и нравоучительно сказала: Дети, что выросли без любви, становятся взрослыми, которые не могут любить. Это высказывания навсегда вошло в десяток любимых афоризмов победителя тёмного лорда.
Он стоит и мечтает до тех пор, пока ощущения холода пересиливает и Поттер идёт на звенящих ногах к школе.
Всё-таки иногда побыть безумцем полезно. После всего хочется спать. Просто спать, все сомнения остались в ледяном озере.
В спальню для четвёртого курса приходилось добираться на ощупь. Какой-то умник, продолжатель дела Пивза, потушил всё факела в гостиной. В комнате было так же темно. Пробормотав какие-то ругательство, Поттер стянул с себя одежду и кучей свалил на пол – эльфы всё равно уберут.
Уже лёжа в кровати, Гарри аккуратно откупорил хрустальный флакон с волшебным заживляюще-тонизирующим зельем, которое по клятвенным заверениям аптекаря, прерывающимся на всхлипы и стоны, должно было помочь в подавление интоксикации тёмной магии. Колдун клялся что это поможет, но у гриффиндорца оставались подозрения о наличие яде во флаконе. Это было в духе таких слабаков, подлый удар в спину. Уверенным движением подросток выпил всё зелье, надеясь, что в случае его смерти, Дарен сотрёт отравителя в порошок.
«Плевать на всё. Я везучий.» - сонно подумал гриффиндорец и нежно обнял подушку. Он ещё не знал, что лекарство содержит наркотическую смесь на основе опиума.
. . . Впервые за долгое время снились кошмары. Они были реальные, реальнее чем сны про Волан-де-морта. В голове звучали какие-то голоса, смех и крики. Мелькали образы. Среди этих образов особенно чётко выделялся Том Реддл. Он мелькал и всегда приветливо улыбался, как старому приятелю.
- Гарри… - прошептал Том. –Гарри… - манящая улыбка давно исчезнувшего человека.
- Том? – ошарашено спросил Поттер. Будущий Тёмный лорд утвердительно наклонил голову. – Но как?
- Мы похожи, Гарри. – усмехнулся Том, не слушая вопросов Поттера. – Мы луше всех остальных.- взгляд полыхнул торжеством. В будущем это торжество превратиться в безумие и злобу, а красивые глаза станут узкими щелями.
- Это ложь! Я не ты! – рявкнул Гарри. Реддл засмеялся и…
Появляется новая картинка, где Гарри сидит возле зеркала Еиналеж. Он поднимает голову и вместо любящей семьи видит в зеркале Реддла. Слизеринец грустно качает головой и снисходительно смотрит на растерянного Поттера. Внезапно Гарри понимет, что это Его отражение.
«Даже хуже, это мои мечты. Неужели, в глубине души я желаю стать Им?» - пугается гриффиндорец.
Снова меняются картины, образы, звуки… Наконец воображение Поттера нарисовало его на Тисовой улицы и орущих Дурслей. Вернон на его глазах рвёт альбом с фотографиями родителей, а Петунья садовыми ножницами режет Мантию Невидимку. Поднимается ярость.
- Круцио! – воскликнул Гарри, тыкая палочкой в Вернона, но ничего не произошло. Мужчина, подобно горе надвигается на него и машет толстым ремнём. – Круцио! Круцио! Круцио! – бормочет Гарри и зажмуривается, видя занесённый ремень.
… Нечеловеческие крики заставляют вздрогнуть. Его рука с палочкой, направленной на Вернона, оказалась направленной на Невилла. Гриффиндорец извивался и кричал, а Гарри ничего не мог поделать. Рука с бледными пальцами не могла отвести палочку от жертвы. Стоп, незнакомые бледные пальцы с длинными ногтями?! Это не моя рука!
… Новые образы. Юноша глухо стонет в постели, наматывая на руку край одеяла. Кошмары, тайные желания, прошлое, галлюцинации воспалённого воображения… Всё смешивается в кучу. Картина меркнет и Гарри понимает, что слепнет. Слепнет во сне, но это так реально, что сердце стучит с бешеной скоростью. Наступает тьма.
Зрение возвращается к своему владельцу и он понимае,т что находится в очень низком и узком туннели. В нём нельзя выпрямиться и нельзя облокотиться на стены – они были раскалённые. Волны жара опаляют и пошипывают кожу, заставляют на корточках идти вперёд, туда, где виднеется светлое пятно.
- Здравстуй, сын. – Джеймс Поттер смотрит на сына. Он почему-то стоит во весь рост, хотя по всем правилам должен так же сидеть на корточках.
- Отец? – шепчет подросток и шокировано смотрит на мужчину.
- Знаешь, где ты? – холодно спрашивает Джеймс с плохо скрываемым отвращением смотря на своего отпрыска. – Это Ад, Гарри. Ты в Аду. За всё надо платить, сын. Ты уже совершил столько всего, что тебе нет прошения. –безжалостно продолжает старший Поттер, надменно усмехаясь.
Гарри молчит и исподлобья смотрел на… отца. За каких-то несколько секунд он успел его возненавидеть.
«Что он знает обо мне? Как смеет говорить со мной таким тоном. Я его знаете ли, разочаровал… Тебя не было!» - презрительно усмехается юноша, с таким же отвращением смотря на родителя.
Мёртвый Мародёр выжидающе смотрит на сына, ждёт извинений и оправданий. Видно, что не дождётся. Гарри передёргивает плечами и ползёт дальше по туннелю. Джеймс величественно следует за сыном и чему-то усмехается. Причину самоуверенной усмешки отца Гарри заметил когда подполз к выходу из туннеля.
Раскалённые угли полыхают в жаровне, на подносе лежат раскалённые щипцы.
-Грешники вечно горят в адском огню. –просто говорит мужчина. Ленивая поза и руки в карманах бесят Поттера.
«Какая он сволочь.» - бессильно усмехается Поттер и с превосходством смотрит на отца. Гордость это то, что всегда было у него. Побои от Дурслей, голод, унижение, одиночество, боль, но чувство собственного достоинства всегда было внутреннем стержнем не позволяющим сломаться. Пусть же она будет с ним до конца.
В глубине души парень понимает: стоит раскаяться и он будет прощён. Раскаяться и не будет вечного горения на протяжение бесконечности. В душе просыпается инстинкт самосохранения и впутренний голос подло молит о раскаяние. Щемящее чувство раскаяния в груди и отец обнажает белоснежные зубы в торжествующей улыбке. Но гордость давит сомнения на корню. Ощущения, что всему конец, придаёт силы.
«Лучше страшный конец, чем признание о неправильности прожитой жизни. Лучше уйти на вечную пытку с гордо поднятой головой и вечно страдать, чем умолять моего мерзкого папашу о снисхождении. Пусть моим последним тёмным делом будет уничтожение этой мерзкой улыбки. А потомна всё плевать…» - эти пару метров до костра он проделает как король, идущий на коронацию.
Зеленоглазый юноша гордо выпрямляется и насмешливо усмехается. Такой красивый конец. Улыбка с лица отца исчезает и уступает место тупому бешенству. Поттер-младший видит мину родителя и скалится как зверь, вкусивший кровь врага. Побеждённый победил в последний раз.
Парень прикрывает глаза и вдыхает полной грудью тёплый воздух и делает уверенный шаг к жаровне. Гордый и несломленный вид. А в душе жалость, что вдоха с чистым воздухом не хватит на вечность, которую он проведёт в огне.
«Будь ты проклят, папочка…» - от всей души желает Гарри и кладёт руку на раскалённый край жаровни. Всё заполняется огнём и болью, а силуэт Джеймса растворяется в воздухе. Господи, как же страшно, но последние пару секунд торжества несомненно стоят вечности в муках.
А потом одна боль…
… Четверокурсник гриффиндора со стоном просыпается в мокрой от пота постели. От сна его трясёт, животный страх, а вымышленный огонь всё ещё щиплет кожу, кажется, что ожоги по всему телу. Гарри откидывает одеяло и жадно глотает морозный воздух. Всего-лишь сон. Ничего не было. Поттер стягивает с себя мокрую пижаму - её можно выжимать.
Лежа в кровати Гарри с ужасом понимает, что страх не хочет оставлять его, а ненависть к отцу из сна, передалась в реальную жизнь. Одно упоминание о Джеймсе вызывает ярость и боль предательства. В голову лезут подозрения о пророческих снах, но он гонит их от себя по дальше. Никто не хочет верить, что после смерти тебя ждёт жаровня с углями и раскалённые щипцы.4
- Всего-лишь сон. – тихо бормочет Гарри смотря в потолок и слыша мерное тиканье часов. Постепенно он засыпает, понимая, что чувство обречённости останется ещё на долго.

0

34

Глава 31.
Невилл Долгопупс был самым незаметным гриффиндорцем до начала четвёртого курса. В лучшем случае его замечал Малфой и его компания, и то, только для того, чтобы безнаказанно поиздеваться. Но с начала четвёртого курса всё кардинально и бесповоротно изменилось. Началось всё с появлением Гарри Поттера. Легенда гриффиндора, который обратил внимание на непримечательного и стеснительного однокурсника. Ещё в поезде, сидя по правую руку от Поттера, у Невилла появилось необычное чувство, что его будущее как-то связано с жизнерадостным Поттером. Следующий день заставил Долгопупса собрать в кулак все силы и попросить у Гарри покровительсто. Именно покровительство, на дружбу он тогда и не рассчитывал. Невилл поставил на кон всё – он рассказал о своих родителях, буквально умолял помочь ему отомстить и предлагал себя в качестве верного товарища.
Гарри внимательно слушал его с таким видом, отчего стало понятно, что он принимает вечного неудачника как равного себе собеседника, а главное понимает его. Именно тогда сердце сироты при живых родителей забилось сильнее, он понял, что небезразличен самому популярному и загадочному студенту Хогвартса. Гарри с радостью согласился и в момент задумчивости положил руку на плечо неудачника. Тогда неудачник стал другом великого Гарри Поттера. Он узнал о Салазаре и поклялся себе, что никогда не предаст своего сокурсника, что станет достойным называться его другом.
С того момента и закончилось скучное и безопасное существование гриффиндорца, началась Жизнь, полная разнообразных чувств от радости до горечи, от триумфа до чувства поражения. Вначале никто не замечал нескладного мальчика, крутившегося возле принца гриффиндора и постоянно следовавшим за ним. До тех пор, пока он не осмелел и не стал принимать участие в шутках и аферах Поттера. Именно тогда, учителя и студенты наконец заметили Невилла, самого верного друга Гарри Поттера. Того, кто спорит с учителями, воюет со слизеринцами, нарушает правила. Было очень тяжело привыкнуть к распорядку дня Героя. Невозможно было без страха бродить по ночам, нападать на слизеринцев и недовольных гриффиндорцев, смело говорить со Снейпом, учить тяжёлые заклинания, врать, выкручиваться, воровать ингридиенты… Долгопупс наверняка бы сломался, если б не навязчивая поддержка Гарри. Невилл втянулся и подсел на опасный и безумный ритм жизни Мальчика-который-выжил. В первый же месяц стало понятно, что Гарри творит историю, а ты вместе с ним.
Изгой смог стать тенью знаменитости. Он быстро доказал, что стоит сотни Рональдов Уизли и Гермион Грейнджер. Он был единственный, с кем Гарри мог поделиться своими мыслями, идеями и планами, никто, даже Лаванда, его девушка, не знала и десятой части. Эти знания часто вызывали у Долгопупса дрожь по телу, он прекрасно понимал, если Гарри что-то и говорит ему, значит это настолько ничтожное, по сравнению с тем, о чём он реально думает. Боевые чары, ночные встречи, тёмная магия, непростительные, крамольные разговоры по ночам… и обычные студенческие дела днём.
За три месяца Невилл Долгопупс настолько изменился, что от былого ничего и не осталось. Разве что фанатичная верность одному человеку. Фанатизм не мало подкреплялся и выделением подростка (лишенного всякого внимания на протяжение жизни) из толпы глупых обожателей. Ему даровалось роль второго человека в клубе-без-названия, роль советника, первого рыцаря. Гарри милостливо дал ему попробывать вкус Власти. Казалось, что все они, члены клуба, равны, и слушаются только Поттера – идейного вдохновителя. Но по желанию лидера и Долгопупс смог командовать горсткой учеников. Восторженные взгляды Криви, уважительный Вейн, благосклонные Лаванды и Парвати… Последние две гриффиндорки с первого дня в школе были полными эгоистками и никогда не замечали жалкого Невилла, максимум, что их связывало это привет-пока-какой урок. Сейчас он мог спокойно попросить их о какой-нибудь мелочи, передать просьбу или приказ Гарри, показать какое-нибудь заклинание, втолкованное ему самим Поттером. Это… захватывало.
Но Невилл не был трусливым обожателем, как братья Криви. Он не раздумывая готов был пойти в огонь и в воду за своим кумиром, взять вину на себя, помочь замести следы. Иногда приходилось помогать Гарри разруливать его же редкие косяки и проколы остальных членов Клуба. Вот и сейчас была одна из ситуаций, требовшая личной инициативы Долгопупса. Он конечно не жаловался и не боялся трудностей, скорее он боялся разочаровать своего кумира, сделать что-нибудь неправильно.
А началось всё с похода в Хогсмид. Гарри по своему обыкновению пришёл когда все спали и сам завалился спать. Следующим утром он отказывался просыпаться, что-то мычал и возмущённо шипел, пробормотал что болен и не пойдёт на уроки. К концу разговора он завернулся в одеяло и погрузился в царство Морфея. Это удивило Невилла, который знал фанатизм своего друга в обучение, а особенно в Заклинаниях, проводящихся сегодня. Ещё его взволновал болезненный вид Гарри. Он выглядел как человек, которого пытали, морили голодом и не давали спать по меньшей мере пару суток.
Подавив тревожное чувство, Невилл пожал плечами и пошёл на уроки, сообщая всем учителям, что Гарри болен. После уроков он вернулся в комнату и увидел, что Гарри всё ещё спит. В три часа дня. Это насторожило ещё сильнее. Воровато оглянувшись по сторонам гриффиндорец дотронулся ладонью до лба своего друга, при таком близком расстояние он услышал его тяжёлое, хриплое дыхание. Самый известный гриффиндорец действительно был болен. Осторожное касание пробудило чутко спящего больного. Он тяжело вздохнул и посмотрел тоскливым взглядом на Невилла. Расфокусированный зрачок и красные прожилки в глазах, следы от лопнувших сосудов, вызвали долгие уговоры со стороны Невилла по поводу похода к Мадам Помфри. В Больничное крыло Поттер само-собой отказался идти, и вялым голосом попросил оставить его в покое. Но Невилл делая скидку на бред друга, развернул кипучую деятельность, беря всю возможную ответственность на себя. Первым делом он заверил Лаванду, которая зажала его в углу и потребовала отчёта о состояние любимого, что всё в порядке и Гарри немного «приболел». Девушка пробормотала что-то про идиотов, которые бродят без мантии и отстала. Вторым шагом в не хитром плане был поход в Больничное крыло, в кои-веки законный. Парень сослался на усталость и головную боль, чтобы выпросить лекарства. За время общения с Гарри он научился отлично лгать, поэтому без лишних вопросов получил все нужные на его взгляд лекарства. Третьим, и заключительным шагом в плане Невилла стал поход на кухню, где он потребовал лучшего меню для больного товарища. Не успел он договорить, как Добби сразу же кинулся исполнять просьбу друга великого Гарри Поттера.
Смотря на снующих домовиков, гриффиндорец вспомнил, что по всей Выручай-комнате разбросаны остатки домовика. Дав себе мысленный подзатыльник, юноша пообещал убрать всё после того как лично примет участие в уговоре больного героя в принятие пищи.
… - Гарри, чёрт побери, ты должен есть! – воскликнул Невилл, пытаясь достучаться до осуновшегося друга.
- Я знаю, но не могу. Я не ел больше трёх суток. – растерянно пробормотал Поттер, чувствуя одновременно зверский голод и тошноту при виде еды. Голова странно кружилась, хотелось зарыться в подушку и отключить мозг.
- Ты должен есть по-немногу, но часто. Я читал в одной книге, что экспедиция потерялась в … - начал Долгопупс, но был прерван Поттером.
- Я сам знаю! – неожиданно для себя рявкнул Гарри. – Не строй из себя доброго родителя! Мне не нужна ничья помощь, я сам всё сделаю. – прорычал юноша, медленно приподнимаясь с кровати на дрожащих руках. Дыхание сбилось от того, что какой-то Невилл читает ему нотации, обращается как с маленьким, капризным ребёнком.
«Неужели я настолько слаб?» - билась в мутном сознании предательская мысль.
- Мне не нужна жалость. Я просто устал, к вечеру я буду в норме. – холодно прошипел Поттер, одаривая друга ледяным взглядом. – Мне приятно знать, что ты на моей стороне, но, пожалуйста, не надо со мной обращаться как с капризной девчонкой, которой ты хочешь залезть под юбку. Оставь свою заботу какой-нибудь волшебнице.
- Ты не так поня… - воскликнул Долгопупс, но Гарри жестом руки заставил его замолчать.
- Со мной всё хорошо. – повторил больной. – Я поем. Только, пожалуйста, оставь свои нотации. Они не прибавляют аппетита ни на грамм.
- Почему ты не хочешь, чтобы я помогал тебе?! Почему ты считаешь меня слабаком? Почему в моих действиях видишь скрытый смысл? – гриффиндорец сжимал от бессильной злости кулаки. – Что во мне не так? Что я должен сделать, чтобы ты доверял мне? Когда ты поймёшь, что я на твоей стороне?
Гарри усмехнулся бледной тенью своей обычной насмешливой ухмылки. Тихоня Невилл наконец сорвался и кричал на ненго. Глупец. Сейчас он выбежит из комнаты и будет жалеть о своих словах.
- Идиот. – самый молодой чемпион беззлобно покачал головой и снова усмехнулся, отчего кожа, обтягивающая череп натянулась, показывая худобу хозяина во всей своей отвратительной красе. – Ты хочешь получить ответы на свои вопросы? Так получай! – Долгопупс инстинктивно отпрянул от кумира, проявляющего мрачное веселье. - Я доверяю тебе больше, чем всем остальным, но до конца нельзя никому доверять кроме себя. Запомни это! Я не считаю тебя слабаком. В твоих действиях я вижу искренность, знай, я никогда не сомневался в тебе. Я знаю, что ты на моей стороне. Но я не привык к таким сюсюканьям. – выплюнул Гарри последнее слово с нескрываемым отвращением. – Нам не по десять лет, чтобы копаться в душе друг-друга. Тебе не кажется, что у нас должна быть приватность внутреннего мира? Тебе не кажется, что мужчина должен стойко сносить боль и лишения?
- Гарри, я знал, что только таким образом ты прийдёшь в себя. – Невилл мигом потерял маску страха и теперь смущённо улыбался.
- Ты сделал метод шоковой терапии? – удивился Гарри. – Со мной? – нахмурился он.
- Только так из болезненной размазни ты смог превратиться в себя. – отважился на ухмылку подросток.
- Значит надурил меня? – елейным тоном переспросил Гарри. – А не страшно за последствия?
- Как ты сам сказал, я твой самый близкий друг.
- Друг говоришь? – Поттер потянулся за палочкой, отчего его сокурсник совсем не притворно вздрогнул. – Мобиликорпус! – небрежно взмахнул Гарри и через пару секунд его друг болтался под потолком вверх ногами.
- Повеси так, может быть тебе будет лучше видна моя трапеза. – вежливо предложил Гарри и отломил от хлеба маленький кусочек. Невилл перестал дёргаться между небом и землёй, и уставился на полный поднос еды, прикидывая, сколько времени ему предстоит так висеть.
. . . – Именно так, мадам Помфри. – в десятый раз повторил Гарри, проклиная, что поддался уговорам Невилла и всё-таки пошёл в Больничное Крыло. Мадам Помфри вцепилась в него с таким фанатизмом, что появлялось ощущение, что до Первого Тура его точно не выпустят.
«Надо было хоть в библиотеку зайти, достать книги по драконам. Придумать, как спереть это яйцо. А то она меня до начала испытания не выпустит.» - уныло подумал Гарри, смотря на целительницу, отводящую его в крыло для мальчиков на его «родную» кровать.
Белые стены Больничного крыла были угнетающими и неприятными. Раньше Гарри считал это место самым приятным в замке, так как нахождение в нём обеспечивало отсутствие всех уроков, но сейчас от оттенков белого свербило в глазах.
- Мадам Помфри, можно мне сходить в библиотеку? – поинтересовался Гарри.
- Конечно нет, мистер Поттер! – возмутилась женщина. – Вы сильно истощенный магически и физически подросток, вам нужна диета с добавлением особых зелий, богатых минеральными веществами и витаминами. Быстро в постель, вам необходим постельный режим! – колдунья набросилась на ни в чём не повинного юношу.
- Конечно, мадам Помфри. Просто у меня через четыре дня Первый Тур. Я хотел хоть как-то подготовиться. – безжизненно буркнул Гарри и побрёл в сторону своей кровати, прекрасно зная, что женщина сжалится.
- Постой, Гарри. – позвала Помона Помфри. – Я могу принести тебе нужные книги, хоть это и не входит в мои обязанности. Ты только лежи в кровати и не вставай. Завтра уже можешь сходить сам.
- Проблема в том, что я не знаю, что меня ждёт. Я лучше завтра сам схожу. – недовольно скривился Поттер, сохраняя тайну про драконов. – Я пойду лучше прилягу. – покорно опустил глаза гриффиндорец и побрёл к кровати.
« Драконы… Даже хорошо, что будут они.» - думал Гарри, лежа на своём больничном ложе. « Судьба в который раз благоволит мне. Само провидение свело меня с Чарли Уизли и его специальной литературой драконолога. Сейчас можно обойтись без часов, проведённых в пустую в библиотеке. Я и так приблизительно знаю, что делать. Дракона ни возможно не оглушить, не парализовать в одиночку. Да и группа неподготовленных магов едва справится с этим. Шкура дракона содержит особые свойства, из-за которых почти все чары никак не влияют на него. Самое слабое место – это глаза. Единственный способ в одиночку победить монстра – ввести его в транс или как-нибуль ослепить. Там было написано пару возможных вариантов, для самых отчаянных магов, но для уточнения придётся перерыть не одну полку.» - в глубокой задумчивости юноша растрепал свои сильно отросшие за три месяца учёбы волосы.
Какой-то вежливый кашель отвлёк от мыслей. Гарри медленно открыл глаза и увидел перед собой хрупкую маленькую девочку. Ради интереса и из-за отсутствия других развлечений он внимательно осмотрел её с ног до головы, пытаясь не пропустить ни малейшей детали. Пока Гарри сканировал девчонку, отвлёкшую её, блондинка стояла и молчала.
Девочка по внешнему виду тянула на второй курс. Маленькая, худая, босая, одетая в какие-то полосатые тряпки, прошитые разноцветными нитками, и по ошибке гордо именуемые пижамой. На шее у неё были бусы из пробок из под Сливочного пива, на руках самодельные и уродливые браслеты. В общем, одета она была, как женский вариант Сириуса после Азкабана.
Симпатичной она никогда не была, не есть, и по всей вероятности и не будет. Спутанные грязные волосы до середины спины имели бело-жёлтый цвет, напомили паклю, большие, навыкат глаза, придавали ей вечно удивлённое выражение. Она чем-то напоминала рыбу, выкинутую на берег и не знающую, что теперь делать.
- Кто ты? – поинтересовался Гарри, с нескрываемым интересом смотря на это чудо.
- Полумна Лавгуд, третий курс, Когтевран. А ты Гарри Поттер? – переспросила девчонка.
- Да. Что ты забыла в мужском отделение Больничного крыла? – снова спросил Гарри, уже без особого интереса смотря на девчонку.
- Пришла проведать товарища по несчастью. – затараторила когтевранка. – Краем уха… – она указала на своё ухо. – … я услышала, что ты вчера простудился из-за похода в Хогсмид. Я кстати тоже вчера так заболела. Ты знаешь, что на опушке Запретного леса живут фестралы? Я их вчера навестила и они просто не хотели отпускать меня. Пришлось провести с ними пару часов. К концу я уже не чувствовала сво пальцы… - «эффектное» шевеление пальцами не вызвало у Гарри ничего кроме окончательной потери интереса. – Я была в летних туфлях, ведь мои вещи пропадают из-за влияния мозгошмыгов, которые в последнее время просто наводнили нашу башню. Ты тоже так простудился или нет? Знаешь, вчера я думала, что только я провожу столько времени на улице… А тут и ты? Не думала, что у меня есть что-то общее с Гарри Поттером. Все считают меня немного сумасшедшей, а моя вчерашняя прогулка дала им новый повод для сплетен в моей невминяемости. Если ты здесь, это значит, что я не сумасшедшее тебя. Я абсолютно нормальная, или мы оба психи. – хихикнула когтевранка.
« Похоже они правы. Ты псих.» - про себя хмыкнул Гарри, пытаясь забыть тот словесный понос, что на него только что вывалили.
- Интересная история. – Поттер попытался дружелюбно отделаться от сумасшедшей. – Но не в моём вкусе.
- Тебе она нравиться, ты просто ещё этого не понял. – безмятежно покачала головой третьекурсница.
- Я лучше знаю, что понравилось мне, а что нет. Не мешай мне! – отрезал Гарри, взбешённый тоном малолетки.
- Возле тебя много мозгошмыгов. Хочешь моё ожерелье, оно поможет. – рыбьи глаза наткнулись на раздражённые зелёные.
- Я хочу, чтобы ты ушла к себе в кроватку и не мешала мне думать. – почти по слогам произнёс Гарри, сдерживая желание вышвырнуть нахалку за её же грязные космы.
- Я думала мы сыграем в шахматы, а то скучно.
- У нас нет шахмат. Я не хочу играть с тобой. Оставь меня в покое, повторяю в третий раз. Иди «подружись» с какой-нибудь девочкой в своём отделение. – убийственно доходчиво объяснил Гарри.
- Можно играть пробками. – не сдавалась Лавгуд, теребя своё ожерелье. – Если не умеешь, так и скажи.
- Ты совсем безмозглая? – прошипел Гарри, окончательно теряя терпение. – Я не хочу с тобой общаться, Лавгуд, по причине твоей невминяемости. Катись к своим друзьям, которых у тебя, по всей видимости нет.
- Ума палата, дороже злата. – процетировала Лавгуд. – Я на факультете умных.
- Да хоть в Шарбатомской академии, исчезни с моих глаз, иначе я вышвырну тебя отсюда. – посоветовал маленькой самоубийце Гарри.
- Готов к Первому Туру? – не сдавалась третьекурсница.
- Отстать от человека, дура Полоумная! Катись в своё отделение, пока цела. – рявкнул парень с другого конца палаты.
- У него есть своё мнение! – вздёрнула подборотком соплячка. – Не тебе решать, кто кем хочет общаться!
- Тебя что, домовые эльфы родили? В кого ты такая тупая и грязная? Как такое отребье вроде тебя вообще пустили в школу? Тебе в Лютном полы мыть, а не Чемпиона Хогвартса уму-разуму учить. – издевался парень.
- Гарри, мне остаться? – с надеждой спросила девочка.
- Иди туда, откуда пришла. – усмехнулся Гарри, видя, как опустились плечи девчёнки. – И прими мой совет: подлечи свою грязную головку в Мунго, купи нормальные вещи, а не эти тряпки, и… помойся, ты всё-таки девушка, а не тролль. Если хочешь, то скажу по секрету – шаппунь есть в каждом душе. – шёпотом закончил Гарри, видя, как дрожат губы третьекурсницы. – Хотя, если ты выглядишь, как домовой эльф, может ты и… - движение рукой и стака воды упал на пол. - … уберёшь с пола эти осколки. По другому от тебя всё-равно пользы нет. – безжалостно закончил Гарри.
- Я думала, мы подружимся. Джинни говорила, что ты стал злой, но я не верила этому. Она оказалась права. – кусая губы от желания зареветь, пробормотала блондинка. – Так чем ты отличаешься от слизеринцев, издевающихся над слабыми?
- Ты хочешь подружиться со мной?! – захохотал Гарри. – Зачем мне сумасшедшая, грязная, оборванная, уродливая… - со злой улыбкая выплёвывал Поттер, с торжеством наблюдая, как слёзы бегут по щекам девочки. Она не выдержала, и под хохот двух парней вылетела из помещения.
- Вот дура. – покачал головой неизвесный парень. – Правильно ты её послал, она всех у нас задолбала. От неё уже и учителя шарахаются. Полоумная Лавгуд… Ей в Мунго самое место.
- Ты тоже с Когтеврана? – спросил Гарри.
- Ага. Эдди Кармайкл, пятый курс. – приветливо махнул рукой пятикурсник и уставился в книгу.
Через три часа Гарри уже стал жалеть, что отпустил девочку так быстро. В конце-концов, можно было поиздеваться над ней ещё часик.
. . . – Мальчики, к вам пополнение. – сообщила мадам Помфри, из-за спины которой вышел высокий парень с наглым выражением лица.
- Энтони Голдстейн. Когтевран. Четвёртый курс. – сообщил новичок, в котором Гарри сразу же узнал студента с параллельного потока. – А вас я знаю.
- Привет. – лениво протянул Гарри, переворачиваясь на другой бок. Всё-таки весь день в кровати это слишком.
- Хотите сливочного пива? – с хитрой улыбкой предложил Энтони.
С появлением Энтони, обстановка в палате стала ещё противнее. Кармайкл был котгевранцам до мозга костей, поэтому молча читал книги, лишь изредка перекидываясь с гриффиндорцем парочкой фраз. Энтони же был доставучим идиотом, у которого на уме были только девочки, выпивка и вопросы о турнирстве Гарри. Мало того, он был очень наглый и вёл себя как пуп земли, хоть и ничего из себя реально не представлял. Он считал своим долгом смеяться идиотским смехом после каждой своей или чужой фразы.
Гарри бессильно зарычал, когда Голдстейн вернулся с женской части Больничного крыла (где он надеялся познакомиться с девушками) вместе с Полоумной.
- Пацаны, вы видели эту ненормальную? – воскликнул когтевранец.
- Выкинь её из палаты. Она нам уже сегодня читала свои идиотские лекции. – поморщился Поттер.
- Прикинь, она носит самодельные украшения. – не унимался парень.
- Отстань от девчонки. Если она тебе понравилась, прогуляйся с ней за пределами палаты, а то нам она как-то не приглянулась. – насмешливо протянул Гарри.
- Он прав, Энтони. Пусть малявка катится отсюда. – поддержал Эдди. – Не хватало ещё сумасшествие от неё подцепить.
- Прости, Лавгуд, но желание друзей закон. – пробасил Голдстейн, отчего его «друзья» синхронно скривились. Лавгуд заплакала во второй раз за день.
. . . Аластор Грюм, он же Барти Крауч младший, нервно ходил по своему кабинету.
«Всё висит на волоске! Турнир через три дня, а Поттер преспокойно отлёживается в Больничном крыле с физическим и магическим истощением. Как это могло случиться?! Что такое сопляк сделал, чтобы так ослабеть? Ещё обгоревшая рука… Как его провести на первое место? Мне удалось намекнуть Хагриду о драконах. Он сообщил Поттеру, а Поттер заболел. Как мне намекнуть Золотому мальчику о метле и банальном Акцио? Неужели всё провалиться из-за мальчишки?» - сжимал кулаки ЛжеГрюм и тяжело дышал. В чувствах он пнул сундук с пленным мракоборцем и пошёл на не запланированное собрание учителей к Дамблдору.
- Добрый день, коллеги. – поприветствовал Дамблдор учителей. Макгонагл, Снейп, Флитвик, Стебль и Грюм приветственно кивнули. – Я решил провести вне плановое собрание. Оно неофициальное и проводится с одной целью – лучше узнать наших учеников. Хотите чаю?
Учителя согласно закивали.
- Меня волнует ситуация, возникшая между Слизерином и Гриффиндором. –прямо сказал Дамблдор и внимательно посмотрел на деканов враждующих факультетов. – Можете рассказать, что творится на ваших факультетах? – впервые в голосе Дамблдора появились властные нотки.
- Ситуация не простая. – начал Снейп. – На Слизерине происходит то, что вам не понравится, и о чём я вас неоднократно предупреждал. Из-за появление мисс Лестрейндж особенно процветают разговоры о Тёмном Лорде и идеях чистокровности. Почти каждый день происходят стычки с учащимися других факультетов.
- На Гриффиндоре тоже образовалась не совсем обычная ситуация. – призналась Макгонагл. – Происходят трения внутри факультета. Образовались группы, враждующие между собой. Это группа во главе с мистером Поттером и группа во главе с мистером Маклагенном. Правда после всем известных событиях, наступило затишье. Сейчас всё тихо, но становится понятно, что на Гриффиндоре раскол.
- Ваши львята грызутся между собой? – неудержался Снейп. Декан львиного факультета поджала губы.
- Это сложно объяснить. Первый-третий курс ведут себя тише воды, ниже травы. Четвёртый враждует с пятым. Шестой пытается всё уладить, а седьмой не обращает никакого внимания на остальных. Создаётся впечатление, что каждый сам за себя… - растерянно пробормотала Минерва. – Это больше присуще Слизерину, но ни как не моему факультету.
- На Слизерине сейчас всё ровно наоборот. Один за всех, и все за одного. – неудержался от шпильки зельевар.
- Не прикидываетесь дураком, Северус. – прохрипел Грюм. – Вы забыли упомянуть о запрещённой магии, творящейся в ваших подземельях. Покрываете своих змеек?
- Я уверен, что ничего особо не изменилось. Благодаря таким как ВЫ, трое факультетов против Слизерина, поэтому моим студентам надо защищаться. А что касается запрещённой магии, то сам Салазар Слизерин поставил на подземелья и гостиную могущественные скрывающие чары, сводящие на нет все ухищрение профессора Дамблдора и его предсшественников по выявлению всплесков запрещённой магии. Основатель сделал идеальную атмосферу для продолжателей своей идеи. – признал зельевар.
- А вы не видите, что читают и практикуют ваши подопечные? – не сдавался Аластор, бешено крутя глазом.
- Я не могу всё время шпионить за слизеринцами. А при мне они не делают ничего предубедительного. – холодно ответил Снейп.
- Успокойтесь, Аластор, Северус. – прервал спор директор.
- На моём факультете все верят, что мистер Поттер похитил славу Седрика. – второе имя было произнесено с нежностью. - Многие носят значок унижающий достоиство Гарри. На этой почве произошло много драк и дуэлей с представителями Гриффиндора, особенно среди младшекурсников. – отрапортовала Стебль. – Такого ещё не было.
- Мой факультет в основном принял сторону Диггори. Иногда происходят стычки с представителями Гриффиндора. – вставил Флитвик. – Но в основном всё в порядке.
- Альбус, я не понимаю, ну зачем надо было принимать в школу дочь Лестрейнджей? – вставил Грюм. – Неужели вы думали, что появление такого символа не изменил ничего в школьной жизни? Не говорите, что не знали, что Лестрейндж имеет такое же значение для Слизерина, что Поттер для Гриффиндора. Даже я, полагаясь на собственное зрение, - уничтожающий взгляд в сторону Снейпа. - … понял, что вокруг слизеринки вертятся студенты, чьи родственники были уличены в служению или поддержки Того-кого-нельзя-называть. У нас под носом появляется группа, готовая следовать Его идеям и действовать Его методами. – хрипел Грюм. – Как вы знаете, с начала школы произошло уже много того, что ассоциируется со Слизерином. Постоянные нападки на магглорождённых и полукровок, это раз. Дуэли с гриффиндорцами, выходящие за рамки школьного образования, это два. Нападение на Филча, повлекшее его частичную недееспособность, это три! Может я и параноик, но не слепец. – стукнул кулаком Грозный Глаз, отчего Стебль подавилась чаем.
- В школе творится не понять что! – поддержал Флитвик своего коллегу. – Создаётся ощущение, что все против всех. Такого ещё не было. – растерянно пропищал карлик. Учителя наперебой кричали, спорили и голосили, а Дамблдор слушал до тех пор, пока обессилено не спрятал лицо в ладонях.
- Хватит. – резко сказал почтенный старец. - Я и сам знаю сложившуюся обстановку. – тихо сказал Дамблдор. – Я рассчитывал на понимание преподавателей, но с великой скорбью вижу, что уважаемые волшебники и волшебницы спорят друг с другом как и их подопечные, и готовы в любой момент схватиться за палочки. – выразительный взгляд на кипящих Грюма и Снейпа, которые чуть не прокляли друг-друга.
- И что нам делать? Нельзя контролировать детей полностью. Это просто не реально. Нельзя залезть им в голову и поменять ошибочные приорететы на правильные. – пропищал Флитвик. – Должен признать, здесь мы беспомощны. Минерва обвиняет во всём мисс Лестрейндж, а Северус мистера Поттера. Но это не так! – заявил Филиус, медленно обведя взглядом своих коллег. – Кроме парочки дуэлей их ни в чём нельзя обвинить. А участие в этих драках они и не отрицают. Здесь скорее другое, они как два символа, за которых дерутся их сокурсники, не спрашивая своих кумиров. Я уверен, они и не знают и о половине происшествий. – Грюм захотел что-то вставить. - И могу это доказать! – громче заявил Флитвик. – Гарри не вылазит из библиотеке и готовиться к испытаниям. Он помогает по учёбе нескольким однокурсникам. Он встречается с девушкой и занимется со мной дополнительно. Если бы он и вправду был ответственен за все происшествия, то ему бы просто не хватило времени на всё! Что касается Дианы… надо смотреть со слизеринской стороны. Ей это ОЧЕНЬ не выгодно. – подчеркнул профессор. – Она и так в очень трудном положение из-за своих родителей, а наживать ещё и новых врагов, привлекать внимание учителей… Она знает, что во всём винят её, но я вас заверяю, это не так! – заявил Флитвик.
- Минерва права. – мрачно буркнул Снейп. – Не надо было принимать Лестрейндж, Альбус. – все смотрели на мужчину, будто видели в первый раз. Человек, готовый до конца отстаивать подопечных, буквально сдавал одну из них. – Это не потому, что она нападет на всех. Это ерунда. Просто… Вам не понять. – пытался подобрать слова Северус. – Её воспринимают, как преемницу Тёмного лорда, точнее наместницу… Вы меня поняли! – резко добивал Снейп, впервые проявляющий столько человечности в разговоре. – Вы знаете, что на Слизерине много детей, чьи родственники были Пожирателями смерти. Они жаждут реванша. Для них падение Тёмного Лорда это личный позор, который они должны исправить. Малолетние идиоты! А тут Лестрейндж, дочь самых фанатичных последователей Тёмного лорда, и такая же фанатичка. Её там обожают и на руках носят, даже Драко, бывший звезда факультета, ходит за ней как телок. Стоит кому-нибудь хоть пальцем тронуть её, как этого смертника разорвут на куски и распихают по замку. Долгопупсу повезло, что Поттер сдерживает его, иначе его «праведная месть» закончилась несчастным случаем с его же участием. Вокруг Дианы уже образовалась группа, которая вбила себе в голову продолжить дело мёртвого Лорда сразу после окончания школы. Их невозможно переубедить, они фанатики. – хрипло пробормотал декан Слизерина в приступе откровения. – Они учат боевые чары, поют дифирамбы мертвому хозяину…
- Всё так плохо? – тихо сказала Стебль.
- Особенно плохо полукровкам. Они срочно доказывают лояльность идеям чистокровности и ненависть к магглорождённым. Но хуже всего тому, чьи родители магглы. Если вы не знали, то на Слизерине есть пару таких учеников, не смотря на байки об исключительно чистокровном факультете. Они очень часто попадают в несчастные случаи.
- Я ничего не мог поделать. – признался Дамблдор. – По правилам Хогвартса, в ней может учиться любой ребёнок, не смотря на пригрешения родителей. Это закон.
- И её богатые родственники. – съязвил Аластор.
- Как нам уберечь детей? – спросила Минерва.
- Надо сделать всё возможное. – твёрдо заявил Дамблдор. – Во-первых, я поставил следящие чары на библиотеку и Запретную секцию. Оказывается, что чуть ли не половина школы ходит в неё. Стоит добавить, что Гарри и Диана в их числе. Первый готовится к Турниру, а вот вторая…
- Любой второкурсник откроет дверь. – скривился Грюм. – Там наипростейшая защита стоит.
- Поэтому я переделаю защиту, чтобы никто не смог проникнуть в Запретную секцию без присутствия учителя или библиотекаря. Уберечь детей от зла, скрытого в ней, наша первоочерёдная задача. Так же я уверен, что надо изъять наиболее опасную литературу и перенести её в мой кабинет.
- Ночью многие бродят по школе. – отрывисто сказал Снейп. – Ученики совсем страх потеряли, ходят не скрываясь целыми группами. Хоть Филч и был сквибом, но порядок и дисциплину поддерживал. Наш новый завхох почти не патрулирует коридоры полагаясь на благоразумие детей.
- Спасибо, Северус. – кивнул директор. – Боюсь, что нам придёться нанять нового завхоза. У меня есть на примете один человек. – вслух задумался Альбус, намеренно не упоминая, что «человек» пол своей жизни стерёг застенки Аврората и охранял камеры предварительного заключения.
- Поппи мне сказала, что у неё часто пропадают лекарства из Больничного крыла. Дети не ходят к ней, чтобы не попасться нам, а лечатся своими силами. Я решил, что шкаф с лекарствами будет всегда открыт, чтобы дети смогли «заимствовать» необходимые им зелья. Это в любом случае лучше, чем они будут сами варить. Я всё никак не могу забыть случай с девочкой, которая хотела свести прыщи, но свела свой нос. – улыбнулся Дамблдор. – Кстати на счёт лазарета, Аластор, что с Гарри? Как он себя чувствует?
- Он в лазарете. Видно кто-то попал в него сильно ослабляющим проклятием. Он физически и магически истощён. Но выглядит спокойным. Гарри очень силен морально, поэтому готов ко встречи с неизвестным. – отрапортовал Грюм. – Но я бы лучшк не пускал его на Турнир.
- Это невозможно. Правила непреложны. – покачал головой Флитвик. – Радует одно, Гарри подружился с семикурсником Дареном Барнзом. Очень талантливый и одарённый юноша. В крайнем случае, у него есть кому обратиться за помощью. В заклинаниях он настоящий мастер для своего возраста.
- Мистер Барнз подружился с Гарри? Странно, раньше я не видела за ним приступов дружбы и человеколюбия. – саркастически хмыкнула Макгонагл. – Он всегда был центром компании, но в то же время никогда не входил в неё. Всегда держался обособленно. Необычайный гордец и слишком самоуверен. – скривилась Минерва, подразумевая, что эти качества чужды гриффиндорцам.
- Ты не справедлива к мальчику, Минерва, из-за дуэли прошлогодней давности. До сих пор не можешь простить тех баллов?– осадил Флитвик. - Он просто больше когтевранец, чем гриффиндорец. Жажда знаний у него в крови. Жалко, что он не попал на мой факультет. – вздохнул Флитвик.
- Филиус прав, Минерва. Мальчик замкнулся в себе после горя, произошедшего в его семье. До этого он был весёлым и шумным. – поддакнула Стеббль. – А после этого стал мрачен и раздражителен, в чём его нельзя винить.
- А что случилось? – поинтересовался Грюм. – Мне важно знать, кто крутится возле Поттера. Неизвестно, кто хочет его убить.
Снейп закатил глаза, показывая своё отношение к паранойи мракоборца.
- Я надеюсь, Аластор, это останется между нами. – заговорил Дамблдор. – Два года назад был убит отец Дарена. Это случилось, когда мальчик был на каникулах после пятого курса. Мистер Барнз возвращался с работы домой, и на него напали грабители-магглы и убили. Застрелили из пистолета.
- Магглы одолели волшебника? – не поверил Грозный Глаз.
- Когда тебе стреляют в спину, то невозможно спастись. – сочувственно сказал Дамблдор. – Сам понимаешь: тёмный переулок, выстрел в спину…
- Стиль Пожирателей. – прохрипел Грюм и стрельнул взглядом в Снейпа.
- На шестой курс мальчик вернулся резко повзрослевшим и замкнутым. Не легко остаться старшим в семье в пятнадцать лет. Никто не знал об этом, кроме учителей.
- Он также превосходно учился, стал старостой, но отдалился от сокурсников, погрузился в книге и эксперименты с магией. – размышляла декан пуффендуя, отчего Дамблдор поморщился, вспоминая свою ошибку пятидесятилетней давности – Наверное, хочет стать мракоборцем и бороться с такими, как те, кто убил его отца. – вздохнула Стебль.
- Жалко, красивая была семья. – добавил Дамблдор. – В ней было сосредоточие надежды. Ты не знаешь, Аластор, но мальчик соединил в себе не соединимое. Его отец был магглорождённым пуффендуйцем, а мать чистокровной слизеринкой. Они встретились случайно и полюбили друг-друга с первого взгляда. А тогда сам знаешь какие были времена… Пожиратели убивали всех «неполноценных» на их взгляд, молодые чистокровные становились Пожирателями из-за давление старших членов семьи.
- Они вступали добровольно. Не верю в байки об империусе. – буркнул Грюм.
- Родители Дарена сбежали в маггловский мир. Стоит признать, что семья матери не отнеслась с восторгом к такому неравноценному браку. Они не были чистокровными фанатиками, просто боялись за жизнь дочери, только что занончившей школу и маленького сына, который в неё ещё не поступил. А Натали проявила силу воли и скрылась в мире простецов со своей любовью. – ностальгически улыбался Дамблдор. – Смелые дети.
- Не такие уж и дети. – воспротивилась Стеббль. – Дарен-старший был на семь лет старше супруги.
- Дарен-страший? Отца и сына зовут одинакого? – встрепенулся Аластор, скрытно сочувствуя мальчику. Кто-кто, а он знал, как не приятно носить приставку «младший».
- Да. – чуть не пуская слезу умиления подтвердил Дамблдор. - Они безумно друг-друга любили. Натали и Дарен. А мальчик-то какой талантливый! Родители никогда звёзд с неба не хватали, но этот юноша оставит след в истории магической Британии. – воодущевился предстарелый профессор. – Возможно, твоей сменой будет, Аластор . У него есть все задатки, чтобы стать великим мракоборцем. Дуэлянт он превосходный, жалко что мы разглядели этот талант только во время его дуэли в прошлом году.
- Может мы снова откроем Дуэльный клуб? – встрепенулся Филиус Флитвик. – Я знаю много талантл

0

35

. . . «Да, Мерлин, да!» - радовался Гарри, покидая Больничное крыло. В нём он потерял целые сутки, поэтому сейчас шёл в библиотеку навёрствовать упущенное. К счастью, от уроков его освободили «по болезни», то есть на самом деле, дали время на подготовку. Вообще, после недолгих раздумий стало казаться, что это Дамблдор надоумил Хагрида рассказать про драконов. Всё-таки не мог директор Хогвартса кинуть своего фаворита на верное растерзание монстру. Смерть Мальчика-который-выжил послужила бы такому скандалу, что проще было прикрыть глаза на хвалённую справедливость и подтолкнуть чемпиона к разгадке. В любом случае можно успокоить совесть, свалив всё на возраст Гарри. Мол, младше всех, поэтому и поблажки.
«А Седрику он не помог.» - прошептал тихий голос. «Дамблдору плевать на пуффендуйца. Не такой он уж и добрый. А ты ему нужен как символ торжества света, именно поэтому он и носится с тобой, как с писанной торбой. Представляешь что будет, если он узнает хоть часть правды о тебе?» - опасливо пропищал инстинкт самосохранения.
- Что, Поттер, последние отчаянные попытки не облажаться? – ехидно спросила Лестрейндж, отрываясь от книги. – Не поздновато ли схватился? Наверное уже жалеешь, что обманул всех? – усмехнулась слизеринка, пронизывая гриффиндорца своими пронзительно тёмными глазами.
Гарри просто проигнорировал её, потому что было лень придумывать заковыристый ответ.
«Кстати, она впервые со мной заговорила. Ну, это если не считать обмена любезностей на первом занятие.» - отметил Гарри. Обычно они не разговаривали, даже не спорили. Максимум на что их хватало, это обмен проклятиями. При стычках Гарри орал на Малфоя, а Лестрейндж шипела на Невилла.
- Помочь, Поттер? – издевалась Лестрейндж, которая специально пересела поближе к гриффиндорцу. Юноша удивился, видя, как чистокровная фанатичка занимает место рядом с ним, поганым полукровкой.
- Принеси мне кофе с молоком, если не сложно. – съязвил Гарри, не отрываясь от книги.
- Не страшно вякать, Поттер? – тихо спросила дочь самых безумных Пожирателей. – Не боишься повторить участь дружка-сквиба? – загадочно усмехнулась слизеринка и принялась сверлить взглядом дырку в противнике.
- Что? О чём ты? – наконец спросил Гарри, которому стало неприятно от пятиминутного немигающего холодного взгляда. Именно столько времени он пытался игнорировать девушку и всё-таки прочитать первую страницу.
- Ты не знаешь? – притворно удивилась слизеринка и опустила взгляд, чтобы не встречаться со взглядом парня. Весь её вид кричал: Давай, спроси!
- О чём? – повторил Гарри. – Если хочешь – говори, если не хочешь – то молчи. У меня нет желания играть с тобой в игры.
- Со мной? – вмиг похолодел голос, а весь внешний вид излучал опасность в перемежку с брюзгливостью. – Даже не мечтай, Поттер. Уж слишком много в тебе грязной крови. Ты даже не полноценный волшебник, в отличие от того же Гойла, не говоря уж обо мне. Такие как ты, должны, как минимум, прислушиваться к настоящим волшебникам, а в идеале исполнять наши малейшие прихоти. – зло прошипела Лестрейндж, отчего стало казаться, что её волосы зашевились подобно змеям медузы Горгоны. - Я бы советовала проверить твоего убогого товарища. Ему сейчас очень больно, уж поверь. – тихо прошептала девушка, с мечтательной улыбкой смотря сквозь собеседника. У неё был такой счастливо-страстно-радостный вид, будто сбылись все её мечты. Для пущей полноты картины ей не хватала только эротично облизнуться.
- Мой «убогий» товарищ подождёт. Мне надо готовиться к Турниру. – равнодушно усмехнулся Гарри, засовывая переживание за друга в самый дальний отдел души.
- Не желаю удачи. Надеюсь ты сдохнишь, как и твоя грязнокровная мамаша. – пожелала Лестрейндж и встала.
- Моя мать хотя бы не трахалась с бледнолицым уродцем. – парировал Поттер, видя, как рука девушки дёрнулась к палочке. – По твоей реакции я теперь знаю настоящую историю отношений Волан-де-морта и твоей матери. Как ты думаешь, она отдавалась ему ради идеи, или из-за своих извращённых наклонностей? – давил Гарри на больную тему, зная, что ответа не будет. По всей видимости слизеринка и сама мало знала об отношениях матери с Лордом. Поэтому это тема и была запретной для неё даже в мыслях.
- Считаешь себя самым могучим волшебником? – слизеринка забила на приличия и присела за стол к Поттеру. – Когда Тёмный Лорд вернётся, я попрошу его разрешить мне помучить тебя перед смертью. – прошипела Диана, прожигая парня демоническим взглядом. При этом она так перегнулась через стол, что между соперниками оставалось расстояние с вытянутую руку. – После этого ты будешь молить Повелителя о смерти. А он подарит её тебе.
- Считаешь, что твой повелитель жив? – спросил Гарри, не отрываясь от рассматривания девушки. Честно говоря, он впервые разглядовал девушку с такого близкого расстояния. Обычно их разделяли друзья, враги, остальные студенты, и обоюдная ненависть. Поэтому такую возможность он решил не упускать и узнать врага «в лицо».
- Я уверена. – отрезала Лестрейндж и самодовольно посмотрела на парня.
- Надеешься заменить свою постаревшую мать? Неужели у вас в семье традиция сходить с ума от всяких уродов? – поинтересовался Гарри, наблюдая реакцию собеседницы.
- Мне кажется, что ты сам возбуждаешься от этого. – девушка перестала кривиться. – И вообще, Поттер, ты конченный извращенец. – покачала головой слизеринка, и подпёрла голову рукой.
- И почему? – полюбопытствовал Гарри ни чуть не оскорблённый заявлением. Разговор стал ему напоминать прокусывание оппонента перед заигрыванием, поэтому он чувствовал себя в своей тарелке.
- Из всех тем, накопившихся за время нашего «общения», ты выбрал тему отношений моей матери и повелителя.
- Значит они всё-таки были? – спросил Гарри, дьявольски сверкая глазами.
- Не думаю. – по-настоящему задумалась Диана. – Лорд выше чем человек, ему чужды человеческие слабости.
- Пытаешься защитить честь матери? – поинтересовался Поттер, со скрытым уважением смотря на слизеринку.
- Ты бы о чести своей матери переживал. – лаского прошипела Лестрейндж и отложила книгу в сторону, которая мешала ей разглядеть руки Поттера, точнее наличие или отсутствие в них палочки. – По твоему озадаченному виду, понятно, что ты не сном не духом о похождениях высокоуважаемой Лили Эванс? Поттер, хочешь узнать о дорогой Лили то, о чём тебе не расскажут твои идиотские друзья? Наверное остолоп Хагрид, рыжие предатели крови, предатель Блэк и Дамблдор говорили о ней исключительно хорошо?
Поттер молчал и сузив глаза, смотрел на мрачное веселье девушки, на её предвкушающие блестящие глаза.
- Так и быть, Поттер, раскрою эту маленькую тайну. Ведь плохо, когда детям врут об их родителях? – промурлыкала Диана, получая удовольствие от плохо скрытого томления гриффиндорца.
- Ты-то всё знаешь о Беллатриссе? Когда, где и с кем… - зло вставил Гарри, отмечая отсутствия реакции со стороны противницы.
- У меня только догадки, а у тебя факты. – холодно сказала она. – Запоминай, Поттер, повторять не буду. Некая Лили Эванс, грязнокровка, ещё до распределения познакомилась с неким Северусом Снейпом, полукровкой. – начала своё обличающее повествование слизеринка. – Но Снейп попал на Слизерин, а твоя мамочка на Гриффиндор. Но детская влюбленность была такой сильной, что они встречались чуть ли не до конца пятого курса, не смотря на соперничество факультетов. Понимаешь, Гарри… - гриффиндорец вздрогнул. - … по словам свидетелей, они были не разлей вода почти пять лет. Кто-то говорил, что они друзья, кто-то, что пара. Но это ещё не всё, твой папа, Джеймс Поттер, с первого курса влюбился в твою мамочку. Представляешь его разочарование, когда его - чистокровного, богатого, красивого, великого ловцва, главу Мародёров даже не замечают на фоне носатого, сальноволосого слизеринца. – неизвестно кого Лестрейндж ненавидела сильнее.
- Если бы Снейп тебя слышал. – притворно пригрозил Гарри.
- Снейп. – презрительно фыркнула Лестрейндж. – Он предатель и его мнение никого не интересует. Жалкий отступник. – фанатичный блеск полыхнул в тёмных, бархатных глазах.
- Тяжелова-то тебя на Слизерине. – позлорадствовал притворно-сочувствующим тоном Гарри. – Тебя постоянно окружают слизеринцы, чьи родители отреклись от Волан-де-морта. Один Малфой чего стоит… я расскажу папе… - Поттер придал голосу детское картавие. – Как ты смеешь, мой папочка… а мой папа сказал… а мой папа сделал… Не противно с детьми предателей учиться? – нормальным тоном поинтересовался Гарри. – Наверно неприятно видеть счастливых детей, чьих родителей не постигла участь Азкабана по причине отречение от хозяина. Завидуешь им, или нет? – заинтриговано спросил Гарри.
- Я ими горжусь. – отрезала Диана. – А дети Слизерина исправят ошибки родителей. – уверенно заявила девушка. – Но вернёмся к тебе. Твой папочка всё-таки смог отбить Эванс у Снейпа в конце пятого курса. Видишь ли, при пятидесяти процентной вероятности, что наши матери изменяли отцам, то в моём случае это был величайший тёмный маг всех времён и народов, а в твоём, носатый, сальноволосый, некрасивый школьник, над которым издевался весь Гриффиндор. Понимаешь разницу? – спросила слизеринка.
- Я не могу полагаться на твои слова. Мне нужны доказательства. – парировал Гарри, ощущая неприятный осадок в душе. При таком раскладе сказочная картина непогрешимости родителей становилась более реальной и жизненной. Из-за сна он чувствовал разочарование в отце, но если эта бравада Лестрейндж будет правдой, то в матери он разочаруется куда сильнее.
- Это тебе надо, а не мне. – равнодушно пожала плечами девушка. – Так что сам ищи доказательства.
- Мне не до этого. Надо попытаться обыграть Диггори, а то от его улыбочки меня уже тошнит. – признался Гарри, решая прервать этот первый и почему-то слишком откровенный разговор.
- Ты даже не представляешь, как противно с тобой общаться. – покачала головой слизеринка. – Придётся долго стоять под душем, чтобы смыть вонь от грязной крови твоей мамочки. – она сморщила носик. - Ещё раз желаю тяжелейших увечий. – пожелала Лестрейндж и ушла из храма знаний.
« При всём твоём отношение к полукровному-мне, играть ты всё-таки стала.» - коварно подумал Гарри, смотря в спину девушки. «Пока один-один, Диана.»
Гарри задумчиво взял книгу, повертел её в руках и раздражённо положил на стол.
« Неужели это правда? Снейп и моя мать… В любом случае я уверен, что между ним ничего не было. Не такой характер у неё был.» - думал Поттер. « Плевать на Снейпа, может это бредни Лестрейндж. Но откуда она знае столько всего о прошлом. Моя мать, Снейп, отец,Тёмный лорд, правда о Сириусе…?» - Гарри небрежно откинулся на стуле. « Надо узнать, что вообще творилось в то время. Только как? Светлые будут говорить со своей позиции,тёмные со своей.»
Гарри вздохнул и взял книгу в руки.
. . . В Больничное крыло, где ему предстояло провести ночь, Гарри шёл с тяжелым сердцем. Зная приблизительное описание чар, он обнаружил те, которые могли помочь ввести дракона в транс. Но было много «но». Во-первых, на один поиск информации он потратил весь день, следовательно до Турнира оставалось на один меньше. Во-вторых, чары бали незнакомые и сложные, и осилить их за оставшийся клочок времени было тяжело. В-третьих, если ему и удастся применить их, то это будет равносильно признанию, что ему помогли, а это грозила международным скандалом. Невозможно, чтобы четверокурсник чисто «случайно» знал профильные чары драконолога, которые просто не то что не изучают, даже не знают в Хогвартсе.
. . . Проклиная всё вокруг, Гарри быстрым шагом шёл на улицу. Два дня! Два дня осталось до Турнира. Единственным решением было тренировка чар на соплохвостах, за неимением других больших животных. И плевать на подозрения всех.
Первый тест, занявший время с утра до обеда не принёс никаких результатов. Даже под замедляющими чарами соплохвост отказывался подчиняться банальным приказам. Потратив три часа бесполезной беготни от вольера к вольеру и получив двадцать баллов за любовь к животным от Хагрида, Поттер поплёлся на обед.
«Может у них глаз просто нет? Поэтому чары не действуют.» - мрачно размышлял Гарри, не веря в собственную неспособность совершить чары.
- Поттер! В кабинет. – прорычал Грюм. Гриффиндорец встал как вкопанный и пожав плечами зашёл в логово безумного вояки.
- Я знаю, что вам известно о драконах. – просто сказал Грюм.
-О каких драконах? – изумился Гарри.
- Не зубаскаль, Поттер. Я помочь хочу. – старик поднял руки в защитном жесте. – Как ты знаешь, любимчиков у меня нет. – сурово заявил проффесор.
« Ага. А со мной вы просто так говорите.» - про себя хмыкнул чемпион.
- Но я признаю, что ты симпатичнее мне, чем Диггори. – усмехнулся Аластор-Барти.
«Ого. Последний человек, намекавший на мою симпатичность, чуть не захлебнулся в собственной крови.» - нахмурился Поттер.
- Я польщён, сэр. Он мне тоже не нравится. – признал Гарри. Оскал на морде мракобоца стал более дружелюбным.
«Договоримся.» - облегченно подумал Барти Крауч младший.
«Договоримся.» - отлегло от сердца у Поттера.
. . . Четвёртый чемпион Турнира чувствовал безграничное счастье и любовь ко всему человечеству. Безвыходая, казалось, ситуация стала такой простой. Не надо никаких сверхпремудрых чар… Метла и Акцио. Гениально, профессор! Гарри всё больше удивлялся манипуляциям Дамблдора. Намекнуть Хагриду о драконах, передать с Грюмом решение тупиковой задачи. Тупой Гарри, полугодовой давности, не понял бы ничего, принял за счастливую случайность. Ещё и уверовал в себя. Правда и сейчас Гарри радовался не меньше, отчего даже решился на «благородный» поступок.
Конечно, его «благородный» поступок имел и скрытое дно, как впрочем и все поступки, совершаемые парнем. Идея появилась сама-собой… Рассказать про суть испытания и так всё знающей Флер. Ни одного минуса, одни только плюсы. Втереться в доверие красотки было приятно. Гарри ни на что не рассчитывал, просто провести лишний часок в обществе неземной красавицы было бы неплохо. А если его увидят в её обществе, то все парни школы будут адско ему завидовать. Его репутация вырастит до небес. Поттер из лгуна в глазах француженки станет благородным рыцарем. Маленьким рыцарем, но зато будет вхож в карету Шарбатома. Познакомиться с иностранцами, разузнать новое... Как говориться, на других посмотреть, и себя показать.
Что скрывать, в голове сам собой всплывал предстоящий рождественский бал. Танцы…
« Нет, даже не думай!» - осадил внутренний голос. « Кто ты, а кто она? Признай, ты красивый, но ещё маленький. Твой потолок это четырёх, максимум пятикурсница. Ты мальчик, а Делакур женщина. Ты не умеешь танцевать. У тебя есть Лаванда, в конце-концов. Лучшее, враг хорошего, Гарри. Убиться ради танца с Флер и потерять ласки с Лавандой? Променять веселье до конца школы на один вечер славы?» - противился внутренний голос.
« Я идиот. Уже размышляю о бале, хотя ещё даже не сказал Флер о драконах. Глупый мечтатель.» - разозлился сам на себя юноша.
Впереди была стайка девушек из Франции, которая вертелась возле кабинета Флитвика. Оказывается, гости из Европы учились на паралеллях седьмого курса. Как на зло, чемпионка из франции была окружена толпой подруг.
Сделать уверенный шаг… Прочистить горло, а то писк от долгого молчания не способствует разговору. Сообщить новость хотелось как равный чемпион, а не как жалкий, затюканный паж.
- Флер? Можно тебя на короткий разговор? – вежливо спросил Гарри, который так и не смог заставить себя произнести «мисс Делакур» вместо Флер.
- Мистер Поттер? – холодно уточнила блондинка, и подруги как по команде захихикали. Столь холодное обращение давало понять, что он так и не прощён за своё становление четвёртым чемпионом. А при первом разговоре…
«Гарри… Можешь звать меня Флер…» - пронеслось в голове. Гарри не удержался от улыбки.
- Если только не на долго. – наконец улыбнулась девушка, отвечая на мимолётную улыбку юноши.
«Высочайшей аудиенции добился…» - довольно отметил Гарри, видя, как Флер урезонивает подруг, кидающих хитрые взгляды на бесстрастного гриффиндорца.
- Что ты хотел сказать, Гарри? – с придыханием спросила Флер нормальным тоном, стоило отойти от подруг. Видно, не один Гарри боится за свой авторитет.
- Я хотел сообщить тебе суть первого задания, чтобы доказать мою невиновность в становление чемпионом. – сказал Гарри.
- Это не законно! – осадила парня Флер.
- Обман всегда был сутью Турнира. – равнодушно пожал плечами Гарри, повторяя слова Грозного Глаза. Флер задумчиво посмотрела на юношу и чему-то улыбнулась. Видимо Гарри смог вернуть ей своё расположение одним этим ответом.
- Гарри, пошли прогуляемся по лабиринту, и ты расскажешь мне о всём остальном. – предложила Делакур.
- Конечно, Флер. – согласился Гарри, зная, что лабиринт это место встречи влюблённых. И Флер знала… Видимо она решила приподнять самооценку Гарри в глазах однокурсников за «секретную» информацию.
. . . – Спасибо за приятно проведённое время. – Поттер чуть склонил голову. – Надеюсь ты не расскажешь об этому Седрику и Виктору. Ты девушка, а они пусть отдуваются как им и положено. Сами хвастались свои совершеннолетием. – обиженно добавил Поттер.
- Конечно, нет, Гарри. – серьёзно сказала полувейла. – Спасибо большое. – искренне поблагодарила она. - Ты не должен был этого делать. – нахмурилась деушка, чувствуя укол совести. Ей казалось, что она обманывает наивного и благородного мальчика.
- Это Турнир, здесь каждый сам за себя. У тебя была возможность всех обойти. – сочувствующий взгляд наткнулся на усмешку Гарри.
- Я и так выйграю этот тур. – мягко сказал Поттер, осторожно касаясь руки девушки и поворачивая её к себе. – Я сначала придумал, как красиво достать яйцо, а потом сообщил тебе о задание. Так что у нас одинаковые шансы. Мы оба знаем о задание. Победит тот, кто красивее исполнит его.
Серебрянный смех вызвал у Гарри дрожь в груди. Видно Флер нечаянно использовала вейловские чары.
- Посмотрим, кто победит. – хитро посмотрела ослепительная блондинка на смеющегося юношу. Интересный экземпляр. Знаменитость вроде… Не поддаётся чарам… Красивый, но слишком ещё ребёнок. Сколько ему, четырнадцать? Слишком мал… Хотя… Невинная шутка.
- Можно заключить пари. – неожиданно предложила девушка. – Если выйграешь ты, то я поцелую тебя. – после этих слов девушка ожидала нелепые бормотания и красного, как рак парня.
- А если я, то я тебя? – с острил Гарри и хмыкнул. – Тогда какой интерес? Я конечно не против, но тебя же это не будет устраивать?
« Что я несу? Соглашайся, идиот!» - прошипел внутренний голос.
- Нет, не будет. – покачала головой девушка, соглашаясь с другим чемпионом. Она была крайне удивлённая реакцией парня.
- Парней целовать не буду! Говорю сразу. – притворно воскликнул Гарри. – Я не такой! – продолжал парадировать гриффиндорец
- Конечно, нет. – задумалась девушка. – Если выйграю я, то ты в Большом зале споёшь гимн Шарбатома на французском языке и в мантии моей Академии.
- Жестоко… - задумался Гарри. – Я согласен, но если я и буду петь гимн, то на очень плохом французском.
- По рукам! – чуть не захлопала в ладоши девушка, уверенная в своей победе. При этом из великолепной юной женщины она стала похожа на восторженного ребёнка, да настолько, что Гарри не удержался от снисходительного покачивания головой.
- Конечно, Флер. – оценивающе посмотрел Гарри на губы девушки, чем вызвал ещё один приступ смеха, к которому он и сам присоединился.
- Ты такой милый, Гарри. – отсмеявшись, сказала Делакур. - Мне больше всего нравится, что ты можешь сопротивляться моим чарам. Не приятно говорить с парнем, когда у него капают слюни. – сморщила носик полувейла и предложила проводить её до кареты.
. . . – Гарри, ходят слухи, что ты был замечен с несравненной француженкой. – издалека начал Джордж, стоило Гарри зайти в гостиную родного факультета. – Так это правда или нет? – чуть не подпрыгивал близнец. Вокруг крутилось с десяток человек и «незаметно» подслушивали разговор.
- Мы просто говорили, ничего больше. – усмехнулся Гарри, видя как погрустнели близнецы.
- Совсем-совсем? – переспросил Фред, надеясь на другой ответ.
- Больше ничего. – подтвердил Поттер.
- Всё-равно круто. – не отчаивался Джордж. – Её вообще никто не видел вне компании подруг. Мне кажется у тебя есть шанс закадрить принцессу. – то ли шутил, то ли говорил правду долговязый парень.
- Вам с такой фантазией надо писать сборник сказок близнецов Уизли. – подколол друзей Гарри.
- Я бы написал целую книгу только для того, чтобы увидеть мину Ронни, когда он узнал о твоём подвиге. – смеялся Фред. – С таким выражением лица он бы и троллиху не подцепил.
- Рон сохнет по Флер? – искренне удивился Гарри.
- Все сохнут по Флер, но он заметнее всего. – вставил Ли. – Так взглядом и пожирает… Любая нормальная девушка после одного такого «томного» взгляда убежит на край света.
Поттер для вида пошутил минут десять, со злорадством отмечая, что после разрыва с шестым Уизли, он всё чаще и чаще слышит издевательства над Роном. И принимает участие – предательства не прощаются.
В комнату Гарри шёл с чувством дежавю – была опять усталость и сонливость. В тяжёлой голове была одна мысль – завалится спать и набираться сил. Послезавтра решится, кто он, и какое место займёт на испытание.
Растёгивая рубашку и попутно с ноги открывая дверь, он увидел дрожащего Невилла, кутавшегося под одеяло. Вокруг него стояли Дин, Симус и Рон. У каждого в руках было по полотёнцу, смоченному в воде. Сонливость мигом пропала.
- Что с ним? – воскликнул Гарри. Ответом ему служили три мрачные пары глаз. В голове пронесся шёпот Лестрейндж: Я бы советовала проверить твоего убогого товарища. Ему сейчас очень больно, уж поверь.
«Что эта тварь сделала с Невиллом?» - прорычал внутренний зверь гриффиндорца. Теперь стала понтна улыбка слизеринки и её откровенные разговоры.
- Гарри… - прохрипел Невилл. – А я немного приболел. – искривлённая улыбка и судорожный кашель.
- Я убью эту тварь. – резко втянув воздух, прорычал Гарри, отчего все вздрогнули.

0

36

Глава 32.
- Ты о чём, Гарри? – спросил Дин.
- О состояние Невилла. – рявкнул Гарри.
- Так он же заболел. – захлопал глазами Симус.
- Идиоты… - на партселтанге прошипел Гарри, не обращая внимание на отпрыгивающего Симуса.
- Что за хрень, Гарри? – заголосил Дин. – Что ты сказал?
- Ничего. – Гарри мотнул головой. - Можно я поговорю с Невиллом? Наедине. – Симус и Дин облегчённо закивали, видно сидение с больным товарищем им порядком поднадоело.
- Рон? – вопросительно спросил Поттер, смотря на рыжего парня.
- Я хочу знать, что Лестрейндж сделала с ним. – прямо заявил Уизли.
«А он и не такой уж и придурок.»
- Скажи, Рон, зачем?! – взвился Гарри. – Тебе было плевать на него. На меня. Невилла ты считал неудачником, а мне всегда завидовал. Как-будто я не знаю, что ты при любой возможности воткнёшь мне нож в спину. – откровенно говорил Гарри, с усталостью смотря на разъярённого Рона. – Пойми, Рон, это не твои заботы, а наши. – втолковывал Гарри, видя, как раздувается лицо бывшего друга.
- Как. Ты. Смеешь. Так. Говорить. – медленно прорычал Рон.
- О чём? – издевательски захлопал глазами Гарри. – Разборки только между нами и слизеринцами. Ты никак не относишься к ним.
- Я гриффиндорец! – бешено заорал Уизли и замахнулся.
Между парнями возник бледный щит.
- Заткнитесь. – прохрипел Невилл. – Гарри не надо… Рон, уйди пожалуйста.
Странно, но в этот раз Невилл смог каким-то чудным образом разрулить ситуацию. Рон почему-то смог совладать со своим эмоциями и тупостью, ведь по-другому нельзя дать ответ на то, что Рыжий парень опять нападал без палочки. Гарри присел на край кровати и наложил чары конфиденциальности на комнату.
- Лестрейндж? – мрачно спросил Гарри.
- Да. – односложно ответил Долгопупс.
- Как?
- Круциатус. – съёжился гриффиндорец.
- Круциатус… - задумчиво протянул Гарри. Одно слово, и столько вопросов.
- Но как? – продолжал допрос Гарри.
- Всё просто. – болезненной улыбнулся Долгопупс. – Я сегодня после занятий заходил в Выручай-комнату.
- Какого дракла? – изумился Гарри.
- За тобой хотел убрать. Там остатки это домовика уже кучу дней лежат. Вонища такая… - гриффиндорца передёрнуло. – Всё присохло, гниёт, разлагается… Пытался убрать, но не смог. Кинул с десяток очищающих, проблевался раз пять и махнул на всё рукой. Признаю, затея глупая.
- Дьявол. Ещё эту гадость отскребать. – Поттер устало провёл ладонью по лицу. – На Добби Империус наложу… - озвучил свои мысли юноша. – Что дальше? – вернулся в реальность Герой магического мира.
- Ну вышел. Прошёл до третьего этажа. Потом, как по ушам ударили – ничего не помню. – тяжело вздохнул Невилл и уставился в стену. – Очнулся в какой-то комнате. По виду, слизеринские подземелья. Темнота, одни факела горят. Мрачно и сыро. На мне понятно, чары онемения и помех лежат. На глаза повязку через пару секунд наколдовали, чтобы лица не увидел. – урывочно вспоминал гриффиндорец.
Гарри Поттер сидел с закрытыми глазами и рисовал в голове картины произошедшего.
- Вокруг силуэты чьи-то… вот всё, что я увидел через плотную ткань. - морщил лоб гриффиндорец. – Лестрейндж, Нотт. – резко вставил Гарри. – Я уверен в этом. Кребб и Гойл, подходят, но их могли и не взять. С их микро мозгом разболтать об этом – раз плюнуть. Малфой… слишком труслив, но его могли взять в качестве «зрителя». Кто же ещё… - массировал виски Поттер, пытаясь логически прийти к ответу.
- Представляешь, меня даже ни о чём не спрашивали. – сглотнул Долгопупс. – Просто Круциатус наложили. Продержали секунд пять максимум, но боль… нереальная. И так было четыре раза.
- Голос?
- Магически изменён. – зло буркнула жертва нападения. – Подстраховались, сволочи. Ещё и мою палочку использовали. Дьявол! – рявкнул Невилл. – Это палочка моего отца. Что эта сука хотела доказать? Дело Пожирателей живёт? Меня постигнет их участь? – вслух размышлял парень.
- Хотели показать, что мы нигде не в безопасности. – задумчиво сказал Гарри. – А твою палочку... чтобы ты ничего не доказал. Так ты мог пойти к Помфри, она бы увидела остаточные следы от Круцио. Слизеринцев на ковёр. Проверили палочки Приори Инкантатем, а там или Круцио, или стёртая история. Зачем им лишние подозрения? А так они уверены, что никто ни о чём не узнает. Классно всё продумано. – оценил Поттер.
- Очень. Я прямо умираю от восторга. – прошипел Долгопупс.
- Не язви мне. – пожурил Гарри больного друга.
- У тебя учусь. – опасный взор Гарри и легкий поклон Невилла.
- Как они использовали Непростительное и Дамблдор ничего не узнал? По всей школе разбросаны сигнальные чары, срабатывающие при всплески тёмной магии.
- Может есть вторая Выручай комната? – задумался Невилл.
- Взможно… Ладно, потом с этим разберёмся. Как ты?
- Плохо. – поморщился больной. – Внутри всё болит, мышцы взрываются при каждом движении, дышать больно.
- Стандартные последствия Круциатуса. – знающе обособил симптомы Поттер.
- И что мне делать? – столько надежды в голосе.
- Отлёживайся. – предложил Гарри. – Других вариантов всё равно нет.
- А месть? – опасно сщурил глаза Невилл.
- Подождёт. – Поттер аккуратно осадил пыл друга. – Не надо торопиться. Впереди почти четыре года.
- Я хочу сейчас! – требовательно прорычал Долгопупс.
- Я тоже много чего хочу. – парировал Гарри. – И я жду. И ты жди! Сейчас не время.
- Я дождусь. – поклялся пострадавший.
- Лестрейндж и клуб молодого Пожирателя сейчас нам на руку. – взлохматил волосы Гарри и посмотрел на спинку кровати. – Они отвлекают внимание Дамблдора от нас. – медленно добавил он.
- Он нас подозревает? – испугался Долгопупс.
- В чём? Ты же не сделал ничего противозаконного. – притворно удивился Гарри.
- А ты? – внимательно посмотрел Невилл на самого загадочного ученика Хогвартса.
- Я выкручусь в любом случае. Да и терять мне нечего. – отмахнулся Поттер. – Я сознательно выбрал путь Силы, и готов следовать им до конца. Это не тёмная и не светлая сторона… - опять задумался юноша и запрокинул голову. – Просто сила. Могущество. То, чем владеет сам Дамблдор и не хочет делиться. Поёт нам сказку о светлой стороне, силе любви и прочей чепухе. – презрительно хмыкнул Поттер. – Я думаю, магия не делиться на светлую и тёмную, всё определяют твои намерения. Как ты думаешь, я прав? – искренне поинтересовался юный мыслитель у пострадавшего.
- Да. – уверенно заявил больной, до сих пор ощущая на себе судороги от Круциатуса – силы в прямом её проявлении.
- А другие нет. – грустно скривился Гарри. – И я не понимаю почему.
- Гарри, мне стыдно. – тихо признался Долгопупс. – После второго Круциатуса я расплакался. Какой позор! Я теперь не смогу смотреть в сторону слизеринцев.
- Здесь нет ничего постыдного. – успокаивающе сказал Гарри. – Любой бы плакал после него. И Лестрейндж, и Нотт…
- Ты бы нет. – уверенно заявил Невилл. – Ты бы терпел.
- Слушай, - нездорово оживился Гарри. – У меня к тебе специфическая просьба. Когда ты выздоровешь, можешь применить ко мне Круцио? – видя протест друга Гарри быстро добавил. – Очень важно знать, что представляет из себя самая сильная боль. Будет лучше попасть под Круцио подготовленным, чем неопытным юнцом. Мне это важно. – проницательно заявил Гарри, бескомпромиссно смотря на шокированного друга. – Ты окажешь мне маленькую просьбу? – шутливо поинтересовался он.
- У меня не получится. – почти сдался гриффиндорец.
- Я научу. – не унывал Гарри. – В любом случае, при скором возрождение Волан-де-морта нам обоим будет бесценен такой опыт.
- Я согласен. – буркнул подросток. – Скажи, тебе просто интересно узнать грань своих сил? Ты хочешь подойти к черте, от которой нет возврата? Для чего ты учишь тёмную магию? Какая у тебя цель? – спросил Невилл, не ожидая ответа. - Я не осуждаю, мне просто интересно.
- Я уже переступил черту, и остатки Винки тому доказательство. – не скрывая торжества сообщил Поттер, у которого при этом признании даже плечи расправились. – Для чего я это делаю… пока не знаю. Для чего-нибудь, да пригодится. – уверенность в тоне.
- Ты не знаешь, чего хочешь. – Невилл вслух озвучил тайную диалему своего кумира. – А я хочу мести. – задумчивый тон стал холоднее льда.
- Месть - это своеобразное правосудие. – хмыкнул Гарри, покровительственно смотря на мечтательно улыбающегося друга.
. . . – Удачи. – искренне пожелал Невилл, пожимая руку напряженного Поттера. Гарри судорожно втянул воздух и попытался унять бешено бьюшееся сердце. В комнате никого больше не было, поэтому можно было не строить из себя железного гриффиндорца.
- Ты желаешь мне удачи в Турнире или желаешь пережить встречу с гриффиндорцами, чьи восторженные вопли раздаются снизу. – по привычке съязвил Гарри, слыша вопли Фреда и Джорджа. Неугомонные близнецы подначивали толпу.
- Во всём. – серьёзно повторил Долгопупс.
- Спасибо. – Поттер прикусил губу. На миг пропал весь его обычный вид непоколибимого гриффиндорца. Появился растерянный мальчик.
- Пошли. – уже с улыбкой мотнул головой Гарри и уверенно вступил на лестницу, ведущую вниз, туда, где от самого молодого чемпиона, ранее презираемого, ждали чуда.
Вопли оглушили юношу, казалось, все хотели приветственно похлопать по плечу, пожать руку, просто дотронуться. Некоторые старшекурсницы пытались поцеловать или взлохматить волосы. В другой раз гриффиндорец может и радовался, но при мыслях о драконе и яйце, становилось тошно.
Наконец, растрёпанного и помятого юношу буквально втолкнули в центр толпы представителей львиного факультета. Видно, таким образом они показывали свою поддержку и надежду на победу.
- Гарри, мы надеемся ты победишь. – заговорщически прошептал Фред. – Сказать по правде, мы устроили небольшие ставки. Уже многие поставили на тебя. Не подведи нас и Гриффиндор.
После этих ободряющих слов стало ещё тоскливее. В противном случае он теряет не только своё лицо, но и деньги товарищей по факультету и тех немногих, кто болеет за него.
- Гарри, попытайся не сдохнуть. – это уже Дарен в своей манере пожелал удачи.
До Большого зала он успел услышать ещё кучу пожеланий, которые несли в себе такую не хитрую информацию –«выйграй, и не подведи факультет!». По правде говоря, он даже успокоился и стал прежним невозмутимым студентом.
В зале его освистали слизеринцы и пуффендуйцы, вежливо похлопали для вида когтевранцы и иностранные гости.
« Седрик сегодня опозорится в любом случае сильнее, чем я.» - злорадно подумал Гарри и мрачно усмехнулся.
За столом пошёл второй этап игры «достанем Поттера.» Сердобольные сокурсники наперебой предлагали разные блюда, боясь, что их чемпион пойдёт на испытание с пустым желудком. За этим цирком уродов следило чуть ли не пол зала, поэтому пришлось из вежливости съесть пару тостов и выпить сок.
- Хватит. – холодно прошипел Барнз. – Сидите тихо, и так все на нас смотрят. – процедил староста, спасая чемпиона от заботы фанатов. – Если кто-нибудь ещё что-то предложит Гарри, то отправиться на отработки до конца недели.
«Всё-таки Дарен удивительный человек.» - в который раз отмечал Гарри, видя, как все мигом успокоились. « Он своим шипением смог утихомирить самый буйный факультет в школе.»
Постепенно ажиотаж вокруг Поттера поутих. Кто вернулся к еде, кто к разговорам о сути испытания, многие пошли заранее занимать места на квиддичном поле.
- Гарри, пойдём за мной. – с какой-то виной в голосе попросила Макгонагл. – Вызывают всех чемпионов. Седрик уже пошёл.
- Конечно, профессор. – покладисто отложил недоеденный бутерброд Поттер и последовал за своим деканам. Ему в спину все учителя. За исключение Снейпа, смотрели с жалостью. В их взгляде присутствовало нечто, наталкивающее на мысль, что они пытаются запомнить каждую деталь юноши, подозревая, что его жизненный путь может окончиться через какой-то час.
- Гарри, будь храбр и ничего не бойся. – попыталась обнадёжить своего студента Минерва.
- Я не боюсь. – усмехнулся Гарри. – Мне просто интересно, что там.
- Я буду гордиться тобой в любом случае. – серьёзно заявила женщина.
« Что-то это подозрительно напоминает напутствие – «С щитом, или на щите», похоже, она меня уже считает почти мёртвым.»- попытался пошутить Поттер.
- Я не подведу, профессор. – пообещал Гарри, случайно наталкивая женщину на угрызения совести. Минерве было противно от того, что она пытается обнадёживать Гарри, прекрасно зная, что его ждёт.
У гигантской трибуны, напоминавшего стадион чемпионата мира, стоял белый шатер. На него Макгонагл и махнула дрожащей от волнения и бессилия рукой.
- Гарри, а вот и вы! – жизнерадостно рукоплескал Бэгмен, с детским восторгом смотря на подростка. – Сейчас тебе и остальным участникам объявят суть задания.
- Гарри, иди сюда! – позвал Дамблдор своего любимого ученика. Перед ним стоял Крауч с кожаным мешком, Мадам Максим, Каркаров. В стороне так же мялись трое более взрослых чемпионов.
Крауч прокашлялся.
- Когда все в сборе, я наконец могу озвучить задание. – сухо начал министерский работник. – Чемпионы, встаньте вокруг меня! – повысил голос чопорный волшебник и приоткрыл шевелящийся мешок.
. . . – Хвосторога, мистер Поттер. – так же официально сообщил Крауч и улыбнулся шаблонной улыбкой. Гарри поспешил сделать грустное лицо, как и у остальных чемпионов. Хотя, тут и притворяться не стоило.
« В который раз, из всего худшего мне достаётся самое худшее.» - мрачно вздёрнул подбородок юноша, вспоминая восторженную лекции Чарли Уизли по поводу щипастого хвоста и самой длинной струи огня.
- Запомните, здесь главное использовать творческий подход, смекалку. – своим проницательным тоном напутствовал Дамблдор, видя мрачных чемпионов. – Выход есть всегда – надо только думать.
- Да, сэр. – одновременно кивнули головой Седрик и Гарри, отчего Флер и Крам вздрогнули.
- Успокойтесь. Осмыслите услышанное.– взял слово Крауч, и впервые в его тоне появилось переживание. – Мы должны уйти на трибуну. Через двадцать минут вас будут вызывать по одному.
Все ушли, остались одни молчаливые чемпионы. Гарри задумчиво стоял, скрестив руки на груди и прислонившись к подпорке шатра. Флер сидела на диване, то и дело отдёргивая руки, тянувшиеся к бледному лицу. Такой детский защитный жест сначала показался Гарри смешным, пока он не заметил, что от волнения сам по глупому прикусил всю верхнюю губу. Крам мрачно, но решительно расхаживал своей тяжёлой поступью от одной стены к другой. По внешнему виду создавалось впечатление, будто он готовится душить своего дракона руками, по-другому хруст пальцем нельзя было объяснить.
А Седрик… Гарри даже сквозь свои переживание чувствовал ужас пуффендуйца. Если даже они, те кто знал об испытание заранее, чувствовали опасение, то Седрик, огорошенный известием просто не находил себе места. Он то садился на стул, то вскакивал, истерично расхаживал по палатке. По одному виду становилось понятно, что этот человек уже не соперник. Его серые глаза панически метались по палатке, будто ища решение проблемы среди мрачных соперников.
Гарри ещё раз осмотрел противников, пока его взгляд не уткнулся в испуганные голубые глаза француженки.
« И какого чёрта я спорил с ней?!» - в десятый раз спросил себя самый юный чемпион. Ещё вчера ему казалось, что победа обеспечена, следовательно и поцелуй будет его. Сегодня утром же, боевой настрой сменился шоком. До испытания оставались минуты, и появлялось сильное ощущение, что всё-таки придётся петь чёртов гимн. « Магия вейл… я не капал слюнями, но на геройский поступок согласился.» - признал Гарри.
В закрытый шатёр как-то пробралась Гермиона и чуть не кинулась на шею к Поттеру. Удержал её от этого мрачный вид бывшего друга и наличие посторонних.
- Гарри… - тихо начала гриффиндорская зубрилка. – Я хочу пожелать тебе удачи. И извиниться. За всё. Я была не права. – смотря в пол признала Гермиона, пытаясь не смотреть на Гарри.
- Спасибо. – хмыкнул Гарри и склонил голову на бок, рассматривая девушку как экземпляр в музее.
- Мы будем снова дружить? – с надеждой спросила Гермиона.
- Как раньше - нет. Я не доверяю тем, кто однажды предал меня. – с грустной улыбкой покачал головой Гарри, видя как выцветает улыбка бывшей подруги.
- Гермиона, иди на трибуну. Мне надо настроиться на подвиг, которого от меня ждёт весь Гриффиндор. – съязвил Гарри и отвернулся. Девушка стояла, смотря в пол и раскачиваясь с носка на пятку, потом медленными шагами, будто надеясь что её окрикнут, покинула палатку Чемпионов.
- Кто это? – без интереса спросила Флер, надеясь отвлечься от мыслей о драконах.
- Одна однокурсница. – равнодушно передёрнул плечами Гарри и присел на кресло напротив блондинки. – Плевать на неё, лучше о драконах подумать.
- Готов? – поинтересовалась полувейла.
- К смерти? Пока нет. – хмыкнул Гарри и положил голову на подлокотник кресла.
- Не смешно. – зло посмотрела на парня вейла и достала палочку. Гарри смотрел как она медленно рассматривает свою палочку со всех сторон.
- Удачи. – усмехнулся Гарри, смотря на девушку.
- Тебе тоже. – она улыбнулась тревожной улыбкой.
Больше никто не проронил не слова. Крам также ходил, Гарри и Флер сидели, а Седрик громко втягивал воздух сквозь стиснутые зубы – ему надо было идти первым.
До выхода Диггори осталось две минуты, и атмосфера в палатке достигла апогея. Воздух стал тяжёлым, и на спины что-то давило, так и намереваясь прижать к полу. Гарри забил на достоинство и перестал строить из себя невозмутимого чемпиона. Он так же как и остальные стиснул кулаки и уставился в одну точку. С трибун донеслись вопли поддержки, отчего появилось ощущение, что ты гладиатор, которому надо идти умирать на потеху публике.
« Так оно и есть. Всем плевать, что мы чувствуем.»
- Седрик Диггори! – зычно объявил Бэгмен и трибуны взорвались аплодисментами. Флер мелко задрожала, а Седрик покачиваясь поднялся со стула. На какое-то мгновение он остановился, странно смотря на соперников. Но так и не дождавшись пожеланий в удачи, он поплёлся в сторону выхода в искусственный вольер.
Чемпионы не дыша слушали комментарии Бэгмена.
- Вот наш чемпион… Он подходит к дракону… Дьявол! Он чуть не сгорел… Дракон зажимает Седрика в углу вольера. Как близко! Бригаде драконоведов я бы советовал подготовиться… Диггори применяет чары Дезюлиминации… Верный ход!
На пару сенунд над стадионом сгустилась тишина, которую разорвал рык дракона, потерявшего из виду жертву.
- Внимание! – завопил Бэгмен. – Спасите его! Медики! Остановите дракона! – испуганно орал комментатор.
Флер спрятала лицо в коленях, а Крам стал по болгарски материться. Были слышны вспышки заклинаний и вопли с трибун, всю эту какофонию перекрикивал Бэгмен,лишь внося лишние непонятки в неразбериху.
Вопли не прекращались минут десять, всё это время трое чемпионов сидели в полном неведении.
Грюм ворвался в палатку и стал крутить своим искусственным глазом.
- Чемпионы! – пророкотал мракоборец. – Без паники! Диггори жив, его всего-лишь обожгло. Сейчас там убирают остатки… дракона. – неловко закончил профессор. – Вам не надо переживать. Там всё уберут и испытания продолжатся. – с этими словами профессор покинул палатку. Из уст Делакур раздался стон.
Грюм оказался прав. Через тридцать минут прозвучало имя Флер.
- Удачи. – повторил Гарри, и заботливо взял девушку за руку. Он мог поклясться, что за этим поступком не было скрытого мотива. Таким образом он искренне желал удачи сопернице. Делакур кивнула и поплелась к выходу из безопасной палатки.
Через пять минут девушка справилась с заданием, о чём радостно сообщил Бэгмен.
Имя Крама. Виктор решительно встал и своей гусиной походкой пошёл на встречу со своим драконом.
- Удачи.- кивнул Гарри, осознавая, что он остаётся один и никто его не проводит. Пока Виктор проходил задание, Поттер лежал на кресле калачиком и успокаивал себя. Руки дрожали так, что вместо Акцио могло получиться не понять что.
- Приглашается, Гарри Поттер! – прозвучал голос комментатора, вместе с которым исчезли все переживания парня. Страх прошёл, осталась жажда встретиться с неизвестным.
«Пора.» - почему-то усмехнулся Гарри и вытащил палочку. Нетерпение жгло изнутри, заставляя чуть ли не бежать в вольер.
На поле для квиддича воспроизвели горный район. Камни, куски скал, и… гигантский дракон, вальяжно сидящий на кладке яиц.
Выйдя на свет, он увидел сотни лиц, смотрящих на него. Самым странным было… абсолютная тишина. Все молчали, будто провожали парня в последний путь. Все были уверены в печальном конце национального героя, а драконоведы вытащили палочки, готовясь уничтожить ещё одного дракона.
- Акцио Молния! – тихо приказал Поттер, не намереваясь привлекать внимание драконихи раньше времени. После минуты безмятежного стояния чемпиона раздались возмущенные шепотки, переросшие в гул. Рык дракона заставил все замолчать.
Поттер выпрямился, вышел из-за камня и посмотрел на дракона. Дракон, а точнее дракониха, так же посмотрела на человека. В жёлтых глазах проснулась ярость и понимание возможной угрозы для потомства. Струя огня вырвалась на двадцать фунтов. Но человек был далеко. Монстр озадаченно покачал головой и плюнул огонь ещё раз. Опять недолёт.
Гарри тем временем уже держал метлу в руке и принялся дразнить дракониху. Он бесстрашно приблизился на расстояние поражение драконьего огня и ждал, когда на него нападут.
Дракон поднялся с кладки и плюнул огнём в чемпиона. На этот раз Гарри бы непременно сгорел, если бы не запрыгнул на метлу и не перелетел в сторону на пару метров.
Бэгмен что-то вопил, но Поттер ничего не слышал. Он поднялся на уровень морды Хвостороги и использовал чары кнута. На всю трибуну раздался свист, за которым последовал яростный рёв.
Трибуны зашлись восторженно-испуганным воплями. Судейская коллегия как по команде схватилась за сердце, понимая, что ждёт безумца, полоснувшего кнутом по морде Хвостороги.
Огонь был синего цвета. Гарри отчаянно взлетел, чтобы не поджариться на пламени дракона. Дракон, взбешенный нападение насекомого, тоже воспарил над землёй, а следовательно и над кладкой. Гарри ещё раз полоснул дракона по хвосту и резко спикировал к земле. Хвосторого взбесилась... Она беспрестанно плевалась огнём, отчёго температура над всем стадионом мгновенно подскочила.
Гарри же благополучно поднырнул под парящего монстра и выхватил золотое яйцо. Хвосторога ничего и не поняла. Она всё ещё поливала стеной огня то место, откудо Гарри нанёс удар по её хвосту пару секунд назад.
Когда она поняла, что её обманули, то Гарри уже покинул раскалённый вольер и подлетал столпившимся профессорам школы.
- Молодец, Гарри! – кричал Хагрид и остервенело махал рукой.
- Так держать, Поттер. – счастливо улыбался Грюм.
- Я горжусь тобой, Гарри. – прямо сказала Макгонагл.
Поздравления были приятны, но очень хотелось узнать оценки судей. После конца тура, вернулись обычные мысли, среди которых преобладали жажда победы и получение законного поцелуя.
- Оценки судей. – пророкотал усиленный голос Бэгмена, отчего все вопли с трибун затихли.
- Десять. – поставил Дамблдор.
- Десять. – поставил Крауч.
- Десять. – улыбнулась мадам Максим.
- Десять! – пританцовывал Бэгмен.
- Семь. – объявил Каркаров, и тут же был освистан всеми присутствующими.
Счастливое лицо Гарри на миг озлобилось, но потом приняло прежний вид.
- Победил… Мистер Гарри Поттер! – торжественно объявил Бэгмен, отчего гриффиндорцы взорвались нечеловеческими воплями. – У него сорок семь очков. Время на испытание две минуты сорок две секунды.
Кто-то пускал из палочек ферверки, кто-тот использовал изобретения близнецов Уизли.
Гарри стоял по середине этого хаоса и чувствовал счастье. Он лучше всех. Он победил.
Макгонагл жестом позвала победителя в медицинскую палатку. Гарри счастливо шёл на невесомых ногах и пытался не замечать слёз счастья у строгово декана.
- Вами гордится вся школа. – прошептала женщина. – Вы продемонстрировали поразительную храбрость.
- Спасибо, профессор. – благодарно ответил Гарри и зашёл на встречу с остальными чемпионами.
Флер, с обгоревшим пологом юбки сидела в кресле, Крам сутулясь стоял над забинтованным Седриком. Кстати на счёт Диггори…
Он напоминал смесь египетской мумии и обгоревшего танкиста. Во всяком случае, в фильмах про войну танкисты были именно такими: замотанными с ног до головы, руки и ноги держались на весу, а кожа вокруг лица, выступавшего из под бинтов, была почерневший. Всё это наталкивало на мысль, что дракон перед тем как почить от драконоведов, попал в пуффендуйца прямой наводкой. В соседнем кресле сидела опухшая от слёз Чжоу. Когда-то она нравилась Гарри, он даже сох по ней… Но времена меняются, и теперь он с лёгкой брюзгливостью смотрел на рыдающую девушку.
- Поздравляю, Гарри. – искренне поздравила Флер, помня поддержку от парня перед выходом к дракону. – Ты победил. У меня второе место.
- Присоединяюсь, Гарри. – добавил Виктор. – Ты честно выиграл всех нас. У меня третье место. – грустно осунулся болгарин и тише добавил. – Прошу прошение за оценку Каркарова. Он просто взбешён после моего поражения.
- Я обошла его на одно очко. – на самое ухо прошептала Флер и победно усмехнулась.
- Второе место не первое. – ехидно протянул Гарри. – Так что, гимн мне не надо учить. – намекнул Гарри.
- Тебе – нет. – согласилась блондинка. – А вот мне… - подмигнула девушка и поцеловала юношу. Поцелуй был долгим, и главной в нём была явно Флер. Стоило губам полувейлы коснуться губ парня, как он забыл о том, что сотни раз целовался с Лавандой. Он просто ошарашено стоял и чувствовал нежный язык девушки. При Флер он снова стал неумелым подростком.
Самое смешное, что ни Крам, ни Чанг, вообще никто не видел этого. А Флер пользовалась, всё сильнее и сильнее обволакивая юношу своими чарами.
- Как тебе поцелуй с вейлой? – поинтересовалась девушка, отстраняясь от растерянного парня. – Отличается от обычного? – самодовольства в голосе было не занимать.
- Да… ощущении другие. – тихо сказал Поттер, восхищённо смотря на красавицу. – Это похоже на мягкий Империус.
- Ты сравнил мой поцелуй с непростительным? – наиграно возмутилась девушка.
- Под империусом так же все мысли вылетают из головы. – сказал Поттер, игнорируя самодовольное выражение лица у девушки.
- Лестно. – хмыкнула она.
- Не хочешь отыграться в следующем туре? – предложил Гарри, забывая разницу в возрасте и обычную стеснительность, возникающуб даже при заигрование с Делакур в мечтах.
- Хочу. – заявила девушка и внимательно посмотрела на гриффиндорца. – Но в следующий раз ты проиграешь.
- Посмотрим. – хитро блеснули зелёные глаза.
- Только условия другие. – добавила вейла, но в палатку ворвались студенты. – Потом договорим.
Гарри окружили гриффиндорцы-старшекурсники и на руках поташили в сторону замка, победно смотря на мрачных пуффендуйцев, готовящих паломничество к поверженному идолу.
Потом начался кошмар. Вопли восторга, хлопанья по плечу, чьи-то поцелуи, ободряющие толчки…
Но было одно «Но»… Сейчас Гарри получал удовольствие. Вот он, долгожданный момент триумфа.
. . . В гостиной вопили уже два часа. Все было засыпано гирляндами, хлопушками и прочими аксессуарами праздника. Про чемпиона стали забывать, чему он был несказанно рад. Старшекурсники теперь постепенно перемешались по углам и начали выпивать. Гарри с улыбкой наблюдал за этим разворачивающимся безумием, он уже был на сто процентов уверен, что сегодняшняя ночь, а точнее пьянка, войдёт в анналы истории славного факультета Гриффиндор.
- Гарри! – на ухо провопил Джордж.
– Надо поговорить! – так же громко добавил Фред, приникая ко второму уху чемпиона. Поттер кивнул головой, выпутался из объятий Лаванды и пошёл с близнецами в их комнату, лавируя между снующими туда-сюда студентами.
- Что-то случилось? – спросил Гарри, стоило троице очутиться в комнате, куда музыка с гостиной почти не проникала.
- Ты знаешь, мы организовали ставки на победителя тура. – издалека начал Фред. – Понятно, что участвовали только наши, Дурмстранг и Шарбатом мы не звали.
- В общем, почти все пуффендуйцы с первого по седьмой курс поставили на Диггори. – ухмыльнулся Джордж.
- При чём не мало. – поднял палец Фред. – Были идиоты наподоби Макмиллана и Смита, что поставили по десять галеонов. Многие когтевранцы тоже поставили на нашего обгорелого красавчика. В общем, все карманные деньги всего Пуффендуя и половины Когтеврана были поставлены на Диггори.
- К сожалению друг, на тебя ставили только гриффиндорцы. – утешительно похлопал Джордж.
- Как ты уже понял - они полностью проиграли. – ослепительно улыбнулись близнецы. – Мы уже раздали деньги тем гриффиндорцам, что ставили на тебя.
- Но не малая сумма осталась и у нас. – вклинился Фред. – Мы поставили на тебя сорок галеонов. Это все наши деньги, которые мы заработали продавая наши разработки тем же пуффендуйцам и когтевранцем…
- Бедняги планировали отпраздновать победу Седрика. – закончил Джордж.
- Но в итоге оказались с носом. – улыбался во весь рот Фред.
- Короче, вот твоя половина выйгранных нами средств. Как-никак, мы прикрывались твоим именем, прокручивая эту авантюру. – успокоил четверокурсника Джордж.
- Не надо. – смутился Гарри. – Я сам готов заплатить вам за то, что выкачали все деньги с зазнавшихся барсуков.
- Но… - одновременно воскликнули близнецы.
- Ничего не хочу слышать. Это ВАШИ деньги. – серьёзно заявил Поттер. – Вы же хотите открыть магазин? – два кивка. – Вам нужны деньги. Если прибавить эту сумму к выигранной у Бэгмена, то мечта станет ближе.
Близнецы сцепили зубы и мрачно уставились в пол.
- Бэгмен и вас обманул? Лаванда говорила про его афёру на Чемпионате. – попал в точку Гарри.
- Этот сукин сын заплатил лепреконским золотом. А мы поставили подпись на пергамент со ставками. Стоило нам приехать домой, как мы поняли, что остались с носом. – горестно вздохнул Джордж.
- Всё исчезло. – уныло добавил Фред. – Мы думали это ошибка. Писали Бэгмену, пытались с ним встретиться.
- На письма он не отвечал. А при встречи, когда мы зажали его в углу, заявил, что мы слишком маленькие для ставок. Но самое интересное, он задолжал гоблинам ТАКУЮ сумму, что поставил на тебя.
- Что? – в голову сразу полезли домыслы о его убийстве. По миру магглов он знал, что в безвыходных ситуациях играют на чужие жизни.
- Если ты победишь, то Людо будет свободен от долга. А если проиграешь, то ему останется только в петлю лезть.
Лицо Гарри не изменилось, но он знал, что с этого момента и до конца Турнира Бэгмен будет делать всё, чего только он не захочет. Кстати на счёт денег…
- Сколько вам надо на магазин? – внезапно спросил Гарри, отрывая близнецов от горестных мыслей. – У меня от родителей остался сейф, который я транжирю. Может быть я вложусь в ваш бизнес? Поделим всю будущую выручку на три части. У меня начальный капитал – у вас идеи.
Глаза близнецов загорелись огнём надежды.
- Мы составим тебе наш бизнес-план, где будет приблизительная сумма. – сбивчиво начал Фред.
- Мы только «за»! – вскинулся Джордж. – Остальные не воспринимают нас всерьёз, считают нашу работу глупостью.
- Они ошибаются. – уверенно заявил Поттер и похлопав друзей по плечу, вышел из комнаты.
Близнецы восторженно смотрели друг на друга.
- Наш магазин. – благоговейно произнёс Фред.
- Наши изобретения. – с таким же священным трепетом поддержал Джордж.
- Это надо отпраздновать… - заулыбался Фред.
- Пошли к Кэти и Анджелине. – закончил Джордж.
Гарри шёл к «своим» с весёлой и довольной усмешкой. Эта идея родилась спонтанно! И она казалась гениальной и простой. Даже с отсутствием экономического образования Гарри понимал, что шутихи близнецов, сделанные в перерывах между уроков из остатков от школьных ингредиентов вызывают такой ажиотаж, то при более выгодном раскладе… можно не работать, а просто отдыхать.
«В любом случае, сейф у меня не бездонный, а с учётом возросших трат, его едва хватит до конца школы. А что потом? Вкалывать за тридцать-пятьдесят галеонов в месяц? Работать на двух работах и посмотреть мир в глубокой старосте?» - думал Гарри, отчаянно отгоняя даже мысли о таком «светлом» будущем.
- Гарри! – Лаванда усадила своего парня на диван и села ему на колени. – Я хочу тебя. – на ухо заявила девушка.
- В смысле? – осторожно поинтересовался Гарри, беря Браун за подбородок и смотря в голубые глаза.
- В ТОМ самом. – легко краснея заявила девушка.
- И что тебя с подвигло на этот шаг? – Поттер не верил в счастливое стечение обстоятельств.
- Когда Диггори сжарили. – начала девушка. – Я так испугалась за тебя. Ты мог умереть.
- Но я жив. – хмыкнул Гарри, воспринимая слова Лаванды как шутку. В его понимание, парень сам должен уламывать девушку на протяжение месяца, а только потом она должна отчаянно краснея согласиться.
- Пока да. – «успокоила» чемпиона Лаванда. – Но с такими испытаниями, кто знает, не погибнешь ли ты в следующем туре. Поэтому я хочу сейчас.
Гарри нахмурился.
- Деточка, ты много выпила пока я разговаривал с близнецами? – непередоваемым тоном поинтересовался Поттер.
- Я в порядке, идиот! – гневно зашипела девушка, понимая, что юноша принял её подарок за пьяный бред.
- Ты уверена? Можно подождать. – стал корчить из себя джентльмена Гарри.
- Я люблю тебя. – просто ответила Браун.
« А я нет.» - пронеслось в голове.
- Ты одновременно и порочный, и невинный. – стала сбивчиво объяснять девушка. – Я не знаю, как это объяснить. Я люблю тебя… всего. – покраснела Лаванда признаваясь в любви грифиндорцу.
« Этот день может стать ещё более не забываемым.» - ехидно шепнул внутренний голос, отчего к паху прилила кровь.
- Я… -начал Поттер, но запнулся.
«…счастлив? Глупое слово… Может рад?»
- … рад. – закончил Гарри, понимая, что слово «рад» явно не то, что хочет услышать девушка.
- Только где? – оживилась Браун, не замечая оговорки парня.
- С этим нет проблем. – усмехнулся Гарри, особенно чувствуя собственную значимость. – Принести коктейль? – предложил Гарри, зацепившись взглядом за Дина, на импровизированной барной стойки, сделанной из стола, мешающего алкоголь, соки и прочие жидкости между собой. По размеру очереди можно было предположить, что у него не плохо получается.
- Если не сложно. – зарделась девушка.
До «бара» Гарри буквально порхал, изящно огибая танцующих гриффиндорцев. Он чувствовал, что душа поёт и он воспаряет над миром… он парит, парит, пока…
Судьба ржавым крюком не опускает его на грешную землю. В Выручай-комнате остатки Винки, которые так и не смог оттереть Невилл.
« Чёрт.» - прошипел Гарри, мозг которого заработал в сверх режиме. « Визжащая хижина? Нет! Старая кровать с клопами не добавляет романтики. Ванны старост? Тоже нет. Я своим глазами видел как парочки, состоящие их старост пошли уединиться. Дарен и тот, свалил с Мирандой. Ах, чего не сделаешь ради секса.» - намеренно изменил поговорку Поттер.
Лаванду он заверил, что предоставит ей шикарную комнату. Лаванда же заверила, что при таком раскладе он получит шикарный…
- Готовься к незабываемой ночи. – в шутку зашевелил бровями Гарри и заливисто засмеялся.
- Я готова, а вот ты… - притворно вздохнула девушка и осмотрела парня критическим взглядом.
- Я готов так, как никогда. – выпятил грудь Гарри и засмеялся.
- Я пошла подготовлюсь. – заговорщически сказала девушка. – Чтобы через два часа ты встретил меня у входа в комнату.
- Конечно.
Гарри поднялся с места, отнёс золотое яйцо, издающие одни вопли, в комнату, и пошёл за верным Добби. Коридоры были почти вымершими, по пути ему не попался никто, кроме пар гриффиндорцев, жмущихся по тёмным углам.
Дальше всё действовало по отработанной системе.Юноша позвал Добби на «секретный» разговор, отвёл в Выручай-комнату, пока тот пытался разглядеть хоть что-то сквозь темноту, наложил Империус и …
Уже через пару минут Добби старательно убирал комнату, а Гарри стоял снаружи и ждал.
- Всё готово, сэр Гарри Поттер. – как зомби сказал домовик, смотря пустыми глазами на гриффиндорца.
- Молодец. – весело хмыкнул Гарри и приказал рабу снова войти в комнату.

0

37

Началась вторая часть отработанного сценария. Обливиэйт. И просьба нормальным голосом без насмешки и издевательского сюсюканья.
- Ты можешь создать здесь романтическую атмосферу?
- Романтическую…? – нахмурился домовик и от задумчивости открыл рот.
« Какой ты тупой.» - закатил глаза Гарри и объяснил ему критерии «романтичности».
- Ты понял, Добби? – повторил Гарри. – Сделай только то, что я сказал. Ничего лишнего, и пожалуйста, не добавляй ничего от себя. – взмолился Гарри. – Мне нравиться твой стиль, но моя девушка не оценит.
- Миссис Поттер? – восторженно заверещал Добби, а Гарри вздрогнул от ужаса.
- Не совсем… Она мой друг. – выкрутился Поттер, но даже такое тупое существо как домовик, поняло намёк.
- Всё будет сделано! – в струнку вытянулся домовик.
- Про еду помнишь? – напомнил Гарри. - Фрукты, булочки, тортики и прочая фигня. Чай, кофе, сливочное пиво.
- Я могу достать вино. – неожиданно словил главную суть Добби.
- Да? – заинтересовался Поттер.
- В школе есть небольшой запас вина. Его приказал купить ещё бывший директор Диппет. Он никогда не используется, разве что кто-нибудь из учителей возьмёт раз в год одну бутылочку. – заговорщески прошептал Добби и ослепительно улыбнулся.
- Неси одну. – приказал Гарри. – Только чтобы никто не узнал из учителей. Погоди, чтбы НИКТО не узнал о сегоднешнем вечери о ночи. – зловеще прошипел Гарри. – Иначе у меня будут проблемы.
Домовик лопоухо замотал головой и аппарировал.
. . . – Добро пожаловать, Лаванда. – Гарри приветственно отворил дверь в Выручай-комнату. – Она вся в твоём распоряжении.
- Здесь прекрасно! – восторженно воскликнула девушка, рассматривая шикарную спальню. Ничего такого она и не ожидала.
- Я сам это сделал. Для тебя.
- Спасибо.
- Здесь фрукты, чай, сладкое, вино, пиво… - начал перечислять Гарри, указывая на стол, но его заткнули поцелуем.
- Мне приятно, но мне сейчас не это нужно. Я хочу тебя.
- Взаимно. – Гарри перестал играться с застёжкой от платья и расстегнул её.
Потом началось то, о чём они вдвоём мечтали весь последний месяц.
« Ну здравствуй, билет во взрослую жизнь.» - хмыкнул Гарри, и лёг на раздетую Лаванду, поудобнее устраиваясь между её разведённых ног.

0

38

Глава 33.
Гарри уже пол часа рассматривал спящую Лаванду. В его голове до сих пор не укладывались события прошедшей ночи. Всё было как в тумане, прекрасное наваждение… Конечно, он ни сколько не жалел, просто в глубине души опасался возможной реакции пробудившийся девушке.
« Кто их разберет?» - думал Поттер, имея в виду столь странных существ как девушки. Неудержавшись, он провёл по растрёпанным волосам Браун, отчего девушка недовольно передёрнула плечами.
- Просыпайся. – лаского прошептал юноша. С нескрываемой нежностью он наблюдал за пробуждением своей девушке. Она была такая красивая, ласковая, покорная, беззащитная…
- Гарри. – мило краснея, потупила взгляд гриффиндорка, отчего Гарри тепло улыбнулся.
- Уже утро, а точнее день. – фыркнул Гарри.
- Сегодня выходной. Поэтому хоть ночь. – пробормотала Лаванда и уткнувшись головой в грудь Поттера, снова попыталась заснуть.
- Как ты себя чувствуешь? – невинно спросил Гарри, продолжая накручивать прядь волос гриффиндорки на палец.
- Отлично. – и предвидя следующий вопрос парня тише добавила. – Ничего не болит.
- Тогда может…? – в шутку предложил Гарри.
- Давай вечером? – попросила девушка, спросонья не понимая очередную шутку юноши. – Я сейчас не хочу.
- Ладно. – просто ответил Поттер и привстал с кровати.
- Ты куда? – возмутилась девушка, чувствуя, что она съезжает с груди.
- За Добби. Прикажу ему принести нам обед.
- Давай спать. – взмолилась девушка. – Ещё весь день впереди.
- Надо показаться на людях, хотя бы мне. – покачал головой Поттер. – Как-никак, наши соседи по спальням наверняка заметили наше отсутствие на протяжении всей ночи. А они не все тупы, как Рональд, и преданны, как Невилл.
- Точно. – нехотя признала девушка.
- Я часто не ночую в спальни. – на миг задумался Гарри. - Девочки догадаются о причине твоего… отсутствия? - с небольшой заминкой спросил Поттер.
- Парвати уже составила список вопросов ко мне. Но она никому не скажет. А у Грейнджер мозги в другую сторону повёрнуты… Она даже не догадывается.
У Браун были закрыты глаза, поэтому она не увидела несогласное выражение лица Гарри.
« Она всё сразу поймёт, мозги работают.» - лениво подумал Гарри, сожалея, что не увидел выражение лица бывшей подруги в момент осмысления причины отсутствия однокурсников. Не выдержав, он тихо засмеялся.
- Ты чего? – полюбопытствовала девушка.
- Представь выражение лица Гермионы, если бы она догадалась. – и снова смех.
- Лучше представь на сколько часов затянется лекция профессора Грейнджер на тему полового воспитания подростков. – в ужасе поёжилась Браун.
- Зато можно было бы говорить всякие пошлости при ней и видеть шок и ужас нашей отличницы. Она же гриффиндорка, настоящая гриффиндорка, не то что мы. – скривился Гарри. – Она будет в такой растерянности: и сокурсников сдать нельзя, и мириться с этим нельзя.
- Тебе легко говорить. – буркнула девушка. – Это не ты с ней в одной спальне живёшь. Она пудрит нам мозги своими речами начиная с первого курса.
- Я же тебя учил сонному заклятию. – отмахнулся Гарри. – Если она откроет рот не с целью вдохнуть воздух, аккуратно прокляни её и наслаждайся тишиной.
. . . Следующие дни пролетела со скоростью «Молнии». Гарри проводил почти всё время, не занятое уроками, в блаженном ничего не делании. Об их новом витке в отношениях с Лавандой догадались только Парвати и Гермиона. Именно поэтому первая девушка постоянно смотрела на него с хитрой улыбкой, а вторая напрочь игнорировала. По всей видимости, из-за этого поступка Гарри окончательно упал в глазах девушки. К небывалому счастью Поттера, она даже не стала читать бесполезные нотации, чем вызвала нескрываемую зависть Лаванду, которая не избежала наставлений на путь истинный.
Что касается Турнира, то Гарри стал героем Хогвартса. Все обвинения во лжи с него были сняты, и все, даже слизеринцы, тайно радовались победе Хогвартса в первом Туре. Седрик переселился в Больничное крыло, и по всей видимости внешних повреждений, должен был провести там ещё много времени. Рита Скитер была в ударе, и написала огромную душешипательную статью в Пророке, отчего самая популярная газета стала толще в два раза. Но и этим журналистка не ограничилась. Она написала отдельную статью о «герое» Поттере, о Седрике, который не оправдал надежду школьного руководства, полностью уверенной в его победе. Там же была приписка от самой Риты, заявляющей, что она всегда верила в Поттера, как в единственного кандидата на первое место. Несмотря на самодеятельность Риты,и её коронные тонны лжи, сам Гарри почти не подставлялся под удар как раньше. Во всяком случае, его никто больше не считал маленьким самоуверенным уродом, готовым на всё ради славы.
С близнецами Уизли состоялся деловой разговор. Неугомонные близнецы были готовы не идти на седьмой курс и посвятить себя магазину, но Гарри их удержал. В итоге они развернули перед ним огромный рулон свитка, полностью исписанный планами и рецептами многочисленных шутих. Их план состоял из того, чтобы заказать множество ингредиентов для зелий со всего мира, и потратить весь шестой и седьмой курс на составление рецептов будущих шутих. В результате они должны были наработать огромное количество изобретений к моменту аренды помещения. На всё это Гарри выдал им пятьсот галеонов, надеясь что такой суммы хватит на все эксперименты. Уизли мигом составили на клочке пергамента расписку, не смотря на возражения и протесты Гарри. Поттеру, как и договаривались, отходило тридцать процентов от будущей прибыли.
Помимо скрытых действий и интриг самого известного гриффиндорца, школу потрясло приближающееся событие – Святочный бал. Видя ошарашенные и испуганные лица студентов Поттер чувствовал то, что чувствовала Гермиона, когда оказывалось, что никто не читал «Историю Хогвартса» и не знал банальные факты о школе. Он не мог понять: почему все в шоке?! Неужели никто не задумался, зачем нужно было покупать парадные мантии? Неужели никто не заглянул в ту же «Историю Хогвартса» и не прочитал про Турнир Трёх волшебников, который за всё существования школы проводился не один раз. В конце концов он смирился с вопиющей безграмотностью и тупостью и смирившись с таким страшным понятием как «белый танец», попросил Лаванду дать ему пару уроков. Девушка с радостью решила помочь своему парню, и партнёру в танцах по совместительностью. Видя, с каким хитро-сочувствующем лицом она показывает ему элементарные азы, Гарри понимал, что он настолько плох в танцах, что при всём желание не сможет затмить Малфоя, вышколенного с детства. Аристократ чёртов.
Помимо стенания из-за проклятого танца, Гарри с мрачной эйфорией наблюдал за неуверенными друзьями, в паники ищущих партнёров и партнёрш.
До Святочного бала оставалось две недели.
. . . Драко Малфой задумчиво сидел возле припорошенного снегом, и по берегам скованного льдом, знаменитого хогвартского озера. В последнее время слизеринец стал тихим и задумчивым, хотя и пытался на людях поддерживать свою обычную браваду надменного наследника богатой семьи. Сейчас он как никогда понимал, что детство может когда-то закончиться. А причиной этому была его двоюродная сестра. Диана Беллатрикс Лестрейндж. Хотя… надо начать всё с самого начала, так, как это началось для Драко.
Впервые о своей сестры он услышал в девять лет, и то, только потому, что нечаянно подслушал разговор родителей. Родители взяли с сына обещания никому не говорить о дочери Лестрейнджей, а лучше вообще забыть. Они обмолвились, что она проживает на континенте и не может встретиться с родственниками. Весьма глупая отговорка для волшебного мира, и это понял даже маленький мальчик. Конечно, он больше и не думал о ней, потому, что не знал о старших Лестрейнджей ничего, кроме того, что они со слов родителей служили Лорду и предательски попали в Азкабан за «приверженность традициям». О странном родственнике Драко не думал до второго курса, пока во время очередного нападения на грязнокровок, мальчики второго курса слизерина не завели разговор о идеях Лорда и его сторонников. К слову надо сказать, что ни Малфой, ни Забини почти ничего не знали конкретного о тех временах. С детства их учили стандартными шаблонами чистокровных аристократов, говорили истины, которые надо запоминать, не задавая лишних вопросов. К тому же, первого всячески ограждали родители, а второй жил с матерью - «черной вдовой», которая отношения к Лорду и его идеям не имела, а занималась тем, что меняла мужчин как перчатки, оставляя на память их счета в Гринготсе.
Тогда, во время разговора от Теодора Нотта, болезненного и тихого мальчика, а так же от Кребба и Гойла, Малфой узнал о событиях первой магической войны. Именно тогда он снова услышал фамилию «Лестрейндж», вместе со всеми их подвигами. Этого он не забудет никогда… сияние свечей в комнате для второго курса Слизерина, и фанатичные речи Нотта-младшего, который со всеми подробностями рассказывал о каждом Пожирателе. Отец Теодора, как понял Драко, со слов опьяневшего от внимания друга, коим он был всегда обделён, был фанатиком не меньше самих Лестрейнджей, и во всяком случае больше, чем его отец. Со слов однокурсника он узнал, что Нотт-старший продолжил сопротивляться аврорам и после падения своего хозяина, и даже после своей добровольной сдачи в застенки аврората. Он так же как и Люциус добровольно сдался после исчезновения хозяина, говоря, что был под Империусом. Он смог обмануть всех, но в отличие от отца Драко сразу после оправдания продолжил дело Темного лорда. Вот такой хитрый гамбит от «раскаявшегося примерного семьянина»… Теодор клялся, что его отец дрался плечом к плечу с самыми приближенными пожирателями, такими как Лестрейнджи. Это продолжалось до тех пор, пока ему не перебили спину режущим, отчего старший Нотт оказался прикованным к постели на протяжении шести лет, пока не смог снова ходить после долгого лечения. Но даже в таком жалком состоянии он смог воспитать своего сына следуя традициям Пожирателей. С детства вместо сказок он рассказывал биографии погибших товарищей, прославлял лорда и взял с сына клятву продолжить Дело. Теодор вырос тихим, но твёрдо знающим, что его ждёт юношей. Огромную роль в становление ребёнка сыграло отсутствие матери, которая умерла при родах. Поговаривали, что она была очень молода даже по меркам магического мира, и просто физически не смогла выжить после родов. Эта тема была любимой сплетней Панси и Дафны, находящие в этом отголоски «романтического» прошедшего средневековья, когда рожали детей в пятнадцать-шестнадцать лет. Во всяком случае, сам Теодор никогда не говорил о своей матери.
Драко растёр руки и снова углубился в мысли.
С этого момента слова «Темный Лорд» и «Пожиратели смерти» перестали казаться какими-то абстрактными символами ушедшего прошлого. Драко стал скрупулёзно собирать всю информацию о героев, пытавшихся очистить мир от грязи. Он даже прочитал глупую министерскую пропаганду, носившую гордое название «Подъём и падение тёмных искусств в двадцатом веке». Идиоты, век ещё не закончился, а они уже написали книгу и «закрыли» столетие. И тогда, он заинтересовался своей родственницей. Впрочем, до лета перед четвёртым курсом он так ничего и не узнал.
За день до приезда Дианы его позвала к себе мать и настоятельно попросила особо не сближаться с новой родственницей и не делать глупостей, мотивируя это тем, «что её родители хоть и были настоящими героями, сражавшимися за правое дело, но иногда переходили границы жестокости.» По рассказам Теодора Драко знал об этом «иногда». Фи… подумал тогда Драко, не понимая, что плохого в убийствах грязнокровок и прочей низшей мерзости. К тому времени, он просто горел идеями Лорда о главенстве чистокровных и поголовном истребление всех неугодных.
Потом его позвал отец и заявил, что Диана его двоюродная сестра и он не потерпит никаких отношений между родственниками, выходящими за грань дозволенного. Тогда Драко снова усмехнулся, говоря, что его не интересует новая родственница в таком отношении… Впрочем… он ошибался. На следующий день он увидел Её. Она была совершенна, и Драко влюбился в собственную сестру. Эту случилось потому, что она была не похожа ни на одну знакомую волшебницу. Возможно, если бы он знал Диану с рождения и относился к ней как к сестре на протяжение четырнадцати лет, то всё было бы отлично, но судьба приготовила злую шутку… В один прекрасный день он увидел прекрасную девушку к которой он просто не мог относиться, как к сестре. В голову сразу лезли предательские мысли о том, что Вальпурга Блэк вышла замуж за двоюродного брата и родила двоих здоровых и одарённых мальчиков.
Потом школа. В которой Диана разбила кипучую деятельность. В первые же дни она сблизилась с родственниками Пожирателей смерти, в том числе и Драко. На правах временного предводителя, конечно же. В формировании кружка помогли три причины: родители Дианы, её знание темных искусств, и чертов Поттер, окончательно сбрендивший и кидающийся на всех подряд. Благодаря этому идиоту Слизерин получил такой минус, что о победе не было смысла и мечтать. В лучшем случае, можно было обойти Гриффиндор, прозябающий в таком же минусе, и занять третье место, уступив барсукам и орлам.
Честно говоря, этот кружок был построен на строгой иерархии, где предводителем была Диана, благо, право голоса имели все, но решающий голос принадлежал четверокурснице. Не будь твои родственники пожирателями, ты бы не за какие заслуги не попал в него. Конспирация… Как-никак, язык надо было держать за зубами, все учителя так и ждали, когда где-нибудь оступится Лестрейндж. Их маленький кружок проворачивал мелкие нападения на грязнокровок и гриффиндорцев, обставляя всё так, что с ними никто ничего не мог связать. Иногда и жертва находилась в счастливом неведение, что не могло не бесить Лестрейндж, желающую при людно унижать неполноценных волшебников.
Но была одна тайна… Однажды Диана собрала самых приближенных к себе слизеринцев и призналась, что её главная цель вернуть Лорда. Старшекурсники согласно закивали, но Монтегю заявил, что Лорд мертв и искать его бесполезно. Сказать такое в лицо той, чьи родители положили свою свободу на это... Круциатус мгновенно поразил капитана слизерина по квиддичу. Это было ужасно. Все оцепенели в креслах. Семикурсники с ужасом смотрели на девушку, только Нотт чему-то ухмылялся. Через шесть секунд Диана сняла проклятие и прошипела на стонушего парня.
. . . - Предатель! Неужели ты ничего не понимаешь?! Он жив! И даже Дамблдор соглашается с этим. Он уверен, что Темный Лорд рано или поздно вернётся! – девушка перевела дыхание. – Нам надо это приблизить. – тяжелый, торжествующий взгляд прошёлся по притихшим студентам.
Тишина прерывалась скулежом Монтегю. Все ещё никак не могли отойти от демонстрации второго Непростительного.
- Дамблдор хоть и притворяется идиотом, но он знает о чем говорит. И у меня есть доказательства, вы и сами их знаете, но боитесь что-либо предпринять. Три года назад. Квирелл пал от рук Поттера и Дамблдора. А он, как я поняла, служил Темному лорду и пытался добыть философский камень. – огонь одержимости полыхнул в тёмных глазах.
- Никто не знает. – встрял шестикурсник, с опаской косясь на девушку, которая только что заслужила пожизненное в Азкабане. По её спокойному виду можно было только догадываться, чем она занималась до школы, что круциатус воспринимается ею как шлепок по попе неразумного ребёнка.
- Дамблдор намекал о том, что профессор был одержим духом. Плюс по Гриффиндору ходят слухи об очередной победе этого Поттера. – скривилась Диана. – Рыжему дружку Поттера, этому Уизли, разумнее было бы подрезать язык, а то слишком много болтал. Да и столько баллов, как тогда директор даровал Гриффиндору, просто так не дают.
- Дыма без огня не бывает. – встрял Малфой, раздраженный, что словам его сестры не верят. – Что-то было. Я верю Диане и готов искать Лорда. – твердо заявил слизеринец, Теодор согласно закивал. Многие поддержали их, но особого энтузиазма пока не было.
- Спасибо, Драко. – поблагодарила Лестрейндж и продолжила. – Два года назад. Надписи о наследнике Слизерина. Нападения на грязнокровок и полукровок, в котором, была замещена магия, намного превосходящая той, что изучают в школе. Даже тот же Дамблдор не смог вернуть парализованных жертв к жизни без настойки Мандрагоры. Вывод – магия темная и трудная. Никому в школе не под силу было её применить. Дамблдор снова намекнул, что в нападениях замещен Темный лорд. Я ведь права, Драко? – усмехнулась девушка.
- Да. – кивнул Малфой, недовольный, что придется рассказывать об этом всем присутствующим. – Мой отец ещё до начала второго курса заявил, что в школе будет опасно. Просил не высовываться и не привлекать внимание. Он почти признался мне, что замещен в этом. Намекнул, что Тайная комната уже открывалась, и тогда умерла грязнокровка. Жаль, в этот раз все оказались целы.
- Получается, что кто-то открыл тайную комнату Салазара Слизерина. При этом, надо быть его наследником, по-другому комнату не открыть и не выпустить Ужас. – Диана процитировала строчку из истории школы. – А из тех, кто мог хоть как-то относиться к Слизерину был Поттер, не понятно откуда владеющий партселтангом. Но он отметается сразу, поэтому остаётся… Тёмный Лорд!
- Все правильно, но зачем ослабевшему Тёмному Лорду проникать в школу и нападать на детей? – задала риторический вопрос Катарина Уилкис.
- Не знаю. – призналась девушка. – Но кто-то похитил мелкую Уизли и уташил в Тайную комнату.
- Ещё большая бессмыслица. – покачал головой мрачный пятикурсник. – Зачем Лорду эта убогая предательница крови? Проще было Поттера утащить в недра комнаты и прикончить.
Все замолчали. Никто не видел смысла в том, что Лорд прятался в школе, писал на стенах предупреждения и нападал на детей. Бред в любом смысле.
- Но кто-то открыл комнату. – упорно заявил Нотт, чувствуя, что надо гнуть своё, и всеми правдами-не правдами подбивать всех на поиски Лорда. – А других наследников кроме нашего Лорда просто нет. Это мог быть он. Возможно хотел свалить Дамблдора. – призадумался юноша. - Его тогда твой отец, Драко, почти вышвырнул из школы. А школа без этого идиота могла стать нормальным местом для обучения, а не перевалочным пунктом для грязнокровок, проникающим в наш мир.
- В итоге святой Поттер опять всех спас, выиграл кубок школы, а мой отец вылетел из Попечительского совета. – мрачно пошутил Драко.
-Твой отец ничего нам не скажет? – спросила Лестрейндж. – Он многое знает. Знаком со многими людьми. Половина Пожирателей смерти избежала Азкабана только благодаря его вмешательству. – девушка применила легкую лесть. Никто не знал, какая ярость и презрения клокотали в ней, стоило вспомнить лощённого надменного Люциуса, и сравнить с родителями, замурованными в Азкабане. Хотя, по иронии судьбы, и сравнивать было не с чем – она ни разу не встречалась с ними в тюрьме. Уж слишком много сотворили её родителя, что даже горы золота и почти безграничные связи не смогли добиться и пятиминутного свидания.
- Нет. Он считает нас слишком маленькими. – отрезал Драко. - Его положение до сих пор не твёрдое. Выродки вроде Уизли до сих пор проверяют наше поместье на наличие тёмных артефактов. Такие как Грюм и Дамблдор до конца своей жизни будут копать под нас. Они не те идиоты, которыми полнится наше Министерство. Был под империусом – ничего не помню. – передразнил Малфой. – Бред. Даже не знаю, как это могло сработать. Поэтому ему приходиться притворяться законопослушным гражданином, и временно отойти от дел.
- Моя семья чуть не разорилась от взяток. – пробурчал семикурсник слизеринец.
- На Чемпионате мира он доказал, что до сих пор верит в наши идеалы. – уважительно заявил второй семикурсник.
- Он всегда верил! – рявкнул Малфой. – Он был и остаётся верным Пожирателем смерти.
Диану чуть не вывернуло от переполняющего отвращения.
- Никто не спорит, Драко. – осадила брата слизеринка, своим мелодичным, успокаивающем голосом. – Но нам важен наш Лорд. Может быть твой отец помогал ему в открытии Тайной комнаты? Вспомни что-нибудь, хоть какую-нибудь мелочь. – попросила Диана, уверенная в обратном. – Не мог Люциус просто так предупредить тебя об опасности! Ты же говорил, что он был рад, будто знал про нападения.
- Он и так знал, но он передо мной не отчитывается! – буркнул Малфой и задумался. - Постой. Я кажется что-то вспомнил. – встрепенулся Малфой. – После того, как Поттер спас Уизли, мой отец явился в Хогвартс, в качестве представителя от Попечительского совета. Я сообщил ему, что Дамблдор несмотря на временное снятия с поста снова оказался в школе. Ну помните тогда глупую речь по поводу того, что он приложит все силы для спасение предательницы крови.– серые глаза Драко горели торжествующим огнём. – Перед тем как пойти к директору, отец зашёл ко мне и спросил как к событиям относится Слизерин. Он был с Добби. Добби один из наших эльфов. Был. Такой мерзкий, постоянно проваливал простейшие поручения, истязал себя.
- Помню этого уродца. – скривился Нотт. – Тупой даже для эльфа.
- Вот. После похода в кабинет директора, отец потерял кресло представителя в Совете Попечителей и Добби. Мама сказала мне, что он сам освободил этого чудика, но я не верю в такой расклад. Просто так слугами не разбрасываются. Домовики рождаются очень редко, хотя живут долго. – отвлёкся парень. - Он мог запереть его в подземельях и выпустить пар, но выгонять бы не стал. Предполагаю, что каким-то образом этот уродец сумел освободиться. Отец был жутко злой… - парня передёрнула. – Я смог разузнать от других эльфов, что папа чуть не убил ещё двоих слуг сразу по приходу домой.
- И что с того? Завалил бы твой отец этих ничтожеств?! – прорычал разозленный Монтегю, которого до сих пор потряхивало после проклятия. В его пустой голове билось одно желание -сорвать хоть на ком-нибудь свою злость.
- Ты идиот, Грехэм. – закатила глаза Катарина Уилкис, дочь погибшего Пожирателя смерти. – Этот эльф присутствовал при разговоре Люциуса и Дамблдора. После этого разговора профессор прямо заявил, что это «проказа» Темного лорда. Так же, этот разговор настолько взбесил твоего отца, Драко, что он чуть не укокошил ещё двоих эльфов. Этот Добби мог многое слышать.
- И где этот эльф? Мой отец мог уничтожить его сразу после разговора. Потеря кресла главы попечительского совета… - вздохнул Малфой. – Там столько средств и сил было потрачено.
- Если твой отец освободил его, то нам надо найти. – фанатично заявила Диана, почуявшая ближайшую цель в главном деле её жизни. – Попробывать точно стоит.
- Сдурели? – рассмеялся шестикурсник. – Искать возможно почившего эльфа с целью разузнать информацию о Темном лорде? Полный бред. – покачал головой парень. – Проще схватить Поттера и выпытать у него всё, что он знает о нашем хозяине. А он знает много. На крайний случай, можно Уизли или Грейнджер допросить. У них же всё общее, даже Грейнджер. – парень сам захохотал со своей шутки, отчего присутствующие девушки поморщились.
- А пытать его ты будешь? – съязвил Нотт.
- Схватить кого-нибудь из Золотого Трио? – задумалась Диана, игнорируя замечание Теодора. – Нет. Слишком опасно. Мы всегда под подозрением. На нас Филча ещё вешают. А Поттера надо ещё и скрутить… Да и империус на него не действует, а по доброй воли он ничего не скажет. Сыворотки правды нет и не будет… Круциатус только в нашей гостиной можно применять без возможности быть пойманным…
- Интересно, кто его так? Вроде не наши. – озадаченно спросил Нотт, вспоминая всеми нелюбимого старика.
- Будем искать домовика? – поинтересовалась Уилкис, признавая главенство Лестрейндж. Хоть она и была старше, но харизма и лидерские качества напрочь отсутствовали в ней. Её коньком была исполнительность и логика.
- Да. – окончательно приняла решение Лестрейндж.
- Есть ещё информация. – светясь от гордости вставил Драко, особенно чувствуя свою значимость. – Домовик ненавидет всех темных волшебников. Возможно, мой отец был немного жесток с ним. – быстрее проговорил слизеринец, надеясь что эти слова никогда не дойдут до отца. – Он пойдет только в светлую семью. Мечтой этого кретина была зарплата и два выходных в месяц. Искать его надо только у полных идиотов.
- Зарплата?! Выходные?! – дико захохотали слизеринцы, потрясённые запросами раба. – А круциатуса он не хотел?
- Не хотел, но получал. – скривился Малфой в безумной усмешки. Все снова засмеялись. Восемь человек. Отпрыски самых преданных пожирателей решили продолжить дело родителей и родственников, не спрашивая ничьего разрешения.
- Мы найдём Лорда, пусть нам придётся перерыть носом хоть всю Англию! Мы выпотрошим память всем эльфам и людям, но найдём хозяина! Слизерин в последнее время стал мельчать. Неужели прошли времена главенства чистокровных, и сейчас наш уровень, это заклятия подножки и порча на прыщи? Мы должны уничтожить эту заразу и вернуть власть чистокровным! - фанатично говорила Диана. – Найдём эту маленькую тварь! Даю вам на это две недели. Если ничего не выйдет, то схватим Уизли номер шесть и я поговорю с ним. – холодная усмешка не вязалась с мечтательным взглядом. – Кстати, господа и дамы, вы кажется забыли подписать этот маленький пергамент. Нам не нужны предатели. – лаского добавила девушка.
- А что будет с предателями. – сузил глаза молчаливый слизеринец, а остальные заинтересованно закивали, подтверждая свою принадлежность к самому скользкому и хитрому факультету.
- На том месте, где должна быть тёмная метка, у вас появится не слабый ожог. – уклончиво ответила девушка, явно минимизируя реальную кару.
- Справедливо. Предателей всё равно среди нас нет. – твёрдо заявил Нотт и первым уверенно подписал свиток.
Идя в свою комнату Драко явственно ощущал себя носителем страшной тайны, членом тайного ордена, особенным… Младшие Пожиратели смерти. Будущие рыцари за благополучие магического мира, за его чистоту и возвращением к истокам, от которых отклонились за последние сто лет.
« Теперь мы точно найдём Повелителя, по-другому и быть не может!» - лихорадочно думал юноша. «Маленькие зацепки у нас уже есть. Пусть мы потратим год, два, десять, да хоть всю жизнь, но мы найдём нашего предводителя! Докажем, что мы не наши родителя, погрязшие в балах и раздиранием на кусочки Министерства. Деньги…» - скривился Драко, мигом проникаясь отвращением к старым приоритетам в жизни. «…ничто по сравнению с Идеей! Просто средство для борьбы против губительных нововведений. Можно пожертвовать ими, здоровьем, свободой, жизней, но отступать, коли решил идти до конца, нельзя! Пусть мы будем творить ужасные вещи, нас многие будут ненавидеть, но в будущем скажут спасибо. Возможно, мы единственные, не отравленные лживой правительственной пропагандой.» - заводился блондин, чувствуя, как пылают в огне щёки. Он готов был хоть сейчас схватиться с Грюмом, которого всегда боялся, и без сожаления погибнуть ради Идеи.

0

39

. . . Малфой отстранёно отметил, что с того вечернего собрания прошло от трёх до четырёх недель. А через неделю после этого разговора, он, Драко Малфой, приблизил их тайный орден к победе ещё на один шаг. Сидя в библиотеке и пытаясь решить очередное трудное задание, он чисто случайно заметил спорящих через ряд гриффиндорцев. Грейнджер размахивала руками и пыталась в чём-то убедить Уизли. Из-за природного любопытства слизеринец напряг свой слух и…
. . . – Рон, ты не понимаешь! – отчаянно спорила Гермиона, смотря на Рона, как несмышленого ребёнка. – Рабство домовиков уходит корнями в тёмные века, но никто за всё время даже не пытался решить эту проблему!
- Ты мне уже месяц это твердишь! Я не согласен с этим! – как оборотень взвыл Уизли.
- Ты не хочешь понимать, слишком в тебе много магических предрассудков. – парировала Грейнджер, с некоторой долей жалости смотря на трясущегося друга.
-Им. Это. Нравится. – угрожающе прошипел долговязый парень.
- Они не понимают! Вспомни Добби… - на этих словах Драко чуть не выронил книгу, и попытался как можно тише дышать. – Он страдал у этих чистокровных снобов. Гарри освободил его и он зажил настоящей жизнью.
- Он просто дефектный какой-то. – стоял на своём Рон. – Его с его требованиями не приняла ни одна семья. Он по природе слуга, и не должен хотеть большего.
- Ты… ты… - захрипела гриффиндорка.
- Что я? – смутился Рон. – Его только Дамблдор принял, и то, только из жалости. Кому нужен слуга, требующий денег?
- Он просит гроши!
- Это дело принципа! – зло заявил Рон. - Такого нет, не было, и не будет! Это всё равно, что идти против природы, как ссать против… - парень вовремя прикусил язык, но от удара томом это не спасло.
- Ненормальная! – заверещал парень и вылетел из храма знаний.
. . . Так они узнали, что нужный им эльф находится совсем рядом с ними, и может быть, по ночам убирается возле их кроватей. Хотя наврятли, Добби, со своими взглядами, навярняка драит полы только у гриффиндорцев.
Дальше всё было просто… на первый взгляд. Непростительными могла пользоваться только Лестрейндж, поэтому ей и выпала честь быть главной «судьёй». Ей же Драко и доложил о своём открытии. Дальше пошло то, что и можно было ожидать от слизеринцев. Диана не стала сообщать всем восьмерым «особо приближённым», а ограничилась одними Теодором, Уилкис и Малфоем. Вместе они без труда выманили домовика на территорию спальни для мальчиков четвёртого курса, парализовали и наложили Империус.
. . . – Ты Добби? Ты раньше служил в поместье Малфоев? – перестраховалась слизеринка.
- Да. – бессмысленно качнул головой домовик.
За следующий час они пять раз прослушали историю о книге тёмного лорда, которую тот дал на хранению Люциусу Малфою, о том, что два года назад Люциус подложил её Джинни Уизли, надеясь подставить Артура Уизли и выдворить директора из школы.
- Обливиэйт! Фините! – негромко сказала Лестрейндж.
- М…мисс Лестрейндж? – в ужасе прошептал Добби, смотря на девушку. – Молодой хозяин? – страх в голосе раба стал явственнее.
- Принеси нам сока. – приказал Нотт. – Быстро! – рявкнул он и со всей силы пнул ошарашенного после стирания памяти домовика, отчего тот отлетел в стену и с визгом аппарировал.
- Умница, Драко. – лаского прошептала Лестрейндж и легкопо целовала брата в щёку. – Теперь мы точно знаем, что Повелитель жив. Он потерял тело и ищет способы найти его. Значит… слухи в определённых кругах, о том, что Он в Албании – правда. – девушка впала в экстаз и тяжело дышала. – Мои родители были правы. Мы были правы. Мы тогда не проиграли войну, мы проиграли только битву. Война ещё впереди. – как безумная шептала девушка и гладила свою палочку.
- Что будем делать? – спросила Уилкис. – Подадимся в Албанию?
- Нам нужна книга Темного лорда. – заявила дочь самых преданных последователей Волан-де-морта.
- Она в кабинете Дамблдора. – осторожно начал Драко.
- Это вещь Лорда! – угрожающе прошипела девушка. – Через эту вещь он управлял мелкой Уизли. Может быть мы сможем связаться с ним и сообщить, что не все предали его.
- Вломиться в кабинет Дамблдора безумство. – скривился Нотт.
- Мы сделаем это. – Лестрейдж поставила точку в дебатах. – Никому пока не слова. Достанем книгу, тогда и будем хвастаться.
На радостях от этого события они вчетвером схватили Долгопупса, наплевав на все возможные угрозы. Вся ставка делалась на то, что гриффиндорец захочет отомстить сам, и следовательно, никому не скажет. Оглушить его было легко. Влить в рот оборотное зелье, позаимствованное у пятикурсников, – ещё легче. Вчетвером они тащили лжебольного лжеЗабини в чулан Слизерина. А потом…
- Круцио! – твердо сказала Диана, направив палочку на связанного гриффиндорца.
Раз, два, три, четыре, пять…
Смех и …
- Круцио! – прошептал Нотт, направив палочку гриффиндорца на своего хозяина. Гриффиндорец задёргался, но слабо, видно Нотт не владел Непростительными на уровне Дианы, без особого труда пытавшего студента его же палочкой.
Раз, два, три, четыре, пять…
Плач и ещё более громкий смех.
- Воздержусь. – покачала головой Катарина.
- Я тоже. – поёжился Драко, чувствуя мощную ауру боли и ненависти… И в тайне любуясь прекрасной сестрой.
- Дай мне, дилетанты! – прошипела Лестрейндж, вырвав палочку из дрожащих рук бледного Нотта.
Долгопупс испытал ещё три коротких Круциатуса от отпрыска палачей его родителей. Всё-таки, у Дианы Лестрейндж было хорошее чувство юмора.
. . . И вот сейчас Драко Малфой настраивался на самое рискованное предприятие в его жизни. Вчетвером они разработали простой и эффективный план, в котором у каждого была своя роль.
« Обокрасть Дамблдора.» - предвкушение и страх боролись в душе слизеринца. «Если по-другому нельзя…» - вздохнул Драко.
Катарина разузнала пароль от кабинета директора. Впрочем, это было легче лёгкого, особенно если ты староста школы. Драко пришлось проникнуть в хранилище Снейпа, которое после дерзкого ограбление, произошедшего пару месяцев назад, было защищено как ячейка в Гринготсе. Любой другой бы обязательно попался, но Драко входил в узкий круг студентов, которым суровый декан доверял, и разрешал изредка посещать хранилище и использовать общие школьные запасы для личных исследований. Да и многочисленные пожертвования Люциуса давали возможность его сыну буквально жить там, и быть уверенным, что зельевар « не заметит» его.
Из хранилища Драко украл оборотное зелье. На ограбление было идти крайне глупо в своём настоящем обличье, ведь многочисленные портреты при желание могли донести директору. Трое четверокурсников и одна семикурсница на час стали первокурсниками со Слизерина. Даже если бы их и увидели, то проблемы были у невинных первокурсников. «Выживай как можешь!» - один из неофициальных кредо слизеринцев.
Теодор, Катарина и Драко стерегли подходы к кабинету, благо их было всего два, и при желание можно было скоро улизнуть. Диана, выполняя роль главного, брала на себя самое сложное – поиск книги в кабинете. Видя уверенную сестру, пытающуюся сдержать легкое волнение, Драко чувствовал гордость. Идти одной в кабинет величайшего светлого волшебника…! Кстати, сам величайший светлый волшебник отбыл на заседание Визенгамота, о чём любезно сообщил отец Нотта.
. . . Тяжелый вздох. Три кивка, означающие, что всё чисто.
«Сейчас всё решится.» - тяжело дышала Диана. Чувствовать себя первокурсницей было неприятно, но зато безопасно. Трое сообщников стояли в конце коридоров и следили за приближением учителей и директора.
- Тараканьи усы! – Лестрейндж громко «пропищала» голосом одиннадцателетки. Гаргулья не шелохнулась, но потом нехотя открыла дверь. Лёгкий пасс палочкой, и заклятия для отвода глаз стала работать в полную силу.
Девушка аккуратно сделала пару шагов по извилистой лестнице. Неизвестно чем старый маразматик защитил свой кабинет. Наложив чары сна на портреты, она стала применять все знакомые чары по обнаружении защиты на кабинете. К её удивлению, она не обнаружила ничего. Оказывается, что величайший светлый маг даже не удосужился хоть как-то защитить свой кабинет.
Чувствуя огромное количество плюсов в сложившийся ситуации слизеринка бросилась к книжной полке, надеясь найти заветную тетрадь-книгу в кожаном переплёте и с дыркой посередине. Но стоило ей сделать два шага, как кто-то заголосил. Девушка вцепилась в палочку и встала в стойку.
Феникс… Настоящий феникс. Ошарашенная Лестрейндж ждала нападение чудо зверя, который кинется защищать собственность хозяина, но Фоукс был настолько светлым, что не посмел причинить боль девочке. Он чувствовал, что за невинным внешним видом скрывается зло, но всё равно ничего не мог сделать. Против природы не попрёшь. Фамилиару директора осталось грустно смотреть, как методично перерывают вещи его хозяина.
На слизеринку накатывало отчаяние. Книг было просто море. Стен в кабинете почти не было. Их заменяли огромные полки с пола до потолка. Ничтожная часть пересмотренных книг не имела ничего общего с рубленными объяснениями Добби. Чувствуя, что уходит драгоценное время, Лестрейндж кинулась к массивному столу. Засунув палочку в карман она стала руками выдвигать бесконечные ящики. Это продолжалось до тех пор, пока в одном она не наткнулась на заветную книгу.
Иссохшая книга с дыркой посередине. Ничего примечательного она не заметила. С первого взгляда вообще мусор. Но это была вещь Лорда. Того, кому служили её родители и дедушки. Того, для кого её вообще родили.
Диана достала из кармана шёлковый платок и с трепетом завернула трофей. Через секунду она покидала комнату, кое-как удержавшись от уничтожения мерзкой птицы, громко голосившей из-за вопиющего воровства из кбинета хозяина. От трели феникса проснулись портреты и сонно бурчали. Кто-то понял причину возмущенной трели и грозно грозил кулаками.
Юнная воровка не стала тратить время на накладывания новых чар – она просто убежала. В коридоре она дала сигнал своим подельникам. Все четверо заговорщиков пошли в гостиную разными путями, стараясь вести себя как обычно.
. . . Альбус Дамблдор задумчиво постукивал по столу. Немыслимо! У него только что украли очень ценную вещь из кабинета. Оказалось, что его размышления о поведение детей оказались ошибочными.
« Диана не долго размышляя о моральной стороне, и украла у меня дневник Тома.» - константировал старик. Он прекрасно понял, с какой лёгкостью четверокурсница провернуло то, что неудовалось ни одному Пожирателю. Она смогла обвести его вокруг пальца и похитить одну из самых ценных вещей в его кабинете. Но он искренне не понимал, откуда она узнала о дневнике. Он был уверен, что ни Гарри, ни его друзья никогда бы не сказали ей об этом, Люциус бы тоже молчал до последнего. Два года назад он даже не понял ЧТО совершил. Осмысление к нему пришло недавно, а в купе с покалывающей меткой (спасибо Северусу за доклады!) он чувствует ужас. Лорд вернётся и жестоко накажет за глупую потерю столь ценной вещи. Теперь становилось понятно организованное выступление на Чемпионате. Страх. Желание выслужиться перед воскрешающемся хозяином. Желание показать, что он не предатель.
Поэтому остаётся это «как». Дамблдор был уверен, что не обученная девчонка не узнает ничего из дневника. После уничтожения клыком василиска он потерял весь свой магический потенциал. Сейчас это просто потрёпанная книжка. На первый взгляд, конечно же. Сам Дамблдор, используя свой жизненный опыт понял, что книга не проста, и запускает какие-то дикие и нереальные реакции. Он не мог понять, как Гарри видел и говорил с шестнадцатилетнем Томом. Такой магии просто нет! И как на зло, он не успел до конца изучить фокус Волан-де-морта.
Он сейчас корил себя только за это. Он постоянно переносил время, которое он планировал выделить на серьёзные опыты с тёмным артефактом. Переносил, переносил… пока юркая девочка не выхватила загадочную вещь прям из под носа.
Обидно. И главное, никак не докажешь. Всё идеально, а до того, чтобы копаться в вещах он не опуститься. Да и нет в них ничего, это не простак Драко. Остаётся одно: козырный разговор по душам. Невозможно, что пятнадцатилетняя девочка настолько погрязла во тьме, что невозможно вытащить её из этой ямы. Всегда можно договориться и спасти заблудшую душу. Пусть и в ущерб себе, старику, и так, прожившему больше положенного.
. . . Диана с трепетом рассматривала книгу, и этот трепет не прошёл даже тогда, когда она оказалась пуста. Не было ничего. Абсолютно. Но это подстёгивало очаровательную девушку, вцепившуюся в ниточку, ведущую к Лорду, истинно бульдожьей хваткой.
Задумчиво повертев книгу, она обнаружила полустёртую надпись на задней корке книги.
Том Марволо Риддл.
Торжествующая улыбка появилась на губах. Ниточка всё ещё тянется от хозяина до неё. Это был тот шанс, которого не было у её родителей.
«Кто ты, Том Марволо Риддл?» - задумчиво откинулась на кровати девушка. « Неизвестный сторонник Тёмного лорда? Враг? Шпион? Кто бы ты не был, я узнаю о тебе всё.»

0

40

Глава 34.

- Невилл, признайся, с кем ты идёшь? – между делом спросила Лаванда, заставляя парня снова покраснеть.
Юноша бросил на Поттера недовольно-просящий взгляд и нахмурился.
- Лаванда, отстань от Невилла. – лениво вступился за друга Поттер. – Может это тайна? Мы ведь не выпытываем у девушек имена их кавалеров.
- Я иду с тобой, Парвати с Симусом, а Грейнджер сама с собой. – закатила глаза брюнетка. – Что тут пытать-то? А вот с вами, мальчики, всё гораздо интересней. Мы с подругами из Когтеврана пообщались, и оказывается, многие парни скрывают имена своих избранниц.
- Всё равно не скажу. – угрюмо отмахнулся Долгопупс.
- На балу всё равно увижу. – хитро усмехнулась девушка.
. . . – Невилл, да пригласи ты уже кого-нибудь! – пытаясь скрыть усмешку посоветовал Гарри, видя насупившегося товарища. Этот разговор повторялся каждый вечер, но результатов пока не приносил.
Долгопупс ничего не ответил, только стал ещё свирепее вертеть в руках галеон.
- Если ты придёшь один, то об этом точно узнает вся школа. – мимоходом добавил чемпион Хогвартса.
- Дьявол! Чёртов Малфой! - простонал гриффиндорец.
- Сам виноват. – заметил Гарри. – Не надо было поддаваться на провокацию.
- А что мне оставалось?! Молчать? – пробубнил Невилл.
Поттер равнодушна передёрнул плечами и стал анализировать событие, повлёкшее за собой столько головной боли для его друга.
Началось всё, по традиции, со спора между гриффиндорцами и слизеринцами. На истории магии два непримиримых факультета негромко переругивались, пока кто-то не обмолвился про Святочный Бал. Уже через пару минут в аудитории стоял такой гомон, что даже Бинс отвлёкся и попытался утихомирить студентов. Все кричали, спорили, до тех пор, пока Малфой не перешёл на отдельных учеников и принялся оскорблять и подкалывать Невилла.
Уже в который раз Долгопупс почувствовал себя в шкуре Уизли, который точно таким же образом становился козлом отпущения всего Слизерина, когда им не удавалось достать Поттера. Верный оруженосец, первый рыцарь, получал всё то, что должно было пасть на долю Мальчика-который-выжил. Драко давил на то, что у «сквиба» никогда не будет партнёрши, шутил над тем, что гриффиндорец снова будет аутсайдером.
Ну, Невилл и не сдержался… По глупости он громко заявил на весь класс, что у него уже есть партнёр по танцам. Понятное дело, что такое заявление уложило на пол почти всех слизеринцев. Они смеялись до колик, наконец Малфой заявил, что не верит в этот бред, и ловит гриффиндорца на его честном слове.
Ситуация вырисовывалась совсем не радостная. С одной стороны, если поймают на лжи, то об этом будет перешёптываться вся школа. Но с другой, если предположить, что каким-то образом Невилл сможет перебороть смущение и уговорит девушку на танцы… Грандиозное доказательства верности слова гриффиндорца.
По мнению Гарри, найти девушку в школе было совсем не трудно, на крайней случай, были те, кто помладше… Те же третьекурсницы, которые из-за своего возраста могли «проникнуть» на бал только с более старшим парнем. При таком раскладе, они бы с радостью согласились пойти даже с Хагридом, не говоря уже про Невилла.
Но Долгопупс, имевший нулевой процент общения с противоположным полом, чувствуя ажиотаж вокруг себя замкнулся и отказался предпринимать хоть что-то. Ещё неделю после спора он с ужасом смотрел на всех девушек, видя в них корень зла, и терял драгоценное время. В конце-концов, все девушки были разобраны практически поголовно, остались или, мягко говоря, не совсем красивые, или наоборот, такие красивые, что можно было отбросить любые мысли о знакомстве.
И вот, оставалось неделя до бала, а Невилл всё никак не мог решиться на поступок.
- Надо было пригласить девушку ещё неделю назад. – заметил Гарри.
- Я не смог. – буркнул Невилл. – Пожалуйста, Гарри, просто скажи, что мне делать?
- У меня есть решение этой проблемы. – после недолгих раздумий оживился Гарри. В мрачном взгляде Невилла появился блеск надежды. – Пригласи Ромильду. – блеск погас.
- Ромильду? – разочаровано выдохнул парень. – Смеёшься? Она второкурсница! Это ещё более позорно, чем прийти одному. – распинался гриффиндорец.
- Чем она тебе не нравиться? – стараясь сдержать усмешку спросил Поттер.
- Она меньше меня на два года! Ниже на голову… - возмущался несчастный подросток.
- Да, ладно. – отмахнулся Гарри. – Тебя главное прийти с девушкой. Просто формально не быть одному. Ну отмучаешься один танец, а потом пусть она делает то, что хочет.
- Да слизеринцы засмеют меня!
- Делай как хочешь. – пожал плечами Гарри. – Но это лучший вариант.
Минут десять было тягостное молчание. Невилл дулся и вертел галеон, а Гарри что-то писал на пергаменте со скоростью света.
- А вдруг она откажется? – тихо поинтересовался полный гриффиндорец.
- Исключено. – покачал головой Гарри. – Она согласится.
- Из огня, да в полымя… - мученически выдохнул юноша. – И где моё спасение?
- Не знаю, карта в комнате. - повёл плечом Поттер, одновременно что-то зачёркивая в своём конспекте.
- Пойду искать мою «богиню». – наконец-то пошутил Невилл, что указывало на подъём его упаднического настроения.
Стоило Долгопупсу уйти, как Гарри со всей силы ударил по столешницы. Ничего не выходило! Он потратил две недели, но кроме приблизительного плана, он так ничего и не придумал. То, до чего он додумался сходу, никак не хотело продумываться до мелочей! Возможно план был совершенен, или гриффиндорец просто упускал из виду самое главное.
Юноша тяжело вздохнул и заклинанием уничтожил пергамент.
«Я должен это сделать! Более благоприятной обстановки может и не быть…» - Гарри в глубокой задумчивости закусил губу. « Сейчас мой возраст моё главное оправдание. Я просто вне подозрений.»
Хоть в Поттере и преобладали качества присуще Слизерину, в нём иногда просыпалась та часть, что осталась от прежнего Поттера. Импульсивность и ослиное упорство. Если он что-то вбивал себе в голову, то старался это осуществить не смотря на возможные опасности и не жалея сил. Неизвестно почему, но если он этого не делал, то его жутко терзало чувство собственной никчемности и ощущение упущенного шанса. Мерзкие чувства, после которых он ходил разбитым и не мог ни о чём думать кроме потерянной возможности.
Хоть Гарри и говорил своим друзьям, что надо самому творить своё будущее, не обращая внимания на такие глупости как судьба и карма, но сам в глубине души верил, что судьба всё-таки есть.
Он считал, что желания возникающие в нём и требовавшие реализации, счастливые случайности, выгодные встречи, закалка в опасностях, всё это было не случайно. Это какая-то разновидность судьбы, неотвратимого будущего.
От этого казалось, что хоть раз не выполнишь задуманное, струсишь, и будущее, ТВОЁ настоящее будущее, раз и навсегда изменится. И снова отвратительное чувство упущенного шанса.
Таким образом получалась бесконечная лестница! Выполнил задуманное, стал ближе к неизвестной конечной цели в будущем, не выполнил… Значит в будущем что-то существенно изменится.
« Бред. О каком бреде я думаю?» - устало подумал Гарри. Он снова взял перо, извлёк из кармана помятый клочок пергамента и медленно вывел.
Делай что должен, случится то, что суждено.
Слабая улыбка появилась на искусанных губах. Не раздумывая, Гарри написал ещё один известный афоризм, который тоже задевал в душе какую-то невидимую струну.
Только сделай шаг вперёд, и все боги устремятся тебе на помощь.
- Наполеон… - зачем-то прошептал Гарри. Ему показалась, что он как-то извратил знаменитое высказывание, но… было просто плевать.
- Придётся рискнуть. – едва слышно прошептал Гарри и взял палочку в руки. Привычное тепло столь родной деревянной рукоятки успокаивало. – Тётушка Мардж, я скоро приду к вам. – юноша возбуждёно втянул воздух, чувствуя, что решение окончательно принято.
. . . Гарри шёл на дополнительные занятия с Флитвиком. После принятого решение стало легче думать, в голове не шёл спор, не надо было приводить доводы «за» и «против».
Убить человека… Сама мысль появилась не просто так. Убийство должно было стать главным символом уходящего года.
Для начала это была Месть.
Месть той, кого он ненавидел пуще Тёмного лорда. Самой мерзкой, несправедливой, глупой женщине в мире. Марджори Дурсль. Сестра Вернона Дурсля, тётя Дадли, женщина, поливавшая Поттера и его родителей грязью всё время. Она была ненормальной. Даже дядя с тётей признавали, что она иногда не в себе. Она не переживая, использовала при маленьком ребёнке такие ругательства, что кривился дядя, и она даже не задумывалась своим крохотным мозгом, что одновременно оскорбляет и жену своего брата. Мардж обожала рукоприкладство, сколько раз она давала затрещины Гарри, била его своей тростью. Больше этого она обожала только собак. Мерзкие, слюнявые, ожиревшие бульдоги… если бы она была волшебницей, то эти отвратительные существа были бы и её Патронусом, и анимагической формой. Любимое развлечение Мардж – спускать своих любимцев на не родного племянника.
Гарри готов был рискнуть всем, но отомстить этой твари. Последние две недели он просто жил планами по уничтожение жалкого и ненавистного «родственника». Страстно выискивал нужные пыточные чары, придумывал слова и реплики, которые он выкрикнет ей в лицо… Он просто был одержим. Никакие ласки Лаванды не могла отвлечь его от запретных мыслей, никакие слизеринские обвинения не могли вывести Поттера из раздумий.
Он тщательно готовил событие, которое должно было стать отсчётом нового периода в его жизни. Вечерами он застывал у зеркала и методично подбирал костюм палача. Белоснежная рубашка, пиджак, галстук… Всё это было направленно на то, чтобы показать своё превосходство. Он просто не мог сдержать мрачного торжества, когда представлял корчащуюся жертву у своих ног. Он должен был стать ангелом смерти, настоящим тёмным рыцарем. Великолепным, безжалостным, прекрасным… Одни мысли вызывало дрожь от смеси предвкущения и опасения.
Ненависть… её он тщательно копил все эти дни. Неизрасходованная сила растекалась по венам, а речь, за которой последует смерть ничтожества, постоянно дорабатывалась.
Он чувствовал себя великим творцом, актёром и постановщиком одновременно. Знать, что скоро всё изменится, что он окончательно отрежет все пути отступления… Останется только один путь - на встречу своей судьбы. Даже перед первой демонстрацией Непростительных он так не переживал. Ему нравились обострённые до предела чувства, он хотел пройтись по настоящему лезвию ножа, которое может не просто надрезать кожу, а распороть тебя на две ровные части.
Возбуждение, мрачное торжество… Благодаря такому состояние юноша быстро выучил пару приёмов Дарена, продемонстрированные им в Запретном лесу.
Фантомные боли… Ими он быстро овладел. Дарен был потрясён, хоть и тщательно скрывал это. К концу внепланового урока старосты, Гарри настолько поднаторел в заклинание фантомного сгорания заживо, что без особого труда уничтожал животных. Гриффиндорец вкладывал в чары столько сил, что жертва просто умирала от болевого шока.
- Удачи, Гарри. – неожиданно серьёзно сказал Барнз, стоило им выйти на опушку леса. – Никакой жалости, запомни. Если уж что-то начал, то обязательно закончи. – странная, кривая усмешка обнажила белоснежные зубы. Безжалостный волчий оскал Дарена. Ощущение такое, будто он делится опытом. Почему-то Гарри даже не удивился.
- Спасибо, Дарен. – кивнул Поттер. – Только я не понимаю, о чём ты? – неудержался от ехидства четверокурсник.
Они смеялись долго и исступленно. У каждого было столько тайн, что такие каверзные вопросы вызывали лишь мрачный смех. У каждого своя игра, со своими правилами. Два человека, которые воспринимает свою жизнь, как одну игру, конец которой – лишь их собственная смерть.
. . . – Так, мальчики и девочки. – негромко сказал Флитвик, впрочем, этого хватило, чтобы все почтительно смолкли. Все присутствующие, без исключений признавали талант и гениальность профессора заклинаний. Это на уроках все переговаривались и подшучивали над профессором-полугоблином, пользуясь его добротой и незлопамятностью. Но урок это урок… Здесь же, все было по-другому. Узкий кружок, факультатив тех, кто по мнению Флитвика обладал талантами в чарах. Почти все были шести-семикурсниками, в основном с Когтеврана, истинные «ботаники» и по совместительству подопечные профессора. Вообще, на эти занятия могло приходить, то есть было приглашено, не больше двадцати человек, но в среднем, присутствовало не больше пятнадцати. Как-никак, многие готовились к экзаменам, встречались с парнями/девушками и пропускали занятия. Одно было неизменно… и этим «это» стал Поттер, который пока не пропустил ни одного занятия.
Когда Гарри пришёл первый раз, то ждал подобие урока. Его ожидания к счастью не оправдались. Свободное перемещение по классу, жаркие споры со старшекурсниками и самим профессорам, шутки, шуточные вызовы по соревнованию в магическом мастерстве.
Гарри догадывался, что Флитвик почерпнул это у магглов. Ведь у них тоже образование в школе было общим, упор делался на то, что хотя бы дотянуть всех на средний бал, троечку. Те, кто мог больше, посещали частных учителей или ходили на факультативы, где они получали нормальное образование, а не зевали в ожидание того, как самый отсталый член класса поймёт хотя бы азы.
Здесь было также. Рассуждение о заклинаниях, теория, практика, интересные истории, которые Флитвик рассказывал, делясь опытом из жизни. А опыт у него был огромный. Давно по школе ходил слух, что когда-то Флитвик был чемпионом Англии по дуэлям… История ходила среди студентов, приукрашивалась и искажалась. Флитвик об этом прекрасно знал, но даже не пытался пресечь сплетни.
Гарри точно знал, что профессор участвовал в дуэлях ещё до Второй мировой, ещё до своего преподавание в Хогвартсе. После этого он стал смотреть на учителя с ещё большим уважением. В те времена, тёмная магия была узаконена во многих европейских странах, а дуэли, особенно в финале, не редко приводили к смерти одного из оппонентов. Из этого следовало, что невзрачный с виду старик не понаслышке был знаком с тёмной магией, с искусством убивать.
Сейчас же, некогда великий дуэлянт преподавал в школе и внимательно присматривался к своим ученикам, выбирая лучших, и стараясь передать им свои бесценные знания. Внутренним разумом он был ещё в тех временах, когда Грин-де-вальд правил Третьим Рейхом, а может и во временах Первой мировой, на которую выпала его юность. Для него дуэли – это тончайшее искусство, которые действительно могут познать только избранные. Наверное ему было плевать, что его знаниями пользовались и Пожиратели, и их противники. Он просто был учителем и никогда не заморачивался на тему правильных или неправильных знаний.
Крайне заинтересованный человек, который готов был без устали передавать знаниями таким же страстным любителям дуэлей. Он всегда поучительно говорил: границы известной магии лишь условны, только ваше смекалка и воображения может их расширить до не бывалых размеров.
- Профессор, директор снова отказал нам в Дуэльном клубе? – ехидно поинтересовалась семикурсница.
- К сожалению, да. – усмехнулся Филиус, оценивая дежурную шутку. – Я прошу у него каждый месяц, на протяжение уже многих лет, но пока безрезультатно.
- Боится, что мы покалечим друг-друга? – хмыкнул Дарен.
- Уж кто-кто, а ты точно покалечишь. – пошутила Уилкис, дочь Пожирателя смерти с седьмого курса Слизерина, единственная представительница своего факультета. Отношение у этих двоих было странное, не взирая на вражду между факультетами они относились друг к другу с уважением. Гарри не мог понять, как чистокровная колдунья, чей отец погиб освобождая мир от «грязи», спокойно общается с полукровкой.
Все долго шутили, отчего профессор благосклонно улыбался и с гордостью смотрел на учеников.
- Давайте пить чай! – неожиданно предложил старик.
- Чай? – зашушукались все. Раньше профессор никого не звал на чай.
- Сегодня последнее занятие в этом году. – пояснил Флитвик. Неожиданно он взмахнул палочкой и парты стали превращаться в стол, а стулья подлетели к нему.
- Как вам удаётся следить за столькими разными деталями? – не удержался от вопроса Гарри.
- Опыт. – хихикнул полугоблин и снова взмахнул палочкой. Он медленно оторвался от пола и под изумлённые взгляды учеников воспарил в двух метрах над полом. Уже через секунду он гордо восседал во главе импровизированного стола.
- Браво, профессор! – засвистели все.
- Я рад, что занимаюсь с вами. – начал торжественную речь профессор, становясь серьёзным и важным. – Но к сожалению, я понимаю, что через полгода мне придётся расстаться с моими любимыми семикурсникам. Со следующего семестра у них прямая дорога к экзаменам, а затем во взрослую жизнь. – радостные лица присутствующих семикурсников поблекли. Никто из присутствующих не хотел покидать школу. – Я надеюсь, любовь к чарам вы пронесёте через всю свою жизнь.
Расслабленная атмосфера заставляла Поттера забыть обо всех проблемах и планах. Он просто сидел и отдыхал. Впервые за последние две недели он ощущал умиротворение. Прикрыв глаза и положив голову на скрещенные за партой руки Гарри краем уха слушал споры окружающих.
Завтра будет последний день подготовки, послезавтра жизнь навсегда изменится, а может и оборвётся, если план не сработает. В Азкабан Гарри в любом случае не планировал.
Но это всё будет завтра – сегодня он будет просто отдыхать и копить силы.
. . . Ромильда устало присела на парту и откинула волосы, лезшие в глаза. Рядом с ней стоял Невилл с идиотским выражением лица и бормотал глупые извинения. В другом конце класса медленно вальсировали Гарри с Лавандой.
« Это несправедливо! Почему Гарри при мне танцует с Ней, а я стала запасным вариантом для Невилла?» - хоть второкурсница относилась к оруженосцу Поттера с уважением, но час ужасной тренировке по танцам, во время которой парень отдавил ей все ноги, заставила девочку злиться. Да и Гарри, парень который ей нравился, совсем не обращал внимание на неё, а невозмутимо вальсировал с довольной Браун.
Даже радость по поводу участия в бале погасла. Точнее её и не было. Пойти с Невиллом на бал, всё равно, что идти одной. Не нужно было быть предсказателем, чтобы понять, - его хватит максимум на один танец.
Девочка ещё раз вздохнула – плохо быть маленькой! Её подруги умерли бы от зависти, если она сказала бы им, но сама она не видела в этом ничего романтического. Она просто должна помочь не упасть лицом в грязь Невиллу. Хотя бы ради их клуба. Может быть, она сможет как-нибудь привлечь внимание Гарри.
« Не сможешь.» - насмешливо прошипел внутренний голос. « Неужели ты думаешь, что он встречается с ней только потому, что она хороша как человек? Умом она не блещет, но внешность более чем красивая. Она интересует его только в одном смысле…» - Вейн пыталась заглушить циничный голос в голове, смеющийся над друзьями, но не могла. Девочка помотала головой, наивно пытаясь отбросить непривычные мысли.
« Она просто тело.» - внезапно осенило девочку. « Красивое и доступное тело.» - ей даже показалась, что крамольные мысли прозвучали слишком громко, и все присутствующие услышали её. Но воровато осмотревшись по сторонам она заметно расслабилась и повеселела.
« Ну и ладно, главное Гарри хорошо, а ревновать его к такому виду любви просто глупо.» - мудро рассудила Ромильда и протянула маленькую ручку Невиллу. Ей было и смешно и обидно, что ей попался такой неумёха. Хоть он и был старше её на два года, но в чём-то так уступал ей, отчего создавалось ощущение, что всё наоборот.
«Мало мне братьев Криви…» - хмыкнула Вейн, вспоминая Колина и Дениса, которым она втолдычивала некоторые заклинания по просьбе Гарри.
. . . Гарри чувствовал лишь холодное сосредоточие, как перед квиддичным матчем. Ни один взгляд, ни один жест не выдавали его беспокойства. Правда, этого никто не видел, он ведь шёл под мантией невидимкой. Этот метод прекрасно работал, что доказала постоянная практика нарушения правил. Дамблдор вероятно растерял все мозги, когда отдал такой бесценный артефакт забитому первокурснику. «Используй её с умом.» - Поттер был уверен, что в будущем, директор сто раз проклянёт эту свою фразу.
Вежливый стук в дверь-люк. Перед самым люком, Гарри быстро скинул мантию и запихал в карман.
- Профессор Трелони, извините за беспокойство. – извинился Гарри. – У вас есть пара минут? Я был занят составом гороскопа на следующий месяц, и у меня возникло пару вопросов. Могу я спросить вашего совета? Вы всегда помогали мне, делились тайнами предсказаний…
- Конечно, мистер Поттер. – обрадовалась профессор. – С вашим гороскопом всегда было приятно работать. Вам в будущем предстоят события эпических масштабов. – заговорщически прошептала женщина. – Садитесь в кресло, дорогой.
«Не сомневаюсь.» - мысленно хмыкнул Гарри.
Минут десять юноша слушал бред, который ему несла профессор. Её мутные, потусторонние, смотрящие глаза мешали достать палочку. Наконец он улучил возможность и вытащил кончик палочки из рукава.
- Слипеус. – не размыкая губ прошептал Поттер. Учительница предсказаний продолжала говорить, но её голос звучал всё тише и тише, глаза медленно моргали, и наконец, она уснула. Просидев для верности ещё с минуту, Гарри аккуратно встал и навис нал спящей женщиной.
- Слипеус! – уверенно добавил Гарри. Он хотел быть уверенным, что профессор не проснётся до утра.
- Акцио палочка Трелони! – палочка, к удивлению Гарри, вылетела не из кармана многочисленных юбок и шалей женщины, а со стола.
- Идиотка! Оружие никогда нельзя выпускать из рук! Опасность есть всегда! – зловеще прошипел Гарри. Он брюзгливо взял в руки тонкую, как спицу, палочку учительницы.
Уходя он кинул на комнату заглущающие чары, чтобы никто не потревожил сон женщины. По его расчетам, чары должны были рассеяться к полуночи.
Начинающий тёмный маг кинул на женщину ещё один взгляд, полный отвращения и брюзгливости, и покинул полутёмное помещение.
Под мантией он дошёл до тайного хода, ведущего в Сладкое королевство. С этого момента, закончилась относительно безопасная часть плана. Дальнейшее было известно лишь в общих чертах, которые надо было изменять под ситуацию.
В туннеле глухо отдавались шаги, а изо рта валил пар – каменные стены промёрзли на сквозь. Поттер быстро натянул кожаные перчатки.
Кусок стены отодвинулся, и гриффиндорец оказался в подземелье Сладкого королевства. Запах сладостей обычно ударял в голову, но в этот раз юноша ничего не почувствовал. Помявшись в подземном хранилище, Гарри кинул чары, заглушающие шаги, и снова одел Мантию невидимку. Он планировал пойти в какой-нибудь бар и используя камин, перенестись в Косой переулок.
« А зачем?» - неожиданно усмехнулся Поттер и уверенно повернул в сторону главного камина, располагающегося в самом центре магазина. Сигнальные чары против воров были установлены по периметру, никому и в голову не могло прийти, что кто-то проникнет изнутри.
Камин был потушен. Поттер наложил на всю комнату заглушающие чары и легким «инсендио» разжёг камин. Он снова стянул с себя мантию и запихал под куртку. Поражаясь своей наглостью он взял шепотку летучего пороха из банки, принадлежащей хозяинам, и кинул в камин со словами.
- Косой переулок, камин номер восемь!
С минуту его швыряло по каминной сети, пока не выкинуло в нужном общественном камине. Кстати, он был самым удалённым от главных магазинов. Отплевываясь, Поттер быстро поднялся и внимательно осмотрелся по сторонам. Было практически пусто. В девять вечера, во время, когда холод пробирает до костей было не так много желающих прогуляться по легендарной улице.
Быстрым шагом, стараясь не привлекать внимания, Гарри поспешил отвернуть в боковой проход, через который можно было выйти в маггловский район. К сожалению, дорога шла по краю трущоб, граничащих с Лютным.
Поттер, крепко сжимая палочку, шёл по мрачной, узкой улице. В некоторых окнах тускло горел свет, пару раз он слышал голоса из окон.
Видно, в это раз Гарри изменил самому себе, и не вляпался ни в какую историю. Не считая одной оглушенной кошки ( паранойя от Грюма!), никто не встретился на пути.
На одной из улиц маггловского Лондона Гарри поймал такси и приказал не торопясь ехать. К счастью, адрес тёти он прекрасно знал. Водитель на удивления оказался тихим и понимающим. Он не задавал вопросов, почему подросток ночью едет на окраину Лондона. А главное, он был исполнителен. Около часа Гарри наслаждался панорамами ночного Лондона. Именно сейчас к нему пришло понимания, что как прежде, уже никогда не будет. После убийства тётки, жизнь изменится на «до» и «после».
Поттер приоткрыл окно и хищно втянул носом морозный воздух.
«Прекрасная ночь. Именно про такие завораживающие ночи магглы пишут свою фантастику и ужасы.»
За квартал до дома Мардж таксист по просьбе Гарри остановил машину.
- Вот, сэр. – сказал Гарри, протягивая крупную купюру.
- Сейчас дам сдачи, парень. – вот здесь водитель допустил ошибку. Он нагнулся, чтобы достать деньги, и луч Обливиэйта настиг мужчину в бок.
. . . Поттер подходил к дому Мардж. Мягко говоря, он был разозлён, - палочка Трелони оказалась такой слабой, что Обливиэйт чуть было не соскочил. Гарри практически почувствовал, как луч проник в мужчину. Только усиление концентрации позволило не отправить таксиста в психушку с полной амнезией.
« Это лучше, чем ничего.» - успокаивал себя Поттер. Перед «визитом» он тщательно просмотрел пару книг и обнаружил, что Надзор накладывают на палочку юного волшебника, и на место, где он проживает. Бравада Министерства магии о том, что они контролируют всё, заставляла улыбаться краем губ и бодрее маршировать к месту столь долгожданной Вендетты. Из этого выходило, что похищение палочки взрослого было единственным выходом, не руками же душить эту слониху! В школе украсть палочку можно было только у учителей и семикурсников. Учителя… внешний вид Трелони давал ясно понять, что обвести её будет лишь чуть сложнее, чем домовика.
Что сказать, план полностью оправдался.
С такими мыслями Поттер дошёл до большого трёхэтажного дома, на котором была прибита табличка с нужным номером. Во всём доме горел свет.
« Ах, да…» - скривившись вспомнил Гарри. «Собаки боятся темноты. Из-за этой идиотки в кухне, и в прихожей постоянно горел свет. При таком раскладе прибывания Мардж на Тисовой вызывало ещё большее раздражение и неудобство.» - воспоминания о годах, полные горечи и унижения заставили лицо сделаться суровым.
Он ничего не забыл.
Гарри по привычке накинул мантию невидимку.
- Алохомора! – калитка, ведущая в сад, бесшумно отворилась. Юноша тихо подошёл к окну и заглянул в него.
В комнате, как угорелая бегала Мардж и старалась утихомирить своих бульдогов. Смотря на это отвратительное зрелище волшебник кривился, кривился, пока решительно не подошёл к массивной входной двери.
- Алохомора! – дверь открылась так, что сестра Вернона ничего не услышала.
- Рррр… - медленно зарычали бульдоги, почувствовав незнакомый запах.
- Петрификус Тоталус! Протего! – молниеносно сообразил Гарри, парализуя жертву и ограждаясь от псов магическим барьером.
Жуткий лай ударил по ушам, и гриффиндорец наколдовал заглушающие чары. Одним за другим он усыпил всех псов, и только потом подошёл к своему дальнему и горячо не любимому родственнику.
Выпученные глаза в ужасе метались по потолку.
- Полежите пока. – пошутил Поттер и тщательно проверил весь дом. Во время проверки он обнаружил одну замечательную вещь.
Старый и абсолютно пустой гараж, соединённый с домом. В нём, по идеи, должен был парковать машину несуществующий муж Мардж, но видно, ни одного дурака так и не нашлось на эту скорбную роль.
- Корова, ты не против пойти со мной в гараж? – нарочито издевательски просюсюкал Гарри, лениво левитируя скованное тело.
К сожалению, он не мог разрушить дом до основания и запытать жертву до безумия. Скрипя сердцем он решил подстроить всё как несчастный случай. Вернон часто сокрушался, что у его сестры слабое сердце.
Вот это слабое сердце и остановится сегодня ночью. Чисто случайно.
- Фините! Инкарцео! – тихо приказал Гарри.
Женщина было дёрнулась, но плотные верёвки спеленали её как мумию.
- Ты кто? Что? Как? – выплёвывала отдельные слова женщина.
- Во-первых, добрый вечер, тётя. – вышел из тёмного угла Гарри и сел на единственный стул.
- Поттер….
- Добрый вечер. – вежливо повторил Гарри.
Это опасная вежливость заставила женщину задрожать от ужаса.
- Как ты это сделал? – просипела прокуренным голосом жертва.
- Ах, да. – улыбнувшись спохватился Гарри. – Наверное надо рассказать тебе кое-что обо мне. То, чего Петунья и Вернон никогда бы не сказали…
. . . – Ну как вам мой рассказ? – поинтересовался Гарри, отменяя заклинание немоты.
- Ты лжёшь! Это невозможно. – хрипела, как загнанная лошадь Мардж.
- Какая ты идиотка… - надменно захохотал Поттер. – А тебе не кажется странным, что я могу заставить тебя молчать, говорить и летать по комнате?
Жертва нахмурилась и перестала вырываться. Её одутловатое лицо пересекли складки, отвечающие за раздумья.
- Ты всё-таки волшебник! – выпалила она и сразу захлопнула рот.
- Колдун. – довольно кивнул юноша, смотря на тёти с таким видом, будто это ученик, только что ответивший на правильный вопрос.
Некоторое время все молчали. Тёти хмурилась, напряжённо жевала губы.
Растерянное лицо, перекошенное непониманием случившегося.
« Её вся элементарная система понимания мира только что рухнуло.» - довольно прозвучал в голове надменный и безжалостный голос.
- Вижу, вам тяжело это понять. – мягко сказал Гарри. – Ну ничего, я помогу вам.
Глаза Дурсль в ужасе округлились. Мальчишка ленивым движением то ли палки, то ли карандаша сделал так, что она не могла дышать.
- Ну как? Верите? – учтиво поинтересовался Поттер, будто не замечая жадных вдохов тётки, изголодавшейся по воздуху.
- В…верю. – закивала головой пленница. – Что тебе надо от меня?
- Вы не догадывайтесь? – тёмный маг в притворном изумление приподнял бровь. Озадаченное лицо жертвы исказилось первобытным страхом.
- Нет… Гарри, Гарри… - в ужасе шептала женщина, из глаз которой непереставаемым потоком текли слёзы. – Умоляю, пощади старуху! – завизжала Дурсль. – Нет! Нет! Нет!
От вида молящего ничтожества стало противно до тошноты.
« Домовики далеко не самые жалкие существа.» - признал Гарри.
Лёгким движение он отъехал на стуле подальше от Мардж, которая пыталась подползти к его ногам и по-видимому, поцеловать ботинок.
- Почему я?! – выла женщина.
Выверенное движение палочкой, и жертва испытывает чувство, будто у неё только что вырвали рёбра.
- Ааа… - Мардж орала так громко, что вибрировали стены. Она извивалась на полу, елозя в собственной рвоте.
Гарри злорадно улыбался.
Тетка перестала дёргаться через пять минут и снова принялась молить о пощаде.
- Я сделаю тебя своим наследником! – дрожала она. – У тебя нет дома, - живи в моём! Петунья и Вернон плохо к тебе относятся…
И снова плач.
- Пожалуйста, не убивай меня! Это Петунья виновата и Вернон. Это они наговорили мне на тебя! Убей их, но не трогай меня! Это их вина, Гарри, Их вина! Я не знала, не хотела… - бордовые глаза на выкат от слёз, лицо перепачканное опорожнением желудка…
Жалкая и отвратительная картина.
- Закрой пасть! – рявкнул Поттер и со всей силы опустил ногу перед лицом лежащей жертвы. Тяжёлый ботинок врезался в бетон в каких-то десяти сантиметрах от головы.
« Сломать ей голову как арбуз.» - лихорадочно билось в голове.
Нога снова поднялась…
« Нет! Нельзя… Если я размажу ей голову по полу, то за несчастный случая точно уже не выдашь.» - спохватился Гарри, к которому снова вернулся ясный рассудок. Он с силой сел на свой стул, не сводя ледяных глаз с пленницы.
- Я сниму с тебя верёвки, но если ты побежишь, или хотя бы дёрнешься, я расплавлю твой мозг. – предупредил Гарри.
- Фините! – лицо Мардж зажглось надеждой. Она кое-как привстала на карачки.
- Спасибо… Спасибо… - бормотала она, униженно кланяясь.
- Пей! – холодно приказал Гарри, кинув на пол перед ней два пузырька.
- Не надо…
- Это лекарство, уберёт болевой шок. Пей! Выхода у тебя всё равно нет. Или пьёшь лекарство, или я убиваю тебя. Решай сама.
Дрожащими руками Мардж откупорила пузырьки и тихо плача, выпила.
- Что это? – прохрипела она и обессилено распласталась на полу.
- Лекарство, а второй пузырёк – сильно расслабляющая настойка. – почти нежно прокомментировал Поттер и поднялся со стула.
Через пару минут он вернулся с полной бутылкой вина. Пасс палочкой – бутылка открыта, второй пасс – вино испарено.
Через минуту вся грязь в комнате была испарена. Пол гаража и Мардж сияли чистотой.
Гарри с плохо скрытым отвращением закатал правый рукав Дурсль.
- Диффиндо! – тихо приказал юноша. На его глазах на запястье появился идеальный порез и из него потекла кровь.
Используя чары Левитации Гарри нацедил полную бутылку, после чего залечил рану и влил в пасть Мардж крововостанавливающее зелье.
- Спасибо за кровь. Я найду ей применение. – ехидно поблагодарил Гарри.
- Оживи! – приказал Гарри, от чего, бледная как смерть Мардж устало приподняла голову.
- Пора прощаться, тётя. – весело взмахнул кистью руки Поттер. – Скоро твоя никчёмная жизнь закончится, но перед этим, позволь задать мне пару вопросов.
Вялое шевеление. Вид у женщины такой, что она отдаст концы без всяких проклятий.
- Начнём… У тебя больное сердце. Ведь так? –утвердительный кивок.
- Ты принимаешь лекарства? Стоишь на приёмах у врача? – снова кивок.
- Если ты умрёшь от остановки сердца, то твой лечащий врач удивится? – Мардж сильнее засопела и замолчала.
- Будет считать, что да. – легонько хлопнул в ладоши Гарри.
- Пей. – прошипел он, аккуратно ставя на пол ещё один пузырёк. В нём была лошадиная доза успокаивающего бальзама. Сердце остановится по истечению трёх минут после приёма.
- Я бы вам советовал выпить его, и постараться не проронить ни капли. Вы же понимаете, что вам всё равно конец. Но я милостив, и согласен подарить вам лёгкую смерть. Вы просто уснёте, ваше больное сердце остановится. Не вынуждайте меня применять силу… Всё может быть и по-плохому. – нравоучительно сообщал Гарри, лениво раскачиваясь с носок на пятки. – Допустим… я сорву с вас кожу, или заставлю вашего любимого Злыдня прогрызть вам дырку в животе. Вариантов много, но есть в них одно общее – нестерпимая боль. Соглашайся Мардж! – требовательнее зашипел подросток. Он сейчас как-никогда понимал торжественные монологи Тёмного лорда. Тогда это казалось ему глупостью, сейчас же он чувствовал весь букет чувств, которые появились во время его последней речи, после которой жертва отправится в царство мёртвых. Наверное сами боги, чувствовали меньше власти в своих руках, чем он сейчас.
Он был просто пьян.
Опьянённый сами собой.
Дрожащими руками она откупорила бутыль и повизгивая от ужаса, влила себе в рот. После этого она уткнулась в пол и замерла в ожидании конца.
Агония пришла ровно через три минуты. Дурсль дёрнулась, как удара током и со всей силы сжала грудь, прикрывающую сердце. Отчаянно захрипев, она дико посмотрела на мощные зимние ботинки своего палача и хрипя, испустила дух.
« Смерть жалкой псины. Для таких как она нет слово умерла или погибла. Только испустила дух! Животное…»
Юноша ещё какое-то время простоял над телом свой первой жертвы.
Потрясающая нереальность происходящего.
«Я убил человека, но я ничего не чувствую…» - немного растеряно думал Гарри. « Так и знал, что те, кто говорят, «убийство убивает в первую очередь палача» наглые вруны. Книги всегда писали очкастые ботаники, ничего не смыслящие в настоящем мире.» - гордость распирала Гарри изнутри. Он смог! Он окончательно выбрал свой путь! Он не побоялся сказок старшего поколения и смог самостоятельно сделать шаг в сторону запретного, того, что лежит за гранью понимания.

0

41

И честно говоря, положа руку на сердце, это не было убийством в его обычном понимании. Просто торжество справедливости. Годы унижений теперь отомщены. При хорошем адвокате даже в Азкабан не отправят. Состояние аффекта, годы страха, боли…
. . . Гарольд методично обследовал квартиру тёти, смотря, не оставил ли он какие-нибудь следы. Чистящие чары привели квартиру в то состояние, которое было здесь до прихода волшебника. Сама тётя лежала на кровати. Её умиротворённое лицо не наталкивало и на тень мысли, что Мардж умерла насильственной смертью. Собаки спали.
Поттер напоследок осмотрелся у порога – на его пребывание здесь ничего не указывало. Единственное, что он взял из дома жертвы - это бутыль из под вина, наполненный кровью и две бутылки элитного коньяка. Первая нужна ему для экспериментов, со второй и третьей он решил сыграть маленькую шутку…
Подарить Грюму и Дамблдору по бутылки дорогого коньяка. Какая ирония: бывший мракоборец собственноручно выпьет единственную улику, а директор поставит себе в шкаф символ торжества тьмы, творившийся холодной декабрьской ночью.
От дома Гарри шёл исключительно под мантией, а заклинаниями заметал следы на свежем снегу. В паре кварталов от места Вендетты он залез в частное такси и устало попросил довезти до центра Лондона.
Что говорить, и этот водитель такси потерял все воспоминания, связанные с участием бледного юноши с мрачной улыбкой.
Шёл четвёртый час ночи. Пустынный город сиял огнями приближающегося Рождества. Ёлки и гирлянды встречались на каждом шагу.
Теперь уже самому Гарри прошедшие события казались сном. Здесь, в центре города, где всё сияло тёплым светом огней, воздух вибрировал от доброго чувства праздника, никто бы даже не подумал об мрачном событие.
В эту завораживающе-красивую ночь родился идеальный убийца, у которого душа не многим отличалась от замерзшего города.
Гарри Поттер не знал, что смог обойти Тома Риддла. Даже Тёмный лорд, так хладнокровно не смог бы убить свою первую жертву в возрасте четырнадцати лет.

0

42

Глава 35.

С наслаждением вдыхая морозный воздух, Поттер подходил к Косому переулку. Во всём теле ощущалась приятная усталость. Юноша шёл как в тумане, с идиотско-счастливой улыбкой на губах. Казалось, что он освободился от тяжкой ноши, которая давила на него. Ощущение единственного правильного, а точнее говоря, теперь уже единственного пути не покидало его. Это было похоже на его первую демонстрацию Непростительных в Выручай Комнате. Именно тогда он впервые шагнул на ту сторону, сейчас же его шаги всё ускорялись и ускорялись.
. . . Хогвартс встретил своего студента мертвой тишиной, было настолько тихо, что казалось, воздух вздрагивает от напряжения.
Почему то именно здесь, в самом безопасном месте, Гарри почувствовал опасение. Он тихо шёл, кожей чувствуя осуждение тысячелетних стен. Стали приходить глупые мысли, что Хогвартс знает о всех его тайнах. В тишине коридоров мерещился шёпот осуждения.
Гарри гнал от себя эти неправильные мысли. Он не хотел, чтобы момент его триумфа испортили ненужные переживания.
Дело сделано. Будь что будет.
Гарри усмехнулся. А не будет ничего. Никто и никогда не узнает об этом. А если и узнает, то он уж точно ни о чём не будет сожалеть.
. . . Имея мантию невидимку можно совершить в школе всё, что заблагорассудится. А если ещё и владеть маскировочными чарами, то можно обвести вокруг пальца самого бога. Гриффиндорец имел и то, и то, поэтому совершенно не напрягаясь он отнёс палочку спящей Треллони. Правда, в гостиную он так и не смог попасть – Полная Дама куда-то отлучилась.
В такие моменты Выручай комната особенно радует всех своим существованием.
. . . – Готов? – спросил Невилл.
- Конечно. – невозмутимо ответил Гарри. – Я к этому моменту готовился последние пару недель. Глупо заложать его в самом конце. – хмыкнул Гарри, вспоминая часы, потраченные на обучения танцем и элементарному бальному этикету.
- Ты открываешь бал. – пропыхтел Симус, старательно выговаривая слова. Он в самый последний момент решил ещё раз почистить зубы, поэтому носился по комнате с зубной щёткой за щекой.
« Видно Парвати дала ему кое-какие шансы.» - отметил Гарри, в сотый раз поправляя рукав мантии, из под которого выбивались часы. В общем, Гарри был доволен собой. У него получился строгий, классический образ с едва заметными признаками подростковой непокорности. Следы напускной небрежности давали понять, что он не клинический идиот, который первый раз идёт на бал.
Ну или хотя бы он не был похож на Дина, тому мать вообще купила простой маггловский костюм, в котором бедолага смахивал на карлика-клерка.
Но самым жалким из всех был Рон. Его «костюм» был настолько нелеп, что даже его хозяин, напрочь лишённый понятия стиля, понимал это.
А ведь Гарри ещё в конце августа купил для друга парадную мантию, хотел подарить на Рождество… Но отношения между ними уже давно изменились. Теперь бесхозный подарок валялся на дне сумки.
- Интересно, с кем идёт Флер? – спросил в пустоту Уизли, которому уже попросту надоело жалеть себя.
- Ты знаешь Гарри? – поинтересовался Дин. – Ты ведь с ней хорошо общаешься. – начал подтрунивать сокурсник.
- Без понятия. – отмахнулся Гарри, нисколько не заинтересованный таким вопросом.
. . . – Скоро начнётся. – пробормотала Лаванда, не отпуская руку своего партнёра. Поттер сглотнул: всё-таки выступать перед зрителями труднее чем перед друзьями.
- Угу. – буркнул Гарри, кивая Седрику с Чжоу. Рядом с ними стояла Флер, держа за руку мнущегося Роджера Дэвиса. Француженка была ещё более прекрасна, чем всегда.
- Ни черта себе. – выдохнула Браун.
По лестнице торжественно спускался Крам, держа под руку… Лестрейндж?!
- Какого хрена? – подавился Гарри, видя необычную парочку.
- Добрый вечер, Гарри. – Виктор добродушно поприветствовал соперника. – Позволь узнать имя твоей прекрасной спутницы.
- Лаванда Браун. – кокетничая ответила девушка, мигом забывая о слизеринке.
Гарри тем временем недовольно смотрел на слизеринку. Как? Как она сделала это? Тесное общение с главным дурмстрангцем было сферой влияния его, Гарри Поттера! Теперь это слизеринское «вмещательство» могло отразиться на их с Виктором дружбе.
- Мы друг-друга прекрасно знаем. – прощебетала Диана, аккуратно вложив свою руку в ладонь Крама.
Крайняя степень дружелюбности и напускная восторженность давали понять, что Лестрейндж нагло притворяется, чтобы перетянуть симпатии гостя на Слизеринскую сторону. Видно, змеек задевало, что гость сидят за их столом, но общаются с гриффиндорцем.
Ради благо факультета даже Лестрейндж была готова изображать восторженность.
- Чемпионы и их пары. – объявила Макгонагл. – Ваш выход.
Этот танец Гарри не забудет никогда. Нервы были напряжены до крайнего предела. Во время почетной, и как все считали «приятной» миссии, Гарри банально боялся упасть. Лаванда чувствовала напряженные мышцы спины, которые скрывала мантия, и ободряюще улыбалась.
Наконец, после вечности выверенных движений, Гарри с искренней улыбкой получал восторженные аплодисменты. Остальные чемпионы и их партнёры тоже улыбались, но их улыбки наврятли были вызваны окончанием вступительного танца.
- А теперь, прошу всех присоединиться к танцу! – громогласно объявил Дамблдор, демонстративно приглашая на танец Мадам Максим.
«Понеслось…» - промелькнуло в голове.
- Давай ещё! – задорно засмеялась Лаванда, восторженно наблюдая, как по всему залу завальсировали пары.
- С удовольствием. – усмехнулся Гарри, которому отчаянно захотелось побыть частью окружающего счастья.
Улыбки, музыка, смех, шутки… Именно сейчас началось то, что должно приносить удовольствие. Все танцевали не обращая внимание на отсутствие техники, не следили за малейшими тонкостями и нюансами танца. Это не было похоже на первый танец, с которого попросту хотелось сбежать. Этим можно было наслаждаться.
Столик «чемпионов» находился рядом со столом для преподавателей и судей. Флер, Седрик, Чжоу, Виктор, Роджер, Гарри, Диана и Лаванда кружили рядом друг с другом. Неподалёку отплясывали близнецы со своими парами, кружили Дамблдор и Мадам Максим, в углу мялся Невилл, с ужасом держа в руках ладонь Ромильды.
- Отдохнём? – через пару танцев предложил Виктор, с лёгким интересом смотря на бокал в руках своего сокурсника, лениво откинувшегося на диванчике.
- Давай. – поддержал Гарри, стараясь говорить так, будто слизеринке здесь и в помине нет.
- Не ожидал такого… ммм… такого… - пытался подобрать слова болгарин, обводя рукой окружающую их сказку.
- Я тоже. Вообще впервые на таком празднике. – признался Поттер.
- Правда? – удивился Крам. – Ты же вроде знаменитость.
- Знаменитость… - фыркнул Гарри. – Это всё сказки. Если здесь кто-то и знаменитость, то это ты.
- Признаю, что после некоторых побед в квиддич происходили балы, но таких масштабов я ещё не видел. – скромно ответил самый известный ловец.
- А ты была на балах, Диана? – учтиво поинтересовался Виктор у мрачной девушке, которую просто не замечали последние пять минут разговора.
- Нет. – неожиданно грустно покачала головой девушка. – Только домашние приёмы.
Гриффиндорец пытался сделать вид, что выбирает напиток, но сам внимательно слушал ответ своего врага. Он не скрывал, что ему нравится разузнавать о прошлом своих врагов.
Гарри окинул взором зал и не смог позлорадствовать – Уизли уныло сидел в углу и мрачно косился на Гермиону, одиноко сидящую в противоположном углу.
Кстати, на счёт этих двоих.
Во-первых, Рон никого не пригласил, и никто соответственно не пригласил его. Когда же он узнал, что ВСЕ, кроме него идут с партнёрами, то перепугался и пригласил Гермиону. Но сделал это так, что чуть было не попал в Больничное крыло. За день до Бала он вальяжно подошёл к девушке и пригласил её, мотивируя это тем, что « парню то можно прийти одному, а вот девушке…»
После такого «приглашения» разъярённая Гермиона натравила на Уизли стаю птичек, от которых тот смог оторваться только в спальне. Понятно, что у этих двоих ничего не получилось. Вот теперь они угрюмо сидели по разным углам и зло косились друг на другу. Двухметровый амбал в мантии с рюшечками и девушка в розовом платье. Стоить отметить, что нарядная Гермиона была очень даже ничего, её даже время от времени приглашали на танцы, но она твёрдо отказывалась.
- Любуешься Ронниксом? – хмыкнул Фред, неожиданно появляясь рядом с Гарри.
- Наш братик только портит весь праздник своим кислым лицом. – добавил Джордж.
- Чёрт! Сюда идёт наш Уэзерби… - пискнули близнецы и мгновенно растворились в толпе.
- Добрый вечер, Гарри. – торжественно сказал Перси, который во всём пытался подражать Краучу, даже костюм подобрал точь в точь.
- Тебе того-же. – Поттер наклонил голову в знак приветствия.
- Мы здесь неплохо всё организовали? – самодовольно поинтересовался парень.
«Мы?» - опешил Гарри. « Неужели он думает, что если шестерит за Краучем, то является одной из главных частей Министерства и всей магической Британии?»
- Превосходно. А где мистер Крауч? – мимоходом спросил Поттер, мгновенно вспоминая все тайны старшего мага.
- Мой начальник немного приболел. Я здесь от его имени. – довольно вскинул голову Перси, отчего очки подскочили на носу.
- Пошли потанцуем? – внезапно раздалось над ухом. – Мой партнёр немного завис.
Юноша почувствовал, что волосы на затылке шевелятся. Это была Флер. Её убойную ауру он ни с чем не спутает.
- С радостью. – похоже Роджер «завис» на долго. Он глупо улыбался и смотрел в пустоту.
- Это ещё один Уизли? – скривилась девушка. Неужели теперь и она кривится от этой фамилии?
- Ага. Самый глупый из них. – хмыкнул Гарри. – Считает себя лучшим Министерским работником. Он помощник Крауча.
- Всего-лишь секретарь, а вид как у министра. – хихикнула девушка.
- Нравится? Помню, в день приезда ты возмущалась нашей школой.
- Превосходно! – захихикала Делакур и откинула голову назад, становясь похожей на маленькую девочку.
. . . Гарри снова поморщился, пытаясь не замечать воплей вокруг. От атмосферы сказки не осталось и следа. Медленные танцы прошли, и теперь торжественно выступала группа «Ведуньи». Спокойная, умиротворённая атмосфера заменилась воплями магического аналога рок концерта. Вся атмосфера таинственного средневековья пропала, её заменила жалкая пародия маггловского ночного клуба.
Именно сейчас Поттер на мгновение, на какие-то пару секунд, понял мотивы Пожирателей смерти и прочих консерваторов. Нельзя мешать магический мир с маггловским. Маггловский мир засоряет собой магический, исчезает самобытность культуры.
Сейчас это ощущалось как никогда. Если сравнивать красивые медленные танцы, мелодичную музыку, под которую можно и танцевать и говорить ,с этими воплями, под которые многие дёргались как паралитики, то первая картина представлялась идеалом. От вида концерта хотелось зажмуриться и раздражённо сплюнуть на пол.
- Тоже не нравится. – хмыкнул Дарен, лениво облокачиваясь на стену.
- Испортили такой праздник. – буркнул Гарри. – Чья это вообще идея была? Всё было так хорошо, а потом выпустили этих Нечто. Как можно эти вопли Банши считать творчеством?
- Какие-то магглолюбцы. – презрительно скривился Барнз.
- Магглолюбцы? Что за обострение чистокровного радикализма? – пошутил Поттер.
- Просто считаю, что неразумно мешать волшебный лексир с водой из лужи. Теперь Большой зал ничем не отличится от обычного маггловского клуба. Основатели в гробу переворачиваются. Не хватало ещё шестов для стриптиза наставить и вообще… - махнул рукой Дарен. - … мечта Дамблдора воплощена. Так опозорить эти стены. – осуждающе покачал головой семикурсник.
- Пошли с нами! – предложил Гарри, кивая головой на беседку в искусственном лабиринте. – Там Крам с Лестрейндж и Флер с Дэвисом. Лаванда вроде тоже там.
- Поттер, смотри, что мелешь! «Вроде там…» - передразнил Барнз. – Следи за своей девушкой, а то скоро танцы перетекут в горизонтальное положение. – нравоучительно процитировал юноша. - Что-то Дэвиса совсем накрыло. – хмыкнул Дарен, смотря на странно себя ведущего парня.
- Ты-то всё знаешь... А сам не боишься? Где твоя девушка? – ответил Гарри.
- Не боюсь. – самоуверенно заявил Барнз.
- Подопечные Каркарова не на шутку разошлись. – заметил Гарри, показывая на группки необычайно весёлых гостей.
- Я сам видел как они пили свои национальные «блюда».
- Как думаешь, хоть одна драка сегодня будет? – с надеждой спросил Гарри у более опытного друга. – Может шальное проклятие заткнёт эти «певунов»? – Поттер кивнул в сторону надрывавшихся солистов «Ведуний».
- Мелкие драки – да. Дуэлей – нет. И вообще, не парься. Это всё сказки про непобедимых темных магов из Дурмстранга. – усмехнулся Дарен. – У нас Зоти вместе проходят. Они такие же как мы. Ну да, они в основном гора мышц, но по мастерству все три школы примерно равны. По силе заклятий они превосходят большинство наших, больше проклятий знают, но с умишком у них тяжеловато. Воображения никакого. – зевнул староста.
- Так ты с нами? – переспросил Гарри.
- Не хочу. Пойду с Мирандой к озеру схожу. – отмахнулся Дарен. – Но если будет дуэль, зови сразу меня! – быстро добавил семикурсник. – В каждом празднике должна быть драка и постельная часть.
Вместо того чтобы пойти к своей компании, Гарри пошёл за напитками. По дороге он пошёл через неосвещённую часть парка - не хотелось постоянно натыкаться на влюбленных парочек.
- Не вижу, Игорь, причин для беспокойства.
«Голос Снейпа! Он говорит с Каркаровым!» - навострил уши Гарри.
- Как ты можешь, Северус, закрывать глаза на происходящее? – с тревогой возразил Каркаров.- Тучи сгущаются все последние месяцы! Я чувствую это! Ты тоже. – быстро-быстро заговорил Игорь, пытаясь скрыть свой страх.
- Тогда беги. – посоветовал Снейп.
- А ты, Северус?
- Я останусь в школе.
Голоса стихали, мужчины уходили в сторону от Поттера, стоявшего за ледяной статуей.
« Тучи сгущаются…» - про себя повторил Гарри. « Ясное дело, что говорили про Волан-де-морта. Они были Пожирателями смерти, это я уже выяснил. Им страшно.» - юноша не знал, радоваться страху двух неприятных ему волшебников или бояться возвращение Тёмного лорда.
«Хорошо, что я пошёл без Виктора и Лестрейндж.» - думал Гарри, идя в Большой зал. «То-то Лестрейндж обрадовалась, услышав эти новости.»
Чем ближе он подходил к началу лабиринта, тем чаще ему попадались жмущиеся по углам парочки. Среди пар, он в удаление увидел две огромные фигуры – это были Хагрид и Мадам Максим. Не удержавшись, Поттер аккуратно свернул в узкий проход и обогнув фонтан, оказался позади милующихся гигантов.
- Я как вас увидел - сразу понял. – проворковал Хагрид.
- Что понял, Хагрид? – промурлыкала басом директор Шарбатома.
- Мы с вами одинаковые. У вас кто, отец или мать?
- Я не понимаю вас, Хагрид…? – из голоса пропали все расслабленные нотки, всё сильнее и сильнее стало проявляться беспокойствие и неловкость.
- У меня мать. – продолжал Хагрид, в упор не замечая неудобства спутницы. – Последняя, наверное, в Англии осталась. Правда, бросила нас с отцом, когда мне три годика было. Что поделаешь - природа. – в голосе Хагрида появились всхлипывающие нотки.
- Да что я всё о себе? У вас-то кто? Отец или мать? – продолжил мужчина.
- Я не понимаю вас, Хагрид. – холодно сказала женщина, в голосе которой не осталось ни следа дружелюбности.
- Куда вы? Постойте! Я просто ещё не встречал таких, как я. – захлопотал Хагрид.
- Каких таких? – процедила Максим.
- Полувеликанов, конечно. – как само разумееще ответил лесничий.
- Да как вы смеете?! – вскричала мадам Максим. – Что за оскорбления?! Я- полувеликан?! Я просто широка в кости. – прогремела женщина, стремительно уходя от шокированного лесничего.
Гарри старался не смотреть на Хагрида. Всё-таки он подслушал то, о чём Хагрид скрывал много лет. Да и вообще, что в этом такого? Гарри и так подозревал, что трёхметровый человек, какой-то «полу».
Он задумчиво перевёл взгляд на соседние кусты и сразу пожалел об этом. В крошечной беседке, скрытой за фонтаном, сидели Флер и Роджер Дэвис. Они так страстно целовались, что все мысли о последних двух разговорах вылетели из головы. Флер увидела его взгляд и усмехнулась, демонстративно целуя Дэвиса.
«Твою мать.» - про себя прошипел Гарри, чувствуя, что вид вейлы, возбуждает его. Поттер усмехнулся в ответ и показал большой палец. Девушка мелодично засмеялась и в шутку поманила к себе. Дэвис был в таком состояние, что ничего не замечал кроме богини возле себя.
Гарри нашёл в себе силы чтобы покачать головой. Флер пожала плечами и снова «занялась» парнем.
«Горизонтальное положение…» - хмыкнул Гарри, вспоминая пророчество Дарена. «И вправду, скоро все начнут по полному налаживать отношения между школами.»
После сцены с участием Делакур захотелось сильнее выпить что-нибудь бодрящее. За неимением чего-нибудь холодного, гриффиндорец зачерпнул снега с земли. Холод отрезвил его. Гарри какое-то время смотрел на яркого жука, ползущего по колоне.
« Тёмный лорд… Турнир… После шоу с участием Флер мне плевать на всё.» - подвёл итог чемпион Хогвартса, чувствуя, как снег в руке, превратился в воду. Капли полетели в жука, а сам Гарри пошёл в Большой зал.
В зале ещё было много людей, хотя уже никто не танцевал. Часть сидела и разговаривала, кто-то сбивался в кучки…
- Ты такое просмотрел! – затараторила Парвати, подлетая к Гарри. – Рон снова поругался с Гермионой! Представляешь, она заплакала и убежала из зала! – сообщила Патил, радуясь унижению однокурсницы.
- Плевать на них. – отмахнулся четверокурсник.
- Ладно, я побежала к Пьеру. – легкомысленно засмеялась гриффиндорка и пошла к незнакомому Гарри французу.
. . . – Мистер Бэгмен. – почтительно склонил голову Гарри. Людо подпрыгнул.
- Гарри? – с облегчением пробормотал он.
- Можно вас на разговор? – поинтересовался Поттер.
- Конечно, Гарри! В чём вопрос! – заулыбался глава спорта и игр.
- Вы ходили туда, куда я вам посоветовал? – понизив голос спросил Бэгмен.
- Я хотел бы выразить вам огромную благодарность, сэр. – начал гриффиндрец. – Там замечательный интерьер, не чета Трёх метлам. У вас замечательный вкус. Уверен, больше бы никто не смог бы рассказать о таком превосходном месте.
- Ещё бы. – поднял палец волшебник. – Это даже не обсуждается. Во время моей спортивной карьеры я приобрёл огромный опыт.
- Мистер Бэгмен…
- Гарри! Я же просил называть меня Людо, когда нет посторонних. Или ты считаешь меня слишком старым, для такого обращения?– притворно обиделся мужчина.
- Конечно нет, просто более опытным. – заверил своего спутника Поттер. – Людо, разрешите мне подарить вам Рождественный подарок. – торжественно объявил юноша.
- Мне? Подарок? – глаза засияли как у ребёнка.
- Конечно. Вы один их лучших людей, кого я когда-либо знал. При всём вашем высоком положение в нашем министерстве вы остаётесь таким простым. Общаться с вами истинное удовольствие. – продолжал льстить Гарри.
- Я не заслуживаю таких похвал… - смущённо пробормотал судья Турнира.
- Вот мой подарок, Людо. – негромко сказал Гарри, демонстрируя только что приманённую бутылку с вином. Ту самую, что он позаимствовал у своей почившей тётушке. – У меня нет опыта в таких подарках, но я надеюсь, она вам понравиться. – скромно добавил Гарри, вручая подарок старшему волшебнику.
Бэгмен с интересом посмотрел этикетку, постепенно его глаза засияли сильнее. Он зажал подарок подмышкой и инстинктивно потёр руки.
- Замечательный подарок! Редкое вино. Очень редкое. Маггловское правда, но это делает его ещё более редким в Нашем мире. У вас очень хорошая интуиции, даже бы профессионал не смог подобрать лучший напиток. – Людо без устали хвалил чемпиона Хогвартса.
- Я рад, что смог удивить вас. – скромно ответил Поттер.
- Удивил, Гарри, удивил. И я говорю не только о подарке. – довольно улыбнулся Бэгмен. – Твоё выступление на первом туре потрясло всех. Столько мастерства и дерзости. Вы рисковый человек, Гарри. – сощурив глаза, признал судья Турнира.
- Признаюсь, что после происшествия с Седриком я чувствовал себя неловко. – прикусил губу чемпион.
- Да. Ужасное происшествии, действительно ужасное. – зацокал языком Людо. – Но это спорт, состязания. Здесь побеждает лучший. – Бэгмен хлопнул подростка по плечу.
- Людо, можно вам задать один нескромный вопрос? – утвердительный кивок. – Понимаете, сразу после первого тура и стараюсь разгадать загадку золотого яйца, но к сожалению, у меня пока не выходит. – Поттер болезненно поморщился.
Конечно же, всё от начала до конца было ложью. После Тура Гарри ничего не делал, проводя время с Лавандой или разрабатывая план похода к тёти. Он-то и яйцо открывал от силы пять раз. Открывал, слышал вопль и закрывал, откладывая проблему на потом.
- Я не хочу подвести школу. – смотря куда-то вдаль признался Гарри. – Я чувствую, что теперь я последняя надежда Хогвартса. Седрик по очкам проигрывает… Флер и Крам наступают мне на пятки. Не могли бы вы помочь мне? – смотря в голубые глаза попросил самый молодой чемпион.
Бэгмен оглянулся по сторонам.
- Я прекрасно понимаю вашу проблему. – горячо заявил волшебник, радуясь возможности обеспечит свою ставку победой. – Я полностью на вашей стороне. – добавил мужчина. – Это крайне неразумно выставлять вас на Турнир. Вы очень талантливы, но многого ещё не знаете. Вы просто не проходили того, что знают остальные. Я помогу вам. – торжественно заявил Бэгмен.
- Спасибо.
- Опустите яйцо под воду, сами тоже нырните. Вы услышите песню. Это песня-загадка. Она звучит на русалочьем языке. На поверхности слышно только вопли, а под водой довольно мелодичные голоса. Коротко говоря, за день до Тура у вас заберут дорогого вам человека и наложив специальные чары, спрячут его на дне озера.
- Озера? – встрепенулся Гарри. – Этого озера?! – самый юный чемпион подавился воздухом.
- Да. На самом дне расположена русалочья деревня. Там и будут спрятаны украденные люди, ценные чемпионам. Вам даётся один час, чтобы вернуть их. Только один час. - повторил Людо.
- И как мы должны были догадаться принять ванну с яйцом? – в пустоту буркнул Поттер.
- Я говорил тоже самое остальным организаторам, но они не послушали меня. По мне, так это почти не реально.
- Ещё раз спасибо.
- Не за что, Гарри. – махнул рукой Бэгмен. – Я болею за Хогвартс. – подмигнул мужчина.
После недолгого разговора довольные собеседники разошлись. У каждого была своя выгода от нарушения правил.
. . . – Не скучали? – весело спросил Гарри.
- Пошёл за напитками – пропал на час. – возмутилась Лаванда.
- Ну прости. – отмахнулся Гарри. – Я же не спрашиваю, что Вы здесь делали. – Виктор оценил шутку.
Лестрейндж тихо фыркнула, уже сто раз пожалев о принятие предложения Виктора.
«Болгарский увалень.» - про себя закатила глаза девушка. «И как его ещё все считают красавцем? Надо было с кем-нибудь из наших идти. Там хотя бы не было этих гриффиндорцев.» - с ненавистью подумала Лестрейндж. Её бесило, что при Поттере Виктор совсем не обращает внимание на неё. Как-будто её и нет здесь! «Этой Браун, и то больше внимания. Подстилка Поттера.» - в бессильной злобе Диана сжала бокал. Привык быть в центра компании, она просто не знала что делать здесь, в аутсайдерах. « Танцы были замечательными, но потом… Сначала Поттер, потом толпа друзей Крама, потом опять Поттер…» - про себя пробурчала девушка.
- Не видел Флер? – спросил Виктор, пьяно улыбаясь. Видно было, что болгарин уже в таком состояние, когда начинаешь вешаться на девушек. Но он ещё не дошёл до той черты, когда забиваешь на все свои принципы и лезешь к девушке, младше тебя на три года. Лестрейндж этого в упор не замечало, видно она ещё ни разу не была в такой компании.
«Интересно, как отреагирует Лестрейндж, если через пару бокалов Виктор начнёт приставать к ней?» - Гарри очень хотел это узнать.
- Видел. Она… занята. – Лаванда прыснула. Разговор постепенно стал течь в пошлое русло.
- Мне пора идти, Виктор. – не выдержала Лестрейндж, быстро целуя своего кавалера в щёку. Гарри не сдержал смешка при этом секундном касание губ. Слизеринка уничтожающе посмотрела на весельчака.
- Я пойду к своим. – немного шатаясь пробормотал Крам, с трудом вставая на ноги.
- Мы тоже пойдём. – хмыкнула Браун, обвивая Поттера руками.
. . . Гарри расслабленно лежал на огромной кровати в Выручай комнате. Он бездумно водил по спине Лаванды и не мог поверить, что столько всего произошло за один день.
«Два подслушанных разговора, танцы, разговор с Бэгменом…» - перечислял Поттер. «Лестрейндж, и ту мы коллективно смутили.» - про себя усмехнулся грифиндорец, и с чувством выполненного долга погрузился в царство сновидений.
. . . Лорд Волан-де-морт сидел в кресле и немигающе смотрел на полыхающий огонь. Впервые за столько лет он мог отпраздновать день рождение в своём теле. Неважно, что это только его жалкое подобие.
Не то, что ему был важен сам праздник, просто это была одна из важных дат в его жизни, которая стояла в одном ряду с первым убийством, убийством отца и созданием крестражей.
«Скоро… Скоро я вернусь. Ещё каких-то пару месяцев и я действительно смогу победить смерть. Моё окончательное возвращение станет точкой в этой почти полувековой дуэлью со смертью. Столько лет бездействия и безумия, отчаянные сражения за крохи жизни. Паразитический образ жизни. И всё из-за одной ошибки! Одна ошибка перечеркнула всю жизнь… Но теперь, я буду действовать по-другому. Ещё большая безжалостность к врагам и предателям. Но в тоже самое время надо улучшить отношения к по-настоящему верным мне Пожирателям. Это тактика уже сработала…» - темный лорд поморщился, насколько ему позволяло изуродованное лицо, вспоминая своё падение. «Стоит выделить из общей толпы пару человек, и они будут готовы порвать всем глотки за тебя. Это уже доказано на примере Лестрейнджей и Крауча. Жаль, что мои лучшие люди погибли. Но многие из них ещё живы в Азкабане… После такой закалки она станут ещё более острым лезвием. Главное… главное чтобы Крауча не раскрыли, иначе моё возрождение переносится на неопределённый срок.»

0

43

Глава 36.

Флер Делакур с интересом смотрела на письмо, лежащее на столе, в двух метрах от изголовья её кровати. Смотрела уже долго, с того самого момента, как проснулась. Девушка лениво думала, стоит ли вставать с тёплой постели, чтобы прочитать очередное любовное письмо, или нет? Ей было не впервой получать любовные письма, будучи вейлой, к этому уже можно было и привыкнуть, но француженка была очень самовлюбленной, отчего такие «детские» шалости всегда приводили её в неподдельный восторг.
Она была уверена, что придя вчера после бала, не видела его. Делакур прикусила губу, решая, покинуть кровать или нет. Через какое-то время девушка вылезла из под одеяла и покинула постель. За каких-то пару секунд блондинка успела взять письмо и палочку, которую она вчера оставила на столе ещё перед балом.
«Доброе утро Флер. Поздравляю тебя с прошедшим праздником. Надеюсь, из-за праздничной суеты ты не забыла о нашем маленьком соревновании.»
- Ещё бы… - хмыкнула Флер.
« Я долго думал об подарке, который пригодится тебе, и наконец решил подарить то, что поможет тебе окончательном обойти Крама. Чтобы узнать тайну золотого яйца, надо опустить его под воду.
Надеюсь, это тебе поможет.
Гарри.»
Чемпионка от Шарбатона прочитала письмо дважды, не веря до конца в смысл написанного. Неужели он написал правду?!
«Зачем? Зачем он сделал это?» - думала Флер. Она была уверена, что Поттер не испытывает к ней никаких возвышенных чувств, да и банальная похоть особо не чувствовалась в нём… Не больше чем в других. В любом случае, она его противник. Зачем же он помогает ей?
«Нет никакой логики!» - напряженно думала девушка. «Неужели он делает это только для того, чтобы пощекотать себе нервы? Не может же он быть настолько самоуверенным? Может… он считает меня слабой?!» - мгновенно вскипела блондинка.
Француженка попыталась обобщить всё то, что она знала о юноше. Репутация идеальная, единственное, что смущало её, это его непоколебимая уверенность в своей правоте, равнодушно-презрительное отношение к большинству людей.
Нет… Здесь точно не было насмешки или издёвки, просто… Он указал на то, что ей в любом случае не обойти его. Поттер считает, что даже вторые подряд поддавки не помогут ей догнать своего главного противника, то есть его.
« А мальчик-то довольно высокомерен… Или много.» - хмыкнула повеселевшая девушка, которая была уверена в правоте полученной информации. «Что же, мне самой бы это никогда не пришло в голову. Открыть яйцо в воде… У кого вообще может дойти до такого воображение?» - недоумевала чемпионка. « Может быть, мне стоит доказать мальчику, что плохо недооценивать окружающих, спустить этого англичанина с небес на землю?» - коварно подумала Флер, удобнее откидываясь в кровати.
Захваченная желанием победить, Флер даже не заметила, что становится должна «мальчику» всё больше и больше… А долги надо когда-нибудь отдавать. Уже сейчас, у неё бы язык не повернулся назвать Гарри «пти гарсоном», да и вообще, хоть как-то подумать о нём плохо. Заложница собственной порядочности.
Надо платить добром за добро. Подсознательно она понимала, что должна Гарри, но признаться самой себе пока не могла.
Где это видано, чтобы семнадцатилетняя вейла зависела от четырнадцатилетнего подростка?
. . . Горячая вода быстро набиралась в бассейн. Именно в бассейн, на ванну, этот резервуар уж точно не был похож.
- Пены побольше. – попросила Лаванда, занятая снимание лифчика. – Ты его сильно застигнул. – возмутилась гриффиндорка, обращаясь к Гарри.
- Конечно. Прости. – через две минуты бассейн заполнился пеной, в который сразу же прыгнула счастливая девушка.
- Чёрт… - прошипел Гарри, которого брызги окатили с ног до головы.
- Давай ко мне.
К счастью, до того как Гарри спустился в воду, его «друг», благодаря титаническим усилиям своего хозяина не встал. Правда, первое же прикосновение до тела девушки изменили положение «друга».
«Чёрт, так я слова точно не услышу». – про себя пробурчал Гарри, чувствуя руку Браун на своём достоинстве.
- Ты хочешь меня. – константировала гриффиндорка.
- Сейчас бы и у Дамблдора встал. – втянул воздух Гарри, понимая, что идея совместить разбор второго тура и романтическое свидание не такая уж хорошая.
Да какое к чёрту золотое Яйцо, когда его яйца ласкают её руки…
Поттер положил Лаванду на бортик бассейна, и вошёл в неё во всю длину.
Раз толчок, два, три…
«Лучший секс в моей короткой жизни.» - хищно облизнулся юноша, которому понравилось заниматься любовью в воде.
Русалка на мозаики хитро подмигнула школьникам, и в шутку погрозила тонким пальчиком.
«Опасно к таким девам-рыбам в озеро лезть. Если уж их изображение…» - подумал парень.
- Ай! Стой Гарри! – через какое-то время дёрнулась Лаванда, пытаясь отстраниться от своего парня.
- Что? – недовольно спросил Поттер.
- Ты на меня сильно навалился.Мне больно из-за края бортика. Он немного острый. – смущённо пробормотала девушка, которую Поттер сильно прижал к мраморному полу, во время их… акта.
Гарри вышел из подруги и перевернул ей. И правда, на теле уже появилась красная полоса от сильного вжимания в пол.
- Прости. Я не хотел. – в знак извинения Гарри нежно поцеловал девушку.
Сменив позу они благополучно закончили своё сношение.
- В воде классно получается. – первым заговорил Гарри.
- Ага. – пробормотала расслабленная Браун, и довольно откинула голову на бортик.
Следующие десять минут Гарри возился с золотым яйцом. Ему мешали две вещи: постоянные подколки мозаичной русалки, выходящие за рамки поведение простого изображения, и нахождение абсолютно голой, и готовой к продолжению Лаванды.
В общем, подтвердив слова Бэгмена, Поттер закинул яйцо в сторону и снова уделил внимание своей девушке.
. . . – Как спалось? – спросил Поттер и не дожидаясь ответа, открыл окно в комнате. После горячей ванны он будто горел изнутри.
- Закрой. – пробурчал Симус, когда ледяной воздух с улицы распространился по спальни.
- Жарко. Душно. Голова трещит. – рублено ответил Поттер и болезненно прикрыл глаза.
- Угу. Ты прав. Не мешай спать. – пробормотал Финиган, с блаженной улыбкой укутываясь в одеяло. Всем было плевать, что время перевалило за время обеда. После праздника школа будто вымерла.
- Где Невилл? – спросил Гарри. Рука Симуса резко указала на дверь в душевую, после чего снова упала на подушку.
- Спасибо.
- Не… то… - бессвязно пробормотал четверокурсник.
. . . – С праздником. – улыбнулся Поттер, протягивая своему самому верному другу очень маленький свёрток с интересным содержимым.
Невилл с интересом взял в руки подарок.
- Что это?
- Открой. – самодовольно сказал победитель тёмного лорда.
- Камень?- удивился полный гриффиндорец, аккуратно вертя странный подарок.
- Это не просто камень. – загадочно продолжил Поттер, жестом маня Невилла в душевую, по дальше от спящих «товарищей». – Посмотри на него. – мягко приказал Мальчик-который-выжил.
Долгопупс приблизил подарок к самым глазам и прищурился.
Маленький камушек, который был не больше пробки из под сливочного пива. Гладкий, будто обработанный, по цвету зелёно-изумрудный. Похож на смесь стекла и изумруда.
Невилл нахмурился, словно пытаясь увидеть скрытые качества подарка. И…
… «Камень будто светится изнутри!» - воскликнул про себя гриффиндорец.
- Этот камень, по легенде несёт в себе магические свойства. – негромко и размеренно начиал Поттер. – Видишь этот едва заметный свет, который просматривается в глубинах камня? Говорят, что этот камень несёт в себе удачу. Он считается одним из лучших талисманов. Волшебники ценят его как талисман, с которым можно преодолеть все свои страхи, добиться многого… - задумчиво сказал Поттер, неосознанно проводя рукой по гладкому подбородку, и буравя отрешенным взглядом стену. – Это всего-лишь легенда, но мне кажется, что это по-настоящему волшебный предмет. Я нашёл его в глубине Запретного леса, на месте, куда единороги ходят на водопой. Представляешь… ранее утро, и в первых лучах я вижу отблески этого камня. – Гарри улыбнулся такой тёплой, простой улыбкой, что Долгопупс неосознанно улыбнулся в ответ. – Мне он показался таким красивым. Хотя нет, не так. Нужным. Именно, он показался мне нужным! – неожиданно радостно закончил Гарри, который смог наконец объяснить свой поступок.
- Спасибо, Гарри. – кивнул Невилл, и по-взрослому вытянул руку для рукопожатия.
- Тебе спасибо. – засиял Поттер, крепко пожимая в ответ неожиданно сильную руку обычно слабого гриффиндорца.
Не имея возможность многие годы делать подарки, Гарри искренне ценил, когда его подарок нравился «адресату».
- А вот я не знал, что тебе подарить. – нахмурился Невилл. – Я долго думал, пока не написал своей бабушке. Она выслала мне фото, где твои родители сфотографированы вместе с моими. – мигом погрустнел Долгопупс. - Там и профессор Люпин есть, и Грюм. Ещё какие-то люди… В общем, вот. – неловко кончил парень.
Через минуту он достал из чемодана потёртую рамку, в которой находилась та самая фотография.
. . . – Я тут кстати узнал, что будет во втором туре. – мимоходом заметил Гарри. – Вчера, на бале.
- Да? – восхищённо воскликнула Ромильда, которая в отличие от всех была бодрой и свежей. – Как? Что там будет? Ты расскажешь? Я могу чем-то помочь? – второкурсница завалили чемпиона Хогвартса лавиной вопросов.
Невилл усмехнулся, смотря на восторженного ребёнка.
«Всё-таки Гарри любит иногда покрасоваться. Но у него это получается естественно, не то, что у Малфоя.» - про себя хмыкнул Невилл, слышавший вступление в эту историю буквально пять минут назад.
- Наврятли. – покачал головой чемпион Хогвартса. – Не в этот раз. – юноша подбодрил девочку. – Ты и так помогаешь мне с братьями Криви. Я иногда просто поражаюсь твоему терпению. – гриффиндорец почувствовал гордость . Он до сих пор восхищался своей смекалки. Вместо того, чтобы тратить внимание на суетливых, магически слабых Криви, он попросил, а точнее приказал, это нелёгкое и скучное дело Ромильде. Девочка с радостью кинулась исполнять просьбу Гарри, а Криви с радостью стали слушаться терпеливую второкурсницу. В итоге всем было хорошо. И Гарри, который больше времени проводил со своими более подающими надежду друзьями; и Ромильде, которая могла свободно отчитывать Колина, который был на год её старше; и Криви, которые чувствовали себя причастными к компании Поттера.
«Я иногда поражаюсь твоему терпению…» - про себя повторила Вейн. Она обожала, когда Гарри начинал разговаривать с ней ТАК. По-взрослому. Взрослые фразы, умные речи, негромкий вкрадчивый голос самого знаменитого студента Хогвартса… Неужели всё это для неё, никому не известной второкурсницы?
Гордость. Вот что чувствовала девочка. Она не такая маленькая, как её соседки по комнате. Она не такая глупая, как та же Бетти.
Ромильда заметила, что она хоть и общается с Гарри недолго, но уже просто не может находиться в компании, подходящей ей по возрасту. Слишком скучно и неинтересно. То, чему раньше она уделяла почти всё своё свободное время, теперь казалось детской беспросветной глупостью.
Глупые разговоры соседок по комнате, глупые шутки мальчишек, верх которых это кинуть навозную бомбу в пустом коридоре.
Беее… А здесь всё по взрослому. Всё окутано тайнами. Так романтично.
- А какое задание? – спросил Невилл после минутной тишины.
- Я должен найти важного для меня человека в озере. Мне даётся всего один час. – бесстрастно ответил Поттер.
- А как провести под водой целый час? – выпалила Вейн.
Тишина затянулась.
-Ты… ты не знаешь? – удивлённо спросила Ромильда.
Никто не видел, как Поттер впился пальцами в край мантии.
- Пока нет. – холодно бросил зеленоглазый юноша. – Но скоро узнаю.
- Здесь я точно не смогу помочь. – призналась Вейн, не замечая холода Гарри.
- Это какое-то заклинание… Или трансфигурация. Можно трансфигурировать человека в рыбу. – задумался Гарри.
- Седьмой курс. – хмыкнул Долгопупс. – Не реально.
- По-моему невозможно не дышать целый час. – нахмурилась Ромильда. - А задание точно это?
- Точно. Помните, я отобрал яйцо у дракона? Оно кричало, ничего нельзя было понять. Совсем. Я провёл исследование и обнаружил, что оно на языке русалок. Поэтому, слова можно услышать только под водой. – подвёл итог Гарри, который с утра успел проверить слова Бэгмена. В компании Лаванды, конечно же.
- А можно мне послушать? – ляпнула Ромильда.
- Визг? – саркастически усмехнулся Поттер.
- Слова. – пропустила укол девочка. – Я читала, что русалочий язык очень мелодичен и красив. Говорят, что он завораживает…
- Красив. Но «завораживания» до уровня империуса ему далеко. – пошутил Поттер, который вместо запоминания слов, пялился на нижнюю часть Лаванды, которая отвлекала его от проклятого стишка.
- Так можно? – переспросила Ромильда. – Я не потеряю яйцо. Честно! Никто не узнает.
- Конечно, Ромильда. – равнодушно пожал плечами Поттер, для которого яйцо потеряло всякий смысл после разгадки тайны. – Ванна для старост. Пароль - «сосновая свежесть».
- Невилл, а ты не хочешь поиграться с… яйцом? – максимально серьёзно спросил Гарри, отчего Невилл прыснул, а второкурсница обижено вздёрнула носик. Поиграться!
- Сейчас же я. – возмутилась девочка. Невилла пробило на смех.
- Вот вы о чём! – поняла девочка и покраснела. – У вас шутки как у мальчиков-второкурсников. Глупые! – гордо заявила девочка. – Я зайду за яйцом через час.
Невилл снова хрюкнул.
- Да… - невпопад протянул Поттер.
- Кстати. – протянул Невилл. – Гарри, у меня по-моему есть тебе ещё один подарок на прошедший праздник.
. . . – Жабросли говоришь. – протянул Гарри. – А это точно?
- Конечно. Вот, книга! – Долгопупс дико затряс книгой. – Мне её Грюм в начале года дал. Вот, здесь… - парень зашуршал страницами. – Жабросли! То что нам нужно.
- Вроде всё сходится… - хмуря лоб, признал Поттер. Он всё ещё не мог поверить в это.
«Как? Как так всё соединилось? Может и вправду говорят, мол Поттер в детстве в котёл с зельем удачи упал? Таких совпадений не бывает! Летом я читал с Чарли про драконов, и тут мне на первом туре попадаются драконы. Грюм помогает мне. Второй тур. Людо помогает мне, а Невилл чисто случайно знает ответ на сложнейший вопрос. А ответ этот он узнал в книги, которая случайно попала ему из рук Грюма…» - Поттер оборвал свои лихорадочные мысли. Есть удача – хорошо. Главное не спугнуть её.
- Спасибо. Думаю, близнецы знают, где достать эти среднеземноморские жабросли.
. . . – Без проблем, Гарри. – ответил Фред.
- Конечно достанем. – подхватил Джордж. – Мы время от времени заказываем редкие вещицы для наших экспериментов. – тише добавил он, будто боясь быть подслушанным.
- Для тебя это выйдет даже недорого. По сравнению с твоими капиталами вообще … Только время… Уйдёт неделя, может полторы… - прищурил глаз Фред, мысленно прикидывая время.
- Сколько стоит? – спросил Поттер.
- Не глупи. – покачал головой Джордж, ты дал нам на бизнес пятьсот галеонов. Подумаешь, парочка уйдёт на жабросли. Ерунда. – одновременно хмыкнули близнецы.
. . . – Не помешала? – громко спросила Ромильда, отчего Дин вздрогнул и быстро натянул штаны.
- Гарри, достал! – возопил Томас. – У нас спальня, а не проходной двор! Почему стоит мне снять штаны, как кто-то постоянно требует твоего внимания?! То Лаванда, то Парвати, то Ромильда, то Лаванда и Парвати… - начал свою гневную тираду парень, которого уже надоели эти смущающие его посещения.
- Прости, Дин. – Поттер оборвал вопли своего соседа.
- Извини, Дин. – опустила глаза девочка.
- Ничего, просто в следующий раз не вламывайся так. – сменил гнев на милость мальчик.
- Она вообще то постучала. – заметил Гарри.
- И на том спасибо. – проворчал гриффиндорец. - Хватит с меня Лаванды, которая входит сюда в любое время дня и ночи, как к себе домой.
- Не ной, она иногда с Парвати. Понял намёк?
- Я уже работаю над этим. – вскинул подбородок четверокурсник.
- Вот, яйцо. – тише сказал Гарри, давая девочке простой маггловский рюкзак. – Пароль помнишь?
- Сосновая свежесть.
- Молодец. – тепло сказал Гарри. – Кстати, я так и не отдал тебе подарок. Хотел подарить лично, без всяких сов или домовиков.
Гриффиндорец быстро извлёк из кармана маленькую коробочку.
- Надеюсь, тебе понравится. Сам выбирал. – гордо признался Гарри, который долго выбирал подарок, пока не остановился на том, что понравился лично ему.
Поттер смотрел, как девочка открывает его подарок.
- Заколка! – воскликнула Вейн, вертя в руках аккуратную заколку-шпильку.
- Ага. – подтвердил Поттер. – Как тебе?
- Она восхитительная! – начала девочка – Никогда не думала, что парень сможет выбрать нормальное украшение для девушке!
« Но ты и не девушка…» - про себя хмыкнул Гарри.
- Я купил то, что понравилось мне. – просто ответил Поттер. – Видно у нас вкусы похожи.
Девочка засмущалась…
Гарри краем уха слушал благодарности девчонки, пока не смог наконец выпроводить её.
« Всё. Впереди почти неделя каникул. Задание ко второму туру выполнено. Подарки подарены. Флер заинтригована.» - с чувством крайнего счастья самый молодой чемпион развалился на кровати.
. . . – Мои дорогие друзья. – лжесерьёзно начал Поттер, осматривая свою верную троицу. – Я предлагаю в честь каникул сделать сбор нашего маленького кружка более интересным. Поэтому, я, как глава нашей группы предлагаю коллективно уйти в отрыв на пару дней. – все одобрительно закивали.
Дождавшись тишины Гарри продолжил.
- Сегодня ночью мы идём в место… - Поттер принял потусторонний вид. – В место, которое посоветовал нам Бэгмен.
Лаванда и Парвати радостно завизжали, вспоминая прекрасные апартаменты.
- Это мероприятие, конечно же, будет незаконным. – усмехнулся Гарри. – Но вы же со мной? Готовы рискнуть?
- Конечно.
- Да.
- Да.
- Замечательно. С нами возможно пойдут близнецы Уизли. Вы не против? – все отрицательно покачали головой.
- А нас пустят? – с сомнением спросила Лаванда. – В прошлый раз нас и так еле пустили.
- Я разберусь. – мягко прервал сомнения Поттер. – Не пустят, - пойдём в Визжащую хижину.
Что говорить…? Все были в полном восторге.
. . . « Что он творит?!» - со смесью ужаса и восхищения повторяет про себя Невилл. Он задаёт этот вопрос себе уже в который раз. Три, три дня после святочного Бала Гарри творит не понять что… В маггловском мире это называется «уйти в отрыв». Правда отрыв этот, с примесью исконных черт, принадлежащих только Поттеру. Дерзкая уверенность, некоторое отсутствие здравого смысла, безумное веселье, которое прерывалось только на короткие часы для сна. И конечно, полное пренебрежение всеми известными правилами.
Невилл понимал, что эти три дня просто вынужденная передышка после трёх месяцев почти круглосуточных зубрёжек и тренировок, просто отдых перед новыми месяцами, которые они посвятят тренировкам. Гарри мягко намекнул ему, что с нового года они будут учить более серьёзные вещи. Боевые чары, и может быть… тёмную магию. Невилл боялся и ждал этих уроков. Индивидуальных… Тех, где не будет никого, кто может помешать им. В любом случае, он первый стал учеником Гарри. Он заслуживает больше внимания, чем остальные. А эти уроки дадут ему шанс доказать, что он лучший.
- Я пошёл. – пришёл в себя Поттер и взъерошил и без того растрёпанные волосы.
- Куда? – пробормотал Невилл. – Мы последние дни почти не спим, на одних зельях сидим. А завтра на занятия. Может отоспимся? – предложил Невилл, заранее зная ответ своего друга.
- Хочешь - спи. Я к Краму. У них там что-то типо тесного сбора кампании Дурмстрангцев. Интересно послушать их разговоры. Ты же знаешь какие они нелюдимые… – неопределённо махнул головой Гарри. – Может чего интересного узнаю.
- Удачи. – простонал Долгопупс, сдаваясь на милость Морфею.
. . . В самой просторной каюте корабля собрались все гости с севера и пару человек с Хогвартса. Среди дурмстрангцев выделялся один парень, который был старше всех присутствующих. Ему было лет двадцать. Он горячо говорил на незнакомом для англичан языке, а вокруг него сгрудилось большинство выпускников Каркарова.
Гарри подошёл к Дарену, которого пригласил невысокий молчаливый парень, на памяти Поттера ни разу не вступавший ни с кем диалог. Помимо них присутствовало пару слизеринцев, которые как оказалось, хорошо понимали язык говорящего парня. Слизеринцы хмурились, иногда качали головой, но взгляд их был предвкушающим.
- О чём говорят? – поинтересовался Барнз у Полякова, которого более сильные сокурсники оттеснили от оратора. Тщедушный Поляков старался пробиться к говорящему, но его довольно грубо отпихивали.
- Это выпускник нашей школы. – обрадовался Поляков, на которого хоть кто-то обратил внимание. – Три года назад он выпустился.
- Ближе к делу, Поляков. – лениво протянул хрупкий блондин, которого Поттер раньше не видел в компании дурмстрангцев. Юноша с чрезвычайно расслабленным видом полулежал на коленях единственной девушке, которую Каркаров посчитал достойной для отбора в команду представителей своей школы. Ясное дело, что единственную девушку буквально носили на руках, от этого видеть незнакомого парня шестнадцати лет на ней было крайне странно.
- Я и так говорю, Вальтер. – отрезал парень, стараясь не встречаться с насмешливыми голубыми глазами неизвестного Вальтера.
- В общем… - продолжил Поляков, стараясь не обращать внимание на блондина.
- В общем заткнись… Поляков. – презрительно закатил глаза блондин, показывая пренебрежение к парню. – Подвинься. – процедил он, невесомо отрываясь от девушки. Гарри насторожился, видя как незнакомец помыкает более старшим товарищем.
- Приветствую. – отвесил шутливый поклон Вальтер, видимо решив начать общение заново, с использованием красивых слов. – Меня зовут Вальтер. Вальтер Майер. – самодовольно добавил блондин.
- Гарри Поттер.
- Дарен Барнз.
- В общем, это наш гость. Он в добровольцы поступил. – просто сказал Майер. – Ладно, объясню всё по порядку. – видя непонимание, тяжело вздохнул немец, будто настраиваясь на тяжёлый труд.
- Среднеазиатские маги волнуются, бунтуют… - начал блондин. – Где-то на территории Афганистана пару лет назад появился могущественный тёмный маг, который собрал под своё начало множество сторонников.
- Не слышал. – признался Поттер, для которого мира вне Англии просто не существовало.
- А я знаю. – вклинился в разговор Дарен. - Говорят он хочет создать новое магическое государство под своим началом, магглов превратить в слуг. – заинтересованно продолжил юноша. – Ещё говорят, что он ненавидеть всех европейцев.
- Почему? – вставил Гарри, поворачиваясь к старосте.
- Как тебе сказать… Слышал о Великих географических открытиях, о том, что Европа была центром мира, а Азия, Африка и Америка её колониями? – кивок Поттера, смутно припоминающий историю в маггловской школы. – Маггловский мир тесно связан с магическим. Тогда не только магглы с Европы, «белое население», стали хозяинами тех земель, но и магическое.
- Я покурю? – ради приличия спросил разрешение Вальтер, уже зажгя сигарету. Два кивка.
Поттер сильнее нахмурился. Ничего такого он не слышал.
- Чёрт. Ты историю магии совсем не учил? – легкий кивок. - Слушай. В истории много примеров, доказывающих, что европейское общество развивалось быстрее азиатского или какого-либо другого. В средние века, этот разрыв был просто громаден. Более или менее культурные европейские магглы в веке эдак… шестнадцатом-семнадцатом сделали отсталых жителей Африки и Азии своими слугами, рабами. Но среди отсталых магглов были и волшебники. Их называли шаманами, колдунами, пророками… Короче ты понял. Именно тогда маги Франции, Англии, Португалии, Испании и Германии тоже принялись «оцивилизовывать» более отсталых коллег. Ясное дело, наше «варварская Европа» тогда была «царством небесным» по сравнению с поразительным варварством колоний. Тёмные маги, людоедство, некромантия, безумно кровавые и бесполезные ритуалы… - перечислял юноша.
- У меня ощущение, что я ничего не знаю. – пробормотал Гарри.
- В школе мы проходим курс про Великобританию и Ирландию, и то, из-за Бинса даже это не можем пройти. – отмахнулся Барнз.
- В общем, методы были не самые гуманные… Коренное население обеих Америк было практически уничтожено, оставшееся смешалось с выходцами из Европы.
- Служители кровавых культов обоих Америк и так бы истребили себя. – между делом вставил вставил Вальтер. – Они тысячами приносили своих магглов в жертву. – парень со знающим видом выпустил дым.
- Не важно. – отмахнулся Дарен. – В Азии были методы помягче, но недовольных всё равно было много. Наша страна вела постоянные войны в Индии, в Афганистане с местными магами. Неофициально, конечно.
- Получается, этот маг из Средней Азии хочет отомстить Европе за былое унижения? – обобщил Гарри.
- Как-то так. Но по-моему, он хочет побольше богатств и власти. – хмыкнул Вальтер. – Да и до звания «великого мага» ему как до луны.
- И что хочет этот парень? – Гарри кивнул на бурно жестикулирующего юношу. – Он за мага из Афганистана, или против?
- Конечно против. – выкинул окурок Майер. – Он брат, вот того… - блондин указал сияющего парня, с восторгом смотрящего на старшего брата.
- И что он хочет? – спросил Дарен. – Неужели кто-то действительно пойдёт воевать? Не верю, что кому-то нужны семнадцатилетние подростки, только закончившие школу.
- Пару ребят хотят, идиоты. – фыркнул Майер, выражая своё мнение. – А добровольцев хотят воевать вместе с турецкими и русскими магами. Русские там всегда с кем-то воюют. «Поддерживают» мир в своих интересах.Странно, что они с Турцией в кои-веки объединились… Они в основном сами за себя.
- У России одни из самых сильных магов. Зачем им добровольцы? Они и своими силами за пару дней раскатают этого «Темного мага». – фыркнул Дарен. – Там и маг-то такой посредственный, по сравнению с Грин-де-вальдом или Тёмным лордом.
- Не в том дело. Там как-никак другое государство по документам, и плевать всем что там полная анархия. Да и у них в стране там неспокойно. Маггловское государство развалилось, теперь приходится им своё магическое государство переделывать. Накладывать империус на глав новых государств, улаживать конфликты. Короче, им не привыкать, их союз магов практические не меняется последние триста лет, в отличие от названия и состава маггловской страны. – Блондин перевёл дыхание. - Да и не то что добровольцы… - попытался подобрать слова Вальтер, оценивающе смотря на группку парней. – Скорее это активисты. Прониклись идеями… - засмеялся немец. – Может просто им скучно, хотят поучаствовать в войне. Не каждый день появляется возможность применить на практике то, что ты изучал семь лет. Я бы сам пошёл, но мне шестнадцать, да и воевать вместе с русскими… - скривился Вальтер. – Не буду из принципа. Они разбили немецких магов и победили Грин-де-вальда. Это как-то не патриотично.
- И когда будет «война»? – спросил Гарри, для которого информация казалась такой нереальной и далёкой. По его мнению, мира дальше Англии не существовало.
- Да какая там война. - Отмахнулся Вальтер. – Мелкий конфликт. Турция, Россия и ещё пару государств выделят отряды боевых магов, и наведут там порядок.
Гарри не заметил, что у Дарена появилось крайне задумчивая мина, а потом расплылась холодная улыбка.
. . . – Интересный… - довольно нахмурился Гарри, оценивающе смотря на удаляющегося плавной походкой немца. Он знал многое, хотя и пытался вести себя надменно. Хотя нет, не так. Он ВЁЛ себя надменно, считая себя выше части окружающих. Благо, что Гарри и Дарен не попали в эту группу. Во всяком случае, Поттер надеялся… Было бы интересно попереписоваться с Вальтером.
- Моральный урод. – голос Крама вывел Гарри из задумчивого состояния.
- Что? – опешил Поттер, смотря на мрачного Виктора. Парень стоял, засунув руки в карманы, и с ненавистью смотрел на дверь, за которой скрылся блондин.
- Этот гавнюк, когда учился в нашей школе постоянно писал на своих свитках и книгах знак Грин-де-вальда. Хотя знал, сволочь, что родственники многих пали от руки этого Тёмного мага. – выплюнул болгарин. - Считает его своим кумиром. Его папочка служил Грин-де-вальду, сидел в тюрьме после его поражения, потом как-то откупился, лжераскаялся… - скривился, как от зубной боли Виктор. – И сынка вырастил такого… Тёмного мага даже по меркам нашей школы. Мы хоть и пытались выбить из него эту дурь, но толку не было никакого. Мы проучим его, нам наказание от Каркарова, он покалечит кого-то из нас, применит тёмную магию, - ему ничего. Каркаров когда-то кормился с рук богатого папочки этого куска дерьма… - не мог успокоится Виктор. - Хорошо, что его выгнали. – наконец он взял себя в руки.
- Выгнали? – приподнял бровь Поттер.
- Ага. – невесело усмехнулся Виктор. – В начале прошлого года Майер во время очередной потасовки наложил Круциатус на своего противника. Продержал очень долго. За такое в тюрьму сажают до конца жизни… Но для таких как Этот, правила не писаны… Откупили его, дело замяли. Единственное, на чём настоял совет школы, так это на его исключение.
- Всего? – не поверил ушам Гарри.
- Всего. – буркнул Крам. - Теперь он учится в маленькой частной школе в Карпатских горах. Там такие же отбросы, как и он сам. Те, кого выгнали из всех нормальных школ.
« Вот я не знал об ещё одной школе…» - мысленно скривился Гарри, который в этот вечер чувствовал себя деревенским дурачком. Столько информации на него не вываливали уже давно.
- Я бы тебе не советовал общаться с Майером. – предупредил Крам. - Да и он не будет с тобой. Прости меня, но тебе четырнадцать, и ты наврятли заинтересуешь Майера.
- Не очень и хотелось. – отмахнулся Гарри, ставя себе заметку максимально сблизиться с немцем.
- Будь осторожен. Он любит сделать гадость. – ещё раз предупредил Крам. – Не смотри на его внешнюю инфантильность. В глубине души он садист.

0


Вы здесь » Гриффиндорский Форум » Размер макси » Гарри Поттер и восстание тьмы.